Наследие: искупление

      Уже близилось лето. Хагрид до сих пор не вернулся, а это означало, что он все еще в Азкабане. Прочитав об этой тюрьме и о том, как держат там заключенных, друзья не на шутку занервничали.        — Он справится, — уверяла Лизи. — Это ведь Хагрид.        — Конечно,— отвечал Гарри, а Рон бормотал что-то о жестоком обращении к тем, чья вина еще даже не доказана.        После ухода Дамблдора страх окутал школу. Теплая погода больше никого не радовала. Ученики боялись каждого шороха, каждой тени. Никто не смеялся, не веселился. Ходили теперь только с палочками на изготове. Общества Элизабет избегали, причем даже гриффиндорцы — не все, но многие.        — Какие же глупые, — негодовал Джордж. — Обвинять во всем Лизи? Да она бы никогда Гермиону не тронула, они ведь друзья!        — Интересно, как они потом все в глаза смотреть ей будут? — усмехался Фред. — Когда реальный преступник найдется, что они ей скажут?        Навестить подругу было невозможно — больничное крыло закрыли для посещений. Даже гостинцы передать было нельзя.       — Простите, но мы полностью отгородились от внешнего мира, — мадам Помфри разговаривала с ребятами через узкую щелку, чуть-чуть приоткрыв дверь. Взгляд ее был направлен на Реддл, и та явно ощущала чужое подозрение. — Мы стараемся исключить повторное нападение на своих пациентов. Преступник может появиться в любую минуту. Если не уже…       Друзья часто повторяли про себя последние слова Дамблдора о том, что он не покинет школу, пока останется хоть один человек, который будет ему доверять, и что в Хогвартсе "тот, кто просил помощи, всегда ее получал". Но что значат эти слова? У кого теперь просить помощи? Ведь все вокруг растеряны и испуганы.       Да и по совету Хагрида насчет пауков ничего не получалось. Как бы Лизи и Гарри не искали восьминогих существ, найти их так и не удавалось. Конечно, поиски еще и затруднял запрет ходить по замку в одиночку, без сопровождения учителей.

* * *

      — Поторопитесь! Я отведу вас на травологию, — прокаркал Снегг после урока зельеварения.       Второкурсники построились колонной, которую замыкала "троица". Зельевар вывел учеников из замка и повел через сады к теплицам. Профессор Стебль дала задание обрезать быстро вянущие абиссинские смоковницы. Гарри, по просьбе своей подруги, понес охапку сухих побегов в компостную кучу, и тут нос к носу столкнулся с Эрни МакМилланом. Пуффендуец сделал глубокий вдох и официальным тоном произнес:       — Хочу извиниться, Гарри, за то, что подозревал тебя. На Гермиону Грейнджер ты бы никогда не напал. Так что прошу прощения за все, что я говорил о тебе раньше. Теперь мы все в одной лодке, ну и… — он протянул свою руку, и Гарри от всей души ее пожал, наивно полагая, что все нормализовалось. — Этот тип, Драко Малфой, — продолжал Эрни, сгребая высохшие ветви, — обратите внимание, какой он ходит довольный! Я даже думаю, может, он и есть второй Наследник Слизерина?       — Нет! — неожиданно воскликнула Лизи.       — Не хочешь делить свои темные заслуги? — презрительно высказался пуффендуец. — Или это у Наследников какая-то стратегия?       — Эрни, — вступился Гарри, — ты же, вроде как, извинился?       — Перед тобой! Я извинился только перед тобой. У этой… этой ведьмы змеиной… Да она по личной причине с тобой общается: боится, что ты можешь ее убить, как уже однажды… сам знаешь, о чем я. Как ты не поймешь?!       Этот конфликт явно бы имел громкое продолжение, ведь Элизабет уже собиралась ответить, как вдруг заметила то, что так долго с лучшим другом искала.       — Пауки…       — Н-да, — промямлил Рон, тщетно пытаясь изобразить радость. — Но мы же не можем прямо сейчас пойти за ними…       Эрни и Ханна ушли подальше от троицы, о чем-то бурно перешептываясь.       — Похоже, они держат путь в Запретный лес… — заметил Гарри, а рыжеволосый приуныл от этого еще больше.       После урока травологии, профессор Стебль проводила учеников на урок защиты от темных искусств. Ребята отстали от класса, дабы обсудить план действий, не предназначавшийся для посторонних ушей.       — Нам снова придется прибегнуть к мантии-невидимке, — сказал Гарри.       — Может с собой Клыка возьмем? Брал же его в лес Хагрид. Все-таки еще одно живое существо рядом, — предложила Лизи.       — Ладно, — согласился Рон, нервно теребя волшебную палочку. — Вот только… Нет ли в этом лесу вурдалаков? — троица уже заняла свои обычные места в дальнем конце класса, спрятавшись позади удивительно тихих и спокойных слизеринцев.       — Там есть и добрые существа, — Элизабет пыталась ободрить упавшего духом рыжеволосого друга, тем временем приветственно взмахнув рукой Драко под ревностные взгляды Пенси Паркинсон.       — Ага! — поддержал идею подруги Гарри. — Кентавры, единороги… Да и несмотря на то, что это густой и темный лес, там красиво.       Златоуст Локонс буквально впорхнул в аудиторию, и его жизнерадостное появление приковало к нему взоры всего класса. Другие преподаватели стали суровее, молчаливее, но этот не утратил ни говорливости, ни лучезарной улыбки.       — А вот и я! — воскликнул он. — По какому случаю постные лица? — ученики мрачно переглянулись, но промолчали. — Я вижу, до вас не доходит вся важность произошедшего… — Локонс выговаривал слова слишком тщательно, как обращался бы к умственно отсталым. — Опасность миновала! Преступник найден!       — Кто это вам сказал? — повысив голос, спросил Дин Томас.       — Милый юноша, министр магии никогда не арестовал бы Хагрида, не будь он уверен в его виновности на все сто процентов, — ответил мужчина.       Друзья не стали ничего говорить, лишь мысленно помолились, чтобы с профессором случилось… что-нибудь, да случилось! Но пустоголовая веселость Локонса, намеки на то, что он никогда не сомневался в дурных наклонностях Хагрида, и его уверенность, что все худшее позади, так разозлили их, что возникло желание взять увесистое "Увеселение с упырями" и запустить в сияющую физиономию профессора защиты от темных искусств прямо сейчас. Тяжело вздохнув, Гарри нацарапал Рону и Лизи записки:

"В лес идем этой ночью".

      Прочитав послание, рыжеволосый с трудом сглотнул и, повернув голову, посмотрел на подругу, которая кивком указала на место, где не так уж и давно сидела Гермиона. Он посмотрел туда, и это укрепило его дух. Ответом Поттеру послужили два уверенных кивка.       Поскольку хождение по замку и прогулки после шести были запрещены, Общая гостиная Львов была полна народу. Поговорить было о чем, и гриффиндорцы не расходились по спальням до полуночи. Гарри сразу после ужина достал из чемодана мантию-невидимку и весь вечер просидел на ней, ожидая, пока все разойдутся. Мальчики долго играли с Джорджем и Фредом в исчезающие карты, где зрителем была Джинни, что сидела в любимом кресле Гермионы и наблюдала за игрой с самым несчастным видом. Лизи тем временем переписывала конспекты в тетради подруги, точно зная, что та после пробуждения первым делом сядет за учебу, дабы нагнать упущенное.       Рон и Гарри нарочно проигрывали, чтобы скорее закончить игру, но тем не менее было уже за далеко за час ночи, когда Фред, Джордж и Джинни, наконец, отправились спать. Трое друзей подождали, пока наверху захлопнутся двери спален, накинули на себя мантию-невидимку и выскользнули из гостиной сквозь проем с Полной дамой. Начался еще один нелегкий поход через замок, полный дежуривших преподавателей. В конце концов они благополучно добрались до холла, неслышно отодвинули засов на дубовых дверях и, стараясь ничем не скрипнуть, вышли на воздух. Друзья облегченно выдохнули и зашагали через луг в сторону Запретного леса. Чем ближе они подходили, тем сильнее Рону становилось не по себе.       — Знаете, — сказал он, — ну, войдем мы в лес, и вдруг окажется, что идти-то не за кем. Откуда мы знаем, что пауки спешили именно в лес? Конечно, они явно уходили подальше от замка, но… — рыжеволосый замолчал, ведь его раздирали противоречивые чувства, — мало ли…       Домик Хагрида печально смотрел на них тусклым светом из окон. Когда гриффиндорцы открыли дверь, то Клык едва не сошел с ума от радости. Парни покормили его, налили в миску чистой воды, а Лизи немного прибралась, чтобы когда их большой друг вернулся, ему было приятно, что и о его жилище тоже позаботились. Мантию-невидимку оставили на столе, ведь в темном лесу в ней нет необходимости.       — Гулять, Клык! — Гарри похлопал себя по ноге. Волкодав, прыгая от счастья, выскочил из дому, понесся к опушке леса и там задрал ногу у большого клена, ясно дело для чего…       Девочка достала волшебную палочку, произнесла "Люмос", и на конце вспыхнул маленький огонек — достаточный, чтобы различить тропу и хоть какие-то следы пауков. Так поступил и Гарри.       — Неплохая идея, — кивнул рыжеволосый. — И я бы свою зажег, но вы ведь знаете — она или взорвется, или выкинет что-нибудь еще хуже…       — Все в порядке, Рон, — Лизи поддержала друга улыбкой. — Думаю, сейчас о другом тебе стоит подумать, — она указала на траву, где парочка пауков поспешно убегали от огонька волшебной палочки в густую тень деревьев.       — Ладно, — выдохнул парень, примиряясь с неизбежным. — Идем, я готов.       И вот друзья в сопровождении Клыка, который рыскал вокруг, обнюхивая корни и валежник, вступили в лес. При свете двух волшебных палочек не составляло труда следовать за цепочкой пауков, бегущих по тропе в глубь леса. Так они шли минут двадцать, не говоря ни слова и прислушиваясь к звукам, отличающимся от шелеста листьев и хруста под ногами. Скоро деревья обступили тропинку высокой и плотной стеной так, что закрыли кронами все небо, и две волшебные палочки казались лишь одинокими огоньками в непроницаемом мраке. Друзья заметили, что их восьминогие проводники сворачивают с тропы. Они замедлили шаг, пытаясь разглядеть направление, но за пределами небольшого волшебного огонька — хоть глаз выколи.       — Что… что теперь делать? — тихо спросил Рон, крепко ухватившись за друзей. — Лизи, может твой ползучий друг поможет?       — Не думаю… Его с нами даже нет, — она не стала объясняться о том, что понятия не имеет, где сейчас Левиафан.        Змей просто в один момент молча уполз, и до сих пор не появляется. Да и сама гриффиндорка не переживает — такое ведь не впервые. Левиафан частенько пропадает на долгое время, а потом появляется, когда это действительно нужно.       — Помните, когда мы ходили тут с Хагридом, то он сказал нам ни в коем случае не сходить с тропы… — задумавшись, сказал Гарри.       — Но ведь Хагрид дал ясно понять: "идите за пауками, и все прояснится", — настояла Элизабет.       — Пойдем за ними?       — Пойдем, не зря же мы забрались в такую даль, — пробормотал Рон.       Они втроем последовали за мечущимися тенями пауков, которые шли теперь, петляя между деревьями. Идти было трудно — под ноги попадались пни и корни, почти не видные в темноте. Было страшно, но парни держали за руки девочку, таким образом чувствуя поддержку друг друга. Также было слышно очень тихое сопение пса, что весьма ободряло. Приходилось не раз останавливаться, чтобы с помощью волшебных огоньков отыскать в густой траве спешащих куда-то пауков. Шли уже не менее полутора часов, а мантии то и дело цеплялись за нижние ветви деревьев и колючие кусты ежевики. Спустя какое-то время стало заметно, что они идут по пологому склону, хотя заросли вокруг были все так же густы. Клык внезапно залаял, разбудив громкое эхо. Троица от неожиданности подскочила.       — Что там такое? — Рон вглядывался в кромешную тьму, крепко сжимая локоть девочки.       — Там что-то движется, — почти беззвучно ответила та. — Судя по звуку, большое…       Они прислушались. Где-то справа от них что-то огромное ломало ветки, словно прокладывало себе тропу в нехоженом месте.       — Кто это? — воскликнул дрожащим голосом Рон. — Эй, кто там?       — Тихо! — шикнул на него Гарри. — Оно услышит…       — Услышит? — голос рыжеволосого сорвался. — Оно уже услышало лай Клыка!       Темнота давила им на глаза, и ребята стояли в ужасе, ожидая чего-то. Что-то прогремело уже совсем близко, а затем резко наступила мертвая тишина.       — Как думаете, что оно делает? — спросил Гарри.       — Наверное, готовится к нападению, — предположил Рон.       — А может, оно ушло? — понадеялась Лизи.       И в этот миг совсем рядом вспыхнул яркий свет. Трое подростков зажали глаза ладонями. Клык взвыл и хотел удрать, но угодил в заросли колючек и заскулил еще громче.       — Гарри! Лизи! — вдруг крикнул рыжеволосый срывающимся от радости голосом. — Это же наш фордик! Идемте скорее!       Ребята неуверенно двинулись вслед за Роном. Поскальзываясь, спотыкаясь, друзья через мгновение вышли на небольшую поляну. Автомобиль мистера Уизли стоял в самом центре поляны под кровлей густо переплетенных ветвей, фары его ослепительно горели. Изумленный Рон поспешил к нему, и бирюзовый фордик медленно двинулся навстречу, словно огромный пес, приветствующий своего хозяина.       — Он все время был здесь! — ликовал Уизли-младший, обходя автомобиль кругом. — Посмотрите на него… Совсем в лесу одичал.       И действительно, множество царапин и везде грязь. Переведя дух, ребята немного расслабились.       — А мы-то думали, ты хочешь на нас напасть! — рыжеволосый склонился над машиной и любовно ее похлопал. — Надо же, куда тебя занесло!       Остальная двоица, щурясь, оглядывала освещенную землю, надеясь увидеть пауков, но те разбежались, спасаясь от слепящего света фар.       — Мы потеряли их след, — Гарри покачал головой, когда Рон уже перевел свое внимание на них.       — Надо немедленно отыскать его! — приказным тоном сказала Лизи. — Давайте, повнимательнее!       Поттер кивнул, а вот Уизли... Он встал, как вкопанный, смотря куда-то за спины друзей. Гарри, что первым заметил это, повернулся в ту сторону, куда был направлен взгляд друга, и также обомлел.       — Лизи…       Элизабет даже не успела отреагировать, как раздалось странное щелканье, и девочка вдруг почувствовала, как что-то длинное и мохнатое обхватило ее, оторвало от земли и подняло в воздух вверх ногами. Барахтаясь и вырываясь, насмерть перепуганная Лизи услышала еще несколько щелчков и увидела, как ноги парней тоже взлетели вверх, а где-то внизу отчаянно заскулил Клык. Еще миг, и вся троица поняла, что их несут куда-то в чащобу.       Болтаясь вниз головой, девочка смогла разглядеть, что похитившее ее существо вышагивает на шести огромных мохнатых ногах, еще две передние крепко держат ее, а выше поблескивает пара черных челюстей-жвал. Сзади двигалась еще пара таких чудищ, тащившие Гарри и Рона. Этот строй, без сомнения, двигался в самое сердце лесной глуши. Лизи отчетливо слышала, как Клык, истошно воя, пытается освободиться от хватки четвертого монстра, но сама она не смогла бы кричать, если б и захотела — голос застревал где-то в горле.       Ребята не представляли себе, сколько времени они находятся в лапах чудовищ. Тьма, наконец, рассеялась и стало видно, как листья на земле шевелятся от пауков, как живые. Крутя головой, Лизи разглядела обширную лощину, где не было деревьев, так что ничто не мешало луне ярко освещать сцену, которая не могла присниться и в самом кошмарном сне Рона — вокруг десятки пауков! И это были вовсе не те малютки, что непрерывным потоком сбегались к лощине. Эти пауки были размером в пару метров, восьмиглазые, восьминогие, черные, мохнатые и невероятно омерзительные! Громила, что нес девочку, спустился вниз по влажному от росы склону и зашагал к призрачно-серебристому куполу, сплетенному из паутины в самом центре. Его сопровождали мохноногие сородичи, возбужденно щелкая жвалами при виде добычи. Паук выпустил девочку, и она плюхнулась на землю на четвереньки. Мальчики вместе с псом упали рядом. Клык больше уже не выл, а только молча ежился, не двигаясь с места. Друзья выглядели не лучше: потрепанные, дрожат всем телом, потеряв дар речи. Паук что-то тем временем говорил, но это было похоже на раздражающую трещотку. Но кое-что ребята все-таки различили среди этого звука.       — Арагог! — звал паук. — Арагог!       Откуда-то из глубины паутинного купола очень медленно появился паук размером раза в полтора больше остальных. Черноту его тела и ног пробивала седина, и, судя по блеклости глаз, он был слеп.       — Что там еще? — проскрипело новое чудище, щелкнув челюстями.       — Люди, — клацнул в ответ паук, что принес девочку.       — Это Хагрид? — спросил Арагог, подходя ближе, и его тусклый взгляд неуловимо задвигался.       — Незнакомцы, — пролязгал паук, притащивший Рона.       — Убейте их, — раздраженно щелкнул Арагог. — Я так сладко спал…       — Мы друзья Хагрида, — закричал Гарри, пока сердце Лизи, кажется, выпрыгнуло из груди и забилось где-то в горле — так было страшно. Арагог же помолчал некоторое время.       — Хагрид никогда раньше не присылал в лощину людей, — неторопливо и с сомнением проговорил он.       — Хагрид в беде, — заговорила девочка. — Из-за этого мы и пришли.       — В беде? — переспросил древний паук, и ей показалось, что она уловила тревогу в лязганье его челюстей. — Но зачем он прислал вас?       — Они в Министерстве думают, что Хагрид напустил… э-э-э… кого-то на учеников, — говорил Гарри, все еще сидя на земле. — Они забрали его в Азкабан.       Арагог яростно щелкнул жвалами, и по всей округе этот звук эхом повторило множество пауков. Было похоже на аплодисменты, вот только аплодисменты никогда не повергали ребят в такой ужас.       — Но это было много лет назад, — с досадой произнес Арагог. — С тех пор прошли годы и годы… Да, я все хорошо помню. Хагриду пришлось тогда расстаться со школой. Они решили, что я — то чудовище, которое заперто в Тайной комнате. Они думали, что Хагрид открыл ее, чтобы выпустить меня на свободу.       — А вы… вы разве не жили в той Комнате? — Лизи говорила с дрожью в голосе.       — Я? — Арагог вновь гневно лязгнул челюстями. — Я родился не в замке. Я из очень далекой страны. Один путешественник подарил меня Хагриду, когда я еще сидел в яйце. Хагрид был ещё совсем мальчишкой, но он заботился обо мне, прятал в чулане, кормил остатками еды со своего стола. Хагрид — мой добрый друг и хороший человек. Потом меня нашли и обвинили в смерти совсем молодой девушки… Хагрид тогда меня спас. С тех пор я живу здесь — в лесу — и мой друг навещает меня. Он даже нашел мне жену — Мосаг. Видите, как разрослась наша семья? И все благодаря заботам Хагрида.       — Так вы никогда… никогда ни на кого не нападали? — Элизабет не знала, как реагировать: радоваться, что великан не причем, или грустить, что при первой же "встречи" отец ее обманул. Хотя, может Том и сам не знал, что обвинил непричастного.       — Никогда, — прохрипел паук-старик. — Я мог бы дать волю инстинктам, но из уважения к Хагриду никогда не причинял вреда людям. Тело убитой девушки нашли в туалете, а я во всем замке никогда нигде не был, кроме каморки, в которой жил. Мой род предпочитает темноту и тишину.       — Но, может, вы знаете, кто убил ту девушку? — теперь уже более смело заговорил Гарри. — Кто бы он ни был, он опять вернулся и опять нападает на людей.       Речь мальчика утонула во взрыве свирепого щелканья, клацанья, в шорохе множества ног, и огромные черные фигуры кругом зашевелились.       — Ее убило чудовище, которое живет в замке, — ответил Арагог. — Это древнее дьявольское порождение, которого мы — пауки — смертельно боимся. Хорошо помню, как я молил Хагрида отпустить меня, учуяв, что оно бродит по замку.       — Что оно собой представляет? — настойчиво расспрашивал Гарри. Еще страшнее защелкали жвалы, громче послышался угрожающий топот — пауки-великаны подступали все ближе к ребятам.       — Мы никогда не говорим об этом! — с жаром заклокотал Арагог. — Мы не произносим его имени! Я даже Хагриду никогда не называл этого ужасного зверя, хотя он просил меня, и много раз. Но… — Лизи почувствовала волоски мохнатой лапы этого старого паука около своего лица, — среди вас есть тот, кто может его подчинять, — парни уставились на свою подругу. — В тебе течет его кровь, — Арагог проговорил это очень свирепо. — Ты его ребенок...       Гриффиндорка уже думала, что пора прощаться с жизнью. Кольцо пауков сжималось, и даже у посмелевшего Гарри пропала охота продолжать разговор. Арагог, казалось, устал от столь долгой беседы и начал понемногу отступать в свой паутинный шатер.       — Мы, пожалуй, пойдем? — спросил у него Гарри без особой надежды.       — Пойдете? — прокряхтел Арагог. — Не думаю…       — Но… но…       — Мои сыновья и дочери не трогают Хагрида по моему повелению, но я не могу отказать им в свежатине, если уж она сама так любезно пожаловала к столу. К тому же в такой... — его лапа пролетела над головой девочки, но она успела уклониться. — Прощайте, друзья Хагрида.       Ребята огляделись вокруг. В нескольких метрах от них, возвышаясь, стояла целая армия пауков — они щелкали челюстями, глаза рядами светились на черных безобразных мордах… Лизи поняла, что ее палочка выпала по дороге в лощину, около Гарри стоял паук, поэтому он не успеет даже вытащить ее, а палочка Рона только навредит ему самому. Тут, словно почуяв беду, вернулся кое-кто. Девочка почувствовала прохладную чешую ползучего друга на своей коже и мысленно уже расцеловала его. Левиафан аккуратно вложил в руку потерянную палочку и поудобнее устроился под кофтой, чтобы в случае чего не упасть.       Собравшись с силами, девочка в мгновение поднялась и выпустила красный огонь в небо. Особо она не на что не надеялась, однако помощь все-таки примчалась сразу же. Правда не в виде учителей. В лесу раздался протяжный автомобильный сигнал и лощину залил ослепительно яркий свет — это автомобиль мистера Уизли. Фары пылали, клаксон оглушительно гудел, и пауки испуганно зашарахались в стороны. Несколько, отлетев, упали на спину и били по воздуху непомерно длинными ногами. Форд со скрежетом затормозил перед ребятами и лихо распахнул дверцы.       — Возьми Клыка, — заорал Гарри, помогая залезть девочке и прыгая на переднее сиденье.       Рон обхватил волкодава поперек живота и бросил назад к подруге. Пес исступленно завизжал, дверцы с грохотом захлопнулись, поэтому Лизи крепко обняла животное, которое тут же вжалось в ее тело, ища защиты. Рон не успел нажать на газ, как мотор сам собой взревел, и они понеслись прочь, сшибая по пути не успевших расступиться монстров. Въехав вверх по откосу, выскочили из лощины и с треском вломились в лес. Ветки неистово хлестали по окнам, автомобиль мчался через поляны, следуя одному ему известным путем.       Они пробивали дорогу через подлесок. Клык по-прежнему тоскливо скулил на заднем сиденье в объятиях девочки. Промчались впритирку к огромному дубу, и боковое зеркало срезало как ножом. Еще десять минут шума и тряски, и деревья начали расступаться: в просветах крон опять появилось небо. Автомобиль остановился так резко, что друзья едва не вылетели сквозь лобовое стекло. Они были на опушке Запретного леса. Клык бил лапами по стеклу, охваченный жгучим стремлением вырваться на свободу. Едва Лизи отворила дверцу, как он пулей вылетел наружу и припустил, поджав хвост, к домику Хагрида. Ребята тоже выбрались из машины. Гарри признательно похлопал фордик по капоту, и тот тронулся обратно в лес, где вскоре исчез в темноте. Друзья отправились в хижину за мантией-невидимкой, там Клык уже дрожал под одеялом в своем углу. Выйдя из дома, Гарри и Лизи обнаружили Рона на грядке с тыквами в самом плачевном состоянии.       — Следуйте за пауками! — прохрипел он, вытирая рот рукавом. — Никогда не прощу это Хагриду! Как мы вообще остались живы?!       — Он был уверен, что Арагог не причинит вреда его друзьям, — возразил Гарри. — Я в этом не сомневаюсь.        — У нашего Хагрида точно заскок! — Рон со злости ударил кулаком по стене хижины. — Он считает, что чудища не так страшны, как кажутся с виду! И вот куда это его завело? В камеру Азкабана! — парня колотила неудержимая дрожь. — Какой был смысл посылать нас туда? Что такое мы там узнали?       — Очень многое! Хотя бы то, что Хагрид никогда не открывал Тайной комнаты! И… — Гарри мимолетно бросил взгляд на Лизи, что виновно отвела глаза в сторону. Он набросил на друзей мантию-невидимку и легонько подтолкнул. — Хагрид не виноват, вот что он хотел нам сказать. Ладно, идемте, скоро будет светать.       Элизабет ничего так и сказала, лишь еще больше поверив в то, что она является виновной во всем, хоть и неосознанно. Рон же только громко фыркнул в ответ: вырастить Арагога в чулане замка вовсе не представлялось ему невинной затеей.       Подойдя к замку, Гарри опустил мантию ниже, чтобы и ног не было видно, затем осторожно открыл скрипучие двери. Снова тихонько ребята пересекли холл, поднялись по мраморной лестнице и устремились по длинным переходам к гриффиндорской башне, всякий раз придерживая дыхание, когда мимо проходила бдительная охрана. Вот, наконец, и гостиная, в камине горит сам собой огонь посреди горячего пепла. Сняв мантию-невидимку, друзья разбрелись по своим комнатам.       Девочку в сон не клонило. Она разделась и села на постель, поглаживая своего блудного друга, что уже спал, и размышляя над тем, что им рассказал Арагог. Значит, в замке все-таки прячется чудовище. Оно среди монстров что-то вроде Волан-де-Морта среди волшебников, ведь пауки даже боятся произносить его имя. Увы, что оно представляет собой и как превращает людей в каменные изваяния — неизвестно.       — Что же делать дальше? — тихо спросила Лизи у пустоты, словно бы ей кто-то ответил из нее.       Она уже улеглась, все еще обдумывая слова паука, в том числе и о себе, как вдруг ее осенила мысль, от которой только появляющийся сон как рукой сняло.       — Верно, Элиз-ссс-абет. Ты думаеш-ссс-ь в правильном направлении, — прошипел змей, что так нагло притворялся спящим.