Наследие: искупление

      Проснувшись утром, гриффиндорцы смотрели на доску, фиксирующую очки факультетов, и никак не могли понять куда за одну ночь подевались двести баллов.              — Наверняка, это ошибка, — говорил Симус. — Или кто-то решил пошутить. Пивз, например.              Но всего через полчаса выяснилось — во всем виноват Гарри Поттер и его друзья. В одно мгновение они превратились в самых презираемых и ненавидимых. Даже школьники с факультетов Пуффендуй и Когтевран резко изменили свое отношение к ним, потому что всем хотелось, чтобы Слизерин, наконец, уступил школьный Кубок кому-то другому. Но теперь Слизерин снова на первой строчке и с большим отрывом, который обогнать уже нереально.              Куда бы Лизи, Гарри и Гермиона ни пошли, на них показывали пальцами и во весь голос, даже не пытаясь перейти на шепот, произносили всякие обидные слова. Только школьники из Слизерина при виде ребят начинали рукоплескать и громко выкрикивать: "Мы ваши должники, дурачье". Поддерживал друзей только Рон.              — Не переживайте. Вот увидите, через несколько недель все об этом забудут. Фред и Джордж за то время, пока они здесь, получили тонны штрафных очков, а их все равно все любят.              — Они получали по минус двести очков за один раз? — грустно усмехнувшись, спросила Лизи.              — Ну, вообще-то нет, — признался рыжеволосый.              Было слишком поздно для того, чтобы как-то исправить свою ошибку, но Элизабет поняла, что пора бы заканчивать с ночными похождениями и слежкой за Снеггом. К тому же, в Гриффиндоре стали часто вспоминать о дне распределения.              — Вот вам и решение Дамблдора. Вот что бывает, когда слизеринку отправляют в Гриффиндор.       — Может она специально настроила Гарри?       — Ей бы зеленый галстук …              Все это преследовало Лизи, где бы она не была.       Для Гарри самым худшим стал квиддич. На тренировках с ним никто не разговаривал, а если кто-то был вынужден обратиться к нему, то называл его просто ловцом. Гермиона перестала, вопреки своему обыкновению, привлекать к себе внимание на уроках. Она сидела, опустив голову, и молча выполняла задания.       Лизи была почти рада, что до экзаменов осталось не так уж много времени. Подготовка к ним и повторение пройденного помогали девочке хоть ненадолго отвлечься от случившегося. Однако, когда до экзаменов осталась примерно неделя, решению Лизи никуда не лезть помешал Гарри. Как-то днем, идя в библиотеку, мальчик услышал подозрительно знакомое хныканье, доносившееся из соседнего кабинета. Дождавшись подругу, он сообщил ей об этом. Подойдя поближе, они действительно услышали из-за двери голос Квиррелла.              — Нет-нет… пожалуйста, не начинайте снова… — похоже было, что кто-то угрожает ему. — Хорошо, хорошо, — в голосе звучали слезы.              В следующую секунду Квиррелл вылетел из кабинета, поправляя свой тюрбан. Лизи чудом успела отскочить в сторону, при этом прихватив Гарри, и профессор даже не заметил их. Квиррелл был бледен и выглядел так, словно сейчас разрыдается. Друзья дождались, пока тот удалится, и заглянули в комнату. Там никого не было, но зато в противоположном конце кабинета имелась вторая дверь, распахнутая настежь. Гарри уже хотел направится к ней, но Лизи его остановила, напомнив о их намерении не лезть в чужие дела, хоть они и стали свидетелем странного разговора.              — Я готов поспорить с кем угодно, хоть на десяток философских камней, что это Снегг вышел через другую дверь. А судя по тому, что мы услышали, Снегг своего добился.              — Гарри, я понимаю… Но… — тот смотрел так, что отказать Лизи не смогла. — Пошли хотя бы к Рону и Гермионе. Может быть, они тебе мозги вправят…

* * *

      — Значит, Снегг все из него вытянул! — заключил Рон, когда Гарри рассказал об услышанном. Друзья уже сидели в библиотеке. — И теперь он знает, как снять наложенное Квирреллом заклинание против Темных сил…              — Да, но остается Пушок, — напомнила Гермиона.              — Возможно, Снегг сам узнал, как пройти мимо него, и ему уже не нужно выведывать это у Хагрида, — предположил рыжеволосый, обводя взглядом окружавшие их тысячи книг. — Я уверен, что в одном из этих томов может быть написано, как приструнить гигантского трехголового пса. Так что мы будем делать, Гарри? — у Рона заблестели глаза. Похоже, ему снова захотелось приключений.       Лизи уже поняла — парней не остановить. Но не успел Гарри открыть рта, чтобы ответить, как в разговор встряла Гермиона.              — Мы пойдем к Дамблдору, — категорично заявила она. — Надо было давным-давно к нему пойти. А если мы попытаемся сделать что-нибудь самостоятельно, то наверняка опять попадемся, и тогда нас точно выгонят из школы.              — Но у нас нет доказательств! — возразил Гарри. — Квиррелл слишком напуган, чтобы подтвердить нашу версию, а Снеггу достаточно просто сказать, что он не знает, как в Хэллоуин тролль попал в замок, и что он даже близко не подходил к третьему этажу.              — Гарри! Тебе мало? Я… Лизи, скажи же ему!              — Не знаю. Приключений мне хватило, ведь мы подставили весь факультет, — Гермиона активно закивала, думая, что Элизабет ее поддержит. — Но к Дамблдору мы не пойдем.              — Вот именно! — воскликнула Грейнджер, пока не поняла, что сказала Реддл. — Подожди, что ты сказала?! Ты что такое говоришь?              — Гермиона, успокойся. Просто подумай. Вот придем мы к директору, и что? Что мы скажем?              — Как что? Расскажем все, что знаем. Пусть сами уже решают…              — Хорошо, я тебе объясню, — перебила Лизи подругу. — Мы знаем то, что ученикам знать не положено. И вот мы ему рассказываем, а его первым вопросом будет: "Как вы узнали о псе и философском камне?". А мы ему и ответим: "Гуляли, господин директор, по третьему этажу, тому самому, по которому вы в первый же день сказали не ходить. Что, господин директор? Что мы там забыли? О-о-о, так мы просто случайно забежали, когда убегали ночью". Также не забывай, что у нас действительно нет никаких доказательств. Мы, мягко говоря, не очень хорошо относимся к Снеггу, а тут пришли, чтобы рассказать какой он плохой. Так еще и после того, что Слизерин вышел на первую полосу рейтинга.              — Вот-вот, — заговорил Рон, — Если мы проведем небольшое расследование…              — Нет, — тихо, но грозно произнес Гарри. — Хватит с нас расследований. Уж очень они дорогие, — он притянул к себе карту Юпитера и начал изучать названия его лун.              На следующее утро за завтраком Лизи, Гарри, Невиллу и Гермионе принесли записки. Во всех было написано одно и то же:       "Для отбытия наказания будьте сегодня в одиннадцать часов вечера у выхода из школы. Там вас будет ждать мистер Филч.

Проф. М. МакГонагалл".

      В одиннадцать часов вечера они попрощались с Роном и спустились вниз. Филч был уже там вместе с Малфоем. Друзья уставились на него, не понимая, что он тут забыл.              — Он с вами. Тоже наказан, — Филч говорил это с очень мерзкой ухмылкой. — А теперь пошли. Будем дурь выбивать кровью и потом.              Лизи прошла мимо Драко, словно его тут нет. Она была обижена, хотя, по большей части, огорчена. Конечно же, Реддл понимала его детское желание по поводу Гарри — обычное мальчишеское соперничество. Но она не понимала зачем так далеко заходить, так еще и при этом самому попадать в свою же ловушку. Она хотела узнать его лучше, может даже подружиться, но его поступки портят все.              Первокурсники и Филч шли сквозь тьму — света от его лампы не хватало даже для того, чтобы разглядеть землю под ногами. Невилл постоянно из-за этого спотыкался. Хотя, наверное, дело вовсе не в темноте.       Гарри и Лизи гадали, какое именно наказание их ждет. Должно быть, это было что-то ужасное, иначе Филч бы так не радовался. В небе светила яркая луна, но на нее все время наплывали облака и погружали землю во мрак. Вдруг впереди показались огоньки. Четверка переглянулась — это дорога к хижине Хагрида. А потом послышался и голос великана.              — Это ты там, что ли, Филч? Давай поживее, пора начинать.              У гриффиндорцев словно камень с души свалился. Если наказание заключалось в том, чтобы выполнить какую-то работу под руководством Хагрида, это было просто великолепно. Но вдруг Филч издевательски произнес, увидев облегчение на их лицах:              — Полагаю, вы думаете, что вы тут развлекаться будете с этим придурком? Нет, вы не угадали. Вам предстоит пойти в Запретный лес. И я сильно ошибусь, если скажу, что все вы выйдете оттуда целыми и невредимыми…              Из темноты к ним вышел Хагрид, а у его ног крутился Клык. Великан держал в руке огромный лук, на его плече висел колчан со стрелами.              — Наконец-то, — произнес он. — Я уж тут полчаса как жду. Лизи, Гарри, Гермиона, как дела-то у вас?              — Я бы на твоем месте не был с ними так дружелюбен, Хагрид, — холодно сказал Филч. — В конце концов, они здесь для того, чтобы отбыть наказание.              — А, так вот чего ты так опоздал-то? — великан смерил Филча суровым взглядом. — Все лекции им читал небось, ага? Не тебе этим заниматься, понял? А теперь иди, нечего тебе здесь делать.              — Я вернусь к рассвету… и заберу то, что от них останется, — завхоз неприятно ухмыльнулся и пошел обратно к замку, помахивая лампой.       Малфой, проводив его полным испуга взглядом, повернулся к лесничему.              — Я в лес не пойду, — заявил он, и Гарри обрадовался, услышав в его голосе страх, но Лизи пихнула друга в бок и наградила суровым хмыком.              — Пойдешь, если не хочешь, чтобы из школы выгнали, — сурово отрезал Хагрид. — Нашкодил, так теперь плати за это.              — Но так нельзя наказывать… мы ведь не прислуга — мы школьники, — продолжал протестовать Малфой. — Я думал, нас заставят сто раз написать какой-нибудь текст или что-то в этом роде. Если бы мой отец знал, он бы…              — Он бы тебе сказал, что в Хогвартсе делать надо то что велят, — закончил за него Хагрид. — Тексты он, понимаешь, писать собрался! А кому от того польза? Ты чего-то полезное теперь сделать должен — или выметайся отсюда. Если думаешь, что отец твой обрадуется, когда тебя завтра увидит, так иди обратно и вещи собирай. Ну давай, чего стоишь?              Малфой не двинулся с места. Он бросил на Хагрида яростный взгляд, но тут же отвел глаза.              — Значит, с этим закончили, — подытожил великан. — А теперь слушайте, да внимательно, потому как опасная это работа — то, что нам сегодня сделать нужно. А мне не надо, чтоб с кем-то из вас случилось что-нибудь. За мной пошли.              Хагрид подвел их почти вплотную к лесу и, высоко подняв над головой лампу, указал на узкую тропинку, терявшуюся среди толстых черных стволов. Лизи почувствовала, как по ее коже побежали мурашки, а спину обдало холодным потом.              — Вон, смотрите… пятна на земле видите? — обратился к ним Хагрид. — Серебряные такие, светящиеся? Это кровь единорога, так вот. Где-то там единорог бродит, которого кто-то серьезно ранил. Уже второй раз за неделю такое. Я в среду одного нашел, мертвого уже. А этот жив еще, и надо нам с вами его найти, беднягу. Помочь или добить, если вылечить нельзя.              — А если то, что ранило единорога, найдет нас? — спросили Лизи и Драко одновременно, однако гриффиндорка сделала вид, что не заметила этого. Слизеринец же посмотрел на нее, поджав губы. Казалось, что ему стыдно перед девочкой.              — Нет в лесу никого такого, кто б вам зло причинил, если вы со мной да с Клыком сюда пришли, — заверил Хагрид. — С тропинки не сходите — тогда нормально все будет. Сейчас на две группы разделимся и по следам пойдем в разные стороны, потому как их тут… ну… куча целая следов. И кровь повсюду. Он, должно быть, со вчерашней ночи тут шатается, единорог-то… а может, и с позавчерашней. Значит так… Невилл и Гермиона со мной, они послабее будут… А вы втроем. Все расходи…              — Хагрид, а с нами-то кто пойдет? Мы же лес даже не знаем, — спросил Гарри.              — Ну, можете Клыка взять с собой, если хотите?              — Мы возьмем собаку! — быстро заявил Малфой, глядя на внушительные собачьи клыки.              — Хорошо, но я вас предупрежу: псина-то трусливая, — пожал плечами Хагрид. — Если кто находит единорога, зеленые искры посылает, поняли? Палочки доставайте и потренируйтесь прямо сейчас… — все повиновались. — Ага, вот так. А если кто в беду попадет, тогда пусть красные искры посылает, мы сразу на помощь придем. Ну все, поосторожнее будьте… а сейчас пошли, пора нам.              В лесу царили тьма и тишина. Гарри шел чуть впереди рядом с псом, а позади шли Лизи и Драко.              — Прости, — очень тихо сказал слизеринец, обращаясь к гриффиндорке. — Я не видел тебя тогда в хижине и думал, что вы дружите только в школе. Просто ты все свободное время с Гермионой в библиотеке сидишь.              — Гарри, Гермиона и Рон — мои лучшие друзья, Драко, — также тихо ответила Лизи. Ей не хотелось, чтобы их услышали. — Я практически все время с ними провожу, и только дураку не будет ясно, что мы вчетвером всегда вместе.              — Друзья… — странным голосом повторил блондин. Девочка злостно запыхтела.              — Если ты хочешь сказать про них какую-то гадость, то лучше не здесь, иначе, я ударю тебя.              — Я ничего не хочу такого сказать. Каждый сам выбирает себе друзей. Я просто хочу, чтобы ты простила меня.              Элизабет повернулась к Драко и удивленно спросила:              — Зачем тебе мое прощение? Мы из враждующих факультетов, и я дружу с твоим, так называемым, "врагом". Так зачем тебе мое прощение?              — Я думаю, ты хороший друг, — слизеринец посмотрел на Гарри, чтобы убедиться, что тот не слышит. — У меня нет таких друзей.              — А Крэбб и Гойл? Еще Паркинсон, Забини. Блейз, кстати, очень дружелюбный и вежливый слизеринец. Ты же с ними часто ходишь. И еще один парень, высокий такой... Не знаю, как его зовут.              — Крэбб и Гойл? — скривился блондин. — Не думаю, что их можно назвать друзьями. Пэнси вообще очень надоедлива. Она сама вечно ходит около меня, несмотря на то, что я ей говорю, чтоб она ушла. А Блейз… он в основном общается с Теодором. Это как раз тот высокий.              — Честно говоря, Драко, я хотела с тобой подружиться, — призналась Лизи, — но твой поступок отвратительный.              — Знаю, — ответил Малфой. — Не могу обещать, что стану хорошо общаться с твоими друзьями, но не буду больше поступать так. Не хочется, чтобы ты пострадала.              — Звучит, словно я тебе нравлюсь, Драко, — улыбнулась девочка, отбросив обиду.              — Что? Ничего подобного! — он показательно отвернулся, намекая на то, что она сказала несусветную глупость. Хотя щеки его отчего-то порозовели. — Не неси бред, а то подумаю, что ты глупостей от Уизли набралась.              — Поверь, это не глупее того, что сделал ты, — усмехнулась Лизи.              — О чем ты?              — Хотел насолить Гарри, а в итоге сейчас с нами идешь рядом.              Драко явно был возмущен такому замечанию, но не признать этой правды не мог. Потому он просто проигнорировал эти слова.              — Придумала желание?              — Не знаю, не было времени, — ответила Лизи. — Стоило бы загадать тебе что-нибудь мерзкое, но я больше не обижаюсь.              — Буду считать, что мне повезло, — хмыкнул Драко. — Ну, зато у тебя есть сейчас время подумать и сообщить мне.              Девочка задумалась всего на пару мгновений.              — Как насчет того, чтобы писать мне письма на каникулах? Я пока не знаю, где буду жить летом. Не уверена, что можно вернуться в приют. Но... — она стала запинаться, — я тебе обязательно сообщу. Ну...              Драко посмотрел на Элизабет, чтобы понять, почему она замолчала, и увидел, как она смущается и старается отвести взгляд, а на лице ее проступает румянец. Лунный свет ложился на нее так, что казалось она светится. Щеки парня вспыхнули, а сердце ускорилось. Он поспешно отвернул голову, чтобы не быть замеченным в таком состоянии. В животе что-то приятно защекотало, а мысли в голове никак не сформировывались. Лизи чувствовала то же самое, но никто из них еще не понимал, что за намеки подает организм.              Дальше они шли молча, шаря глазами по земле. Гарри подошел ближе, чтобы не потеряться. Лунный свет освещал пятна голубовато-серебристой крови, покрывшие опавшую листву. Лизи услышала шум воды и глазами стала искать ручей. Вдруг она остановилась, парни последовали ее примеру, а Клык затрясся и начал прятаться за гриффиндорку.              — Ты в порядке, Элизабет? — прошептал Драко.              — Что-то странное… Чувство, словно что-то…       Но внезапно ее глаза расширились, и она, схватив парней за руки, спряталась с ними за дерево. Она пальцем показала, чтобы они были тише, и стала искать пса. Клык постарался слиться с землей, и у него это получилось.              — "Какой умный", — подумала девочка.       Спустя пару минут Гарри заговорил первым.              — Лизи, ты что-то увидела? — она кивнула. — Что это?              — Не знаю, как будто человек, но я так испугалась… Первое, что пришло в голову, это спрятаться.              Гарри кивнул. Они втроем медленно вышли из укрытия и двинулись дальше, слушая каждый шорох. Шли сквозь почти сплошную черную стену деревьев. Лизи не переставала нервно оглядываться, что и заметили парни, но ничего так и не сказали. У нее было неприятное ощущение, что за ними следят. Извилистая тропинка снова сделала резкий поворот, но едва они прошли его, как девочка увидела, что кто-то сидел над телом единорога. Он пил кровь животного. Ей резко стало плохо, словно кто-то влез в голову, и она услышала тихое:              — Еще рано... мой свет...              Элизабет начала падать на землю, только и успев сказать:              — Там впереди… Пускайте красные искры…              Гарри тут же поднял палочку и из нее вылетели высоко в небо красные искры. Драко, тем временем, схватил Элизабет на руки, и они втроем спрятались в густых кустарниках. Где-то рядом спрятался и Клык. Парни сидели на земле и смотрели то друг на друга, то на бессознательную подругу.              — Ты думаешь, то существо нас заметило? — прошептал Драко, позабыв о натянутых отношениях. Гарри, судя по всему, тоже забыл о них на время.              — Не знаю, но, надеюсь, он вообще слепой…              Минуты тянулись, как часы. Не было понятно, увидела ли другая группа сигнал или нет? А если увидела, то почему так долго?       Девочка стала приходить в сознание. Первое, что она увидела, это лицо Малфоя, который смотрел куда-то в сторону.              — Драко? Что я…              — Лизи… Ты нас напугала, — очень тихо заговорил Гарри, обняв подругу. Когда та стала оглядываться по сторонам, то поняла, что ее голова лежала на ногах слизеринца.              — Прости, Драко… Я не знала, что…              — Нормально все. Но у нас проблема. Мы отправили сигнал, но кого так и нет.              — Верно, уже несколько минут прошло. Никто так и не идет. Думаю, я выйду проверю…— пробурчал Гарри.              — Пошли вместе. Одному опаснее, — сказал Драко. Гриффиндорцы посмотрели на него, словно он шел по воде. Малфой цокнул, и голос напитался привычным презрением. — Мы сейчас тут одни. Я не хочу вечность торчать, к тому же и умирать тоже не хочу.              Он стал медленно подниматься с земли. Его примеру последовали и гриффиндорцы. Выглянув из гущи кустарников, они увидели только мертвого единорога. Того существа уже не было. Ученики полностью вылезли из укрытия. Они думали, что оно исчезло, как вдруг Клык резко побежал куда-то назад, а то самое существо быстро начало надвигаться на них, выйдя откуда-то из лесу.              — Еще рано… — заговорило существо. — Элизабееет…              Девочка, схватившись за голову, снова стала терять сознание. Она стояла позади парней, и ближе всего к ней был Драко.              — Малфой, бери Лизи и уходи, — закричал Гарри.              Малфой ничего не стал отвечать, он быстро подхватил девочку и побежал к месту, где они все разделились. Когда Драко вернулся на то место, то увидел стоящих учеников и Хагрида. Лица их были взволнованы.              — Что с Лизи? А Гарри где? — быстро проговорила Гермиона, помогая положить подругу на землю.              Слизеринец кратко рассказал все, что с ними произошло. И когда Хагрид уже хотел побежать на помощь Гарри, то тот возвратился верхом на кентавре. Получеловек не стал подходить ближе к группе людей, а высадил гриффиндорца и убежал прочь в лес. Парень подбежал ближе к ученикам и Хагриду.              — Гарри, ты в порядке?              — Уже все хорошо, Гермиона. Но Лизи…она то и дело…              — Драко нам уже все рассказал, — заговорил великан. — Мы не видели сигнала… Лучше вернемся в замок.

* * *

      Рон спал в общей гостиной — видимо, он ждал их возвращения и незаметно для себя задремал. Когда Гарри грубо потряс его, рыжеволосый начал выкрикивать что-то про нарушения правил игры, словно ему снился матч по квиддичу. Однако через несколько секунд Рон полностью проснулся, вытаращив глаза, смотрел на бессознательную Лизи и слушал рассказ Гермионы и Гарри. Гарри был настолько взволнован, что не мог сидеть и ходил взад-вперед по комнате, постоянно смотря на Реддл. Он по-прежнему не понимал, что с ней.              — Снегг хочет украсть камень для Волан-де-Морта. А Волан-де-Морт ждет в лесу… А все это время мы думали, что Снегг хочет украсть камень, чтобы стать богатым… А Волан-де-Морт…              — Не произноси это имя! — испуганным шепотом попросил Рон. — С чего ты вообще начал о нем говорить?       Казалось, он боится, что Волан-Де-Морт может их услышать. Гарри проигнорировал просьбу, продолжая рассказывать.              — Кентавры мне сообщили, что Волан-де-Морт жив и пытается вернуться. Так что нам только осталось дождаться того момента, когда Снегг украдет камень. Тогда Волан-де-Морт сможет жить вечно. Еще кентавр, который меня спас, сказал, что по расположению звезд, Волан-де-Морт должен был меня сегодня убить, но ему помешала Лизи.. Не знаю, конечно как, но главное, чтобы с ней сейчас все было хорошо.              — Гарри, но ведь все говорят, что единственный, кого когда-либо боялся Ты-Знаешь-Кто — это профессор Дамблдор, — видно было, что Гермиона страшно напугана, но она все же нашла для Гарри слова утешения. — Пока он здесь, Ты-Знаешь-Кто не придет сюда и тебя не тронет. Да и кто сказал, что кентавры правильно истолковали расположение звезд? На мой взгляд, это обычное предсказание будущего, как по руке или картам. А профессор МакГонагалл говорит, что это очень неточная наука. Сам подумай... Как Лизи, упав в обморок, скорее всего от стресса, могла тебя спасти?              — Другой вопрос, что именно с Лизи…— проговорил Гарри. — Хагрид, конечно, сказал, что она просто поспит и все будет хорошо… но…              — Пусть пока спит. Не тревожь ее.              А Лизи и правда спала. Спала, видя странный сон, где белокурая женщина читала ей сказку.              — ...Великий Лорд так много грустил и так долго жил в одиночестве, что обезумел. И решил он разрушить старое Королевство, на его месте построив новое. Собрал он армию и пошел во дворец, чтобы убить Короля. Но ждало его разочарование. Король давно мертв, и на месте Короля сидит маленькая девочка. Взглянув в ее глаза цвета серебра, Лорд понял — Новое Королевство уже построено ею. И все, что ему остается — защищать это Королевство, пока силы его не иссякнут.