Наследие: искупление

       Ветер неприятно пробирался под мантию, охлаждая кожу. Даниэль поплотнее закутался и, взяв палку, начал ворошить костер. Хвост сидел рядом на бревне и следил, чтобы из крошечных ручек существа, укутанного в теплые ткани, не выпал бутылек. Юноша заметил, как на лице Петтигрю появилось пренебрежение, и тихо хмыкнул, но не решился ничего сказать. Вместо этого он устало смотрел в темноту.       Хотя они и укрылись в глубине Запретного леса, это место совсем не казалось безопасным. От ночной опасности и вероятности быть обнаруженными их защищал лишь магический барьер. Если бы рядом был опытный мракоборец, он бы без труда разрушил его. Однако Министерство, как и прежде, не задумывалось о такой мере предосторожности, как простой обход близлежащих территорий.       — Забавно, — рассмеялся Даниэль, взглянув на сверток. Хвост уже забрал бутылку. — Тот, кого они боялись, прямо у них под носом, а они даже не догадываются об этом.       — Дамблдор, — прохрипело создание. Его не было видно за тканями. — Он точно знает, что мы где-то здесь... Уверен, он чувствует меня...       — Но ведь... ведь... — Хвост испуганно заозирался и голос его задрожал. — Если он знает, то разве не стоит нам получше спрятаться? Не время ведь для встречи с ним... Имею ввиду... силы... То есть... Не сейчас ведь лучше, да?...       — Прекрати трястись, — больной хрип сменился гневным рыком. — Будешь так верещать, то нас точно заметят! За версту услышат твой истерический плач.       Юноша согласно кивнул. Взяв пару дров, он бросил их в костер. Огонь на мгновение вспыхнул, чуть ослепив троих, а громкий треск на секунду-другую застрял в ушах. Внезапно Даниэль засмотрелся на языки пламени, ставшие яркими. От них исходил знакомый жар, и голова невольно наполнилась прошлым.       — Скоро... — шептали сбоку от него. — Совсем скоро я ее увижу...       — Скоро, — повторил юноша. — Совсем скоро...       

* * *

1976 год.

      — Том! Господи, Том! Тут ребенок!       Волан-де-Морт отряхнул свою мантию и раздраженно вздохнул, услышав голос Луизы. Они находились на окраине Лондона, в маггловском райончике, где совсем недавно убили его приспешников, и ему пришлось разобраться с отрядом мракоборцев. А значит лишний шум уж точно был не к месту.       — Будь тише, сколько раз повторял, — недовольно шикнул мужчина, пройдя в комнату.       Белокурая женщина склонялась над детским манежем и с кем-то сюсюкалась. Том едва сдержался, чтобы не закатить глаз. Он подошел ближе и дернул возлюбленную за капюшон.       — Пора уходить, Луиза. Здесь больше нет смысла находиться.       Женщина в пол-оборота кинула на него взгляд, полный надежды и печали. Том нахмурился и выставил перед собой ладонь.       — Нет, — отчеканил он с легкой грубостью в голосе. — Ты прекрасно знаешь, что я скажу. Так что не будем тратить время.       Несмотря на его слова, она пошла наперекор и подняла младенца, укутанного в грязные пеленки. Под непонимающим взором Волан-де-Морта, Луиза кратко пояснила:       — Да, не будем тратить время. На этот раз ты не позволишь мне бросить малыша на произвол судьбы.       — Оставь его, и уходим, — нетерпеливо отозвался мужчина. Легилименция стала подсказывать приближение кого-то. — Сейчас сюда прибудут, так что...       — Вот именно, Том! — воскликнула женщина, прижимая к себе ребенка. — Прибудут, а тут он!       — Его отправят в приют.       — Ну конечно! Говоришь так, будто детей твоих погибших приспешников обычно отправляли в приют! Да, точно...       Волан-де-Морт собирался ответить, но с первого этажа дома послышался шорох и незнакомые голоса, требующие проверить местность. Мужчина выругался и попытался забрать из рук возлюбленной младенца. Раздался плач, и женщина вцепилась в него мертвой хваткой.       — Либо оставляешь меня с ним здесь, — пригрозила она Тому. — Либо переносишь вместе с ним.       Мгновенно Волан-де-Морта наполнила злость. Он ненавидел неподчинение. Но голоса приближались и стоять на том же месте не оставалось времени.       — Черт… — прошипел мужчина.       Обняв женщину с ребенком, он успел трансгрессировать ровно за секунду до того, как в комнату ворвались. Переместил всех в какую-то подворотню на другом конце города. Быстро проверив территорию и убедившись в безопасности, Том обернулся на Луизу, намереваясь окатить ее нравоучениями.       Но замер.       Что-то внутри неприятно заныло, когда он заметил с какой нежностью любимая оглядывала младенца. Еще недавно плачущий, тот смеялся, совершенно не понимая происходящего.       — Ты в безопасности, милый, — щебетала женщина. — Все будет хорошо.       Том прикрыл глаза и едва выдохнул, приводя мысли в порядок и погоняя злость. Он знал, чего она так сильно желала — семьи. Но они точно не были к такому готовы. Не сейчас. Их окружали темные секреты, война, кровь и смерть. Волан-де-Морт преследовал лишь одну цель — обрести вечность и создать подходящий для этого мир. Он не хотел познать той же участи, что и его мать, которую бросил урод-маггл. Не собирался прятаться в тени от глупых простецов. А дети... Где им было бы место среди его планов?       — Гляди-ка, — заулыбалась Луиза, показывая возлюбленному на ребенка. — Он пытается что-то сказать.       — Не привыкай к нему, — сообщил Том, выглядывая из-за угла подворотни. Магов поблизости он не чувствовал, но и безопасности тоже. — Подкинем кому-нибудь под дверь. Так будет лучше.       — Для кого? — тихо спросила женщина. Младенец произнес что-то невнятное в ответ. — Он остался сиротой, его родители мертвы. Мракоборцы бы убили, не спаси ты его. Его жизнь уже не будет прежней, так почему и нашей не поменяться?       Мужчина громко цокнул и обернулся.       — Прекрати этот детский сад, Луиза. Куда ты собралась этого ребенка тащить?       Но Грин-де-Вальд, несмотря на произнесенные им слова, вдруг широко улыбнулась и весело сказала:       — За нами его буду таскать! А потом и сам сможет ходить.       Том нахмурился, не понимая то ли она шутит, то ли всерьез. Но судя по всему, верным было последнее. Не желая больше спорить, он стал приближаться, выставив руки вперед.       — Отдай ребенка, Луиза.       Но та, надменно хмыкнув, задрала подбородок и... трансгрессировала, оставляя ошеломленного Тома посреди подворотни. Тот с глупым видом уставился на место, где еще недавно она стояла, и злость снова забурлила внутри.       — Да чтоб тебя...       Уловив ее магию неподалеку, он переместился за ней прямиком в ближайший парк. Но женщина, заметив возлюбленного, вновь исчезла. В следующий раз он успел схватить ее под локоть в центре столицы возле огромного торгового центра.        — Ты что творишь? — шепнул он ей на ухо, крепко держа руку.       Вокруг бегали магглы, и это ужасно нервировало. Но, по крайней мере, в огромной толпе никто не заметил их телепортации.       — Доказываю тебе, что способна перемещаться вместе с сыном, — хмыкнула женщина.       Том опешил от ее ответа и был крайне удивлен, заметив на мальчонке чистые пеленки.       — Когда ты...       — Вот видишь, — усмехнулась Луиза. — Я прекрасная мать.       Реддл закусил губу, обдумывая ее слова. Женщина прежде никогда и ни о чем не просила, а тут так яро противостоит его решению, что крайне непривычно. Невольно вспомнилась их первая встреча...       Это был первый курс в Хогвартсе, библиотека, секция, где хранились книги о запретном… Тихий, необщительный мальчик, прекрасно разбирающийся в зельеварении, говорящий со змеями и обожающий читать книги о Темном искусстве — одиночка Томас Марволо Реддл. Дочь известного на весь мир Темного мага, вечно болеющая, попадающая в неприятности, но, несмотря на это, всегда высокомерно оглядывающая всех — выскочка Луиза Грин-де-Вальд.       В тот день, когда их жизни сплелись в одну, девочка убегала от "защитников мира", которые решили, что ребенок может отвечать за действия родителя, хотя и сами толком не понимали, что же такого творил Геллерт Грин-де-Вальд. Мальчик сидел на полу, где-то в углу, и читал основы Темного искусства. Она споткнулась о книги, что он разложил около себя. Упала прямо на него. Носы соприкоснулись, а румянец появился на щеках двоих.       — Прости, пожалуйста… — прошептала Луиза, все еще не отстраняясь и слыша приближающиеся голоса.       — Это они за тобой бегут? — спросил мальчик. Ему кивнули.       Что его удивило? Ее улыбка. Знает, что ее ожидает и улыбается. Ненормальная? Скорее всего. Но, черт… Это заинтересовало его. В тот момент, когда они уже поднялись, а голоса были буквально за парой стеллажей, он схватил ее за руку и побежал на выход. Бежали по коридорам, по лестнице в подземелье, по каменным полам, что эхом озвучивали их шаги. Забежали в пустой класс, перевели дыхание и познакомились, как принято. Так началась история "Одиночки Тома и Выскочки Луизы". Он помогал ей с учебой, а она следила за тем, чтобы он ел, пил да спал. Год, два, три… Друзья стали парой. Причем никто не говорил банальное "Давай встречаться?". Все как-то само собой "склеилось": в один из вечеров Том поцеловал Луизу в губы, а та сделала тоже самое утром. Слов не нужно было.       Она знала о том, что он делал, и прикрывала его. Поддерживала? Нет. Негодовала? Нет. Просто была рядом. И он ценил это, даруя заботу. Еще года… Окончили школу. Том хотел устроиться в Хогвартс учителем, но Дамблдор не позволил. И тогда парень, чья душа уже была омрачена, стал консультантом в лавке "Горбин и Бэркес". Для чего столь умный парень пошел туда? Знакомства, обширные связи и поиск подходящих реликвий для создания крестражей. Нашел, украл и вместе с возлюбленной отправился в странствие. Искали последователей, приспешников. Создали Пожирателей смерти. И вот, вернулись в родной город Англии. Новые переговоры. Неудачно. Лишь два трупа Розье ожидали их и испуганный младенец.       — Луиза, — устало произнес Том. — Мы не можем оставить этого ребенка. Ему нужны люди, у которых есть все необходимое для воспитания.       — Ему нужны родители, Том, и только.       — И ты считаешь, что мы готовы для такой роли? — усмехнулся мужчина, перемещая их троих в номер отеля, где они жили.       Хотел было сказать что-то еще, но взгляд младенца не позволил. Такой уже осмысленный, слишком серьезной. Такой же был всегда у Тома.       — А почему мы не должны быть готовы? — возмутилась женщина. — Ты видел, как я от тебя убежала?!       Мужчина многозначительно на нее глянул, но осекся. Это была ее мечта, как он мог противиться?       День, неделя… Ничего в их жизни особо и не поменялось, кроме появления еще одного члена семьи.       — Сын! Теперь у тебя есть сын! А потом, я обещаю, подарю тебе дочь! — радовалась Луиза, держа на руках мальчонку. — Теперь у нас настоящая семья!       — Ему нужно имя, — хмыкнул мужчина, перебирая документы. — Раз я выбрал имя для девочки, то для мальчика должна ты.       — Хм… Знаешь, я думала об этом. Моего братишку зовут Габриэлем… Хочу что-то схожее.       — Вот как… — задумался тот. — Даниэль?       — Точно! — миг, и Луиза погрустнела. — И снова ты выбрал имя.       Раздался хриплый смех. Тома всегда веселило такое выражение лица его уже на тот момент жены.       — Ты же можешь выбрать другое, — он посадил женщину с ребенком на руках к себе на колени.       — Нет, Том! Мне нравится это имя! Старшего брата нашей будущей Элизабет теперь зовут Даниэль!

      Одиночка больше не одинок, выскочка прячется от мира…

      

* * *

      — Давай, малыш. Шажочек… Иди к мамочке.       Луиза пыталась научить малыша основам. Все, как написано в книги о воспитании! Но что-то не получалось.       — Том, ну что я делаю не так?       Мужчина оторвался от ветхих свитков и посмотрел на свою семью.       — Даниэль…       Только Том позвал его, как малыш поднялся с пола и неумело пошел в сторону "отца". Женщина негодовала, а мужчина искренне смеялся, пока маленький Даниэль обнимал его ногу, ничего толком не соображая.       Год… Мальчик уже умеет немного говорить, первые шаги, неосознанное использование магии. Счастье "мамы" и гордость в глазах "отца". Два… Нападение на "родителей" оставляет отпечаток в сознании мальчика. Нет, он не сломлен. Даниэль видит, как "папа" защищает его и "маму". Его любят. А значит и он будет любить в ответ. Три… "Мама" говорит о том, что он скоро станет старшим братиком. Мальчик ждет появления сестры. Четыре… Он сидит у камина и слышит, как кричит "мама" в спальне уже их дома, где вся семья обосновалась пару месяцев назад. Он слышит, как "папа" пытается поддержать ее. Детский крик. Какая-то возня, паника. "Папа" почему-то просит "маму" не умирать. Выходит женщина, кладет сверток в стоящую кроватку. Мальчик просит, чтобы положили к нему на ручки. Женщина помогает ему. Он смотрит на "сестру". Такая маленькая, даже по сравнению с ним. Держит ее крепко. Вспоминает, как "мама" укачивала его, когда он плакал, потому что упал и разбил коленку. Делает также. Сестренка засыпает. Голоса, паника и возня в комнате все еще слышна, но он начинает петь колыбельную. Ту самую, что "мама" поет ему перед сном. Однажды он спросил у нее, что должен делать старший брат. Она ласково погладила "сына" по голове и ответила:       — Просто быть им, милый. Рядом ли ты… Далеко… Ты просто брат, — женщина вспоминала Габриэля. — Даже если ваши пути разойдутся, вы будете семьей. Вы будете защищать друг друга от других, даже если и сами по разные стороны. Ты всегда будешь в ее глазах старшим братом, рядом с которым безопасно.       И тогда мальчик пообещал:       — Я стану очень сильным, мама! И я клянусь, что буду защищать нашу Элизабет от самого ужасного зла!       Женщина по-доброму рассмеялась.       — В таком случае, я нисколько не беспокоюсь о ней.       

* * *

31 октября 1981 года

             Ему было пять лет, когда все разрушилось… День, изменивший все. "Папа" ушел, сказав, что нашел мальчика из предсказания. Болевшая "мама" чувствовала себя гораздо лучше, чем обычно. Она играла с детьми весь день, а на ночь даже прочла две сказки. Затем чьи-то крики, ругань… Мальчик взял сестру на руки и спустился вниз. Девочка, на удивление, не плакала, словно понимала, что не стоит привлекать внимания. Лишь крепко сжимала ручкой пальчик брата.       — Он мой муж, Габриэль! — кричала Луиза снизу. — Как я могу отдать тебе крестраж? Это предательство.       — Он убьет Поттеров! — кричал пепельноволосый.       — Главное, чтобы он жив был!       — Мама ругается, — шептал Даниэль сестренке. — Лучше вернемся в комнату. Я сам почитаю тебе сказку, мелочь.       Вернулись в комнату, но тут же раздался чей-то крик:       — ЛУИЗА!       Взрыв, плач сестренки, какие-то чужие голоса. Мальчик крепче прижал девочку к себе. Выглянул за дверь, а там чужие! "Уберечь сестренку". Паника, его глаза бегают по пространству, пытаясь отыскать то, о чем говорила "мама".       — Даниэль, мы необычная семья. Если ты поймешь, что происходит странное, то достань вот это письмо из вот этой книжки, — женщина указывала на сборник детских сказок. — Наведи на него свою палочку, ты же помнишь, как пользоваться ею? Папа показал? — кивок. — Наведи и скажи "Дамблдор". Понял? — кивок. — Молодец.       — А как понять, что что-то идет не так?       — Ты поймешь, мой милый.       Так он и поступил сейчас. Положил сестренку на кровать, подошел к стеллажу. Нашел, навел, сказал. Письмо исчезло. Хотел вернуться к девочке, но вдруг перед ним из воздуха возник незнакомец в черной маске.       — Простите, господин, но таков приказ Темного Лорда.       Через секунду в комнате была лишь плачущая Элизабет. Конечно, через несколько минут ее заберет Хагрид по указу, отвезет с Гарри на Тисовую улицу, а там Альбус Дамблдор отправит ту по стопам своего отца: приют, поступление в Хогвартс…       Но что же будет с Даниэлем? Слуга "отца" облажался, забрав лишь одного ребенка. В будущем он расплатится за это жизнью, но сейчас… он выполнит приказ Темного Лорда и обучит его дитя всему до прихода Волан-де-Морта, который уж точно не оставит свою семью.       Не тогда, когда женщина, подарившая ее, мертва...