Наследие: искупление

       Учителя позволили участникам пропустить школьные занятия в понедельник и даже разрешили посетить Хогсмид, чтобы они развлеклись и немного расслабились. Но Гарри и Лизи с радостью предпочли прогулке в деревню долгий сон — легли вечером воскресенья и проснулись вечером понедельника. Во вторник вновь вернулись к урокам и подготовке к туру. Было бы огромной степенью глупости не понять, о чем шла речь в песне. Даже Рон, услышав ее лишь раз из уст Лизи, громко воскликнул:        — Вас заставят прошерстить дно Черного озера! Вот удумали!        Оставалось понять лишь одно — о какой ценности шла речь. Это могло быть что угодно: украшения, любимые книги, подаренные дорогим человеком вещи или же сам человек.        — Думаете меня опустят на дно? — фыркнул Рон. — Ни за что не соглашусь на такое! А если меня кальмар сожрет?        — Думаю, Министерство все продумает, — сказала Гермиона.        — Да, конечно. Я уже видел, как они все продумали. "Безопасные испытания, нацеленные сдружить школы"...        К Седрику и Анджелине Лизи стала относится совсем по-другому: отвечала сухо, первой больше не здоровалась и, зачастую, даже не поддерживала общий диалог в гостиной, где присутствовала семикурсница. Не сказать, что она была разочарована их поступком, ведь и сама сначала не хотела говорить о драконах. Но одно дело не помогать друг другу вовсе, а другое — не ответить помощью на помощь. Но раз они поступили иначе — пускай! Лизи даже мысленно порадуется, что Анджелина выбыла. Впрочем, как и говорила Трелони — Джонсон не стоило переживать о финальных испытаниях, ведь ее на них не будет. Наверное, теперь слова прорицательницы для Реддл однозначно имели вес. Главное, их лишь правильно понять.        — Ты это серьезно? — нахмурилась Гермиона, недоуменно смотря на подругу.        Наступила уже среда, и друзья сидели в библиотеке, выполняя домашние задания. Но Лизи, управившись быстрее, с особым интересом, на удивление всем, читала книги о прорицании. Ей хотелось знать, как Трелони видит будущее, как разбирается во всех этих знаках, звездах... Лизи хотелось знать, как понимать ее слова.        — Я думаю, что мы были чересчур категоричны, — фыркнула девушка, переворачивая страницу. — Не такая она уж и сказочница.        — О чем ты говоришь? — посмеялся Рон. — Да она только и говорит о том, что вы с Гарри помрете. То Сатурны виноваты, то пчелки из кофейной гущи.        — "Говорила", — поправила его та. — И, быть может, она имела ввиду что-то иное.        — "Умрешь мучительной смертью" можно понять как-то иначе? — хмыкнул рыжеволосый. — Видимо, она говорит на неизвестном для меня языке.        Лизи пожала плечами и больше не стала развивать этот спор — будет трудно объяснить, что Трелони и правда говорит на другом языке. Еще и Гарри вечером того же дня принес плохие новости.        — Я потерял Карту...        — Карту? — не поняла подруга. — Какую?        — Ту самую, — шепнул он, косясь на других гриффиндорцев, сидящих у камина. — Понимаешь?        В этот раз Элизабет не сдержалась, схватила из рук Гермионы ее учебник по нумерологии и с силой ударила друга по плечу.        — Ты взял ее у меня только утром, какого черта, Гарри?        Лизи с Гермионой иногда осматривали карту. Им не столько было интересно ее содержимое, сколько ее механизм — Грейнджер хотела бы создать себе что-то подобное для Г.А.В.Н.Э.        — Если эльф боится сбежать или не знает, как это сделать, то мы сможем распространить такие скрывающиеся буклетики, где распишем советы и места обращения за помощью. Пока не будет принят закон, их же нужно спасать!        Но в один из дней они стали замечать, как имя "Чжоу Чанг" виднеется на астрономической башне рядом с именем "Седрика Диггори". О чем и поведали парням. Естественно, Гарри собирался проверить это. Лизи не решилась остановить. Ее друг был слишком помешан на когтевранке, а не понять зачем же она с Седриком ходила на самую высокую башню было бы также глупо, как не понять смысл песни. Пускай все увидит своими глазами и перестанет вести себя как умалишенный при ее виде. Друзьям действительно порядком надело, что он не замечает простой истины — она к нему равнодушна.        — Ты уверена, что стоит ему одному идти? — спросил Рон.        — Лизи абсолютно права, — кивнула Гермиона. — Гарри нужно знать, что питать бессмысленные надежды - не лучшее решение.        Но лучше бы он их дальше питал, чем из-за своего любопытства наткнулся на Грюма и спалил Карту. А тот ее и забрал.        — Но он попросил! — возмущался Гарри на все негодования Лизи. Она была зла. Она и без того устала от всех событий, происходящих с ними. — Просто на время попросил!        — Попросил на время? — прошипела подруга. Гермиона и Рон не вмешивались, испугано озираясь. Благо все уже ушли спать. — Ты отдал ему такую ценность, ты совсем с ума сошел?        — А что я должен был сказать? Он сразу понял, что это не просто Карта замка.        — Ты вообще не должен был идти никуда, кроме башни и общежития!        — Но я увидел Крауча!        Злость Лизи мигом стихла. Она тут же недоуменно уставилась на друга. Разве Перси не говорил, что Крауч болен, а Бэгмен и вовсе его потерял? Как же он тогда оказался в школе?        В более спокойной обстановке Гарри рассказал, что по пути обратно увидел имя Крауча в кабинете Снегга. Он бродил из угла в угол. Будучи под мантией-невидимкой, он решил проверить не врет ли Карта. Но не успел даже спуститься по лестнице в подземелья, как наступил на заколдованную Пивзом ступень — полтергейст зачаровал ее еще до их поступления, наказав, чтобы она, как капкан, схватывала ногу того, кто наступит на нее.        — Гарри, как можно было попасться...        Но Гарри был осчастливлен увиденным на башне: Чжоу и Седрик вовсе не возлюбленные, они хорошие друзья! Девушка просто-напросто поддерживала семикурсника, который переживает из-за Турнира и проблем дома. Будучи в таком радостном состоянии, Гарри и попался в ловушку, совсем позабыв о ней.        — Меня чуть не схватил Филч! Он услышал меня и прибежал. Стоял рядом со мной, и я был почти уверен, что он знает, что я тут, но просто не видит.        — И как же ты выбрался и ушел?        — Сначала меня спас Снегг...        Более абсурдного друзья не слышали ничего. Гарри Поттера спас Снегг?        Как оказалось, зельевар это сделал неосознанно. Он искал Филча, чтобы тот последовал за ним в его взломанный кабинет, где как раз и увидел Гарри имя Крауча. И только они ушли и парень расслабленно выдохнул, как послышался голос Грюма:        — "Что ты здесь делаешь, Гарри?"        Ничего не оставалось, как снять мантию и попросить профессора помочь вылезти из ловушки.        — Я не сразу заметил, что я не убрал Карту... — буркнул он, заканчивая свой рассказ. — А он сразу понял, что это не просто обычная карта замка. Я решил рассказать ему, что видел имя Крауча, вот он и попросил Карту на время себе. Сказал, что, возможно, это поможет найти его.        Лизи была все еще зла, но согласилась с правильностью его решения. И хотя Карту, как она считает, они потеряли, быть может, они смогли помочь отыскать Крауча. Куда-то же он все-таки подевался.        — Странно, конечно, это все… — задумчиво хмыкнул Рон. — Крауч… ночью… в кабинете Снегга, который утверждал, что дверь вскрыли.       — Лучше оставим это все-таки на профессора Грюма, — нахмурилась Гермиона. — Важнее подумать о том, как вам продержаться под водой целый час! И в то же время, у вас будет всего лишь час, чтобы отыскать что-то. Поблизости из водоемов только наше озеро, а там глубоко… До дна свет почти не достает. Да и обитающих там тварей немало: один страшнее другого.       — Гарри, — сказала Лизи, — твой крестный просил сообщать обо всем необычном. Думаю, твой рассказ можно определить, как нечто странное. Может, ему есть что сказать. А пока письмо доставляется, нам и правда стоит подумать о том, что сказала Гермиона.       — Я отправлю ему письмо завтра утром.       — Да, это будет отлично…       В четверг на рассвете друзья отправили написанное Гарри письмо, а затем вновь обложились книгами в поисках подходящего варианта, как продержаться под водой. Лизи даже выпросила у МакГонагалл разрешение на посещение Особой секции. Драко и Блейз также им помогали.       — Аааа… — взвыл Рон. — Столько всего посмотрели, а толкового ничего. То времени недостаточно, то наших способностей.       — Это лишь знак того, что нужно усовершенствовать себя, — упрекнула Гермиона.       Вновь завязался спор, который заставил улыбнуться ребят. Лизи взглянула на смеющегося Гарри, закусив губу. Она, как неплохой зельевар, знала один ингредиент, который помог бы им оставаться под водой продолжительное время. К тому же, она точно знала, что у Снегга есть он, вот только… хватит того количества для одного из них. Она приняла решение, но пока не стала говорить ребятам ни о нем, ни о известном способе дыхания под водой. Гарри бы тогда точно отказался, а найти еще какой-то вариант… Получится ли?       Лизи ночью вновь пробралась в библиотеку, пытаясь для себя что-то найти. Оставался всего один день до испытания.       — Угробишь свое зрение, — раздалось позади. — Почему ты им не скажешь, что нашла способ?       — Все-то ты знаешь… — проворчала девушка. — Не говорю — значит надо так.       — Я слежу за тобой, вот и знаю, чем ты иногда занимаешься в тайне ото всех, — Габриэль сел на стул рядом, подперев щеку рукой. — Искал тебя тут на днях, поболтать со своей девочкой решил, и что думаешь? Нигде не было! — притворно ужаснулся. — Нашел твоего блондинчика, — послышалось цоканье, — а он сказал, что ты помогаешь Снеггу в его кабинете. Отправился туда, а ты сидишь и перебираешь всю эту дрянь, из которой варят всякие штуки эти ваши зельеварские. Проверил, а ты там одна. Ну, думаю тогда, можно и поболтать. Да вот услышал такую фразу: "Хватит только на одного". А потом и Снегг зашел, вы там свои вещи обсуждать стали. Я уполз, но прежде успел прочесть на коробочке той: "Жабросли". Спросил у Дамблдора, а он мне и поведал, что это и для чего.       — Ну и? — нахмурилась девушка. — Что в этом такого-то?       — А то, что ты нашла способ пробыть под водой только кому-то одному из вас, — мужчина окинул взглядом кипу книг. — И что-то мне подсказывает, что этим воспользоваться ты не собираешься. Ты ведь оставила это для Гарри? — он кивком указал на мешочек на столе, в котором как раз-таки и были эти жабросли, которые днем Лизи благополучно "одолжила".       — Ему нужнее… — буркнула девушка и вновь уставилась в книгу.       — Мы ведь раз за разом говорим и говорим об одном и том же… — мужчина покачал головой. — Сколько еще раз тебе повторять? У тебя отличные друзья, которым ты можешь довериться. В чем беда-то? Зачем жертвовать собой постоянно?       — В ином случае собой будет жертвовать Гарри, — устало вздохнула Лизи, начиная раздражаться разговором. — Я им доверяю, как и тебе, Габриэль. Каждому из вас я бы доверила свою жизнь. Но я ни за что не променяю ваши жизни на свою! А если бы я сообщила, что знаю способ, что уже и добыла жабросли, вот только с пометкой "на одного", как думаешь, что сказал бы Гарри?       — Он же не беспомощный мальчик, Элизабет! — повысил голос блондин.       — Как и я! — подскочила девушка. — Как и я, Габриэль! Он мой лучший друг, он для меня, как брат. Каждый из вас член моей семьи! Я просто хочу помочь ему, потому что он отвратительно беспечный и ни о чем не думает! Он, как и любой другой мальчик этого возраста, делает все в последний момент! Один день остался, он хоть на шаг приблизился? Нет. Вот тебе и обоснование моего решения.       Лизи вернулась на свое место и продолжила чтение книги, хмуря брови. Габриэль, словно словил дежавю, пару минут просто смотрел перед собой. Он медленно перевел взгляд на свою племянницу и мягко улыбнулся.       — "Луиза также и обо мне говорила…" Заклинание головного пузыря, — сказал он, вставая со стула. — Описание должно быть в обычном учебнике Флитвика за 6-7 курс. Кажется, такой я видел у Гермионы среди непрочтенных книг.       Лизи обернулась в сторону родственника, но того и след простыл.       — Уполз, негодяй. А потом скажет, что я не сказала ему спасибо, — девушка сложила книги на место и вернулась в свою спальню.       Габриэль же тем временем стоял в помещении памяти факультета Слизерин. Он смотрел на фото выпуска 1945 года. Там в первых рядах стояла Луиза Грин-де-Вальд. Именно в такие моменты можно было бы увидеть настоящего Габриэля: уставшего и потухшего.       — Она была мне как дочь, — в помещение вошел директор школы. — Геллерт мне был близким другом. Мне пришлось поднять против него свою палочку. Это наложило на меня ответственность за Луизу. Я думал, что ее отношения с Томом повлияют положительно в обе стороны.       — Она его любила, несмотря ни на что.       — Да, ты прав. Она любила Тома Реддла на первых курсах, будучи еще детьми. Любила в подростковом возрасте, когда он впервые почувствовал вкус убийства. Любила его и тогда, когда он ушел с ней в странствие, изучая тайны Темного искусства. И продолжила любить, когда он стал Волан-де-Мортом. Любила настолько сильно, что даже зная о своем слабом здоровье, которое может не выдержать родов…       — Подарила ему дочь… — закончил за старика Габриэль. — Она согласилась на создание крестража лишь для того, чтобы подольше побыть со своим ребенком и любимым мужем. А я и это отобрал у собственной сестры…       — Как бы грубо это не звучало, мой дорогой, ты, пусть и не зная всей правды, сделал все правильно. Жизнь нам дана ровно на столько лет, на сколько ты нужен в этом мире. Нельзя обмануть смерть, судьбу… Ничего. Когда твой миг придет — нужно принять это, как бы тяжело не было. Нас заменят наши потомки.       — Не у всех есть дети, директор.       — Ты вновь прав, — хмыкнул Дамблдор. — Но у тебя есть Элизабет. Знаешь, у нее проскальзывают уже твои привычки. О, как бы мне потом ее не пришлось доставать из ядовитых лиан растений мадам Стебль, потому что она решит кому-то подарить цветок, чтобы выразить свою любовь.       — Профессор! — воскликнул Габриэль, перебив старика. — Это было лишь однажды и абсолютно случайно!       — А что насчет...       

* * *

      Утром за завтраком Гарри сказал, что пришел ответ от Сириуса.               "Сообщи дату следующей прогулки в Хогсмид. Возьми с собой Лизу и Габриэля."       Это было самое короткое письмо, что когда-либо ребята получали от Сириуса. Гарри написал число и месяц прямо на обороте записки, привязал ее к лапе Куро, и ворон отправился в путешествие.       — Ребят, — привлекла внимание Лизи. — Я знаю способ, как нам пройти второй этап. Ну точнее, как в воде дышать.       Она рассказала о своих вариантах, и Гермиона воодушевленно закивала, приговаривая о том, что это замечательные решения. После обеда отправились на урок по уходу за магическими существами. Уход вел снова Хагрид. И то ли в извинение за соплохвостов, то ли оттого, что соплохвостов осталось всего два, то ли Хагрид желал доказать, что он ничем не хуже профессора Граббли-Дерг, он взялся рассказывать об единорогах. Об этих волшебных существах он, как оказалось, знал столько же, сколько о чудовищах. Для урока поймал двух маленьких единорожиков. Взрослые единороги белого цвета, а жеребята — золотые. Парвати и Лаванда пришли в совершеннейший восторг, даже у Пэнси Паркинсон при виде двух малышек перехватило дыхание, хотя она всеми силами старалась это скрыть.       — Жеребят заметить проще, чем взрослых, — объяснил Хагрид. — И они доверчивые, мальчиков не боятся. Коли хотите, можете погладить. Да сахаром их покормите.       — Пошли со мной, — Драко тут же взял за руку Лизи и повел к загону с жеребятами, по пути захватив горстку сахарных кубиков. К ним сразу подбежал малыш-единорог. — На, ешь, — слизеринец небрежно протянул руку с парочкой кубиков, но животное лишь фыркнуло, не став есть, хотя и не ушло.       — Это же ребенок, Драко. Нежнее с ним будь, он ласку любит.       Девушка обхватила своей рукой руку парня и медленно пододвинула ко рту единорога. Второй, также взяв руку возлюбленного, погладила по короткой гриве.       — Ты у нас хороший, да? — говорила она малышу. — Хочешь сладенького? Это вкусно, ты покушай.       Жеребенок понюхал угощение и сразу же съел его. Лизи думала, что Драко, как обычно, скажет "фу, он меня обслюнявил", но, когда повернулась, увидела, что на его лице было обычное выражение, хотя в глазах светилась детская радость.       — "Строит из себя крутого, а самом деле такой милашка", — она улыбнулась своим мыслям и продолжила из рук Драко кормить единорога.        Последний вечер перед вторым испытанием Гарри и Лизи провели вдвоем на астрономической башне, пытаясь собраться с мыслями и успокоиться в тишине. В этот момент в гостиной Гриффиндора было очень шумно. Львы устроили вечеринку в честь поддержки своих чемпионов — вечеринка в честь людей без самих этих людей. Они бы провели это время вместе со своими друзьями, да вот только Рона, Гермиону и Драко еще за ужином вызвала МакГонагалл, не объяснив ничего. С тех пор их и не видно.       — Может, провинились в чем, а сейчас наказание отбывают? — предположила Лизи.       — Может быть, — согласился Гарри. — Мы вечно во что-то попадаем, вот и им это перенялось. Может, даже просто мимо прошли.       Чемпионы последнюю ночь провели в отдельных комнатах. Утром им самим предстояло добраться до места проведения тура — это входило в задание. Два друга подошли к водоему за десять минут до начала, уже одевшись в свою форму. Они вдвоем пытались разглядеть друзей в толпе наблюдателей, но тщетно. И тут до Лизи стало доходить.       — О, Мерлин… — ужаснулась она, посмотрев в сторону озера.       — Что случилось? — туда же посмотрел и Гарри.       — В песне пелось о том, что нам буден дан лишь час для того, чтобы вернуть ценность нашу.       — И?       — Гарри, вчера Рона, Гермиону и Драко позвали, и мы их больше не видели. Не доходит?!       — Я… О, Господи… Рон же сказал, что откажется!       — Чемпионы, подойдите к берегу! — послышался голос директора.       Все шестеро подошли. Лизи обратила внимание на то, что вместо Крауча вновь сидел Перси. Дамблдор дружелюбно улыбнулся своим ученикам, Каркаров и мадам Максим холодно поглядели в их сторону: сразу было видно, что они их не ждали, надеясь, что кто-нибудь загрызет по пути в лесу. Людо Бэгмен расставил участников вдоль берега озера на приличном расстоянии друг от друга. Причем напарники также были разделены — Лизи стояла в нескольких метрах от своего друга. Тогда она уже не до конца понимала происходящее: им раздельно проходить испытание? А как будут начисляться баллы? Да и кого ей вытаскивать со дна?       — "Рон скорее всего достанется Гарри. А мне тогда кто? Гермиона и Драко? Нелогично. Или… — она взглянула на Крама, что стоял ближе всего. — Гермиону спасать должен будет он, а я Драко?"       — Все в порядке, милая? — прошептал подошедший Бэгмен, делая вид, что ставит девушку еще дальше от Виктора. — Знаешь, что делать?       — Да, сэр… Знаю, — неуверенно ответила она.       — Тогда удачи тебе. Мы верим в тебя и Гарри.       Мужчина отошел к судейскому столу. Лизи там же заметила змея, свисающего с шеи Дамблдора, и невольно улыбнулась.       — Я тут… — послышался и отец.       Как же она постоянно надеется услышать этот голос… Такой тихий, болезненный, но… очень родной. Это одновременно гложет и согревает ее.       — Готовься, мой свет, будет нелегко…       Вдох, выдох.       — Ну, что ж, наши участники готовы ко второму испытанию, — заговорил Бэгмен. — Как можно заметить, не все дошли до него. Но это Турнир, таковы правила! Сегодня же каждый из вас проходит его отдельно, но баллы напарников будут суммироваться. Те, кто, к сожалению, остались одни, получат повышенные баллы только в случае, если завершат задание еще и за своего выбывшего товарища. Трудно, понимаю, — он закивал головой. — Однако, будем честны, в этом виноваты вы сами, — Лизи заметила, как Каркаров скалился в сторону Петра, который сидел на скамье возле него. — Начнем по моему свистку. За час вы должны найти то, что у вас отобрали. Итак, на счет три. Раз… два-три!       Холодный воздух огласил пронзительный свист, наблюдатели взорвались криками и рукоплесканьями. Лизи тут же использовала заклинание, голову окружил пузырь. Девушка на бегу засунула палочку в потаенный карман на бедре и прыгнула в воду. Благо плавать она умела еще с детства.       Вода в озере была ледяная и резала ноги, как будто это была не вода, а огонь. Скоро девушка заплыла так глубоко, что уже не могла различить поверхности озера, и направилась прямо ко дну, плывя вдоль. Тишина давила на уши. Вода у дна была мутная, не позволяя разглядеть многое. Новые виды словно выскакивали из темноты, по мере того, как Лизи плыла вперед. То вырастали целые леса черных трепещущих водорослей, то широкие илистые луга с редкими валунами. Раз или два ей казалось, что впереди поджидает чудище, но, подплыв ближе, она обнаруживала либо почерневшее бревно, либо ком водорослей. Других участников Турнира, русалок с тритонами, Драко и — к ее невероятно огромному счастью — гигантского кальмара видно не было. Лизи все глядела вперед, не мигая, стараясь различить, что ждет впереди по очертаниям в полутьме.       — Рядом!       Вдруг кто-то схватил девушку за ногу. Лизи обернулась и увидела гриндилоу. Маленькое, рогатое водное чудище вылезло из водорослей, крепко схватило ее длинными пальцами и оскалило острые клыки. Элизабет вытащила свою палочку и беззвучно крикнула заклинание, выученное на уроках Люпина:       — Релассио! — из кончика волшебной палочки вместо привычных искр вылетела струя кипятка, и зеленое гриндилоу покраснело от злости, отпустив ногу.       Подоспели другие, то и дело пытаясь ухватить то ногу, то руку. Но Лизи пару раз заехала нескольким ногой в голову, и вся кучка спряталась далеко в водорослях. Она отплыла подальше, остановилась, спрятала волшебную палочку в карман, оглянулась и прислушалась.       — Ну как? — раздался голос.       Девушку чуть удар не хватил. Она рывком перевернулась и увидела Плаксу Миртл, едва различимую в темной воде. Только огромные глаза привидения за толстыми очками виднелись. Лизи бы обязательно сказала пару ласковых ей, да вот только под водой не получается это сделать.       — Плыви вон туда, — указала приведение. — Ты мне очень нравишься, так что я тебе помогу, но с тобой не поплыву. А то там такие твари страшные, ужас сущий. Ищи своего беловолосого. Гарри я уже помогла.       Лизи уже и позабыла о том, что ее напугали. Показала большие пальцы и кивнула, сама себе пообещав, что когда пойдет к Василиску, поболтает с Миртл. Обязательно поболтает!        Она помчалась в указанном направлении, держась повыше над водорослями, на случай, если там прячутся другие гриндилоу. Она плыла над целой долиной черного ила, и от того, что она плыла, илистая муть приподнималась и крутилась вихрями. И, наконец, вдалеке послышался обрывок русалочьей песни.

На поиски лишь час давали...

      Лизи поплыла быстрее. Впереди в мутной воде показался громадный камень. На камне — рисунок: тритоны держат в руках копья и гонятся за чудовищем, по виду — гигантским кальмаром.

      …Минуло полчаса — спеши!

      Вдруг из тьмы показались очертания домов, слепленных прямо из булыжников и поросших водорослями. В темных окнах виднелись лица… и эти лица были совсем не похожи на мордашку русалки, которую друзья видели в лесу. Серая кожа и длинные-длинные темно-зеленые волосы, желтые глаза, неровные зубы, на шеях — ожерелья из гальки. Лизи согласилась с Миртл, что эти твари ужасны.       Она плыла мимо, а они злобно на нее глядели. Несколько тритонов и русалок выплыли из своих каменных хижин с копьями в руках и, мощно работая серебристыми хвостами, подплыли взглянуть поближе.       Лизи поплыла скорее по русалочьей улице. Отовсюду выплывали новые русалки и тритоны, с любопытством разглядывали гостя, указывали друг другу на девушку, что как бы отличается видом от них.       Лизи завернула за угол, и ее глазам предстало удивительное зрелище. На обрамленной несколькими домами площади собралась толпа русалок и тритонов. В середине площади высилась статуя тритона, высеченная из цельного куска скалы, перед статуей выстроился русалочий хор и пел песню участникам Турнира. К хвосту статуи были привязаны шестеро человек. Все пленники крепко спали, склонив головы на плечи, у всех изо рта тянулись вверх тоненькие струйки пузырьков. Лизи поспешила к Драко. Толстые скользкие веревки, которыми привязали парня, как и других, были из водорослей и очень крепкие.       Лизи сто раз поблагодарила небеса за то, что она родилась такая предусмотрительная. Она как раз-таки вчера вечером обдумывала все возможное, что может с ней произойти, и засунула небольшой перочинный нож, что был в наборе любого зельевара-любителя, во второй потаенный карман. Достала и стала разрезать водоросли. В этот момент к месту подплыл Крам в виде полуакулы. Он попытался заклинанием разрезать водоросли, но ничего не выходило. Лизи закончила свое дело и замахала рукой, привлекая внимание. Крам повернулся в ее сторону. Девушка подняла нож и кивнула на водоросли, затем вытянула руку, передавая инструмент. Немного помедлив, Крам все же подплыл и, взяв нож, кивнул в благодарность. Лизи сразу же подхватила Драко, который был весьма нелегким и, с огромным усилием оттолкнувшись от дна, стала грести одной рукой, дабы выплыть.       Ноги отказывались служить, руки просто разламывались от боли… Стало тяжело дышать. Минута, две, десять… Шея заболела. И тут БАЦ! Пузырь лопнул, даже не дав возможности напоследок вздохнуть. Девушка стала сильнее грести. Виднелся свет, но воздуха уже категорически не хватало. Драко то и дело выскальзывал, ведь девушка еле удерживала его одной рукой. Мутнело в глазах, голова кружилась, болела. Конечности еле двигались… Лизи вынырнула! Немедля поплыла к берегу, передала слизеринца в руки смотрителей и только тогда откашлялась, выплевывая из легких воду.       — Сорок пять минут! — раздался комментарий Бэгмена. — Элизабет Реддл выполнила задачу и приплыла первой.       Девушка, стоя на четвереньках и все еще пытаясь вернуться в норму, посмотрела в сторону судейского стола. Там сидела плачущая Флер. Судя по всему, ее сняли с тура.       — "Кто тогда достанет ее узника? Нина?".        Но Нина уже точно не могла никого достать. Бэгмен с двумя высокими мужчинами подбежал к воде, и оттуда они втроем достали бессознательное тело Лоун, которое в руках принесло то чудище с глубин — тритон с копьем. Раздался громкий голос министра:        — Школа Шармбатон выбывает из Турнира Волшебников!        Разозленная мадам Максим тут же вскочила с места и подбежала к нему. Она что-то возмущенно пыталась ему доказать, но Лизи услышала лишь одно:        — То есть мне на комп'хомисс вы не готовы пойти, а как Хогва'тс представляет две пары, то вы с с радостью соглашаетесь!       Девушка вновь взглянула на Флер и стала вспоминать тех, кого привязали к статуе. И в памяти всплыл образ светловолосой девочки, лет не больше восьми.       — "Это ее сестра? — Делакур ужасно трясло, но, судя по всему, вовсе не от холода. — Там ее семья…"       Лизи встала с земли и подошла к ней.       — Там твоя сестра?       — Да! — та вскочила со стула и начала тараторить, а слезы градом лились по щекам. — Там моя маленькая девочка. Если бы я знала, что ей такое предстоит, то ни за что бы не согласилась на этот Турнир. Моя малышка. Я бы и так поплыла, но меня не пускают!       Лизи обернулась. И правда, смотрители шеренгой стояли, словно стражи. К ней подошел Дамблдор, добродушно улыбаясь, а на шее все еще висел змей.       — Ты молодец, первая пришла и задачу выполнила.       Девушка посмотрела на Драко, тот еще спал, лежа на подготовленной заранее кушетке. Она закусила губу.       — А что будет с теми, кого не успели вовремя достать оттуда?       — Ну, милая, воздуха им, конечно, хватит.       — Но? — Лизи все еще смотрела на своего молодого человека, боясь подумать, что было бы с ним, не успей она. А там ведь все еще ее друзья остались.       — Главное, чтобы никто не разозлил обитателей, — помедлив, ответил директор. — Гриндилоу воюют с русалками и тритонами. У нас договор только с последними, но если на ту деревню, что ты видела, нападут сейчас, то русалки и тритоны станут защищаться. В этот момент может случиться разное…       — А какой шанс, что сейчас могут напасть?       — Ох, милая, — Дамблдор положил руку на плечо девушки. — Гриндилоу давно тут не видели. Если они решатся напасть, то ты бы встретила по пути их стаю однозначно.       У Лизи перехватило дыхание. Она ошарашенно посмотрела сначала на Драко, затем на Флер, что все еще плакала. Посмотрела на берег, там стоял только Крам с Гермионой на руках и привязанным к плечам парнем. Он, увидев ее, стал подходить.       — Спасибо, — он передал в руки нож. — Как раз вовремя. Ты ушла и там началась… эм… война. Я не совсем знаю, как это объяснить.       — Ты видел моего друга? — заволновалась Лизи.       — Который… — Виктор пальцами сделал подобие круглых очков. Кивок. — Да, кажется ему ногу кто-то… эээ… укусил.       Больше девушка ничего не слушала, быстро помчавшись в сторону места, откуда начал заплыв друг.       — Нельзя ему помогать! — перед ней возник Бэгмен. — Иначе баллы снимут. Это важно, Элизабет.       — Черт!..       Лизи стояла, огромной силой воли удерживая себя от того, чтобы прыгнуть в воду. Стояла на самом краю, пытаясь хоть что-то разглядеть. Послышался чуть дальше всплеск воды, и она увидела голову своего друга.       — Гарри! Давай!       Он нес сразу двоих узников. Девушка помогла другу подняться. К ним подбежала Флер и тут же взяла свою сестру на руки, при этом множество раз поблагодарив Гарри, даже поцеловав. Смотрители взяли Рона и отнесли к другим узникам, которых приводили в сознание. Лизи тем временем даже и не заметила, как расплакалась, обнимая своего друга.       — Если бы Драко это увидел, то я бы точно в глаз получил, — Гарри поглаживал спину подруги.       — Я это и так вижу, а вот насчет глаза… — раздалось позади, — я бы хорошенько подумал.       Двое обернулись и увидели своих друзей.       — Ребята!       Все впятером столкались в кучку, обнимая друг друга.       — А зачем ты сестру Флер вытащил? — спросил Рон у друга.       — Флер так и не приплыла. Что же мне было делать? Не оставлять же ее там? — еле переводя дыхание, ответил Гарри.       — Дурья твоя голова! Ты что, и правда решил, что мы там останемся? Да Дамблдор никогда бы не позволил нам утонуть!       — Он мне сказал, что на деревню могут напасть, и что тогда вы будете в опасности, — заговорила Лизи.       — Кто может напасть? — удивилась Гермиона.       — Гриндилоу на деревню русалок и…       — Лизи, ты чего? — нахмурился Драко. — Ты ведь сама только неделю назад нам читала статью о том, что русалки и тритоны питаются ими.       И тут до девушки дошло все… Как же она могла так позабыть? Она посмотрела в сторону директора, а тот — хоть бы хны! — улыбался, махал рукой.       — Шутник чертов… — буркнула она.        Как раз в этот момент из воды вылезло несколько зеленоволосый серых морд, в руках которых лежало еще одно тело — судя по всему, это была "ценность" Лоун. Младшую сестру Джонсон сумел забрать Седрик.       За спинами участников раздался громоподобный, волшебно усиленный голос Людо Бэгмена, и они вздрогнули, зрители притихли.       — Дамы и господа, предводительница русалок и тритонов поведала нам, что в точности произошло на дне озера, и вот наше решение: оценки чемпионам будут выставлены по пятидесятибалльной шкале. Итак, мисс Флер Делакур и мисс Нина Лоун продемонстрировали замечательное владение заклинанием головного пузыря, но на них напали гриндилоу, и они не сумели спасти своих пленников. Мы решили поставить им по двадцать очков.       На трибунах захлопали.       — Я не достойна, — хриплым голосом проговорила Флер, качая своей головой. Лоун еще не пришла в себя.       — Мистер Седрик Диггори также использовал заклинание головного пузыря, но вернулся со своим узником и узником выбывшего товарища на минуту позже установленного времени, — пуффендуйцы на трибунах разразились криками и аплодисментами. — Мистеру Диггори мы ставим сорок очков. Мистер Виктор Крам продемонстрировал неполное превращение, что, впрочем, не помешало ему выполнить задание, и он вернулся вторым также с двумя пленниками. Его оценка — сорок пять баллов. Мистер Гарри Поттер с успехом воспользовался жаброслями, он вернулся последним и потратил на задание гораздо больше условленного времени, но уместился в него. Однако предводительница тритонов и русалок сообщила нам, что мистер Поттер задержался на дне только потому, что желал вернуть на сушу не только своего собственного, но и оставшегося пленника. За это он получает сорок пять баллов! Первой прибыла со своим пленником Элизабет Реддл. Стоит учесть комплекцию участницы и ее пленника. Общее время, потраченное на задание, составило сорок пять минут, — громкие аплодисменты слышались от кучки гриффиндорцев. — Также нам стало известно, что Элизабет помогла своему противнику — Виктору Краму! — тут Бэгмен странно-неприязненно взглянул на Каркарова. — Судьи посчитали, что это достойно оценки в сорок пять баллов!       — Мы на первом месте! — Лизи хотела обнять друга в порыве радости, но Драко перехватил ее за талию и прижал к себе. — Я на первом месте! — девушка поцеловала парня в губы и крепко обняла его. — Ты представляешь?       — Ты меня спасла, — ухмыльнулся тот.       — Ты очень тяжелый, кстати, — сообщила Лизи, отстранившись от слизеринца.       — Потому что это я должен тебя таскать на руках да спасать, — он убрал за ухо выбившуюся прядь и поцеловал девушку в кончик носа. — Но теперь я могу спокойно спать ночью, не боясь, что девчонки меня утащат.       — Почему?       — Потому что ты готова даже на самое дно опуститься, чтобы вытащить своего мужчину, — самодовольно улыбнулся блондин.       — Аха-ха-ха, — послышался смех Рон. — Ты себя мужчиной назвал?       — Уизли, — прошипел Драко. — Я понимаю, что у тебя нет девушки, но знать о банальных приличиях и не влезать в столь личные разговоры…       — Да ладно тебе, Малфой, — рыжеволосый по-дружески ударил того по спине , — что скрывать-то?       — Правда, Рон, "что", — возмутилась Гермиона. — Людям, что состоят в романтических отношениях, совсем же нечего скрывать!       — А чего им скрывать-то?       Друзья дружно смеялись, пока рыжеволосый хмурился, пытаясь понять в чем подвох.        И во всей этой радостной атмосфере Лизи вдруг задумалась: а не слишком ли легко, по сравнению с другими, она проходит испытания? О драконах предупредил Хагрид, в лесу помог странный незнакомец, а сегодня ей помогла Миртл. Девушка не против такого, но отчего-то это обычным совпадением ей не кажется...