Элен и Георгина

Когда лучи солнца, слегка коснулись земли, Мортиша была уже на ногах и готовила завтрак, негромко переставляя посудину от одного места на другое. Уимс ещё спала, крепко обняв подушку, видимо приняв её за саму Аддамс. Черноволосая усмехнулась, понимая, что самая строгая женщина, которую она знала — сейчас похожа на маленького ребёнка, пускавшего слюни на подушку. Черноволосая взяла тарелку с завтраком и направилась обратно в спальню, при этом напевая песню, которая играла из старого радио на кухне. Женщина приоткрыла дверь, когда поняла, что Лариса уже проснулась, но явно притворялась, что спит. — Соня, вставая, — протянула Мортиша, оставляя тарелку на тумбочке. — Я же знаю, что ты не спишь. — Нет, сплю, — блондинка зарылась с головой под одеяло. — Тебе кажется, что я не сплю. Я ещё нахожусь в состояние глубоко сна! — А если так? — Аддамс убрала одеяло с головы Уимс, целуя светлые волосы. — Достаточно, чтобы ты проснулась? — М-м-м, нет, — капризно застонала бывшая директриса, но всё же поверлась к ней лицом. — Этого мало. Черноволосая нахмурилась, запуская руки под одеяло, остановившись на рёбрах блондинки. Она начала щекотать её, слушая громкие визги бывшей директрисы от неожиданности. Та, сразу же вскочила: вся покрасневшая и с растрёпанными волосами. Женщина ещё продолжала смеяться, а Мортиша просто наблюдала за ней, чувствуя тепло внутри. Я нашла свой дом в твоём имени. Когда небольшая истерика блондинки закончилась, она примкнула к губам черноглазой, а её руки приземлились на талию Аддамс. — Даже не думай, Лара. Я буду кусаться, — сразу предупредила она. Уимс лишь усмехнулась. — Не переживай, — ответила блондинка, утянув её на постель. — У оборотней тоже зубки острые, дорогая. — Надо будет проверить, — Мортиша улыбнулась, наклоняясь, чтобы чмокнуть бывшую директрису в носик. — Но руки тебе лучше убрать, пока я не украсила эту шейку своими укусами. — Ты бросаешь мне вызов? — она подняла бровь, но руки всё-таки убрала, переместив их на лицо вампирши. — Нет, я просто однажды возьму и сделаю это. — Ах, так ты манипулятор? — Укусы я оставляю лишь тем, кто мне дорог, Уимс, — серьёзно ответила Аддамс. — А тебе этих укусов — я готова понаставить по всему телу. — Я готова считать это за полноценное признание, — так же серьёзно ответила Лариса, руками сжимая щёки Мортиши. — Ты похожа на рыбку. — Скорее, на пиранью, — промычала она. — А теперь вставай, пока я тебе косточки не погрызла. — Слушаюсь и повинуюсь, госпожа пиранья. Черноволосая сморщила нос, вставая с постели. Лариса неохотно выбралась из теплой постели, потягиваясь и разминая спину. Она взглянула на часы, чтобы приблизительно прикинуть, через сколько им придётся покинуть дом. Мортиша заметно поникла, но старалась не подавать виду. Уимс знала: разговор с Гомесом был запредельно близко и Аддамс этого боялась. Боялась, что всё пойдем не по тому пути, который она прокладывала день и ночь. Высокая женщина подошла сзади, крепко обняв её за плечи. Мортиша прижалась ближе, опуская голову, чтобы скрыть подступающие слёзы. Уимс успокаивающе гладила её по волосам, слегка убаюкивая в своих объятиях. — А если… — она запнулась, повернувшись к Ларисе, чтобы посмотреть ей в глаза. — Если он заберёт Пагсли? Если, не поймёт и попытается огородить от меня детей. — Я рядом. Даже если возникнет проблема, мы обязательно решим её, Тиша. Никто не посмеет забрать у тебя детей. Я знаю Гомеса, — она нежно начала стирать слёзы с женского лица. — Он никогда так не поступит. А если любит — отпустит и поймёт. — Я надеюсь, что всё пройдет куда лучше, чем события в моей голове. — Конечно, Тиша. Я буду рядом. Уэнсдей будет рядом. Черноволосая слабо улыбнулась, обретая надежду. Она знала, что если всё пойдет наперекор, Лариса и Уэнсдей — будут ей защитой. Женщина вытерла накопившиеся слёзы, мягко целуя высокую женщину в губы, рукой проводя по блондинистым волосам. — Я доверяю тебе, Лара и верю твоим словам. — Я готова убить за тебя, если надо, — поддержала её бывшая директриса. Мортиша улыбнулась. — Что? Я говорю правду! — Я могу и сама убить, если надо. — Дай мне побыть твоим рыцарем и защитить тебя, моя королева. — Разрешаю, рыцарь Лариса Уимс. Когда тревога немного рассеялась, женщины всё-таки смогли позавтракать прекрасной яичницей и кружкой крепкого кофе. Не смотря на то, что Мортиша ещё не привыкла к такой еде, она показалась ей не такой уж и плохой. Время шло и разговор приближался к ней маленькими шагами, вызывая тупую тревогу, но она знала — Лариса защитит её. Мой рыцарь в сияющих доспехах.

***

Когда машина стала подъезжать к дому Аддамсов, черноволосая ещё никогда не ощущала его таким чужим, как сейчас. Ей стало тошно, но рука лежащая на плече — успокаивала. Они вышли из машины, когда тучи обрели чёрный цвет и ливень обрушился на них. Мортиша улыбнулась. Для неё — это считалось предвестником хороших событий. Уимс вздохнула. В её случае — это вызвало лишь тревогу. Когда пара стала подходить к массивным дверям, подростковый голос звучал по ту сторону. Это без сомнений был Пагсли, который разговаривал с отцом. — Странно, — задумалась черноволосая, не решаясь открыть дверь. — Что такое? — Пагсли должен был вернуться только через три дня от друга. Что вернуло его домой? — Может, Гомес попросил его вернуться и помочь с чем-то? — предположила блондинка. — Да, скорее всего, — фальшиво согласилась она, открывая дверь. Пагсли был напуган. Его подростковые глаза сквозили животным страхом. Мортиша сразу подбежала к сыну, обнимая его. Мальчик прижался крепче и заплакал. — Что такое, милый? Тебя кто-то обидел? — Папа. Он попросил меня, чтобы я вернулся от друга, но когда я приехал домой, то он не был похож на себя. — Запах алкоголя, — Уимс подошла ближе. Её тело напряглось. Не даром, у оборотней очень хороший нюх. — Дом просто пропах алкоголем, Тиша. — Но Гомес никогда не выпивал так много, — Аддамс, кажется, поняла, что происходит. — Он узнал, Лара. — Быть не может, — отрицала блондинка, хотя всё вело именно к этому. — Узнал о чём, мама? — спросил тихий голос. — Я попозже тебе скажу, ладно, дорогой? — женщина погладила сына волосам. — Иди пока в свою комнату. Я скоро приду. Пагсли торопливо закивал, вырываясь из материнских объятий. Женщины переглянулись. — Я пойду к нему, — решительно произнесла Аддамс. — Я с тобой. — Нет, ты останешься тут, — остановила её женщина. — Мне надо поговорить с ним наедине. — Хорошо. Уимс сглотнула, переживая за неё. Когда Мортиша ушла в другую сторону, она тихо последовала за ней, но не пошла дальше. Осталась, чтобы слушать их диалог и в случае чего, защитить свою женщину. Аддамс нервничала не меньше. Когда она открыла дверь в их общую спальню, то Гомес не спал. Было ощущение, будто он ждал её приезда. Кровать была идеальна украшена чёрными лепестками роз, а рядом стояли два фужера наполненных дорогим вином. Мортиша остолбенела. — Привет, любимая. Я тебя ждал, — промурлыкал мужчина, поднимаясь с кресла. — Уэнсдэй передала мне вчера, что ты осталась у подруги. — Да, осталась, — подтвердила она, спиной упиваясь в стену. — Я очень сильно скучал по тебе, — он подошёл ближе и хотел обнять жену за талию, но та отпрянула, перемещаясь в другой конец комнаты. — Дорогая, ты чего? Разве ты не хочешь меня? — Гомес, я хотела поговорить с тобой. — О чём любовь моя? В какой позе имела тебя Уимс? — его слова порезали кожу. — Или о том, как хорош был её язык в тебе? —»Ублюдок» — блондинка держала себя в руках, но каждое последующее слово, выводило её из себя. — Гомес, ты не понимаешь о чём говоришь. — Я прекрасно понимаю, о чём говорю, — он скрипел зубами, выражая скрытую злость. — Давай займёмся любовью и забудем обо всём, милая. — Гомес, нет. Я пришла спокойно поговорить о разводе. — Я не дам тебе развода. Ты принадлежишь мне и только мне, — — Прекрати! Я не твоя собственность, Гомес. Ты пьян. Ты не понимаешь. — Нет, я понимаю. Ты изменила мне. Раздвинула ноги перед женщиной и теперь приходишь ко мне, чтобы спокойно поговорить? — Я понимаю, что сделала тебе больно и мне очень жаль, но пойми и меня тоже. Я не могла всю оставшуюся жизнь прожить с человеком, которого просто не люблю. — Я ненавижу тебя. Ты виновата во всём. Ты испортила мне жизнь. Из-за тебя я просидел в тюрьме, потому-что — любил! И сейчас ты спокойно говоришь о том, что хочешь развода, потому-что любишь эту несчастную Уимс? Она никогда тебя не полюбит, как я. —»Чтоб ты сдох, манипулятор чёртов» — Лариса чувствовала, как по венам течёт гнев. — «Созавистник херов» — Я понимаю твои чувства и сожалею о том, что потратила годы твоей жизни на то, чего ты не заслуживаешь. И мне правда жаль, Гомес. Мне жаль, что всё так обернулось. Мужчина помотал головой, словно отошёл от транса. Он сглотнул, тяжело вздыхая и поднял голову, чтобы взглянуть на жену. Скорее всего, уже бывшую жену. — Хорошо. Думаю, нам стоит просто разойтись и перестать мучать друг-друга, — он заговорил спокойным тоном и Аддамс поняла, что прежние слова были сказаны под действием алкоголя. — Я давно уже не чувствую к тебе любви, как и ты ко мне. Завтра сходим в суд и подадим заявление о разводе. Так будет лучше. — Спасибо, — произнесла черноволосая, выдыхая. — Я не хотела, чтобы наша история закончилась именно так. — Возможно, она бы закончилась ещё хуже, если бы продолжали молчать. Сейчас у нас есть время, чтобы начать новую жизнь. Аддамс узнала своего мужа. Оковы с её сердца спали и она обняла его, чувствуя, что мужчина проделал тоже самое. — Надеюсь, ты найдешь счастье с ней, Мортиша. — Я надеюсь, что ты тоже обретёшь своё счастье, Гомес. Они отошли друг от друга. В их глазах не было никакой вражды, лишь тусклая иска, которая со временем погасла. Женщина покинула комнату и сразу наткнулась на Ларису, которая выглядела напуганной за свою любовь. — Всё хорошо, — сказала женщина. — Теперь, я могу ехать в свой настоящий дом, Лара. — Пагсли, — приостановила её блондинка. — Надо зайти к нему и объяснить, что папа не желал ему зла. Мортиша кивнула. Ей пришлось недолго объяснят, что произошло. Он сразу всё понял и лишь радостно кивнул, потому-что видел, что его мама счастлива. — Тётя Уимс, — позвал подросток. — Да? — блондинка обернулась, отпуская руку черноволосой, когда та пошла к машине. — Пожалуйста, сделайте мою маму самой счастливой женщиной на этой земле. — Обязательно, дорогой, обязательно, — она дала обещание и обязательно его выполнит. Я сделаю её самой счастливой женщиной во всём мира. Вот увидишь, дорогой. Когда пара вместе села в машину, Мортиша прижалась к ней, крепко переплетая пальцы. Лариса немного сожалела о том, что проклинала Гомеса, но последующие слова любимой, заставили её успокоиться и забыть об этом. — Мы сделали это, — прошептала черноволосая. — Мы сделали это, — подтвердила Лариса, целуя её в макушку. — Теперь всё будет хорошо, милая. Наша судьба начнет историю совершенно другими чернилами и там мы будет обязательно счастливы.