Наследие: искупление

      Наступило время экзаменов.       Лизи сдала практические на "превосходно", как и Гермиона. Гарри с Роном повезло чуть меньше, но тем не менее, все четверо теперь могли перейти на второй курс, если сдадут так же хорошо письменный тест. На самом деле, Реддл не переживала из-за экзаменов, в отличие от своих друзей, ее беспокоило другое… Головные боли, которые начались после той самой ночи в запретном лесу, а также странное предчувствие. Она рассказала о своем состоянии друзьям, когда они сидели вчетвером в общей гостиной и говорили о философском камне.              — Может, стоит сходить к мадам Помфри? Она даст лекарство и сможет нам сказать в чем проблема.              — Нет, Гермиона. Просто что-то не так… Не знаю, как мне это объяснить даже. Ощущение, словно мы что-то упускаем.              — Головные боли — это опасная вещь. Нельзя все так оставлять, — не унималась Грейнджер.              — У меня тоже самое…— сознался Гарри.              — И чего ты молчал, Гарри?! Это не простое совпадение, я уверена!              — У меня особенно сильно болит шрам.              — Ну что за… У меня даже слов не хватает. Вы ведь из-за головной боли почти не спите даже. Рон скажи же им!              В этот момент Лизи и Гарри утаили еще кое-что. Они не спали по ночам не из-за головной боли, а из-за кошмаров. Гарри снился все тот же сон с ярко-зеленой вспышкой, а Лизи снилась она сама, но уже взрослая и стоящая посреди мертвых людей… всех знакомых ей людей. Перед ней стоит Гарри и направляет на нее палочку. Они напряженно смотрят друг другу в глаза и молчат. Вокруг тишина, казалось, даже сама природа мертва. Лизи приняла решение не говорить об этом никому, подумав, что эти кошмары просто из-за стресса, пережитого ею. А что еще подумать можно? Одиннадцатилетняя девочка за последние несколько недель была поймана за серьезным нарушением, поспособствовала проигрышу факультета, ее все ненавидят и тыкают пальцем. Также пережила наказание в Запретном лесу, увидела ужасное неизвестное существо, которое питалось кровью единорога и знало ее имя. Так еще и Гарри, не унимаясь, чаще говорит о Волан-де-Морте и его возможном возвращении. Будто в том лесу кентавры околдовали его.              — Да ладно тебе, — отмахнулся Рон от слов Гермионы. — Они, наверное, перенервничали. Сейчас сдадим последний экзамен, они спокойно выспятся, и все будет хорошо. У меня вот тоже сегодня болела голова. Хотя, скорее всего, это потому, что я упал с лестницы.              Однако никакого облегчения Лизи и Гарри не ощутили, написав последний тест. Пока Рон радовался, что им больше не нужно ничего учить, а Гермиона судорожно вспоминала свои ответы, боясь того, что допустила ошибку, двое друзей брели за ними абсолютно безрадостные. Вчетвером они спустились к озеру и сели под дерево. На берегу веселились близнецы Уизли и Ли Джордан — они дергали за щупальца заплывшего на мелководье кальмара.              — Больше никаких повторений, — вздохнул Рон, вытягиваясь на траве, и на его лице появилось выражение неописуемого счастья. — А вы, Лизи и Гарри, могли бы выглядеть и повеселее — в конце концов до объявления результатов экзамена у нас еще целая неделя.              Элизабет просто хмыкнула, сев на траву, и не стала отвечать. Они это слышат каждый день. Но вот ее друг, кажется, разозлился. Гарри потер лоб и раздраженно проговорил.              — Ты это говоришь постоянно. Каждый чертов день, Рон. Думаешь, я не хотел бы знать, что со мной происходит?! Или Лизи очень рада такому состоянию? Шрам постоянно словно огнем горит! Такое и раньше случалось, но редко. А сейчас боль вообще почти не проходит.              — Сходите к мадам Помфри, — снова предложила Гермиона.              — Но мы же не больны, — возразил Гарри. — Я думаю, это предупреждение… И оно означает, что грозит опасность…              — Они не понимают, — очень тихо проговорила Лизи, обращаясь к Поттеру.              — Расслабьтесь, Гермиона права, — Рон безмятежно улыбнулся. Ему было слишком жарко, чтобы серьезно задуматься над чем-либо. — Пока поблизости находится Дамблдор, камень в безопасности. И к тому же у нас нет доказательств, что Снегг узнал, как пробраться мимо Пушка. В прошлый раз пес почти откусил ему ногу, так что теперь он не будет действовать в спешке. А Хагрид никогда никому не расскажет, как усмирить Пушка.              Лизи и Гарри кивнули.              — Вообще, я думаю, головная боль и правда из-за экзаменов, — заявила Гермиона. — Я, например, прошлой ночью проснулась и начала листать тетрадь по трансфигурации и только через час вспомнила, что этот экзамен мы уже сдали.              — Это звучит убедительно, — усмехнулась Реддл, хоть она и не сомневалась, что беспокоящее чувство не имеет к экзаменам никакого отношения.              Она подняла взгляд к ярко-голубому небу и заметила летящую в сторону замка сову. В клюве у нее было письмо.              — Странно, почта только по вторникам и четвергам, — Гарри тоже заметил птицу. — Видимо, это что-то срочное.              Лизи нахмурилась, задумавшись о словах Рона.              — "Пока поблизости находится Дамблдор, камень в безопасности", — и она тут же вскочила с места, напугав своих друзей.              — Ты чего? — ахнула Гермиона.              — Но если Дамблдора не будет в школе? — заявила девочка. — Что, если его срочно куда-то позовут? В Министерство, например.              Теперь друзья понимали, чего Лизи так встрепенулась. Они и сами подскочили, быстро побежав в сторону замка, чтобы отыскать директора. Но тут их ждала еще одна проблема — где его, собственно, искать? Видели его ребята только на ужинах и редко на матчах по квиддичу. Предметов школьных он давно уже не вел, а значит сидел где-то в своем кабинете. Кабинете, местонахождения которого друзья не знали.              — И что теперь делать? — спросил Рон. — На самом-то деле, я только сейчас задумался и понял, что в школе будто и нет его кабинета.              — Или он спрятан где-то в стенах, в подземельях, — предположила Гермиона. — Такое не редкость в Волшебном мире.              — Значит, нужно найти кого-то из учителей и просто узнать, где Дамблдор, — сказала Лизи.              — Это не странно будет? — нахмурился рыжеволосый. — Зачем бы нам его искать?              — Неважно! — воскликнул Гарри, побежав в сторону лестниц. Друзья за ним.              Там, как кстати, спускалась со второго этажа профессор МакГонагалл с кипой книг на руках. Гарри буквально подлетел к ней, напугав женщину.              — Что вы, четверо, делаете в замке? — грозно спросила она. — Велено же было отправляться на улицу.              — Мы хотим увидеть профессора Дамблдора, — отважно выступили вперед девочки, поразив своей смелостью Гарри и Рона.              — Увидеть профессора Дамблдора? — переспросила профессор МакГонагалл с таким видом, словно слова эти показались ей подозрительными. — А зачем?              — Это секрет, — произнес Гарри, решив, что не надо посвящать МакГонагалл в детали дела. Однако сразу понял, что ошибся, потому что ее ноздри начали гневно раздуваться.              — Профессор Дамблдор отбыл десять минут назад, — холодно произнесла женщина. — Он получил срочную сову из Министерства магии и немедленно вылетел в Лондон.              — Он улетел? — произнес мальчик слабеющим голосом. — В такое время?              — Видите ли, мистер Поттер, профессор Дамблдор очень известный волшебник, и у него часто появляются срочные, неотложные дела.              — Но это важно, — настойчиво произнес мальчик.              — Что вы хотите этим сказать, Поттер? — профессор МакГонагалл не прибавила к его фамилии свое обычное "мистер". Это означало, что она уже вне себя и лишь усилием воли держит себя в руках. — Вы хотите сказать, что ваше дело куда более важное, чем то, по которому профессор Дамблдор вылетел в Министерство магии?              — Послушайте, профессор, — неуверенным тоном начал Гарри. — Это касается философского камня…              Неизвестно, что ожидала услышать от учеников профессор МакГонагалл, но явно не эти слова. Книги выпали из ее рук, но она даже не заметила этого.              — Откуда… откуда вы знаете? — нервно выговорила она.              — Профессор, я думаю… я знаю… что Сне… — Лизи осекла друга, тут же поправив его.              — Что кто-то хочет похитить философский камень. Нам необходимо поговорить с профессором Дамблдором.              Профессор МакГонагалл была в шоке от услышанного, но своей подозрительности не утратила и продолжала внимательно разглядывать учеников.              — Профессор Дамблдор вернется завтра, — наконец произнесла она после продолжительной паузы. — Я не имею представления о том, как вы узнали о камне, но будьте уверены, что его весьма надежно охраняют и никому не удастся его украсть.              — Но профессор…              — Поттер, я знаю, о чем говорю, — отрезала МакГонагалл. Она нагнулась и начала собирать упавшие книги. — Я думаю, что вам четверым лучше выйти на улицу и как следует насладиться хорошей погодой.              Она ушла, но четверка не последовала ее совету.              — Если что-то должно произойти, то это произойдет сегодня вечером, — заявила Лизи, как только профессор отошла достаточно далеко и уже не могла их услышать. — Значит тот, кто хочет украсть камень, уже знает, как обойти Пушка. Вопрос только откуда?              — О, нет! — прошептала Гермиона. Кровь отлила от ее лица, а она теперь точно походила на живого мертвеца. — Я, кажется, все поняла... — друзья внимательно на нее посмотрели. — Помните, Хагрид сказал, что Норберт редкой породы? Меня еще тогда поразило, как тот незнакомец так просто проиграл его в карты, так еще и рад был? Он бы мог продать его на нелегальном рынке и получить не меньше полутысячи галеонов. Я, конечно, не одобряю такую экономику, но все же это звучит логичнее, чем то, что он сделал.              — Гермиона, к сути! — не стерпел Гарри. — Времени мало!              — Будем честны, — продолжила девочка, — Хагрида легко разговорить, а если учесть, что тогда он был пьян, то, думаю, там и стараться особо не пришлось. Снегг, или кто другой, они могли выведать у Хагрида нужную информацию.              — Как ты тогда, — кивнула Лизи. — Немного лести, и Хагрид бы точно захотел похвастаться своим трехголовым песиком. Вряд ли таких в мире сотни.             — Значит сегодня Снегг заберется в тайник, — заключил Гарри. — Он узнал все, что ему надо, и дождался, пока Дамблдор уедет. Или, я уверен, что это он послал сову, а в Министерстве магии никто вовсе и не ждет Дамблдора.              — Но что нам сейчас... — Гермиона поперхнулась воздухом. Лизи, Гарри и Рон, заметив, что она смотрит за их спины, быстро оглянулись. Позади них стоял Снегг.              — Добрый день, — вежливо поздоровался он. Они молча смотрели на него, широко открыв глаза. — Не стоит упускать возможность насладиться хорошей погодой, — произнес зельевар со странной кривой усмешкой. — Особенно вам, мисс Реддл и мистер Поттер. Последнее время, вы болезненно бледны.              — Мы… — начал Гарри, совершенно не представляя, что собирается сказать.              — Вы должны проявлять разумную осторожность, — закончил за него Снегг. — У вас такой вид, что можно предположить, будто вы что-то затеваете. Смею напомнить, ваш факультет не может позволить себе еще пару сотен штрафных очков, не так ли?              Гарри густо покраснел. Он уже повернулся к Снеггу спиной, когда тот снова заговорил.              — Я вас предупреждаю, Поттер, еще одна ночная прогулка по школе, и я лично позабочусь о том, чтобы вас исключили. Вы же, мисс Реддл, постарайтесь реабилитироваться. Не хотелось бы терять такой талант, как вы. А сейчас — хорошего дня.              Снегг развернулся и пошел по направлению к учительской. Друзья отправились в гостиную Гриффиндора раздосадованные и абсолютно не представляли, что им сейчас делать.              — Вот и конец, — прошептал Рон, буквально падая в кресло. — Мир погрязнет во власти Снегга. Мы все будем носить эту дурацкую мантию. А бедный Невилл, наверняка, запутается в ней, упадет и ударится головой. При хорошем раскладе он просто станет дурачком. При худшем — умрет. Хотя, если властвовать будет Снегг, смерть не так плоха.              — Он не будет властвовать, — горячо зашептал Гарри. — Он этот камень добывает Волан-де-Морту.              Рон дернулся, услышав имя мага, но ничего не ответил.              — Ладно, у меня есть один план, — сказала Лизи, обойдя гостиную, дабы наверняка проверить, что здесь они одни. — Но он опасный и может показаться сумасшедшим.              — Показаться сумасшедшим? — повторил Рон. — Да вся моя жизнь в Хогвартсе такая. Осталось, действительно, только надеть мантию Снегга и стать его чистильщиком обуви.              — Чего ты прикопался к этой мантии? — спросила Гермиона.              — Не прикопался я к ней! — воскликнул рыжеволосый. — Она просто странная, только и всего.              — Ну и что за план? — подал голос Гарри.              — В общем, — Лизи набрала в легкие побольше воздуха и на одном дыхании выпалила: — Думаю, единственный способ не дать Снеггу завладеть камнем, это первыми его заполучить.              Судя по лицам, друзья не ожидали такого плана.              — Ты права, — кивнул Рон. — Этот план сумасшедший.              — Мы дети, — ответила Гермиона. — Даже если нам удастся, во что я ни разу не верю, пробраться через препятствия учителей, то что мы будем делать, когда на пути появится Снегг? А я уверена, он обязательно появится. И тогда нас точно отчислят.              — Отчислят? — переспросил Рон. — Я с тобой согласен, но хочу сказать тебе, как другу, что с приоритетами у тебя большая проблема.              — Гермиона, — заговорил Гарри, — если Снегг украдет камень, Волан-де-Морт вернется! Разве вы не слышали о тех временах, когда он пытался захватить власть? Тогда уже никого не выгонят из Хогвартса, потому что школы просто не будет!              — Он точно сровняет ее с землей или превратит в школу Темных искусств, — кивнула Лизи. Гарри продолжил:              — Если меня поймают прежде, чем я доберусь до камня, что ж, мне придется вернуться обратно к Дурслям и там ждать, пока Волан-де-Морт найдет меня. Я просто умру позже, чем мог бы умереть, если бы ничего не предпринял сегодня, потому что я никогда не перейду на Темную сторону! И потому сегодня мы пойдем туда, где хранится камень. И что бы вы двое ни сказали, нас это не остановит! Если вы помните, Волан-де-Морт убил моих родителей. Я не могу сидеть сложа руки и ждать, когда он начнет убивать других…              Закончив, Лизи и Гарри пристально посмотрели на Рона и Гермиону словно ожидали, что они начнут с ним спорить. Но они молчали.              — Не такой уж и плохой план, Лизи, — через какое-то время тихим голосом откликнулась Гермиона.              — Можем использовать мантию-невидимку, — заявил Гарри. — Мне повезло, что мне ее вернули.              — Ты думаешь, мы четверо под ней уместимся? — поинтересовался Рон.              — Что значит — мы четверо? — не поняли Гарри и Лизи.              — Да перестаньте, — отмахнулся Рон. — Думали, что мы оставим вас двоих, а сами пойдем спокойно спать?              — Конечно, не оставим, — горячо подтвердила Гермиона. — Не думаю, что у вас без нашей помощи получится добраться до камня. А сейчас я пойду и полистаю учебники, может быть, наткнусь на полезную информацию. А ты, Лизи, поможешь мне! Мне не приятно это признавать, но ты лучше меня ищешь информацию, когда действительно этого хочешь.              Рон промолчал — ему козырять было явно нечем.       После ужина они вернулись в гостиную и сели отдельно друг от друга, чтобы никто не подумал, что они что-то замышляют. Хотя зайди сюда профессор МакГонагалл, она бы сразу предположила обратное. Но учителя сюда не заходили, а все остальные предпочитали Лизи и Гарри не замечать — с ними до сих пор никто не разговаривал.       Гермиона перелистывала свои записи, надеясь, что это поможет им расколдовать заклинания, охраняющие камень. Элизабет искала подобную информацию в книгах, которые они раннее взяли в библиотеке. А Гарри и Рон молчали, обдумывая то, что им предстоит сделать. Постепенно комната пустела. Близилось время сна, а значит пора действовать.              — Иди за мантией, — прошептал Рон, обращаясь к другу, когда из комнаты, зевая и потягиваясь, наконец вышел Ли Джордан. Тот метнулся наверх в темную спальню.              — Наденем мантию прямо здесь и убедимся, что она скрывает нас всех. Лучше не пользоваться пока тем заклинанием, Лизи, раз для него нужна большая концентрация. Мы сможем поместиться под мантией, она достаточно большая, — предложил Гарри.              — Что вы задумали? — донеслось из угла комнаты.              Все четверо резко повернули головы, увидев застывшего Невилла. Он держал в руках свою свободолюбивую жабу. Судя по всему, та опять попыталась улизнуть, и мальчик оказался в темном углу именно потому что искал ее.              — Все в порядке, Невилл, ничего особенного, — успокоила его Лизи, стараясь помочь спрятать мантию за спину Гарри. Невилл внимательно посмотрел на их виноватые лица.              — Вы снова собираетесь выйти отсюда посреди ночи, — уверенно заявил он.              — Нет-нет-нет! — затараторила Гермиона. — Конечно же нет. Почему бы тебе не пойти спать, Невилл?              — Вам нельзя отсюда уходить, — упрямо заявил мальчик. — Вас снова поймают, и у нашего факультета будет еще больше проблем.              — Ты не понимаешь, — не выдержал Гарри. — Это очень важно.              — Я не выпушу вас, — Невилл был явно настроен очень решительно. Он встал, загораживая собой выход в коридор. — Я… Я буду с вами драться!              — Невилл! — взорвался Рон. — Отойди от портрета и не будь идиотом…              — Не смей называть меня идиотом! — парировал тот. — Я считаю, что вы не должны больше нарушать правила! А ты, Рон, сам учил меня, что надо уметь за себя постоять!              — Да, но ведь мы твои друзья, — рыжеволосый развел руками. — Невилл, ты не понимаешь, что ты делаешь, — он шагнул вперед, и Долгопупс выпустил из рук своего Тревора, который упал на пол и тут же скрылся в неизвестном направлении.              — Ну тогда попробуй ударить меня! — Невилл поднял кулаки. — Я жду!              Гарри повернулся к Лизи.              — Можешь сделать что-нибудь? — в отчаянии попросил он.              — Прости, Невилл, — девочка выступила вперед. — Мне очень-очень жаль… Петрификус Тоталус! — воскликнула она, указывая палочкой на Невилла.       Руки того тут же рванулись к бокам, громко хлопнув по телу. Ноги рывком соединились вместе. Невилл вытянулся и застыл, покачиваясь, а потом упал лицом вниз. Элизабет подбежала к нему и перевернула его. Челюсти парня были крепко сжаты — говорить он не мог. Только глаза его двигались, с ужасом глядя на них.              — Что ты с ним сделала? — прошептал Рон.              — То же, что и тогда Малфой, только полностью парализовала, — грустно ответила подруга. — Прости, Невилл, мне жаль, но другого выхода нет.              — Ты нас вынудил, Невилл, у нас нет времени все тебе объяснять, — добавил Гарри.              — Позже ты все поймешь, Невилл, — поставил точку в разговоре рыжеволосый.              Мантия надежно укрывала всех четверых, но они все равно нервничали и в окружавшей их темноте принимали каждую статую за притаившегося Филча. И не успели они подойти к самой первой лестнице, как у ее подножия нарисовалась миссис Норрис.              — Может, пнуть ее? Давно мечтал об этом, — прошептал Рон в ухо друзьям, но те отрицательно помотали головами.              Они аккуратно прокрались мимо кошки. И хотя миссис Норрис внимательно смотрела на них своими напоминающими лампы глазами, она явно их не видела, потому что ничего не предприняла. Больше им пока никто не попадался. Несколько минут спустя они стояли перед дверью, ведущей в запретный коридор. Дверь была распахнута настежь.              — Ну что ж, — спокойно произнес Гарри. — Значит, Снегг уже прошел мимо Пушка, — затем он обратился к Гермионе и Рону. — Если вы хотите уйти, я на вас не обижусь. Можете взять мантию — здесь она мне и Лизи уже не понадобится.              — Не будь дураком, — посоветовал Рон.              — Мы с вами, — подтвердила Гермиона.              Гарри шагнул внутрь первым, задев дверь. Раздался громкий скрип, и до них донесся раскатистый громоподобный рык. Пес не мог их видеть, но повернул голову в их сторону, принюхиваясь всеми тремя носами. Мантия не могла помешать ему их обнаружить.              — Что это валяется у него под ногами? — прошептала Лизи. — Арфа?              — Похоже на нее, — ответила Гермиона. — Может, это должно помочь нам усмирить Пушка?              Только сейчас ребята опомнились. Они ведь, в отличии от Снегга, не знают как расправиться с псом.              — А, может, нужна не именно арфа, а просто музыка? — предположил Рон. — В детстве, когда Фред и Джордж пытались научиться играть на контрабасе, я каждый раз засыпал, хотя, скажу честно, звуки те напоминали стаю воющих гиен.              — Мне Хагрид подарил флейту на Рождество, — Гарри поднес к губам инструмент, который носил как талисман, и дунул.              Он не умел играть на флейте, но это не имело никакого значения, ведь при первых же звуках все шесть глаз Пушка начали закрываться. Гарри дул, не останавливаясь и едва успевая переводить дыхание. Пес закачался и опустился на брюхо, а потом повалился на бок. Не было никаких сомнений в том, что он крепко спит.              — Какой я молодец. Продолжай играть! — шепнул Рон, когда они сняли с себя мантию и медленно двинулись к люку, который охранял Пушок. Жаркое зловонное дыхание, вырывавшееся из трех пастей, чувствовалось все сильнее. — Думаю, мы легко откроем люк, — заверил их рыжеволосый, вставая на цыпочки и бросая взгляд за спину Пушка. — Хочешь пойти первой, Гермиона?              — Нет, ни за что! — воскликнула та, отступая назад.              — Хорошо, — Рон скрипнул зубами, собираясь с силами, и опасливо переступил через лапы Пушка, а потом нагнулся над люком и потянул за кольцо.              — Что ты там видишь? — взбудоражено прошептали девочки.              — Ничего. Темнота. Никаких ступеней не видно, придется прыгать.              Гарри, продолжавший играть на флейте, поднял руку и помахал, привлекая внимание Рона, а потом указал пальцем на себя.              — Ты хочешь пойти первым? Уверен? — переспросил рыжеволосый. — Честно говоря, не знаю, как далеко нам придется лететь. Отдай флейту тогда Гермионе, Пушок не должен проснуться.              Гарри протянул флейту Гермионе. Прошло несколько секунд, прежде чем та поднесла ее к губам, а трехголовый монстр уже задергался и зарычал. Но как только до него донеслись звуки флейты, он снова погрузился в сон.              Гарри переступил через Пушка и заглянул в люк, но дна, действительно, видно не было. Он пролез в дыру, крепко держась за края люка, и наконец повис на кончиках пальцев, а потом поднял глаза на Рона и Лизи, которые стояли рядом и внимательно следили за каждым действием друга.              — Если со мной что-то случится, уходите отсюда, — произнес он. — Бегите к Хагриду, чтобы тот немедленно отправил к Дамблдору сову, поняли?              — Поняли, — кивнули те.              — Надеюсь, скоро увидимся… — с этим словами Гарри разжал пальцы и полетел вниз. Звука падения не было слышно несколько секунд, а потом резко… ПЛЮХ!              — Он упал на что-то мягкое, судя по звуку…— Лизи не понимала, это хорошо или плохо. — Гарри?! Ты как?              — Все в порядке! — прокричал он. — Можете прыгать, вас ждет мягкая посадка!              — Я прыгну сейчас, а потом ты с Гермионой! — Реддл кивнула и стала следить за Роном, который уже прыгнул в темноту. Спустя несколько секунд снизу послышалось:              — Давайте, Лизи, Гермиона!              Грейнджер перестала играть и быстро направилась к подруге, а затем, взявшись за руки, девочки спрыгнули вниз. Послышался громкий лай, когда они плюхнулись на что-то.              — Мы, наверное, в нескольких километрах под школой, — заметила Гермиона.              — Это точно. Нам повезло, что здесь есть это растение, — улыбнулся Рон.              — Повезло?! — взвизгнула Реддл. — Да вы посмотрите на себя!              Она попыталась высвободиться, но растение уже успело крепко схватить всех за ноги. А что касается Гарри и Рона, то длинные ползучие побеги умудрились уже связать их шеи. Гермиону растение ухватило за руки, стараясь подобраться к шее. Чем больше усилий прикладывали дети, чтобы освободиться, тем сильнее и быстрее обвивались вокруг них змееподобные побеги.              — Не двигайтесь! — приказала Элизабет. — Я знаю, что это. Это "дьявольские силки"!              — Я ужасно рад, что это именно так называется! — прорычал Рон, пытаясь помешать стеблю, пытавшемуся обвиться вокруг его шеи. — Это, конечно, нам поможет!              — Заткнись, мы пытаемся что-нибудь придумать! — отозвалась Гермиона.              — Тогда побыстрее, мне уже дышать нечем! — выдавил Гарри, борясь со стеблем, который сдавливал его вокруг груди.              — Я помню-помню… — крикнула Лизи. — Расслабьтесь, старайтесь даже дышать тише и медленнее. Они вас отпустят…              Как только она договорила, то исчезла в толще растений. Ребята последовали ее примеру. Как только растение почувствовало, что сопротивления нет, то разжало свои побеги, и дети провалились вниз, упав на каменный пол.              — Как хорошо, что вы такие умные, — произнес Рон, утирая пот с лица.              — Ага, — поддакнул Гарри. — Пойдемте, — он махнул рукой в сторону единственного каменного прохода, который вел отсюда. Все, что они слышали — кроме своих шагов, разумеется — были капли воды, падающие со стен. Коридор резко пошел вниз.              — Слышите? — прошептал Рон. Все прислушались. Откуда-то сверху доносилось мягкое шуршание и тихий звон.              — Думаете, это привидение? — спросил Гарри.              — Не знаю… — Рон пожал плечами.              — Но вообще похоже на крылья, — предположила Лизи. Спустя несколько минут она заметила проблески света. — Там впереди… И я вижу, что там что-то движется, но чем бы это ни было, другого выхода у нас нет…              Они дошли до конца коридора и очутились у входа в ярко освещенный зал с высоким дугообразным потолком. Зал был полон порхающих и кружащихся птиц — маленьких и ярких, как драгоценные камни. На другой стороне зала виднелась тяжелая деревянная дверь.              — Думаете, они нападут на нас, если мы попытаемся пройти через зал? — спросил Рон.              — Возможно, — ответила Лизи. — На вид они не особенно опасны, но если нападут все разом… Ну что ж, другого пути нет…              — Я попробую, — Гарри шумно втянул в себя воздух, закрыл голову руками и метнулся к двери.              Ребята были наготове, чтобы в любой момент побежать на помощь их "смельцу", но этого не потребовалось. Гарри добежал до двери и схватился за ручку — дверь оказалась запертой. Убедившись, что птицы действительно не опасны, ребята побежали к другу. Они дружно тянули дверь на себя и толкали ее плечами, но даже вчетвером не смогли ее открыть. Не помогло даже заклинание Алохомора, которое несколько раз поочередно произнесли девочки.              — И что теперь? — поинтересовался Рон.              — Эти птицы… Они не могут быть здесь просто так, для украшения, — с умным видом заметила Гермиона.              Они подняли головы, разглядывая порхающих у них над головами птиц. Лизи внимательнее присмотрелась — яркие и блестящие… Блестящие?              — Это не птицы! — крикнула она. — Это — ключи! Крылатые ключи! Присмотритесь повнимательнее — сами увидите. Это ключи, а значит… Ну конечно, смотрите! — рядом с ними стояли метлы. — Мы должны поймать нужный ключ!              — Но их здесь сотни! — ужаснулась Гермиона. Рон наклонился к двери, изучая замок.              — Нам нужен большой старинный ключ… скорее всего, серебряный, такой же, как дверная ручка.             Трое быстро оседлали метлы, поднялись в воздух и оказались в облаке ключей. Лизи же, скорее, пробовала неуклюжие попытки остаться верхом на метле, нежели действительно летала.       Сначала ребята пытались наобум ухватить то, что им нужно, но заколдованные ключи уворачивались, резко пикируя или набирая высоту, так что понять, где находится тот самый необходимый ключ невозможно. Однако Лизи, немного побарахтавшись в воздухе, пару раз перевернувшись головой вниз, заметила огромный серебряный ключ с помятым крылом. Было похоже, что его совсем недавно уже ловили и с силой всовывали в замок. Девочка бы сама его точно не схватила, но ведь среди их группы был специалист по ловле снитчей.              — Вот он! Гарри, вон там, — крикнула Лизи другу и стала его направлять. — Этот большой, вот здесь… нет, вон там… с ярко-голубыми крыльями… одно крыло помято! — Поттер устремился туда, куда ему указывали, но ключ все уворачивался.              — Нам надо окружить его! — прокричал парень, не выпуская ключ из виду. — Рон, ты заходи сверху, ты, Гермиона, оставайся внизу и помешай ему спуститься. Лизи, ты подлети напротив меня. Я попробую его схватить. Готовы? НАЧАЛИ!              Рон поднялся вверх, Гермиона рванулась вниз, ключ ускользнул от них обоих, метнувшись в сторону. Гарри устремился за ним и, благодаря Лизи, которая перекрыла путь отступления, схватил его. Раздался неприятный хруст, который заглушили восторженные возгласы девочек и Рона. Трое поспешно приземлились, словили падающую Лизи, и Гарри метнулся к двери. Он с силой вонзил ключ в замок, повернул его, и послышался щелчок. В этот момент ключ вырвался из замочной скважины и тяжело взмыл вверх. Вид у него был очень помятый и потрепанный.              — Прости нас, мистер ключ, — извинилась Лизи.              Гарри же открыл дверь. В следующем зале было настолько темно, что вообще ничего не было видно. Однако стоило им сделать несколько шагов, как комнату внезапно залил яркий свет. Все от изумления вытаращили глаза. Они стояли на краю огромной шахматной доски, прямо за черными каменными фигурами, которые были выше их всех, даже Рона. На другой стороне доски стояли белые фигуры. Лизи поежилась — у белых фигур, в отличие от черных, отсутствовали лица.              — И что нам теперь делать? — прошептал Гарри.              — По-моему, ответ вполне очевиден, — заметил Рон. — Мы должны выиграть, чтобы оказаться на другой стороне зала. Там, за белыми фигурами, еще одна дверь.              — И как же нам выиграть? — нервно спросила Гермиона.              — Рон, ты лучше всех в этом… — сказала Лизи, все еще разглядывая фигуры.       — Лучше? Не думаю... — ответил Рон после непродолжительного раздумья. — Но, так или иначе, мы должны стать фигурами.              Он смело шагнул вперед и, подойдя к черному всаднику, игравшему роль шахматного коня, коснулся его лошади. В одно мгновение каменная фигура ожила. Лошадь стала рыть копытами землю, а всадник повернул голову в шлеме и посмотрел на Рона сверху вниз.              — Нам… э… нам надо присоединиться к вам, чтобы перебраться на ту сторону? — запинаясь, спросил рыжеволосый. Рыцарь кивнул. — Надо подумать. Полагаю, нам следует занять места четырех черных фигур… — ребята молча ждали, пока Рон закончит свои размышления. — Короче так. Ты, Гарри, встань на место того слона. А ты, Гермиона, займи место этой ладьи. А ты, Лизи будешь… — резко черный всадник ударил своим копьем по шахматной доске и указал на место короля. — Кто-то должен занять это место? — всадник вновь стал двигать копьем, в этот раз указав на Лизи. — Видимо, так… тебя мы сейчас должны защищать. Я же буду конем, — уверенно заявил Рон.       Похоже, фигуры слушали их разговор, потому что в следующее мгновение конь, слон, ладья и король повернулись и ушли с доски, освободив четыре клетки, а гриффиндорцы заняли их не раздумывая.              — Белые всегда начинают, — произнес Рон, глядя на ту сторону доски. — Ага… вот оно… Белая пешка шагнула на две клетки вперед.              Рыжеволосый начал руководить черными фигурами, которые покорно вставали туда, куда он им указывал. Лизи почувствовала, что у нее дрожат колени. В голове вертелась только одна мысль: что будет, если они проиграют?              — Гарри, переместись на четыре клетки вперед! — скомандовал Рон. В первый раз всем стало не по себе, когда противник напал на их второго всадника. Белая королева сбила его на пол и стащила с доски — лежавший вниз лицом рыцарь не шевелился. — Мне пришлось им пожертвовать, — прошептал Рон, хотя, судя по его виду, он тоже был потрясен — но не неожиданностью случившегося, а жестокостью расправы. — Гермиона, теперь ты можешь взять этого слона. Нам нужно защитить Элизабет.              Лизи было невероятно страшно, и лишь благодаря какой-то необычайной силе воли, она еще держалась.       Белые фигуры были безжалостны. Вскоре у доски уже лежала целая гора неподвижных черных тел, а значит, скоро мог прийти и их черед. Уже несколько раз Рон только в самый последний момент успевал заметить, что Лизи, Гарри и Гермиона находятся в опасности. Сам Рон беспрерывно метался по доске, и следовало признать, что, несмотря на жестокость противника, белых фигур на ней осталось ненамного больше, чем черных.              — Мы почти у цели, — вдруг лихорадочно зашептал Рон. — Дайте мне подумать… дайте мне подумать… — белая королева повернула к нему свое отсутствующее лицо. — Да… — тихо произнес парень. — Это единственный способ… Мне придется пожертвовать собой.              — НЕТ! — дружно запротестовали друзья.              — Это шахматы! — крикнул в ответ Рон. — Здесь приходится идти на жертвы! Я сделаю один шаг вперед, и она меня заберет, и тогда ты, Гарри, сможешь объявить королю шах и мат!              — Но… — начал было Гарри.              — Ты хочешь остановить Снегга или нет? — голос рыжеволосого был твердым и уверенным.              — Но, Рон… — вмешалась Лизи.       — Иначе, она уберет с доски уже тебя! Тогда игра закончится проигрышем. В таком случае, не факт, что хоть кто-то из нас вообще останется жив. Так еще и камень окажется у Снегга! — самое ужасное для Лизи было то, что она понимала — это действительность, с которой нельзя ничего поделать уже. — Готовы? — спросил Рон, а его бледное лицо было полно решимости. — Я пошел, а вы, когда объявите им мат, не теряйте времени…              Лизи следила за другом, затаив дыхание. Рон шагнул вперед, и белая королева метнулась к нему. Размахнувшись, она с силой опустила свою именную руку на голову Рона, и тот тяжело рухнул на пол. Гермиона закричала от ужаса, но осталась на своей клетке. Элизабет со слезами смотрела, как белая королева стаскивает Рона с доски, надеясь, что он просто потерял сознание. Затем перевела взгляд на Гарри, который уже сдвинулся на три клетки влево. Белый король стащил с себя корону и кинул ее к ногам Лизи. Они победили. Белые фигуры, кланяясь, расступились. Путь был свободен. В последний раз оглянувшись, и, бросив на Рона полный боли взгляд, ребята открыли дверь и оказались в следующем коридоре.              — А что, если он… — тихо прошептала Гермиона, схватив свою подругу за руку.              — Нет, он не мог… он просто потерял сознание, — ответила ей Лизи, пытаясь скорее убедить в этом саму себя. — Как думаешь, что нас ждет впереди?              — Со Стебль мы разобрались, я хотела сказать, с ее "дьявольскими силками". С Флитвиком тоже: наверняка это он заколдовал ключи. МакГонагалл оживила шахматные фигуры, это ее работа. Остается Квиррелл… и затем Снегг…              — Готовы? — шепнул Гарри, остановившись перед очередной дверью.              Девочки синхронно кивнули, и Гарри потянул дверь на себя. Их встретил такой отвратительный запах, что если бы они не зажали носы, то, наверняка, потеряли бы сознание. Даже глаза слезились, пока они всматривались в полумрак. Наконец они увидели распростертого на полу огромного тролля, значительно превосходившего по размерам того, которого они победили в Хэллоуин. Тролль явно был без сознания, а на его голове багровела гигантская шишка. Затаив дыхание, они втроем перешагнули через толстенные ноги. Гарри аккуратно приоткрыл следующую дверь, и ребята с опаской заглянули внутрь — за ней их могло ждать что угодно. Но в комнате не было ничего страшного. Посредине стоял стол. На нем выстроились в ряд семь разнокалиберных сосудов, наполненных какими-то жидкостями.              — Тролля здесь поставил Квиррелл, а Снегг с ним разобрался, — шепнул Гарри. — Значит, нам остается победить заклятие Снегга. Только вот что нам делать с этими сосудами?              Они подошли к столу, и вдруг позади них из-под пола вырвалось пламя, отсекая путь назад. Судя по ярко-фиолетовому цвету, это был не простой огонь, а волшебный. Тут же языки огня заплясали перед той дверью, которая находилась впереди. Они оказались в ловушке.              — Смотри! — Гермиона схватила со стола свиток пергамента и прочитала: — "Впереди опасность, что и позади, но две из нас помогут, ты только их найди. Одна вперед двоих отправит, другая одного назад. В двух — вино всего лишь, а еще в трех — яд. Ты хочешь здесь остаться на долгие века? Тогда ищи — к тому же подсказка тебе дана", — девочка глубоко вздохнула, а руки ее затряслись. — Внизу какой-то рисунок, но я не понимаю, что за язык. И что нам делать? Как понять где что?              — Это же гениально, — с улыбкой произнесла Лизи, взяв лист в руки. Друзья посмотрели на нее, словно она призналась в любви Крэббу и Гойлу, поэтому она поспешила объясниться. — Это не магия! Здесь достаточно логики и базовых знаний зельеварения, чтобы по некоторым факторам определить то или иное вещество. Между прочим, многие величайшие волшебники были не в ладах с логикой, и, попади сюда, они остались бы здесь навечно.              — Как и мы, — мрачно вставил Гарри. — Разве не так?              — Конечно же нет, — воскликнула Лизи. — Если не забыли, то я неплохой зельевар! В свитке есть все, что надо.              — А рисунок? — неуверенно спросила Гермиона.              — Ну… Не переживай, кое-что я понимаю, — отведя взгляд, ответила Лизи. Символы на рисунки она уже видела — в подаренной книге по Темному искусству, которую прочла не один раз. Заклинания она, конечно, не учила, даже не смотрела на них, а вот специальный язык запомнила. Видимо Снегг, действительно, хочет быть профессором по ЗОТИ. — На столе семь бутылей: в трех находится яд, в двух — вино, одна даст возможность одному вернуться обратно, а седьмая пропустит вперед лишь двоих. Рисунок…рисунок… Дайте мне пару минут, — она начала разглядывать пробирки, тыкать в них, нюхать, слегка взбалтывать. Сверяла все с листом. Затем еще несколько раз прошлась около стола и хлопнула в ладоши. — Все ясно! — сообщила она. — Глоток из самой маленькой бутылочки даст двоим возможность пройти вперед — к камню.              Гарри и Гермиона взглянули на крошечную бутылочку.              — Но кто пойдет вперед, кроме меня? — заметил гриффиндорец.              Девочки посмотрели друг на друга.              — Рону нужна помощь, а я не могу так быстро сориентироваться, как ты. Так еще и меньше вас всех, мне его не утащить. А назад только один может… — медленно и тихо проговорила Лизи. Гермиона кивнула, поджав губы. — Вот, ты из нее глотни. Она даст возможность вернуться.              Гермиона взяла в руки бутыль и посмотрела на Гарри.              — Лиз права, в самом деле, вернись и забери Рона. А когда доберетесь до комнаты, где летают ключи, возьмите метлы — они поднимут вас наверх и пронесут мимо Пушка. Когда окажетесь в замке, летите прямиком туда, где спят совы, и отправьте Буклю к Дамлбдору. Он нам очень нужен. Возможно, нам удастся на какое-то время задержать Снегга, но если честно, то вряд ли надолго.              — Но Гарри…. — Гермиона побледнела. — А что, если с ним Ты-Знаешь-Кто? Что вы будете делать?              — Ну, Лизи я обещаю оберегать. А… Мне ведь повезло когда-то, ты же знаешь, — Гарри дотронулся до шрама. — Может быть, мне повезет еще раз.              — Тц! Оберегать он меня собрался… Я неплохо палочкой владею, — Лизи усмехнулась и постаралась сказать это так, словно ей не страшно, и она ничего не боится, но это было вовсе не так.              У Гермионы дрожали губы, словно она готова была расплакаться. Она вдруг метнулась к друзьям и крепко обняла их.              — Гермиона! — изумленно воскликнули друзья.              — Гарри, ты великий волшебник, — прошептала подруга, уже не скрывая слез. — А ты, Лизи…ты тоже великая колдунья!              — Но мы не так хороши, как ты, — произнесли смущенные ребята, когда девочка разжала объятия.              — Я? — удивилась та. — А что я — ум и книги, вот и все! Но, оказывается, есть куда более важные вещи — например, дружба и храбрость. И, ребят… будьте осторожны!              — Пора, — поторопил их Гарри. —Ты уверена, что правильно разгадала головоломку?              — Абсолютно, — кивнула Лизи. Первой решила выпить жидкость Гермиона. Она поднесла к губам круглую бутыль, сделала большой глоток и поежилась.              — Это не яд? — взволнованно спросил Гарри. Лизи оскорбленно посмотрела на него.              — Нет, но эта жидкость просто ледяная.              — Тебе надо уходить, и побыстрее, пока жидкость не перестала действовать, — напомнила Реддл.              Гермиона повернулась, прошла сквозь фиолетовое пламя и скрылась из виду. Друзья переглянулись, перевели дыхание, подошли к черному пламени и опустошили свой бутыль… Действительно, было такое ощущение, словно они проглотили глыбу льда. Они собрались с духом, взялись крепко за руки, чтобы ощущать поддержку друг друга, и вошли в само пламя, зажмурив глаза. Несмотря на то, что Лизи точно знала, что правильно разгадала головоломку, страшно было все равно.       В следующую секунду пламя лизнуло их, но ребята ничего не почувствовали. А затем они оказались в следующем зале. Последнем зале. Однако тут уже кто-то был. И это был не Снегг. И не Волан-де-Морт.       Это был тот, кого ребята меньше всего рассчитывали здесь увидеть.              — Профессор Квирелл?