Наследие: искупление

По велению Дамблдора гриффиндорцы немедленно вернулись в Большой зал. Минут через десять к ним присоединились остальные ученики школы — сонные и ничего не понимающие. Только Лизи и Гарри стояли рядом друг с другом, не отходя ни на шаг и держа в поле зрения все вокруг. Их двоих пробирала дрожь и тела онемевали от страха.       — Мы тщательно обыщем весь замок, — объявил Дамблдор, а МакГонагалл и Флитвик тем временем запирали все входы в Большой зал. — Эту ночь, безопасности ради, придется провести здесь. Старосты факультетов будут по очереди охранять дверь в холл. За главных остаются старосты школы. Обо всех происшествиях немедленно сообщать мне, — он повернулся к Перси, и тот важно выпятил грудь. — С донесениями посылайте привидений и моментально реагируйте, — Дамблдор немного подумал и добавил: — Да, вам еще вот что нужно, — он легонько взмахнул волшебной палочкой, и длинные столы, взлетев, выстроились у стен. Взмахнул снова, и весь пол устлали спальные мешки. — Спокойной ночи, — пожелал профессор, закрывая за собой дверь. Зал загалдел: гриффиндорцы возбужденно объясняли, что стряслось с Полной Дамой.       — Быстро все по спальным мешкам! — крикнул Перси. — Никаких разговоров. Через десять минут гашу свет.       — Идем, — позвал друзей Рон. Они вчетвером взяли по мешку и устроились на полу в углу зала.       — Как, по-вашему, Блэк еще в замке? — боязливо шепнула Гермиона.       — Дамблдор, вероятно, думает, что так и есть, — ответил рыжеволосый. — Может быть, этот псих намеренно пугает? — предположил он. — Нравится видеть страх других... Ну, вы знаете, как дементорам нравится доводить людей до самого ужасного состояния.        — Кто знает, — покачала головой Гермиона. — Меня, вот, волнует другое: как Блэк проник в замок?        Лизи глубоко вдохнула и размеренно выдохнула, прислушиваясь к разговорам вокруг. Она старалась успокоиться, ведь совсем не хотелось, чтобы увидели её нарастающую панику: руки потряхивало от страха, а горло пересохло. Хоть девочка до этого и уверяла Гарри, будто ей не страшно от осознания, что Блэк на свободе, теперь она чувствовала себя неуютно от одной только мысли, что такой преступник бродит где-то рядом в поиске их двоих.       — А что, если он трансгрессировал? — высказал догадку когтевранец. — Иначе как его не заметили блуждающим по замку?       — А может, переоделся? — предположил пятикурсник из Пуффендуя.       — Просто прилетел, и все! — сказал Дин Томас.       — Похоже, одна я читала "Историю школы Хогвартс", — фыркнула Гермиона.       — Наверняка! — воскликнул Рон. — А что?       — А то, что замок защищен кое–чем еще, кроме стен. Он заколдован, сюда так просто не проникнешь. Трансгрессировать сквозь стены замка нельзя, если на то нет разрешения. Переодеванием дементоров не проведешь. Дементоры охраняют все входы и выходы, они бы его заметили. А Филчу известны все потайные ходы, они наверняка давно заколочены…       — Гашу свет! — объявил Перси. — Всем забраться в мешки и не разговаривать.       Свечи погасли, и только слабый серебристый свет, исходящий от привидений, которые вели серьёзный разговор со старостами, и мерцающие на волшебном потолке созвездия позволяли немного разогнать тьму. Время от времени в зал заглядывали преподаватели, чтобы проверить, всё ли в порядке. Примерно в три часа ночи, когда большинство учеников уже спали, в зал вошёл Дамблдор. Осмотревшись, он заметил Перси, который ходил между рядами и делал замечания болтающим. Скоро юноша подошёл к углу, где лежали четверо друзей. Дамблдор направился туда же. Четвёрка притворилась спящей, но навострила уши, чтобы услышать разговор.       — Нашли его, профессор? — прошептал Перси.       — Пока нет. Тут никаких происшествий?       — Все в полном порядке, сэр.       — Хорошо. Пусть остаются здесь до утра. Я нашел для гостиной Гриффиндора временного стража, — Дамблдор окинул взглядом спящих. — Завтра уже будут ночевать в своих спальнях.       — А что с Полной Дамой, сэр?       — Прячется на карте Аргиллшира, на третьем этаже. Она, видимо, не пускала Сириуса Блэка без пароля, он и напал на нее. Очень перепугал. Вот придет в себя, и мистер Филч отреставрирует ее холст.       Дверь Большого зала хлопнула, послышались чьи–то шаги.       — Господин директор, четвертый этаж обыскан, — отрапортовал Снегг. — Его нигде нет. Филч обшарил башни.       — А в обсерватории смотрели? В кабинете профессора Трелони? В совятне?       — Нигде нет.       — Хорошо, Северус. Впрочем, я и не думаю, что Блэк станет прятаться в замке.       — Как он, по-вашему, сюда пробрался, профессор?       — Не знаю, Северус. У меня много догадок, и одна невероятней другой.       — Помните, профессор, наш разговор перед началом учебного года? — спросил Снегг едва слышно и покосился на Перси, ведь его больше устраивал разговор без свидетелей.       — Помню, Северус, помню, — в голосе у Дамблдора прозвучало предостережение.       — Едва ли Блэк проник в замок без посторонней помощи. Не зря меня насторожило назначение…       — Никто в замке не стал бы помогать Блэку, — оборвал директор не допускающим возражения тоном. — Пойду к дементорам, передам им о результатах поисков. Я обещал им сообщить, когда все будет осмотрено.       — Они предлагали свои услуги, сэр? — спросил Перси.       — Предлагали, — нахмурился Дамблдор. — Но пока я директор, ноги дементора в школе не будет.       Перси смутился. Он впервые видел директора в таком раздражении. А тот повернулся и неслышным шагом стремительно покинул Большой зал. Снегг проводил его недобрым взглядом и тоже ушел.       — Что же все–таки происходит? — протянул Рон.       Несколько дней только о Сириусе Блэке и говорили. Одна за другой рождались немыслимые догадки. Искромсанный холст Полной Дамы сняли и на его место водрузили портрет сэра Кэдогана, восседавшего на толстом сером пони. Сэр Кэдоган только и делал, что вызывал всех и каждого на дуэль, выдумывал несуразные пароли и менял их два–три раза в день.       — Этот сэр Кэдоган чокнутый. Пусть нам дадут кого-нибудь другого, — потребовал Симус Финниган у Перси.       — Некого. Все другие портреты боятся. Только у сэра Кэдогана хватило смелости, — развел руками староста.       Лизи и Гарри было тяжело и без этих проблем. Их не оставляли в покое ни на секунду: учителя под разными предлогами провожали из класса в класс, а Перси же следовал за ними по пятам, очень важный и гордый, ведь директор поручил ему ответственную задачу — быть их "телохранителем". В довершение всех неприятностей профессор МакГонагалл вызвала к себе в кабинет. Она была очень серьёзной и встревоженной.       — Должна вам сообщить кое-что, только, пожалуйста, не волнуйтесь. Нет больше смысла дальше скрывать это от вас. Дело в том, что… гм… Сириус Блэк…       — Охотится за нами? Знаем, — равнодушно сказали друзья. — Случайно слышали, как мистер Уизли говорил об этом с миссис Уизли.       — Вот оно что! Значит, вы вдвоем меня поймете, а вы, Элизабет, особенно поддержите. Я считаю, что вам не следует тренироваться по вечерам, Поттер. На площадке без присмотра опасно…       — Профессор, в субботу у нас первый матч! — вспылил Гарри. — Как же без тренировок?!       МакГонагалл пристально посмотрела на него. Она, как никто другой, желала победы своей команды, ведь сама привела к Вуду этого мальчика. Но Сириус Блэк…       Ребята ждали, затаив дыхание. Женщина встала и подошла к окну. На улице шёл дождь, и площадку для квиддича едва можно было разглядеть.       — Что ж… Я, конечно, хочу, чтобы наша команда победила, но… Ладно, продолжайте тренировки, только пусть на площадке всегда будет мадам Трюк. Я попрошу её об этом. А вы, Реддл, пожалуйста, старайтесь не отходить от своего друга. Это, конечно, может быть опасно, но так нам будет легче следить за вами обоими.       Погода ухудшалась, но команда Гриффиндора, под руководством мадам Трюк, тренировалась с большим усердием. Лизи всегда присутствовала на тренировках, хотя чаще всего она проводила время в раздевалке, готовя домашнее задание в двойном объёме.       Накануне матча Оливер Вуд был особенно мрачен: им предстояло играть не со Слизерином, как предполагалось ранее.       — Флинт только что мне сказал, что вместо них с нами будет играть Пуффендуй.       — А почему не слизеринцы? — хором воскликнули игроки.       — Не так важна причина, как результат. Мало надежды на победу, — сказал Вуд сквозь зубы. Дождь лил весь день, ветер хлестал. А сейчас ещё и гром гремел. — Мы готовились играть со слизеринцами, а у пуффендуйцев совсем другой стиль игры. К тому же, у них новый капитан — Седрик Диггори, он же ловец.       Анджелина, Алисия и Кэти захихикали.       — Что смешного? — нахмурился Вуд. — Нашли время для смешков!       — Такой высокий, симпатичный? — спросила Алисия.       — Сильный и не болтун, — прибавила Кэти, и три подружки снова кокетливо улыбнулись.       — Двух слов связать не может, вот и молчит, — не утерпел Фред. — А обыграть пуффендуйцев — расплюнуть. Вспомни, Оливер, как мы с ними разделались в прошлом году. Гарри поймал снитч через пять минут после начала игры.       — Тогда погода была лучше, да и ловец у них был другой. Диггори отличный капитан и ловец! Расслабляться нельзя! — кричал Вуд, вращая глазами. — Слизеринцы только на это и рассчитывают. Нам надо выиграть!       — Да не кипятись ты, Оливер, — Фред посерьезнел. — Никто и не думал расслабляться. Честно.       Из-за тяжёлых тренировок в сложных погодных условиях друзья возвращались в спальню поздно и не высыпались. Сегодня они уже десять минут как должны были быть на уроке. Добежав до кабинета, парень первым открыл дверь и вошёл.       — Извините, профессор Люпин, мы… — Гарри смолк, когда заметил за учительским столом Снегга.       — Урок начался несколько минут назад, — сказал учитель. — Минус десять очков Гриффиндору. Садитесь, — но ученики не двинулись с места. Они были очень удивлены.       — Где профессор Люпин?       — Ему нездоровится, — ухмыльнулся Снегг. — По-моему, я велел вам сесть.       — Что с ним? — продолжал расспрашивать Гарри, несмотря на то, что Лизи уже начала тыкать его пальцем в бок. Зельевар с сожалением ответил, сверкнув глазами:       — Опасности для жизни нет. Минус пять очков Гриффиндору. А если вы, Поттер, сейчас же не последуете совету мисс Реддл, то я сниму следом пятьдесят очков.       Ребята медленно прошли к своей парте. Профессор оглядел класс.       — Двое учеников прервали меня на том, что в журнале у профессора Люпина не записаны темы, которые вы прошли…       — Сэр, мы прошли боггартов, красных колпаков, ползучих водяных и гриндилоу, — перебила его Гермиона. — Сегодня мы должны были приступить…       — Помолчите, мисс Грейнджер, — оборвал ее Снегг. — Я не спрашивал, что вы прошли. Мне лишь хотелось указать на безалаберность профессора Люпина.       — Люпин — лучший учитель защиты от темных искусств, — заявил Дин Томас, и со всех сторон послышался одобрительный шепот. Зельевар еще пуще засверкал глазами.       — Вам легко угодить. Люпин не утруждает вас домашними заданиями, а с красными колпаками и водяными справится и первокурсник. Сегодня мы будем проходить… — Снегг перелистал учебник и раскрыл последний параграф. — …оборотней.       — Но, сэр, — не сдержалась Гермиона, — до оборотней еще далеко, мы только–только добрались до…       — Мисс Грейнджер, — ледяным голосом осадил ее Снегг, — мне кажется, учитель здесь я, а не вы. Откройте учебники на странице триста девяносто четыре, — он снова обвел взглядом учеников. — Вы слышите, что я сказал! — недовольно бурча и переглядываясь, класс открыл книги. — Кто мне скажет, чем оборотень отличается от обычного волка?       Все молчали. Гермиона, как обычно, подняла руку.       — Ну, кто? — Снегг скривил губы, не удостоив девушку даже взглядом. — Ваше молчание, как видно, означает, что профессор Люпин не объяснил вам даже основных различий между…       — Вам же сказали, — не удержалась Парвати, — что до оборотней мы еще не дошли…       — Молчать! Так-так. Вот уж не думал, что есть третьекурсники, которые не умеют отличить оборотня от волка. Вы так отстали! Надо будет сообщить об этом профессору Дамблдору.       — Сэр, — Гермиона не опускала руки, — оборотень отличается от простого волка очень немногим. Голова оборотня…       — Мисс Грейнджер, вы уже второй раз выскакиваете с ответом, когда вас не вызывали, — перебил ее Снегг. — За то, что среди вас имеется столь докучливая всезнайка, лишаю Гриффиндор еще пяти очков.       Гермиона стыдливо покраснела, опустила руку и, с трудом сдерживая слёзы, уставилась в парту. Каждый в классе хоть единожды называл её всезнайкой, даже Лизи иногда говорила об этом. А Рон… он и вовсе повторял это с десяток раз в неделю. Но Снегга не любили так сильно, что теперь смотрели на него с гневом, как будто он сказал в адрес одноклассницы что-то унизительное, вроде "грязнокровки".       — Вы спросили, Гермиона знает ответ, — не выдержал Рон. — Но зачем спрашивать, если ответ вам не нужен? Делать нечего?       В классе воцарилась тишина. Слова парня прозвучали грубо, и было понятно, что он сказал что-то неуместное. Профессор Снегг медленно подошёл к нему и наклонился.       — Вы будете наказаны за это, Уизли, — прошипел он. — И если ещё раз позволите себе критиковать мой метод преподавания, то пожалеете об этом. Я вам обещаю.       До конца занятия все молчали. Ученики усердно записывали в тетрадях информацию об оборотнях, пока профессор Снегг читал их записи, которые были сделаны на уроках Люпина.       — Ваши объяснения никуда не годятся, — снова и снова повторял он. — Неверно, что ползучие водяные водятся в Монголии… Вам поставили за это четыре? Я бы пожалел даже двойки… — в итоге он задержал всех после звонка. — До понедельника нужно написать два свитка о том, как распознать и обезвредить оборотня. Пора уже взяться за вас всерьёз. Уизли, останьтесь, у меня есть для вас наказание.       Отойдя от кабинета на безопасное расстояние, класс стал горячо обсуждать случившееся.       — Он, конечно, метит на место Люпина, но никогда прежде не позволял себе так говорить о других преподавателях по защите! — сказал Гарри.       — Почему он так рассердился на Люпина? Возможно, из-за боггарта? — предположила Лизи. Обычно зельевар не вызывал у неё таких негативных эмоций, как у других студентов, но сегодня он определённо вышел за рамки дозволенного.       — Не знаю, — сказала Гермиона, и было заметно, что её тревожит какая-то мысль. — Я очень надеюсь, что профессор Люпин скоро поправится... Странно всё это: недавно Снегг приносил ему отвар, а теперь он заболел.       Рон догнал их через пять минут, кипя от злости.       — Знаете, что этот мудак, — он имел ввиду Снегга, и девочки наградили друга укоризненным взглядом, — заставил меня делать? Чистить утки в больничном крыле! И без волшебства! — парень сжал кулаки. — Почему Блэку не пришло в голову спрятаться в его кабинете? Прикончил бы, и все ему только благодарности сказали.

* * *

      В день матча Лизи проснулась очень рано, когда за окном ещё было темно. Что-то резко заставило ее просто открыть глаза и уставиться на часы. На них виднелось только половина пятого, а сон покинул сознание, словно и не приходил. Девочка удивленно проморгалась и огляделась, думая, что этому была причина. Но остальные соседки спали, окно было плотно закрыто и не позволяло ветру проникнуть внутрь. Даже его вой был почти не слышен. Разве что где-то вдали можно было разглядеть тёмные силуэты дементоров. Они хрипло дышали, и это напоминало дыхание слуг смерти, если бы такие существовали.       Лизи вздрогнула от такого сравнения, перевернулась на другой бок и попыталась уснуть, стараясь отогнать пугающие мысли. Однако они не уходили, а только сильнее укоренялись в её голове. Несколько минут девочка ворочалась в постели, а когда Гермиона на мгновение приоткрыла глаза, чтобы понять, кто шумит, Лизи оставила попытки вернуть сон. Она едва слышно оделась и направилась в гостиную. По пути ей встретился Гарри, который был одет и держал в руках метлу.       — Чего ты тут делаешь? — одновременно они спросили друг у друга и также ответили: — Сон никак не идет...       Тут в ногах друзей замаячил пушистый кот, так и норовящий пробраться в спальню мальчиков, где спал Уизли. Поттер нагнулся и успел схватить Живоглота за кончик хвоста, не позволяя нырнуть в щель двери.       — А ведь Рон прав. В замке полно мышей, их и лови, — он ногой отправил кота вниз по винтовой лестнице. — Оставь Коросту в покое!       Лизи промолчала и никак не отреагировала на такую жестокость, хотя представила крик своей подруги за неподобающее отношение к животному. И все же, спустившись вместе с другом вниз, она косым взглядом заприметила в темном углу кота и убедилась, что с ним все нормально — тот облизывался, будто его потрогали самые грязные руки на всем белом свете.        В гостиной была приоткрыта форточка, и снаружи слышался шум бури, которая, казалось, не собиралась утихать. Однако друзья знали, что матч всё равно состоится: такие мелочи, как плохая погода, не могут стать причиной его отмены.       Элизабет видела, что её друг очень волнуется. Вероятно, он вспомнил о Седрике Диггори, которого они недавно встретили в коридоре. Седрик учился на пятом курсе и был гораздо крупнее Гарри. Обычно ловцы отличаются небольшим ростом и ловкостью, но в такую погоду преимущество пуффендуйца, который был тяжелее и мощнее в форме, могло оказаться очень полезным, ведь ему было бы легче противостоять порывам ветра.       Гриффиндорцы сидели у камина в гостиной почти до рассвета. Они молчали, но это не было тягостным молчанием — наоборот, оно создавало уют. Живоглот всё ещё рвался в спальню мальчиков, и они то и дело вскакивали, опасаясь за судьбу Коросты. Время ползло медленно. Наконец, наступило время завтрака, и ребята подошли к портрету.       — Обнажите свои мечи, жалкие трусы! — заорал на них сэр Кэдоган.       — Леди не носят мечи! — отмахнулась Элизабет. — Особенно такие юные, как я.       В столовой они взяли по большой тарелке овсянки и, ложка за ложкой, понемногу приходили в себя. Дошла очередь до тоста с джемом, и тут появилась вся команда по квиддичу с остальными учениками.       — Сегодня будет непросто! — сказал Вуд, сидя за столом и не притрагиваясь к еде. Он был похож на Гарри перед его первым матчем.       — Будет тебе, Оливер, — пыталась успокоить его Алисия. — Не сахарные, не растаем. Ливень как ливень.       Но такого сильного ливня не было давно. Вся школа спешила на поле со всех ног. Бежали через луг, нагнув головы навстречу свирепому ветру, рвавшему из рук зонтики. Перед раздевалкой Гарри и Лизи попрощались, и уже по пути на трибуны девочка увидела Драко, Крэбба и Гойла, укрывшихся под одним большим зонтом. Малфой, также заметив ее, забрал зонт у своих дружков и быстро подошел к и так уже промокшей насквозь гриффиндорке. Не успела она хоть что-то возразить, как слизеринец сгреб одной рукой ее к себе поближе, и они, вот так в полуобнимку, поднимались на свободные места. Где-то Лизи увидела гневный взгляд Пенси, так и говорящий о будущей мести. Да и вообще данная картина привлекла много внимания, хотя ученики быстро возвращались к теме квиддича.        — Не стоило этого делать, — буркнула девочка. — Я и так уже промокла вся. Какая была бы разница?        — Разницы, может, и не будет, но вдруг есть шанс уберечь тебя от простуды, — сообщил слизеринец.        — Даже если так, — в её голосе все еще звучала обида, — у меня есть друзья, которые помогут вылечиться. И, поверь, я их отблагодарю.        Драко закатил глаза, тяжело вздохнул и покрепче прижал девочку.        — Они мне не нравятся, и ты это знаешь.       — Знаю, но это не отменяет того, что я тоже являюсь частью этой компании.       — Ты — это ты, — сказал парень, как нечто само собой разумеющееся. Они продолжали подниматься вверх, чтобы найти укрытие от дождя. — Я был зол и поэтому сказал те слова.       — Но ты так действительно думаешь…       — И что? — они сели на сухие места, и Драко сложил зонт. Подоспели мокрые и продрогшие Крэбб и Гойл. — У меня свое мнение, у тебя свое. Я просто не должен был его тебе говорить, зная, что ты… ну… В общем, они твои друзья.       Было видно, что слизеринец не мастер подбирать слова для извинений. Но даже такого хватило для прощения гриффиндорки. Она улыбнулась каким-то своим мыслям и посмотрела на парня. Он сидел расслабленно, опираясь локтем на подставку и подперев ладонью щеку. Лизи не заметила, как засмотрелась на него. Неожиданно Драко повернулся к ней и хитро ухмыльнулся.       — Уже влюбилась? — с усмешкой и некоторой надменностью спросил он в своей обычной манере.       — Что? — не поняла Лизи. Когда же до неё дошёл смысл сказанного, она, несмотря на холод, залилась ярко алым румянцем. — Как ты можешь такое говорить?! — она быстро отвернулась. — Я даже не смотрю на тебя.       — Я же не говорил, что ты на меня смотрела, — заметил парень и издал тихий смешок.       В этот момент подошли Гермиона и Рон, и так получилось, что единственные свободные места оказались рядом с Элизабет. Уизли бросил на Малфоя ненавидящий взгляд, но ничего не сказал. Они поздоровались с подругой, и на этом разговор для всех окружающих был окончен.       Команда Гриффиндора уже вышла на поле. Ветер сшибал с ног. Близкие раскаты грома заглушали крики болельщиков. Очки игроков заливало дождем.       — Как тут разглядеть крошечный снитч? — недоумевали девочки.       На противоположной стороне поля появилась команда Пуффендуя. Капитаны команд обменялись рукопожатиями. Диггори улыбнулся дружелюбно, а Вуд лишь кивнул, как будто у него свело челюсть.       — Готовимся! — сквозь дождь раздался крик мадам Трюк.       Игроки оседлали свои метлы. Мадам Трюк поднесла к губам свисток. Сквозь шум дождя раздался далекий–далекий свист, и четырнадцать игроков взмыли в воздух.       Лизи хотя и пыталась изо-всех сил что-то разглядеть, удавалось немногое. Через пять минут игроки продрогли до костей и вымокли. Гарри носился туда–сюда, мимо мелькали красные и желтые пятна. Что происходит, какой счет, непонятно — голос комментатора утонул в вое ветра. Вместо болельщиков — море мантий и истерзанные зонты. Уже два раза Гарри чуть не сбил с метлы бладжер: из-за воды, заливающей стекла очков, он не заметил его приближения.       — Рон, скажешь что-нибудь? — спросила Гермиона, но тот только покачал головой.       — Не видно.       Небо быстро темнело, словно ночь решила наступить раньше срока. Из-за сильного дождя было трудно что-либо разглядеть, а форма игроков промокла настолько, что её можно было выжимать. И вот, когда сверкнула первая молния, раздался свисток судьи.       — Наши взяли тайм-аут, — пояснил Рон.       — Кто ведет? — спросила Лизи, но рыжеволосый недоуменно пожал плечами.       — Гриффиндор опережает на пятьдесят очков, — сказал Драко. И, к всеобщему удивлению, Рон благодарно кивнул в ответ.       Подлетая к команде, которая собралась вместе, Гарри чуть не упал с метлы, резко затормозив. Он вовремя среагировал, чтобы не сбить на своём пути Фреда.       — Ему плохо видно… — прошептала Лизи и тут же подскочила, бросившись бежать вниз. — Мое кресло никому не отдавайте! — только и крикнула напоследок.       Девочка торопилась, чтобы успеть до окончания перерыва. Ступени были влажными, и её ботинки то и дело норовили поскользнуться.       — Из-за этих очков я ничего не вижу! — услышала она отчаянный голос друга.       — Я придумала, Гарри!       Лизи забрала у него очки и, прежде чем кто-либо успел что-либо сказать, трижды взмахнула над ними волшебной палочкой, произнося: "Импервиус!". Затем она вернула очки Гарри и сказала:       — Они теперь водоотталкивающие. Вчера Гермиона научила меня этому заклинанию на всякий случай.       Вуд был так благодарен, что едва не расцеловал её. Однако Джордж сумел его остановить.       — Молодец! — крикнул он ей вдогонку, когда девочка поспешила обратно. И приказал команде: — Взлетаем!       — Что ты сделала? — спросил Рон, стоило подруге сесть на свое кресло.       — Я сделала для него всё, что было в моих силах.       Заклинание подействовало. Гарри ощущал холод и сырость одежды, но зато мог всё видеть. Он уверенно вёл метлу сквозь воздушные потоки, высматривая снитч, легко уклонялся от бладжера и уворачивался от Диггори, когда тот мчался наперерез. Снова раздался гром, сверкнула молния.       — Ему надо скорее поймать снитч! — Рон чуть ли рвал на себе волосы.       Гарри развернул метлу и полетел к центру поля. В этот момент трибуны осветила новая вспышка, и Лизи заметила в верхнем ряду, где-то сбоку, на фоне неба, неподвижную фигуру огромного лохматого пса.       — Мерлин... — она закрыла рот рукой. Пару раз моргнула, и собака испарилась. Видимо, Гарри тоже это увидел, потому что он начал резко падать вниз.       — Гарри! — истошно завопил Вуд. — Гарри! Сзади!       Седрик Диггори поднимался вверх, а между ловцами висел маленький золотой шарик. Все гриффиндорцы указывали Поттеру на него, но он никак не реагировал.       Внезапно произошло нечто странное.       На стадионе воцарилась мёртвая тишина. Ветер дул со всей своей силой, но без единого звука, как будто кто-то выключил его. Лизи нахмурилась, пытаясь понять в чем дело, но замерла — уже знакомая леденящая волна ужаса захлестнула ее, пронзив насквозь. Что-то позади двигалось… Девочка медленно обернулась и увидела перед собой ужасное и обезображенное лицо. В тот же миг она почувствовала, как палец, на котором было надето кольцо, обожгло. Дементор склонил нечто, похожее на голову, над рукой девочки и тут же улетел высоко в небо. За это короткое мгновение Реддл успела забыть обо всём на свете. От оцепенения её отвлёк Рон, который кричал что-то о Гарри.       — Срочно к нему!       Лизи была в полном смятении и не могла собраться с мыслями. Она растерянно смотрела на своего друга, не понимая, о чем говорил. Он схватил ее и Гермиону за руки и быстрым шагом повел вниз. Девочка, словно в забытьи, приблизилась к Гарри и вместе с остальными направилась в больничное крыло. В недоумении она смотрела на бессознательное тело Поттера, которое профессор МакГонагалл левитировала к замку.       Только там он открыл глаза.       — Как ты, Гарри? — спросил Фред.       Мальчик был очень бледным, и это было заметно даже сквозь слой грязи на его лице.       — Что случилось? — он резко сел в постели, и у всех перехватило дыхание.       — Ты упал, — коротко объяснил Фред. — Метров с двадцати.       Он покосился на друзей, и те закивали в знак согласия. Лизи же смотрела на всех непонимающе.       — Мы думали, ты умер, — Алисию била дрожь. Гермиона неожиданно всхлипнула, и ее глаза покраснели.       — А как же матч? Будем переигрывать?       Все молчали, когда Гарри задал свой вопрос. Правда обрушилась на них тяжёлым грузом.       — Диггори поймал снитч, — неохотно сообщил Джордж. — Сразу после того, как ты упал. Он сначала ничего не понял. Посмотрел вниз и увидел тебя на земле. Он тут же попросил не засчитывать им победу, хотел переиграть матч. Но все было честно. Даже Вуд признал.       — А где Вуд?       — В душе. Наверное, хочет утопиться.       Мальчик спрятал лицо в коленях, запустив пальцы в волосы. Фред взял его за плечо и легонько потряс.       — Ладно тебе, Гарри, ты никогда еще не упускал снитч!       — Надо же когда-нибудь и упустить, — рассудительно заметил Джордж. — Можем еще отыграться. Мы проиграли сто очков, так? Значит, если пуффендуйцы проиграют Когтеврану, а мы у Когтеврана выиграем. Ну, и у слизеринцев…       — Пуффендуйцам надо проиграть с разницей в двести очков, — уныло возразил Фред. — А если они еще и побьют когтевранцев…       — Да нет, Когтевран им не по зубам. А вот если Слизерин продует Пуффендую…       — Все будет зависеть от очков. Как ни считай, сто очков нам придется…       Гарри лег, не говоря об этом ничего. Лизи, только начиная осознавать произошедшее, молча подошла к своему другу и присела рядом с ним. Она все еще ощущала на себе отголоски присутствия дементора, и ей было не по себе. Поттер заметил это состояние и взял девичью руку в свою, при этом продолжая с досадой смотреть в потолок.       — Я проиграл... — шепнул он в пустоту. — Проиграл...        Минут через десять пришла мадам Помфри и распорядилась всем оставить палату.       — Мы еще зайдем, — пообещал напоследок Фред. — И не терзай себя, ты все равно лучший ловец. Такого у нас никогда не было.       И вся команда, оставляя за собой грязные следы, покинула палату. Мадам Помфри с недовольным видом закрыла за ними дверь. Рон и Гермиона подошли ближе к кровати.       — Ты бы видел, как рассердился Дамблдор! — дрожащим голосом произнесла Гермиона. Она была очень напугана из-за падения Гарри и не могла сдержать слез. — Я никогда не видела его таким. Он выбежал на поле, взмахнул палочкой, и твое падение замедлилось. Затем он направил палочку на дементоров. Из нее вылетело серебристое облако, и их как будто ветром сдуло... Он был в ярости из-за того, что они вторглись на территорию... Еще и напали за ученика...       — А где моя метла? — перебил ее Гарри. Друзья переглянулись. — Где она? Ее подобрали?       — Она, понимаешь… ее отнесло ветром, — издалека начала Гермиона.       — И что?       — И она упала… понимаешь… угодила прямо в Гремучую иву.       — И что? — мальчик со страхом ждал ответа. Уже и Лизи начала думать неладное.       — Ну, ты ведь знаешь ее... Иву эту... — ответил Рон. — Она всегда готова постоять за себя.       — Профессор Флитвик подобрал твою метлу, — едва слышно сказала Гермиона. — По пути он дал мне... дал мне...       Она замолчала и, наклонившись, подняла с пола мешок. Вытряхнув содержимое на постель, все увидели лишь кучку щепок и сломанных прутьев — вот и все, что осталось от верного "Нимбуса-2000".       Непобедимого, но в конце концов все–таки потерпевшего поражение.