Я (не) в порядке

      — Нахуй я пришел вообще, — слова, сказанные скорее для самого себя, потому что ответа Киса не ждал. Он валялся на матах и зависал в телефоне, играя в ферму — еще немного и дойдет до следующего уровня, но играл он скорее на автомате, чтобы мозги расслабить. Ника и Хэнк перебрасывали волейбольный мяч, и смех первой то и дело разносился по всему залу, вызывая у Кисы желание кинуть мяч уже в нее. Хотя та ответила бы ему тем же — подобные игры в кто кого побьет были у них с самого детства.              Рита в спортивном костюмчике маячила на периферии, но в этот раз ему даже не хотелось залипать на ее задницу. Одноклассница в последнее время любила крутиться рядом на тусовках, но стоило ему подкатить, как та тут же сливалась. Кисе уже надоела роль парня, к которому Мел должен был обязательно ее приревновать. Наивная душа, тот никогда не смотрел в их сторону в такие моменты. Если ей так хотелось набить себе цену, пусть найдет другого хахаля для этой работенки.              Вспомнив о Меле, Киса уже порвался написать тому сообщение, хули того нет. В последнее время он выглядел совсем тревожно, и даже Киса, привыкший не замечать очевидное с мыслью “переживет и перебесится” начинал откровенно побаиваться за друга. Еще не хватало, чтоб тот за режиссером в то же море драпанул.              Киса открыл общий чат, когда в зал вошла какая-то девчонка в сиреневой спортивной футболке. До мозга не сразу дошло, что симпотной девчулей была Белла, настолько видеть ее на физре было непривычно. Сначала Киса вообще подумал, что ебу дал или его от обычной травки конкретно так сносит, но потом успокоился. Конец года же. Белла старалась максимально избегать походы на физкультуру в течение учебной четверти, чтобы весной пытаться закрыть всплывшие долги и повертеть хвостом перед физруком, дескать раньше болела, вот теперь пришла исправлять. Каждый год одна и та же схема.              Киса хотел написать ей еще утром, хотя бы смайлик дурацкий отправить, хотя он честно терпеть не мог смайлы и часто бычил, когда парни начинали присылать их в чат. Желание напомнить о себе он утром все же отогнал — постоянно мелькать было бы уже чересчур. В последнее время Киса и так слишком уж часто оказывался провинившимся перед ней. И это притом, что это Белла ему вмазала, а не наоборот.              По-хорошему, стоило бы забить, а не прощение вымаливать у девчонки, с которой последние пару лет пересекался только в коридорах школы. Но Киса отчего-то не мог выкинуть Беллу из головы, теперь так уж точно. Сначала он не удивлялся своим чувствам — Белла объективно симпотная девчонка, особенно хорошо он видел это сейчас, когда сиреневые спортивные штаны выгодно подчеркивали ее достоинства. Встреть он ее на тусовке, точно бы подкатил. Но куда там, если бы Белла пришла на тусовку, то только чтобы с усрачки перекреститься и убежать подобру-поздорову.              Странно, что у нее никогда не было парня до сих пор. Да, она не была такой кукольно-хрупкой, как ее ненаглядная сестра, и не так старательно штукатурилась, но было в ней что-то притягивающее взгляд. Возможно все дело было в ее отрешенности от реального мира — Белла будто вечно плыла в своих мыслях, которые так хотелось узнать. Но хрен там, Белла никогда не стремилась выставлять их на всеобщее обозрение, вполне уютно чувствуя себя в собственно выстроенном в голове мирке. А Кисе почему-то хотелось быть его частью — желание абсолютно необъяснимое, да и не то чтобы он старался в этом разобраться. Хотелось просто и все.              И все-таки удивительно, почему к ней никто не подкатывал. Тут его взгляд метнулся к Нике, которая, заметив подругу, радостно заорала. Хотя нет, неудивительно.              — О, кто приперся! Сегодня снег пойдет однозначно. Будешь в мячи с нами гонять?              — Мне надо нормативы сдать, — виновато ответила Белла, и Киса усмехнулся, откидываясь обратно. Значит, занятие он себе найдет, посмотрит хоть на потуги бельчонка что-то сдать.              — Мы их сдавали, наверное, месяц назад. Вовремя ты опомнилась, конечно. Ладно, пиздуй, — Белла, улыбнувшись от такого напутствия, побежала десять кругов по указанию физрука.              Ее волосы были собраны в хвост, и Кисе почти до болезненного зуда хотелось подбежать и дернуть за него, как в средней школе. Его она сначала не заметила, чем Киса активно воспользовался, цапнув ее за ногу, когда та пробежала мимо.              — Ай, — Белла отпрыгнула в сторону, но через секунду удивление в ее взгляде сменилось узнаванием, — Серьезно?              — Радуйся, что не за жопу. Могла бы и со мной поздороваться, раз заявилась, — Киса довольно ухмыльнулся, разваливаясь на мате. Со стороны выглядело, наверное, как будто он соблазнительную позу для нее подбирал.              — Не думала, что у тебя такой дефицит внимания, — хотя она попыталась укоризненно на него посмотреть, дернувшийся уголок губ легко выдал ее. Очевидно, Белла не имела ничего против этой внезапной маленькой игры, но физрук, который то уходил из кабинета, то заходил обратно, вынуждал ее постоянно поглядывать в сторону — попадаться на невыполнении упражнения сейчас было бы совсем рискованно.              — Смотри, а то подумаю, что матан тебе не так уж и нужен, — Киса подпер руку кулаком, развалившись на боку, и Белла скептично оглядела его.              — Разве ты не хочешь безвозмездно мне помочь? Добавить себе очков в моих глазах?              — Давай про очки пока не будем, рановато еще. А по поводу дз я подумаю, если ты хорошо попросишь, — чуть понизив тон, прошептал Киса, надеясь, что получилось хоть немного сексуально. Обычно на девчонок это действовало обезоруживающе, но Белла выглядела так, будто еле сдерживала смешок.              — Белл, че он тебя там? Кис, отъебись, отлеживайся дальше, — разумеется, Ника не могла не вмешаться, сбив все настроение. Белла обернулась к подруге, и Киса недовольно вздохнул — вечно Барановой впутаться надо.              — Без тебя разберемся, — Киса раздраженно цокнул, когда Белла виновато пожала плечами и вернулась к бегу. Блин, ну так хорошо начали. Напоследок она ему даже улыбнулась, и Киса от такого по-настоящему потерял дар речи на пару минут.              Он не мог вспомнить, когда бы она так открыто выражала радость от общения с ним. И понятия не имел, что осознание этого будет сшибать настолько сильно. К счастью, Киса редко обдумывает, че делать, когда девки ему открыто лыбятся. Он приподнялся на локтях, заинтересованно вздергивая головой, и кокетливо помахал пальчиками. От такого жеста растерялась уже Белла, чуть не запнувшись на бегу. Киса вдоволь насладился румянцем на ее щеках и взглядом, быстро отведенным в сторону, пока она пробегала мимо.              Физрук вернулся достаточно быстро и кивнул в угол зала, чтобы Белла со своими зачетами не мешала другим играть.              — Будешь пресс сдавать, Бабич. Шуруй побыстрее, пока я тебе два не залепил для профилактики.              — Ник, поможешь сдать? — Белла живо устроилась на мате и бросила в сторону подруги умоляющий взгляд, но Ника была слишком заинтересована игрой, чтобы расслышать просьбу подруги. Зато Киса расслышал все сразу и начал действовать быстро, подлетая к Белле до того, как та успела опомниться.              — Я помогу, бельчонок, — кажется, в этот момент она пожалела обо всем, но все же сдалась под грозным взглядом физрука, которому уже надоело ждать.              Киса удобненько устроился, коленями зажав ее ноги, и Белла заелозила на месте, кидая неуверенный взгляд снизу-вверх. До этого ему не приходило в голову, насколько сильно эта поза смахивает на какую-то прелюдию перед перепихоном. Но сейчас, когда он так навис над ней, устроив ладони на коленях, он понял, что не может перестать ее разглядывать. Белла судорожно поправила назойливый каштановый локон, лезущий в лицо, и покорно легла, ожидая сигнала от физрука.              — Кислов, отсчитывай, сколько раз она выполнила, — голос физрука неаккуратно врезался в их тишину, разрывая ненадолго магию внезапного уединения. Киса только кивнул, не отрывая взгляда от Беллы. После бега она уже прерывисто дышала, и его взгляд сам собой опустился на грудь, прикрытую сиреневой футболочкой. За ее бесконечными пиджаками и кофтами не сразу разглядишь такую красоту, а Белла как специально вечно старалась прикрыть себя тщательнее непонятно зачем. Надень она что-нибудь с красноречивым вырезом, Киса бы, наверное, совсем залип — даже сейчас по проглядывающимся очертаниям он мог уловить, что там наверняка размерчик не меньше Ритиного.              — Раз, — Белла быстро потянулась к нему и опустилась обратно. Интересно уловила ли она скрытый смысл их позы? Киса поймал себя на желании дожать ее еще сильнее, сократить расстояние до минимума и совсем вывести девчонку из равновесия. Именно такая, немного сбитая с толку, но упрямо пытающаяся сосредоточиться, она казалась ему особенно очаровательной.              Белла, будто почувствовав ход его мыслей, стрельнула в него предупреждающим взглядом. Киса слегка кивнул, стараясь придать себе максимально невинный вид. Понял, не выебываюсь.              Дождавшись, когда физрук отвлечется на ребят, шумно спорящих о выборе игры на урок, Киса специально начал считать быстрее, чтобы помочь Белле — пускай Дмитрий Петрович думает, что она уже выполнила больше половины. Поймав благодарный взгляд, Киса задорно подмигнул в ответ.              — Что снова любишь меня? — прошептал Киса, забивая на осторожность и чуть наклоняясь к Белле.              — Я очень признательна, — их смешки привлекли внимание физрука, и в этот раз отвлекаться он не спешил. Белла выдохлась довольно быстро, не дойдя даже до двадцати, на что физрук презрительно фыркнул.              — Будешь делать это, пока не сдашь, Бабич.              — Да дайте ей отдышаться хоть секунду, — Киса сам удивился, как быстро заступился за нее. С физруком у него никогда проблем не было, да Киса и сам нередко посмеивался над теми, кто лишний раз отжаться не мог. Оттого его реакция так удивила Дмитрия Петровича. Тот скользнул взглядом к Белле, и Киса недовольно заиграл желваками. Надо было помалкивать.              — Весеннее обострение, Кислов? — от явного подтрунивания в голосе физрука Кисе захотелось ощериться еще сильнее. Белле тоже стало неловко, больше на Кису прямо она не смотрела. Вся ее недавняя радость быстро сдулась, выставляя напоказ более боязливую сторону. Киса еле подавил матерки — опять она готова была закрыться за семью замками, стесняясь своей недавней расслабленности.              — Просто считай, — тихая просьба обернула в ноль закипающую агрессию, и Киса уступил, понимая скорее интуитивно, чем осознанно, что его желание пободаться только ухудшит положение. Так что, мысленно послав Дмитрия Петровича нахуй, Киса продолжил вести счет. В этот раз упражнение пошло у Беллы легче, она приноровилась и все-таки облегченно выдохнула, когда физрук разрешил закончить. Киса уже хотел помочь ей встать, когда Дмитрий Петрович остановил его коротким взмахом руки.              — Не так быстро, она только размялась. А теперь, Белла, ты две минуты отдыхаешь и второй заход, — удивленные вздохи вырвались у них почти синхронно.              — Вы че? Она ж сдала, — Киса готов был самолично броситься на физрука, но тот коротко отмахнулся от него, обращаясь скорее к Белле.              — А ты думала, так все просто будет? Будешь отрабатывать хотя бы половину того, что напропускала. Еще и третий заход будет, не переживай.              — Бля, а если ее тут прихватит от перенапряжения? — Киса последний, кто мог напирать на такой довод, но один вид тяжело дышащей Беллы побуждал его рычать на зазнавшегося физрука, — Да че вы устраиваете ей, Дмитрий Петрович? Белла ж не лентяйка по всем предметам, просто слабенькая в физре, ну выбрала сосредоточиться на предметах, которые сдает. Че сразу прибивать ее за это?              — Так, Кислов, прекращай линию защиты. Или я позову Громова ее держать, тот без колебаний все выполнит, — Белла испуганно глянула на Кису, и тот сматерился мысленно вновь, но смиренно сбавил накал. Громов чего доброго, только присев, ее задавит. Он из тех, кого специально ставили вратарем на хоккее и в футболе, чтоб тот своими габаритами и мячи отбивал, и игроков пугал.              Белла смиренно повторила упражнение еще раз, но в этот раз оно далось ей сложнее. Еще и физрук в этот раз совсем не собирался отвлекаться от них, не давая Кисе провернуть тот же фокус снова. В какой-то момент к ним подкатился мяч, который Хэнк неудачно пустил в их сторону, и Киса чуть не выругался вслух. И так все на нервах, еще и эти пиздарики играть нормально не умеют.              Однако, повернувшись и наткнувшись на вопросительный взгляд друга, Киса быстро смекнул, что тот мог бы им помочь. Киса отправил мяч обратно, постаравшись незаметно дернуть головой в сторону Дмитрия Петровича. К счастью, Хэнк всегда был понятливым парнем — он быстро отправился к Нике, делая вид, что просто перешучивается с одноклассницей. Киса позволил усмешке ненадолго показаться на лице — сейчас пойдет веселье.              — Да вы хоть смотрите, куда кидаете, — возмутился физрук, когда ребята уже в четвертый раз “случайно” кинули мяч в его сторону, напрочь отвлекая его от Беллы. Киса прилагал все усилия, чтобы не показывать злорадство совсем уж очевидно.              — Если я тут окочурюсь, понесешь до дома? — шепотом поинтересовалась Белла, поднимаясь уже в который раз, и Киса слабо усмехнулся в ответ, продолжая счет ровным тоном, чтобы сраный физрук снова не повернулся к ним. Но тому уже было не до них, потому что к веселой компании присоединился Громов, и от его броска, мяч врезался в окно, оставив там трещину. Теперь мат летел уже от физрука, и тот быстро понесся к замершим от шока ребятам.              — Буду нести тебя на ручках как принцессу, чтобы вся твоя семейка окочурилась от такого вида, — Белла тихо хихикнула, и Киса поразился, как по-дурацки и одновременно мило прозвучал этот звук. И насколько он был редким от нее. Всю красоту портил только мат Дмитрия Петровича на фоне, который решил выплеснуть весь свой яд уже на заигравшихся ребят.              — Преступники малолетние! Вам повезло, что эту царапину не видно! Мяч кладите, щас будете бегать по залу двадцать кругов, раз так неймется!              — Ну Дмитрий Петрович, — заканючила Ника, поняв, какую цену им придется платить за это баловство.              — Вперед, вперед! А ты, Бабич, бери скакалку, будем сдавать тридцать секунд. Кислов, будешь отсчитывать, чтоб не мухлевала.              Пока Хэнк, Ника, Громов и бедная Рита, которая вообще была ни при чем пробегали третий круг, а Белла прыгала, с непривычки вечно запинаясь об скакалку и вызывая злорадные смешки учителя, Киса ощущал, как вся злость и безысходность одноклассников тяжелым облаком распространялась по спортивному залу.              — Я солдат, недоношенный ребёнок войны, я солдат, мама залечи мои раны, — тихо начала петь Ника, и ребята, бегущие рядом, сначала глянули на нее, как на умалишенную, но быстро смекнули прикол.              — Я солдат, солдат забытой Богом страны, я герой, скажите мне, какого романа, — подхватил Хэнк, и от его попытки запеть Киса, не сдержавшись, заржал в голос.              — Хватит вам дурью маяться, а? — конечно, Дмитрия Петровича проигнорировали, продолжая запевать уже громче, и теперь к нестройному хору присоединился низкий бас Громова и мелодичный голосок Риты, придавая ситуации совсем уж абсурдный вид. Киса пожалел, что не может это снять, уж больно просилось.              — Не солдаты, вы, а дебилы малолетние, — смирившись с положением, пробурчал Дмитрий Петрович.              — Я все, семьдесят пять отскакала, — Киса быстро кивнул, хотя у Беллы там шестьдесят то еле как набиралось. Но физруку уже было не до выебываний, и он просто кивнул.              — Иди прыжки сдавай, — Белла устало вздохнула, но покорно пошла сдавать скакалку обратно, а Киса попер к матам, пока остальные ребята снова стали разбредаться по залу. Вряд ли они пробежали указанное количество кругов, но физруку так надоел этот цирк, что он даже не стал их отчитывать в привычной манере.              Киса уместился на матах, пока Ника побежала к подружке, видимо морально ее поддерживать. Пока прошла самая веселая часть урока, на физру прикатили Илья с Локоновым, и Киса лишний раз порадовался что второго тут не было, когда они решили поиграть в хор. Пения Локона он бы не выдержал.              Хэнк, лишившийся компании Ники, решил присоединиться к нему и прилег на мат рядом. На телефоне Кисы медленно прогружалась заставка “Трагедии белок”. Даже забавно, настоящая трагедия белки разворачивалась на его глазах — Белла крючилась, пытаясь выдавить из себя максимум и прыгнуть как можно дальше, пока Ника рядом громко подсвистывала, скорее мешая подруге, чем помогая.              — Отстань от нее, — Киса никак не среагировал на голос Хэнка, продолжая играть, — Тебе средних классов не хватило? Оставь девочку в покое, ей и без тебя хреново.              Киса зашипел на откровенное поддразнивание, но не видел смысла что-то доказывать. С какого хера Хэнк ему вообще что-то указывает?              — Хенкалина, я ее грохать не собираюсь, успокойся. Она по своей воле со мной балакает.              — Конечно, потому что ты ее достал, — Киса фыркнул, но отрицать не стал. Хэнк, заметив поганую улыбочку на лице друга, тяжело вздохнул, — Я думал, ты с этим успокоился давно.              Киса ничего не ответил, чуть дернув плечом. Лучше так, чем признаться, что сам до конца не понимал, чего хотел. Он не знал, почему его так примагнитило к этой девчонке, которая была олицетворением всего, что должно было его бесить. Но почему-то не бесило, а наоборот подманивало, включало азарт на полную.              Когда это все началось?              Он мог смутно припомнить их первую встречу в ее комнатке на дне рождении, но тогда Белла не успела отпечататься в его памяти. То есть да, он, наконец, запомнил ее имя, но на этом все. Киса почти не замечал ее после того случая. До конкретного момента.              Белла пробралась в его голову, когда они только переступили порог средней школы. А все из-за того, что она дала ему по лицу. Сейчас ему даже смешно от этого — кто бы мог подумать, что чаще всего ему прилетало от бельчонка, которую он высмеивал за ее правильность и мирную натуру. Вот и допизделся.              Поход в кинотеатр остался бы одним из очередных непримечательных событий в его жизни, если бы идущая перед ним девочка не умудрилась, оттянув ветку дерева, резко ее отпустить как раз, когда он шел за ней. Хлестануло по лицу будь здоров, так что Киса чуть назад не отлетел. И сразу же появилось желание вмазать зачинщику.              — Какого хера?              — Ой, — девочка быстро обернулась, встав на месте, как вкопанная. Киса удивленно уставился на хилую малявку, которая потерянно смотрела на него своим оленьим взглядом. Сестра Анжелки, чтоб ее. Б-е-л-л-а. Вот от кого он такой подляны точно не ожидал. До него с опозданием дошло, что девочка устроила это не нарочно. Поняв, по кому попала, Белла сама тогда перепугалась прилично.              — Извиниться не хочешь, мелочь? — Киса ясно помнил, как Хэнк, еще только начавший с ним дружить, хихикал рядом, как идиот. Анжелка мигом вышла вперед, выпятив грудь и чуть прикрывая сестру собой.              — Она случайно, отвянь от нее, — уже развернувшись, она потянула сестренку за рукав накрахмаленной кофточки, — Пойдем, Белл.              Тон этой девицы еще сильнее взбесил Кису, и, если бы не присутствие Мела, влюбленно хлопающего глазами, он бы продолжил дискуссию уже с матерками. Мало того, что ему врезали, еще и смотрят, как на говно какое-то, ахуеть. Если бы Белла просто извинилась перед ним, он бы хер забил и не стал кипятиться, но та быстро посеменила за сестрой. И Киса воспринял это, как согласие с позицией ее сестры — малявка тоже считала его пацаном нижнего сорта. А такого он стерпеть не мог.              — Поосторожнее с деревьями надо быть, белка, — кличка вырвалась у него случайно и прикрепилась к Белле еще надолго после того случая. Сейчас к ней так уже никто не обращался. Никто кроме Кисы, разумеется. Он звал ее так всю школу, не давая ей забыть их второе столкновение. А что? Правда же. Маленькая, юркая и пытается ливать от него так же быстро. С последним правда теперь выходят проблемки.              Киса не то чтобы прямо задирал ее в средних классах, но и отстать не мог. Что-то задело его в перепуганных глазках, и он поддразнивал ее легко, играючи. Белла на него и смотреть то стеснялась, взгляд вечно прятала и абсолютно не собиралась как-то отвечать на его подколки. И это раззадоривало еще больше — Кису бесило ее показное равнодушие, эта дурацкая уверенность, что он не стоит ее внимания. Еще как стоит, и он собирался это доказать.              — После всего хорошего, что ты ей устроил, не жди особой взаимности, — голос Хэнка резко выдернул его из воспоминаний, возвращая в душный зал. Он невольно нашел Беллу взглядом вновь — та уже сдала норматив и переговаривалась с подругой. Почувствовав его внимание, Белла повернулась. В ее карих глазах на секунду снова отразилась легкая настороженность, всего на секунду перед тем, как она робко ему улыбнулась и поспешно отвернулась к Нике. Как ни странно, это не давало Кисе покоя. Она все равно его боится? До сих пор?              — Да кто у нас вообще был просветленным разумом в пятом классе, м? Ты что ль?              — Все равно. Извинился бы за прошлые свои достижения. А то проходу ей не давал в пятом классе, а теперь ждешь, что она любезничать с тобой будет.              — Может, мне еще на колени встать и взгляд потупить? Хотя может, ей такое зайдет, — Киса понимал, что Хэнк не нес херни. После всех тех дебильных подшучиваний в средних классах он добился только того, что Белла начала его опасаться, лишний раз стараясь просто не пересекаться. И поняв, что дальше этого ничего не будет, Киса отстал. Да и перед Мелом было неловко, он то вечно Анжелку пытался задабривать, внимание ее ловить — тут даже он стал активно ему вдалбливать, чтобы Киса отъебался от девчонки. Киса послушался и как-то позабыл через время про маленького бельчонка.              Хотя он сомневался, что Анжелка сильно бы защищала свою сестру. Это в детстве они вечно под ручку ходили, а сейчас Анжелка крутилась больше сама по себе, иногда прикипая то к Мелу, то к Ритиной компашке. Кошка же, гуляет сама по себе, ленивым, задумчивым взглядом цепляясь за всех. Вот, кто действительно был настоящей принцессой.              Белла была другой — перетирать сплетни не любила и в общих обсуждениях участие принимала редко, при любом удобном случае отстраняясь и уходя в свой безопасный уголок, вечно записывая что-то в своей тетрадке. Ему всегда хотелось узнать, что она там записывает, но грубо вырывать тетрадь и узнавать он не собирался — Белла и так от него шарахалась, ни к чему было все засирать еще больше.              Но однажды Кисе удалось поймать ее за этим занятием в раздевалке — Рита тогда натерла ногу и попросила его сгонять за пластырем, а Белла отсиживалась из-за освобождения по физре. Его появления она тогда не заметила, слишком увлеченная своими записями. Сначала Киса думал, что она просто домашку заранее делает, но Белла зубрилкой никогда не была, да и писала она в этой тетрадке слишком уж увлеченно. С таким лицом домашку не делают.              На пару секунд отчетливое благоговение в ее глазах заставило Кису зависнуть. В сочетании с тем, как сосредоточенно она скользила взглядом по строчкам, чуть нахмурив брови, выглядело это как-то особенно красиво. До того момента, Киса не думал, что красота может выражаться так, в абсолютно привычном поведении человека, без всяких вызывающих приукрашиваний и кокетливых оттенков.              Киса аккуратно подобрался к ней сзади, заглядывая в тетрадку. Повезло, что почерк у нее был читабельным.              — Когда он провел рукой по ее руке и погладил ее ладонь, ей показалось, что ничего трогательнее в ее жизни не было. Слова были не нужны, она почувствовала его молчаливую поддержку, и это было нежнее любого поцелуя. Но, когда он наклонился и поцеловал ее в шею, она забыла, как дышать, — Белла не сразу услышала его бормотание, но, когда до нее дошло, она резко прижала тетрадку к себе, уязвленно глядя на него снизу-вверх, — Так и до астмы недалеко, бельчонок.              — Ты! — кажется, в этот раз уже сама Белла забыла, как дышать только вовсе не от крайнего удовольствия.              — Я, — важно кивает Киса, — Ты как всегда наблюдательна.              — Ты вообще про личное пространство не слышал?              — Про че?              — Про то, — ее грозный тон звучал так мило, что Киса не смог сдержать умильную улыбку, вызывая с ее стороны еще больше недовольства. Обычно Киса бы стал бычить на такие выкидоны, но тогда он лишь присел почти впритык к однокласснице, напрягая ее таким резким сокращением дистанции.              — Значит, ты у нас скрытая писательница. В будущем ждать от тебя бестселлеры?              — Это громко сказано. Я для себя пишу, — тут Белла, повернулась к нему, пронимая испуганным взглядом, — Только не говори никому.              — Да без базара. Я-то думал, чего ты там прячешь такого. Думал, ты там описываешь в красках, как расправляешься с каждым одноклассником.              — Меня радуют твои ожидания от меня, — усмехнулась в ответ Белла, — Если бы я такое описывала, ты был бы первым, кого бы я помучила.              — Ну что ж ты так злишься? Если хочешь, могу поцеловать тебя в шейку, — ее покрасневшее личико было лучше всяких наград. Киса невольно посмотрел на бьющуюся жилку на шее. Если бы он рискнул, она бы завизжала тут на всю раздевалку? Или просто бы замерла на месте? Киса еле отогнал въедливое желание проверить — это было бы уже слишком, он не хотел ее снова отпугнуть.              — Отстань, — сказано это было скорее смущенно, чем зло, и вызвало у Кисы лишь снисходительный взгляд.              — Мечтаешь о поцелуях, а сама стесняешься даже упоминания об этом. Я бы даже не подумал, что ты интересуешься романтикой. На пацанов вообще не смотришь, а тут оказывается, такие страсти прячутся. Может, уже есть вариантик на место особенного?              Киса не понимал, почему ему это так интересно. Ну, есть у бельчонка романтичные мечты, как и у каждой девчонки в их классе. Вот только, если все одноклассники потихоньку определялись с кандидатом на вечную любовь, взять ту же Риту, заглядывающуюся на Мела, или Сашу, неспроста вечно подсаживающуюся к Илюше, то с Беллой было совсем непонятно.              — Нету никого, — это вырвалось даже с какой-то затаенной грустью, — На ближайшие лет десять вся романтика у меня будет только в этой тетрадке.              — Почему? — Белла только пожала плечами, явно не желая продолжать тему, но Киса не собирался униматься, настойчиво ткнув ее в локоть, — Хватит уже драпать, трусишка.              — Не драпаю я. Все в школе уже видят во мне какую-то лишнюю. Проще найти кого-то, кто еще меня не знает и ярлыки не навешивает.              — Волшебный принц, который сразу же увидит твою душу? — Киса не удержался и смешливо фыркнул, и Белла, будто бы защищаясь, прижала записи к себе сильнее. Если честно, ему поебать должно быть, что у нее там в голове происходило. И все-таки ему не хотелось уходить, в очередной раз давая ей повод посчитать его обычным грубияном. Он просто хотел поговорить.              — Может и так, здесь мне его не дождаться, — Киса раздраженно вздохнул, вставая с места.              — Типо никто здесь не достоин твоего внимания? Интересно получается, сама же ото всех прячешься, и сама же страдаешь. Неудивительно, что тебя странной считают, — Белла все еще держала тетрадку перед собой, как защиту, но вся фигурка ее поникла от его слов.              — Ты тоже считаешь? — Киса на секунду подумал и кивнул. Плечи ее вздрогнули, и Белла сконфуженно снова уставилась в тетрадь, как в единственное, что могло бы спасти ее в этом мире.              — Удачи тебе с принцем, если ты его, конечно, найдешь, — тогда Киса оставил ее одну в раздевалке. Ее непонятные страдания тогда мало его интересовали, он больше концентрировался на подмигивающей ему Ритке и ближайшей тусовке, но почему-то тот их разговор не забывался со временем.              Киса известен своей прямолинейностью, и тогда он не соврал Белле — она и вправду казалась ему странной. Вот только он не подразумевал в этом ничего отвратительного, странный это вообще для него мягкая трактовка, это тебе не еблан и крысеныш. Киса просто не мог ее понять. А когда пытался, то словно натыкался на стену, которую нужно было преодолеть, чтобы потом снова наткнуться на новую. Да и стоило ли оно того? Тогда он был убежден, что девчонка даже не рассматривает его как нормального пацана, а только повторяет за сестрой, думая, что она выше своих одноклассников.              Проще найти кого-то, кто меня не знает.              Кису это бесило, как будто Белла поставила на всех сверстниках крест, не попытавшись даже наладить с ними контакт. Заведомо поставила себя на пьедестал с выдуманным принцем, отказываясь с ними водиться. Но потом она подружилась с Никой и полностью разрушила это впечатление. Кисе не хотелось себе в этом признаваться. Она имела в виду не то, что она особенная для них, а то, что она не нужна им. А он умудрился только подгадить, подпитав тем разговором ее сомнения.              — Так, Бабич, тебе стометровка осталась, погнали, — Петрович, не дожидаясь, когда Белла чуть отдышится, повалил к выходу, и девочки быстро за ним поспешили. Наблюдая за запыхавшейся Беллой, Киса понял, что снова начинает глазеть. Как можно выглядеть абсолютно заебанной и при этом красивой?              — Хорош пялиться уже, — пробурчал Хэнк, на что Киса назло не отвел взгляд.              — Да ты заебал. Думаешь, я ей жизнь порчу? А может наоборот как раз, а? Может, ей со мной ок? — Киса старался сильно не повышать голос. Не хватало, чтобы прозорливый Локон тут начал вынюхивать и донимать его. И все-таки скептичный взгляд Хэнка выбешивал его. Как будто от Кисы всегда были только проблемы, и он всегда только и делал, что шпынял Беллу. Если бы.              Иногда ему самому было ее почти жалко. После того, как Анжелка перестала с ней носиться, не особо скрывая, что общество сестры ее достало, Белла зачастую выглядела потерявшимся в магазине ребенком — она понятия не имела, куда приткнуться. Киса особо за их терками не следил и то замечал, как Анжела, не скрываясь, жаловалась Рите, как с Беллой скучно и как ей надоело с ней таскаться. В какой-то момент у старшей Бабич прямо обострение язвы началось не иначе, потому что та начала выделывать такие выкрутасы, что Киса, будь он месте Беллы, не постеснялся бы вмазать этой принцесске.              Чего стоили все эти непонятные истерики, которые Анжела закатывала сестре, стоило той не помочь ей списать. Или как Анжела забывала выключить чайник на технологии, а потом сваливала это на Беллу, как забирала у той материалы, как каждый раз цокала, когда Белла подходила к ней с Мелом поболтать, как разорвала Беллину красивую валентинку, которую она хотела адресовать Мелу. Иногда та просто с нихера молча отсаживалась от сестры, заставляя ту гадать, что же она сделала не так — Киса, наблюдавший за всем этим дурдомом, радовался, что у него нет никаких братьев и сестер.              Все эти истерики казались со стороны диким бредом, и Киса все не мог понять, почему Белла просто ее не пошлет, почему та всегда хочет примирения. А потом до него дошло, что вся эта канитель у Беллы скорее всего была с детства — возможно все было не настолько плохо, но Анжела ведь всегда была поблизости, гребанный авторитет. И Белла просто привыкла, как Гена привык к отцу, Хэнк к равнодушию бати, а Ника к пьяным буйствам отца, который оставил ее. Так привыкают от любви, когда думаешь, что только это ты и заслужил. И от этого ненавидеть эту гламурную стерву было еще проще.              Один раз сестер оставили вдвоем контролировать дежурство по школе. Киса честно хотел отговориться у Анжелы и слинять. Тогда он только-только накопил денег на гитару, и ему не терпелось опробовать красотку. Только вот Анжела умудрилась сбежать еще раньше него.              — А где все? — в коридоре одиноко стояла маленькая фигурка, которую он даже издалека прекрасно мог узнать. Белла стояла с расстроенным лицом и упорно стирала грязные полоски с пола, не сразу обратив на него внимание. Она явно не ожидала увидеть кого-нибудь и сначала вздрогнула, издав какой-то глухой непонятный звук. Только подойдя к ней ближе, Киса понял, что та всхлипнула, но заметив его, быстро постаралась скрыть признаки того, что недавно плакала. И это вогнало его в ступор. Она была ему никто, по существу. И все-таки в тот момент Киса понял, что не имеет права оставить ее вот так.              — В спортзале, там Локон пиво достал, — ее голос едва подрагивал, но держалась Белла вполне сносно.              — А сестра где?              — Там же, сказала пока мне самой тут.., — Белла обиженно поджала губы. Хэнк, запоздало подоспевший к ним, тоже ошарашенно рассматривал абсолютно пустой коридор.              — Не ахуела ли? — Кисе было честно как-то посрать на Анжелку, пускай Мел и пищал вокруг нее, как щеночек. Но в этот момент ему захотелось притащить эту царственную особу прямо сюда и тыкнуть в грязное пятно в коридоре, которое так старательно оттирала Белла. Она же ее сестра, в конце концов. Он бы мог еще понять, если бы Белла действительно доставала ее, портила планы или старалась как-то поднасрать. Честное слово, Анжела больше всех заслуживала именно такую сестру. Но хрен бы там, Белла ей вечно преданно в рот заглядывала и слушалась, стараясь лишний раз не донимать.              — Вы отпроситься хотели? — Белла взглянула на них устало, и Кисе стало от этого ее взгляда совсем тошно. А самое дерьмовое, что он сам то был не лучше — частенько тыкал ее просто от скуки, не думая, что ничем не лучше ее сестры. Ему хотелось отгородиться от этих мыслей. Я же просто в шутку, я бы никогда не обидел ее всерьез.              Но вот Белла стояла перед ним, как котенок, который уже готов от случайного прохожего получить очередной пинок под зад, а Киса не знал, что с этим делать.              — Кис, там Геныч передал, что он уже на базе, — тихо добавил Хэнк, но Киса не обратил внимания на его слова.              — Нет, — Белла и Хэнк одновременно дернулись, непонимающе уставившись на очнувшегося Кису. Он и сам чувствовал затылком удивленный взгляд Хенкалины, но только упорно смотрел на Беллу, замершую в ожидании, — Пошли с этими придурками разбираться. Все припрутся сюда, как миленькие.              Так они дружной тройкой и поперлись в спортзал. Киса шел первым, подогревая нарастающий гнев, а Белла и Хэнк послушно плелись сзади, недоуменно переглядываясь.              — С хера ли расселись? — Локонов аж чуть не подпрыгнул, когда мяч пролетел прямо над его головой, врезавшись в стену. Вся компания разместилась на лавке, наслаждаясь купленной алкашкой. Испуганный вскрик Локона удовлетворенно откликнулся в Кисе — жаль, что тот этим пивом не подавился.              — Ты че совсем? — Рита, сидевшая рядом, случайно плеснула пива на сидевшую рядом Анжелу, и та возмущённо охнула.              — Блин, что за шутки дебильные? — ее взгляд тут же метнулся за спину Кисе, натыкаясь на сестру, притаившуюся за бешеным одноклассником.              — Дебильно — это оставлять ее одну всю вашу работу делать. Поднимаемся и вперёд, а то мячом подгонять буду.              — С каких пор ты у нас за уборку выступаешь? Делать нечего? — Локонов, уже отошедший от шока, вызывающе поднялся, но быстро сдулся, поняв, что бодаться с Кисой сейчас пропащее дело.              — Заткнись уже, Локон. Киса прав, так нельзя, — Анжела встала с места и направилась к сестре. Киса удивился тому, что совесть у нее все-таки иногда просыпалась, — Не уберемся нормально — всем прилетит, так что вперёд.              Белла удивленно смотрела на то, как одноклассники с ворчанием поднимались, но принимались за дело, помогая очистить пол.              — Спасибо, — даже сейчас Киса мог отчетливо вспомнить тот ее удивленный и благодарный взгляд. Киса хотел бы увидеть его еще хоть раз, ради этого короткого взгляда он мог бы сделать все, что она могла бы попросить. Лишь бы только снова стать причиной ее радости.              Киса сам не замечал, как прочно Белла обосновалась в его голове, как часто в школе он искал ее фигурку взглядом, цепляясь за эти собранные кудряшки, даже когда они еще не пересекались так часто. Киса никогда бы не думал, что будет благодарен математичке за решение пересадить Беллу к нему. А то так бы и бегали по разным углам, а в последнее время их разговоры почему-то ему нравились. И он понятия не имел, что с этим делать.              В спортивном зале тем временем снова поднялся гул, потому что все принялись обсуждать тусовку, которая планировалась на выходных. Киса неохотно выпутался из мыслей о прошлом, наблюдая за разгалдевшимися одноклассниками. Рита активно перешучивалась с Локоном, попутно выясняя, сколько выпивки будет на тусовке, Илюша скромно отсиживался в стороне, кому-то написывая в телефоне, а к компании присоединился Толстый, который только сейчас пришел на урок. Разумеется, его появление вызвало новую волну подколов со стороны Локонова, на что Толстый уже хотел начать бычить, но конфликт вовремя урегулировала Ритка, осадившая Локонова.              — Ты ж за Риткой бегал, че прошла любовь? — впутался Хэнк, и Киса только пожал плечами. Дальше пьяных сосаний на тусовках у них никогда не заходило, да и Кисе не то, чтобы сильно надо было. Раньше он бы, наверное, хотел довести все до победного конца, но сейчас вид одноклассницы в нем ничего не будоражил. Да и зачем все усложнять, им еще учиться вместе.              — Сердцу не прикажешь, Хенкалина, — потянувшись, промурлыкал Киса.              — Я серьезно, Кис. Не надо только с ней спать.              — Да позажимались пару раз по пьяни, че с того?              — Ты понял, про кого я, — злость на слова Хэнка проснулась по щелчку пальцев, и Киса пнул того по колену, хотя понимал, что тот говорил по делу. С Беллой нельзя было просто переспать. Но ведь он и не собирался. Да ведь?              В любом случае, ему ничего не светило. Белла ж все принца ждет, наверняка до сих пор придумывает, как идеально сложилось бы все с “тем самым”. И походу она себе даже нашла кандидата на это “долго и счастливо”.              Киса едва слышно рыкнул, вспоминая, как она засматривалась на того бармена, будь он не ладен. И как он наклонялся к ней, ловя ее доверчивый взгляд. Тоже мне принц из сказки, на зарплату бармена он ей замков не настроит. Критический голос в голове дополнил, что заработок диллера не сильно лучше, но Киса его проигнорировал. Его просто злило, насколько выбранный Беллой вариант идеального парня отличался от него самого.              — Как будто она мне даст, ага, разбежалась прям, — молчание Хэнка разозлило его еще больше. Киса не то чтобы ждал сильного отрицания, но так уже совсем погано выходило, — Думаешь, я прям говно-вариант для нее?              — Да тебе надоест, а она близко к сердцу все принимает. Подумай хоть раз не о себе, — Хэнк говорил спокойно, ничем не выражая явной претензии в тоне, так что Киса даже вмазать ему за такие слова не мог.              — Да догнал я, отъебись. То, что мы нормально разговариваем не значит, что мы собираемся переходить в горизонтальное положение, — лениво огрызнулся Киса.              Хэнк всегда понимал, когда лучше перестать напирать до того, как разговор грозился перерасти в перепалку. Угомонившись от ответа Кисы, он встал с места и предложил Громову посоревноваться, кто лучше от мяча увернется. Рита и Локон быстро ливанули от них, поняв, что для собственной сохранности лучше держаться подальше от таких игр.              — На тусовку то хоть придешь завтра? — Киса лениво посмотрел на Риту, разлегшуюся на месте, где еще недавно был Хэнк. Раньше бы Киса не упустил возможности отпустить пошловатый намек, что ей так резко прилечь рядышком захотелось. Но дразниться с ней не было желания.              — Загляну, — Рита быстро уловила его настроение и не стала приставать к нему с бредовыми идеями, вроде посмотри на моего нового парня или посмотри, как я круто на этой фотке получилась.              — А где Мел? — Киса сразу сматерился, он совсем забыл написать другу.              — Да хрен его знает. Спасибо, что напомнила, — Киса снова открыл чат, быстро набирая сообщение. Со вчерашнего вечера Мел не появлялся в сети, что только усилило тревогу. Лишь бы только опять где-то пьяным не свалился.              — А что у него там с Анжелкой?              — Я как будто лучше всех знаю, бля. Каждую минуту выжидаю, когда он мне расскажет, — Киса знал, что злобный тон нихрена не отпугнет любопытство Риты, поэтому даже не собирался себя контролировать, — Да нихера у него с ней нет, успокойся. Все, как обычно.              — А она спала с этим режиссером, да? — Киса быстро кивнул, не собираясь особо скрывать. Это и так было очевидно, чего уж тут. Риту, однако, сильно это не обрадовало, и она задумчиво принялась смотреть на то, как Громов с боевым кличем кинул мяч в Хэнка, заведомо промахиваясь, — И все равно он ее простил. Вот почему?              — Рит, пожалуйста, давай это нытье не со мной. Я самая хреновая кандидатура для твоей лучшей подружки, — Рита страдальчески вздохнула, и Киса понял, что та всем видом намекает, что ему надо приложить хоть какие-то усилия, чтобы ее успокоить. Поэтому Киса легко похлопал ее по плечу, — Анжела ему все равно не даст. Да оно и лучше так, а то есть риск какую-нибудь хуету от нее подцепить.              — Ты отвратителен, — поджала губы Рита, но все-таки поднялась с места, поняв, что ничего лучше она от него услышит. Напоследок обернувшись, она быстро бросила, — Сегодня репетиция звонка после уроков, не забывай.              — Есть варик не приходить?              — Даже не думай, — Светлана Андреевна, их бывшая учительница по русскому, теперь уже преподающая у других классов, вызвалась помогать им ставить последний звонок и назначила Риту главной, так что та по-настоящему прониклась этим делом и теперь постоянно щебетала только об этом сраном звонке. Киса сомневался, что он вообще на него придет, но спорить с Ритой не стал — один раз можно и заявиться.              Его быстро отвлекло сообщение от Мела.              Мел: Живой, вчера перепил и на берегу отрубился. Море взывает ко мне)       Киса: Алкоголизм взывает к тебе, дебик. Приходи на репетицию, а то Ритка тебя съест.       Мел: Уже бегу.              Успокоившись, что с другом все ок, Киса сам встал с мата, намереваясь выйти из душного спортзала. Да и не лишним будет все-таки проверить девах, для Беллы уже явно нужны носилки.              Пробираясь к выходу, Киса поймал внимательный взгляд Хэнка и сразу понял, что тот молча пытается удержать его на месте. К счастью, именно в этот момент Громов воспользовался отвлечением Хэнка и вбил мяч прямиком ему в грудь, тот аж охнул от неожиданности. Так тебе и надо, сучонок.              А Киса понять не мог, почему так заводился от слов друга. Он же изначально не собирался контачить с Беллой дальше этих разговоров. А потом все как-то пошло не так. Он бы в жизни так не стал носиться с девкой, которая его морозит, но с Беллой все было наперекосяк. Даже, когда она вела себя холодно, обижалась и закрывалась, Киса не мог выкинуть ее из головы. Особенно после ее песни в баре, когда его будто ввели в какой-то транс. Она смотрела тогда на него без всякого смущения и страха. На него, а не на бармена этого сраного. Смотрела и пела о красивой любви, как будто снова открывалась ему. Только уже добровольно.              — Давай, Белл, даже Толстый смог, и ты сможешь. Только не запнись на полпути, как в прошлый раз, а то заново придется бежать, — голос Ники вывел Кису из путаных мыслей. Белла сдавала стометровку, пока подруга орала на весь школьный двор. Киса быстро подбежал к рыжей, присоединяясь к группе поддержки.              — Так все. Бабич, еще раз не придешь на физру, заставлю проходить все это веселье заново. А теперь валите с глаз моих, — Белла выглядела так, словно готова была откинуться тут же, и Киса, подойдя к ней, красноречиво подставил ей локоть. К его удивлению, та без всяких обдумываний вцепилась в него. Должно было выглядеть по-джентельменски и красиво, но по факту, Киса будто вел за собой в край бухого чела, еле переставляющего ноги.              — Еще пять уроков впереди, мм, хуита, — протянула Ника, и от ее слов Белла стала идти еще медленнее раза в два.              — И следующий как раз матан, — довольно добавил Киса, чуть наклоняясь к ее уху. Даже смотреть на ту не надо было, что почувствовать ее уничтожающий взгляд.              — Заебало все, — Киса тихо рассмеялся. Кажется, их влияние друг на друга было одинаково сильным.