Я (не) в порядке

      Знакомый до ужаса звук сопровождался тенью, что уже обрела знакомую форму. Поначалу он показался ей призрачным, сотканным из темноты и стремительно усиливающегося дождя, но рассудок требовательно напомнил — это не фантазия расшатанного рассудка, в этот раз все происходило наяву.              По-хорошему, надо было бежать обратно, но Белла стояла на месте, не в силах пошевелиться. Так бывает, когда дожидаешься нападения монстра во сне, понимая, что бежать бесполезно, ведь он все равно нагонит и поймает, унесет во тьму. Во рту стало непривычно сухо, и Белла поняла, что даже вскрикнуть бы сейчас не смогла, потому что ей невидимой хваткой перекрыли доступ к кислороду.              Сняв шлем, Рауль слез с мотоцикла и чуть встряхнул головой, смахивая попавшие на лицо капли дождя. Он тоже заметил ее не сразу, но стоило его взгляду сфокусироваться на ее фигуре, как легкая, до странного дружелюбная улыбка показалась на его лице. По позвоночнику словно пустили ледяной ток, но Белла тем не менее стоически выдержала его взгляд.              — Ну надо же, какие люди. Не ожидал тебя здесь увидеть. Решила во все тяжкие удариться? — он говорил с ней так буднично, как будто они были давними друзьями, и этот миролюбивый тон еще сильнее сбил ее с толку. Словно он не сделал ей ничего плохого, словно она сама придумала все, что произошло в тот день. Вот только улыбка как обычно не касалась его глаз, по-прежнему пугающе холодных и равнодушных ко всему. Внезапно Беллу накрыло осознание — они же были совсем одни. Паника тут же накатила на нее огромной волной.              Главное правило, которое она пообещала себе соблюдать всегда — никогда больше не оставаться с ним наедине. Оно давало ей хоть какую-то иллюзию безопасности, а теперь его нарушение могло обойтись ей очень дорого.              — Разве мне запрещено ходить на тусовки? — Белла постаралась спросить это будто бы между делом, решив скопировать его модель поведения. Нужно было подыграть ему, дать себе время на отступление. Хотя что-то подсказывало ей, что в этот раз спастись уже не удастся.              Рауль хищно улыбнулся, обнажив верхний ряд зубов — значит, принял правила игры.              — Разве я такое говорил? Всем девочкам надо взрослеть. Главное ведь, с кем.              Сейчас, когда Рауль подошел еще ближе, он казался неровно отесанной глыбой, и больше всего Белле захотелось опустить взгляд или хотя бы сместить его в сторону, но она знала — он примет это за слабость, а разжигать его чувство превосходства она не собиралась. Его взгляд любопытно скользнул по обнаженной коже, предсказуемо остановившись на ее груди, и Белла почти почувствовала липкий след, последовавший за сальным взглядом.              — А ты сегодня принарядилась. Хочешь кого-то сиськами зацепить? — снисходительно вылетело у него, словно он умилился выбору такого наряда. В эту минуту Белла ничего не желала так сильно, как исчезнуть из его поля зрения. Как же ей была противна эта дебильная логика — разумеется, он считал, что она оделась так ради мужского внимания. У Рауля бы и мысли не возникло, что девушки могут подбирать наряды просто для себя. Конечно, нет, в его мировоззрении их цели сводятся к одному — понравиться, угодить и заслужить место очередной временной куклы рядом с ним. Или спровоцировать.              Белла могла бы поспорить, что Рауль сейчас так и думал — она специально осталась одна, специально надела такую кофту, специально говорила с ним несмотря на то, что он сам начал лезть к ней с неуместными намеками. И скажи она сейчас что угодно, он даже не услышит, потому что уже принял свое предположение за единственно верный ответ.              — Ну чего ты так напряглась сразу? Не получилось нужный член заполучить? Если что ты знаешь, к кому обратиться за помощью, — он наклонился к ней так близко, что ей в нос ударил запах дорогого одеколона. Этот стерильный запах вызвал у нее еще более жуткое чувство.              Белла даже не заметила, как Рауль схватил ее за руку — спохватилась только, когда он дернул ее на себя, до боли стиснув запястье. Еще чуть-чуть и хрустнет. Запоздало она успела пожалеть о том, что взяла у Риты эту дурацкую кофту. Лучше бы пришла в гребанном мешке. Хотя какая к черту разница? Рауль бы и это принял за активное побуждение к действию.              Ее криков никто не услышит из-за громкой музыки. Она могла бы надеяться, что кто-нибудь выйдет из отеля, заставит Рауля хоть немного притормозить — ей хватило бы одной секунды, чтобы пихнуть его, вырваться и затеряться в толпе. Но Белла уже понимала — ничего не выйдет, теперь ей точно не следует рассчитывать на удачу. Весь запас ее удачи окончательно израсходовался, как только Рауль сюда пришел.              А ведь у нее действительно получалось избегать его довольно долго. На семейные сборища Рауль уже давно не приходил, прикрываясь работой, хотя Белла сомневалась, что он работал хоть один день в своей жизни. Ей везло до тех пор, пока она держалась за невидимой линией — не лезла на шумные тусовки, а сидела спокойно дома, прячась за надежными стенами. Теперь же все рухнуло по ее вине. Окрыленная внезапно возникшей безопасностью, она слишком быстро позволила себе забыть о былых кошмарах. Очень даже зря.              — Отойди от меня, — собственные слова прозвучали нелепо — бесполезная попытка, которая на него не подействует. Рауль поднял брови, и мерзкий раскатистый смех сорвался с его губ, разрезав тишину. Белла попыталась пихнуть его в грудь, но он с легкостью перехватил вторую руку и толкнул ее к стене так резко, что в спине больно кольнуло. Кажется, она умудрилась поцарапать кожу.              Наверное, будь это какой-нибудь сериал, Белла бы бросила едкую фразу, и это бы заставило его отступить, смириться с ее волей под выдуманные, слышимые только ей аплодисменты от невидимых зрительниц. Только с реальностью это не имело ничего общего. В реальности отвратительная беспомощность заставляет цепенеть и мысленно умолять, чтобы все это поскорее закончилось. В реальности попытка нагрубить заканчивается ответным ударом, и никто тебя не похвалит за твою мимолетную смелость и удачный, остроумный ответ. В реальности девушки, которые должны были тебе аплодировать, презрительно усмехнутся на твою непозволительную беспомощность.              Неужели нельзя было ничего придумать? Ты могла бы хоть попытаться что-то сделать! Ты могла бы убежать! Раз ты так легко сдалась, то сама виновата!              Впрочем, это позволительно тому, кто никогда с подобным не сталкивался. Белла знала, вина в конечном счете будет на ней, поэтому говорить кому-то было унизительно, хотя однажды она попыталась намекнуть о произошедшем сестре. Та лишь фыркнула и сказала, что Белла могла бы его послать.              Как будто это так просто — взять и послать человека, который не собирается тебя отпускать, пока не наиграется вдоволь. Конечно, со стороны судить легко. Но как раз после таких ответов Белла поняла — делиться таким можно только, если ты вышла победительницей. Не в ее случае, потому что признаваться в собственном бессилии позорно.              По крайней мере, в этот раз она не заплакала — хоть одна маленькая победа. Уперевшись руками в чужую грудь, Белла попыталась его задержать, но это только сильнее его раззадорило. Рауль легко прижал ее руки к стене, и тогда она попыталась ударить его коленом в пах, но он успел вовремя просунуть свое колено между ее ног, не дав провернуть задуманное. С ее губ слетело шипящее “тварь”, на что тот лишь сильнее оскалился, словно услышал лучший комплимент.              Финал довольно предсказуемый, но у нее еще оставалась надежда сохранить остатки гордости. В этот раз Белла не собиралась умолять его остановиться — не дождется. Все равно толку ноль, ей не спастись и не образумить его. Оставалось лишь сжать зубы и надеяться, что все кончится быстро.              — Что ж, ты такая недружелюбная, а? Я ж с тобой нормально разговариваю, а ты обзываешься, — обиженно вырвалось у Рауля, хотя теперь его глаза действительно улыбались, подпитываясь ее агонией, — Я ведь и по-другому могу, ты же знаешь.              Да, она знала. Прекрасно знала. Хорошо, что он не целовал ее тогда. Лучше уж поцелуй по пьяни, но хотя бы с тем, кто ей действительно нравится. Хотя бы это он у нее не отобрал.              Его дыхание коснулось ее щеки, и по позвоночнику прошла дрожь омерзения — Белла не удержалась от измученного вздоха, почувствовав язык на своей щеке. Зажмурив глаза, она словно издалека услышала пронзительный визг, и только потом осознала, что он принадлежал ей. Она поспешно захлопнула рот, сжав зубы до дикой боли, лишь бы не думать, не чувствовать, вообще не существовать в эту секунду и не замечать, как чужой язык сначала пересек щеку, а затем мазнул по шее, спускаясь к вырезу на груди и оставляя слюнявый след.              — Какая же ты аппетитная сегодня, — ее заколотило от мрачного торжества в его голосе. Белла зажмурилась, уговаривая себя не рыдать. Лучше бы она была вусмерть пьяной — тогда бы ничего не помнила на утро, — Ну не кисни ты так, сегодня ж все веселятся.              Она не успела опомниться, как чужие руки уже отпустили ее. Белла ошарашенно открыла глаза, запоздало заметив, как Рауль уже отошел от нее на шаг.              — Неохота мне седня с целкой возиться, так что как-нибудь в другой раз, ладно? — с какой-то дурацкой, ласковой улыбкой он легко потрепал ее по щеке, и Белла пугливо дернулась, еще сильнее впечатавшись спиной в многострадальную стену, — И больше мне не груби.              Дожидаться ответа он не стал, лишь пошел дальше, погрузившись в неоновое море здания, как кракен, дождавшийся, когда все рыбешки соберутся в море. Только увидев, что он скрылся в проходе, Белла вспомнила о том, что дышать уже можно. Прикрыв глаза, она вздохнула поглубже и вдруг затряслась не то от смеха, не то от беззвучного плача, но поспешно прикрыла рот рукой, словно опасность еще не ушла, и неосторожным звуком она могла вернуть ее.              Вперив невидящий взгляд в точку перед собой, она так и стояла какое-то время, слегка раскачиваясь на месте. Внезапно ей захотелось кинуться в темноту безжизненных ночных улиц, оставить позади это здание и просто бежать, не оборачиваясь и не замечая боли в ногах. Казалось, это был единственный способ вернуть утерянное везение, вцепиться в него и уберечь себя от дальнейших последствий. Только вот нельзя было поддаваться этому искушению, ведь где-то там в шумной толпе все еще носилась Ника и даже не подозревала об опасности.              От одной мысли о том, что Рауль уже мог добраться до подруги, ужас начал расползаться по телу. Дура! Почему она позволила себе терять время? Почему продолжала надеяться, что все обойдется, если она просто затаится, закроет глаза и сделает вид, что все нормально?              Хотя ответ был на поверхности. Потому что привыкла к этому с детства. Потому что пряталась под теплым одеялом и дожидалась рассветных лучей, которые превратят страшные искривленные пальцы чудовищ в обычные тени от веток деревьев за окном, а притаившихся в комнате монстров в обычные вещи, забытые на комоде. Просто смирилась с мыслью, что прятаться и выжидать — единственный способ справиться со страхом. Только вот Рауль не тень и не монстр из жуткой книжки. Он просто человек, и это гораздо страшнее.              Оглянувшись на здание, Белла недоверчиво сощурилась — отель больше не манил ее, и никакого восторга от повторного погружения в гущу цветов она не испытывала. Она почувствовала себя Коралиной, внезапно осознавшей, что другой дом за маленькой дверью оказался ловушкой, принявшей заманчивый вид лишь для того, чтобы сожрать ее с потрохами. Глупая наивная девочка, пересилившая себя и пожелавшая слишком многого, теперь не могла выбраться из уготованного для нее капкана.              Что-то ей подсказывало, что все так просто не закончится, только не теперь, когда Рауль был так близко. В прошлый раз ее уберег вовремя появившийся Киса, а в этот…              Белла резко встрепенулась — а ведь он мог помочь ей и сейчас. Он же просил обратиться к нему в случае чего и уж точно не оставил бы в беде, если бы она попросила его о помощи. Легкая надежда проклюнулась сквозь пелену паники, и Белла кинулась обратно в здание.              Ее изначальная оптимизм погас, как только она попыталась выцепить взглядом в толпе хоть кого-то из знаменитой троицы. Белла вообще не понимала, каким образом умудрялась раньше здесь ориентироваться, потому что ее за секунду унесло куда-то в абсолютно противоположную сторону от места, где недавно Ника с Кисой устроили коктейльный спор. Самого Кису она так и не увидела. Впрочем, как и Настю.              Просто, блять, прекрасно.              Белла постаралась не замечать вспыхнувший огонек злости — не о том сейчас стоило думать. Ника с Хэнком тоже куда-то запропастились, а вот на Рауля она наткнулась взглядом почти сразу. Приложившись к бутылке, он ленивым взглядом оглядывал всех вокруг, игнорируя что-то втолковывающую ему блондинку. Приглядевшись, Белла с удивлением узнала в ней Оксану. Странно. Хенкиной-то что от него понадобилось?              Судя по тому, как та недовольно свела брови к переносице, настроена она была враждебно, хотя вряд ли Раулю было до этого дело. Он даже не смотрел на Оксану, продолжая рассматривать мимо проходивших школьниц, и слегка поморщился, когда Хенкина сильно повысила голос. Белла с сожалением наблюдала за тем, как ее агрессивная решительность стиралась с каждой секундой, сменяясь отчаянием от такой очевидной незаинтересованности собеседника — еще чуть-чуть и сломается.              Тут Хенкина схватила его за рукав куртки и с силой дернула, заставив его, наконец, обратить на себя внимание. Вот теперь он действительно ее заметил, только едва ли это было Оксане на руку. Теперь уже он сам схватил ее за плечо и ощутимо встряхнул, прошипев ей что-то прямо в лицо. Оксана поначалу забилась в хватке, но его слова заставили ее поспешно замереть и сникнуть. Долго Рауль ее не удерживал — стоило ему отпустить девушку, и та бросилась прочь, сжав кулаки в бессильной злости.              Только сейчас Белле пришло в голову, что она могла быть не единственной жертвой этого мудака. Возможно, Оксана тоже пережила подобное — эта мысль не должна была радовать, но отчего-то давала надежду. Значит, можно было рассчитывать хоть на чье-то понимание. Разумеется, только если ее догадки окажутся верны. Может, все было куда проще, и дело было в невзаимной влюбленности со стороны Хенкиной. В конце концов, Рауль нравился многим девушкам, хотя для Беллы оставалось загадкой, зачем он им вообще сдался. Впрочем, такое лучше и не понимать.              В любом случае все мысли об Оксане выветрились из головы, когда Белла заметила, как к Раулю подошла еще одна знакомая фигура. Белла недоверчиво прищурилась, сначала не поверив в увиденное, но глаза явно ее не обманывали. Одарив Кудинова кокетливой улыбкой, Рита что-то заискивающе спросила у него, чуть ли не прижавшись к его плечу. Тот поначалу смерил ее скучающим взглядом, однако слать куда подальше не спешил.              Белла наблюдала за этой абсурдной сценой со смесью абсолютного недоумения и раздражения. Может, у Ковалёвой что-то в сознании помутилось? Иначе она не понимала, какого хрена из всех собравшихся на тусовке парней Рита решила склеить самого мерзкого.              Наверное, стоило забить и пойти дальше искать Нику — странные планы одноклассницы ее не касались, у нее своя голова на плечах, а Белла не собиралась торчать тут всю ночь. Но отчего-то она все равно продолжала стоять, не сводя глаз с этих двух. Что-то тут было не так, и, хотя их с Ритой нельзя было назвать подругами, но оставлять ее одну с Раулем категорически не хотелось.              Ее опасения быстро подтвердились. Все произошло так быстро, что Белла даже не успела толком осознать произошедшее. К Рите неожиданно подошел Локон и спросил ее о чем-то, а Рауль тем временем выхватил у проходящего мимо парня стакан с янтарной жидкостью. Тот собирался поначалу возмутиться, но, признав в обнаглевшем парне Кудинова, быстро замолк — переходить дорогу богатеньким сыночкам было себе дороже, да и слава у Рауля была соответствующая, так что незнакомец без всяких вопросов скрылся в толпе. Вытащив из кармана маленький пакетик, Рауль быстро высыпал его содержимое прямо в стакан, украдкой наблюдая за Ритой, слишком увлекшейся разговором с Локоном, чтобы заметить его махинации.              Когда она обернулась обратно к Раулю, тот уже успел спрятать пакетик обратно в карман куртки и протянул ей стакан с самой очаровательной улыбкой на лице. Беллу тут же пронзил ужас. Мысленно она уговаривала Риту догадаться о произошедшем и отказаться, но та радостно улыбнулась, с благодарностью приняв стакан.              Вот сейчас она это выпьет, и станет слишком поздно. Риту настигнет та же участь, что и ее когда-то — она перейдет в полную власть человека, одурманенного своей безнаказанностью, станет очередной его жертвой, которая никогда не сможет выкинуть из головы все, что произойдет с ней потом не по ее воле. А все из-за желания одного гнилого человека сломать ее, превратить в свою временную игрушку.              Ну уж нет, я этого не позволю.              Леденея от собственной решительности, Белла стремительно понеслась к Рите, которая уже успела поднести стакан ко рту. Отправив недавний страх в дальний уголок сознания, Белла не позволяла себе остановиться и задуматься, потому что знала — сейчас нельзя было задерживаться и позволять панике подавить остальные чувства. В голове осталась только одна мысль — не допустить, чтобы Рита выпила эту непонятную дрянь. И если для этого ей придется поставить себя под удар, то пускай. К черту все последствия.              Рита заметила ее за секунду до столкновения. Слишком поздно, чтобы успеть увернуться — Белла налетела на нее так точно, что чуть не сбила ту с ног. Звук разбившегося стакана вызвал внутри ликование ровно до того момента, как она перехватила взгляд Рауля, оказавшегося совсем рядом. Удивление на его лице смотрелось даже комично, и впервые Белле захотелось нагло рассмеяться прямо ему в лицо.              Думал, напугал меня, мудила? Ожидал, что беспрепятственно найдешь себе новую жертву? А вот хрен тебе, я лично позабочусь, чтобы ничего у тебя не вышло.              — Прости, я случайно, — обращалась она скорее к Рите, но взглядом отслеживала реакцию Кудинова, едва сдерживая торжествующую улыбку. В этот раз победа была за ней, и он это прекрасно понимал — ноздри его гневно раздулись, а рот скривился в гримасе отвращения. Казалось, он готов был вздернуть ее за шкирку и отвести куда-нибудь без всяких попыток напоить. Конечно, она же умудрилась знатно проехаться по его эго, испортив ему планы, и теперь ему требовалось показать, кто тут хозяин. Только вот сейчас у него не было возможности сделать это незаметно, когда вокруг было столько народу. К тому же многих привлек звук разбившегося стакана, так что вывести ее отсюда под шумок точно бы не удалось.              Неприятно ощущать собственное бессилие, да?              Рауль громко выдохнул, а желваки грозно заходили на его лице, словно она озвучила эту мысль.              — Ну блин, ты весь топ мне уделала, — капризно заныла Рита, и Рауль перевел взгляд на нее, очнувшись от наваждения. Вновь набросив на себя маску дружелюбного парня, он обольстительно улыбнулся, подойдя к Рите поближе.              — Да расслабься, детка. Ты так даже сексуальнее выглядишь. Поехали ко мне, а? Я новое шмотье тебе подгоню, у меня этого барахла навалом, — еще до того, как Рита успела что-то ответить, Белла схватила ее за запястье и несильно сжала, надеясь, что та не станет поддаваться этому показному очарованию. Ковалёва чуть дернулась, подняв на нее недоуменный взгляд, но тут ее лицо прояснилось, и она взглянула на нее совершенно серьезно.              — Блин, прости, милый. Чего-то мне пописать захотелось, — виновато проворковала Рита, взяв ее за руку, — Это дело безотлагательное, сам понимаешь.              — Тогда в другой раз, — Белла старалась не смотреть на Рауля, но прекрасно поняла, что эти слова адресованы не Рите. Неважно, сейчас нужно было просто уйти, пропасть из его поля зрения. Они с Ритой так и пошли к туалету за ручку, словно опасались, что их попытаются оторвать друг от друга насильно. Беллу охватило дикое желание обернуться и проверить, смотрит ли Рауль на них до сих пор, но она подавила этот порыв — не стоило.              Разумеется, он это так просто не оставит, и ей еще придется расплатиться за эту выходку, но по крайней мере сегодня им с Ритой удалось выйти из бури уцелевшими. Сейчас Белла хотела лишь одного — чтобы эта дурацкая ночь закончилась как можно скорее.       

***

             Зажмурив глаза от непривычно яркого света, Белла практически на ощупь прошла к раковине, мысленно порадовавшись, что в туалете никого не было. Включив воду, она принялась лихорадочно ополаскивать лицо и шею, желая стереть с себя недавно оставленный след чужой слюны. Рауля уже не было рядом, и все же казалось, что воздух пропитался им. Белла еле сдержала желание ополоснуть заодно и плечи.              — Аккуратнее, Белл, а то порежешься еще, — негромкий голос Риты ворвался в мысли, и, опустив взгляд, Белла заметила, что в раковине поблескивал осколок от разбитого зеркала. Дрались тут, что ли?              Украдкой взглянув на Риту, Белла заметила, что та наблюдала за ней несколько настороженно — наверное, такая странная необходимость чуть ли не окунуться в эту раковину показалась ей непонятной. Белле было не до объяснений — ей просто нужно было немедленно смыть с себя ощущение чужого дыхания, содрать с кожи эту отвратительную грязь.              — Хватит уже, — устало откликнулась Рита, и Белла резко закрыла кран, а затем полностью развернулась к однокласснице, скрестив руки на груди. Взгляд сам собой зацепился за бутылку в ее руке. Очаровательно, она еще и успела стащить у кого-то пиво, пока они шли сюда. Вот чему Белла всегда удивлялась — в любой ситуации ее одноклассники находили способ добыть себе алкоголь или еще какую-нибудь дрянь. Видимо, какая бы жесть с ними ни происходила, а привычка травить себя была превыше всего.              — Да уж, хватит. Так и стоило подумать, когда тебе пришло в голову к нему подойти, — Ника бы сейчас определенно посмеялась с этого учительского тона и непременно бы сравнила ее со своей сестрой, но ее здесь не было. А вот на Риту этот тон подействовал отменно, потому что та неловко перевела взгляд в сторону. Видимо, и сама уже успела пожалеть о собственной затее.              — Это называется флирт, Белл. Не надо так драматизировать, еще никто от этого не умирал, — небрежно фыркнула блондинка, но Белла отлично видела, что привычная ухмылка выходила чересчур натужной. Вот только Белле было не до этих дурацких подколов, ситуация была слишком серьезной.              — Я видела, как он подмешал какую-то хрень тебе в стакан. Еще чуть-чуть и очухалась бы уже со стянутыми трусами, — Рита пораженно округлила глаза, громко ахнув. Белла бы посмеялась над таким явным удивлением, да смешок в горле застрял.              — Правда? — дождавшись ее кивка, Рита яростно сматернулась, чуть не выронив из рук треклятую бутылку, — Вот же гнида! А я еще подумала, мне повезло, что он так легко на контакт идет. Блин, как же я так… Мудак, какой же мудак!              Белла слегка дернула плечом — по-хорошему, не то чтобы Рауль это сильно скрывал, этот вывод можно было сделать гораздо раньше.              — Не думала, что ты заинтересуешься им. Мне казалось, Рауль не в твоем вкусе, — ошеломляющий гнев сошел с лица Риты, сменившись легким стеснением, и тяжелый вздох повис в тишине. Она взглянула на Беллу с сомнением, но, видимо, мысленно взвесив все за и против, решила ответить начистоту.              — Так и есть. Я просто хотела, чтобы Мел меня приревновал.              У Беллы вырвался нервный смешок. Стоило догадаться сразу. Эта непонятная Санта-Барбара уже начинала ей порядком надоедать.              — Ой, вот только не надо так смотреть. Да, может и не лучшее решение, но…              — Не стоило затевать весь этот спектакль ради Мела. Он сказал, что ты для него лишь пустое, а моя сестра — настоящее, — Рита осеклась на полуслове, весь ее запал мигом иссяк. Наверное, не стоило этого говорить. Кто она такая, чтобы вот так выдавать Рите подобное? Но ведь это было правдой, пусть жестокой, но не взятой из головы. Лучше уж знать это, чем надеяться привлечь внимание Егора через флирт с Раулем.              — Он правда так сказал? — Белла кивнула, чувствуя себя при этом жутко виноватой. Наверное, услышать такое было ужасно, еще и от нее, по сути едва знакомого человека. Казалось, новость о том, что ее могли изнасиловать, не так сильно подкосила Риту, как слова Мела.              Рита заторможенно подошла к раковине, и Белла благоразумно отошла в сторону, пропустив одноклассницу. Опершись о раковину, та уставилась в рассеченное трещинами зеркало, отрешенно разглядывая свое отражение. Было даже как-то неприлично наблюдать за тем, как Рита всматривалась в собственное лицо, из последних сил силясь не заплакать. Губы той задрожали от обиды, пока она тщетно пыталась поправить макияж, но быстро бросила это дело, ругнувшись сквозь зубы. Белла многое знала об этом состоянии — сама не раз изучала свое отражение с тем же застывшим вопросом в глазах.              Что со мной не так?              Забавно. Может, у них с Ритой было гораздо больше общего, чем ей казалось поначалу. Стоящая перед ней девушка едва ли походила на ту веселую и уверенную в себе одноклассницу, которая с готовностью принялась помогать им с Никой с макияжем и нарядами. Теперь Рита превратилась в разбитую, искалеченную версию себя, от взгляда на которую сердце разрывалось от сочувствия. А все из-за какого-то парня.              Риту резко открыла кран, видимо, все-таки решив помыть руки, но струя воды хлестнула так сильно, что капли воды отскочили от раковины, забрызгав ее и без того испорченный топ.              — Бля, да что ж такое! — судорожно закрыв кран, Рита критично уставилась на промокшую сиреневую ткань топа, — Ну, хуже уже не будет. Еще и куртку снаружи оставила, а там сиги. Сука, ну что за день?              Со злости она вдруг притопнула ножкой, как капризный ребенок, и Белла не выдержала и нервно хихикнула, мигом поймав на себе возмущенный взгляд блондинки.              — Вообще не смешно. Пиздец какой-то, — однако та сама захихикала над устроенной сценой, сбив все напряжение. Они так и смеялись несколько минут, как две дурочки, позабыв обо всем и находя в этой странной ситуации необъяснимую близость друг к другу. Отсмеявшись, Белла устало скатилась по стене и уселась на пол, вытянув ноги перед собой. Последовав ее примеру, Рита устроилась рядом с ней и нервно застучала пальцем по колену.              — Что? — та неловко дернула плечом.              — Да так, просто…Как же меня это все достало, — посмотрев куда-то в сторону, тихо проронила Рита. Белла поняла, что сейчас та расскажет ей все, что давно держала в себе и совсем не потому, что внезапно начала ей доверять. Конечно, нет. Просто Рита устала переживать все это одна. Ей нужен был кто-то, кто выслушает и никому ничего не расскажет на утро, и так уж вышло, что Белла идеально подходила на эту роль. Впрочем, в этот раз она была даже не против. Было что-то особенное в откровениях людей, которых раньше считала неприятными.              — Что конкретно? — ее вопрос необязателен, и все-таки это закрепление договора, соглашение на дальнейшие откровения. Рита бросила на нее короткий взгляд, а потом вздохнула поглубже.              — Все ведь считают меня дурочкой, которая умеет только туфли разнашивать, а у меня оценки по литературе ничуть не хуже, чем у Мела. Только вот этого никто не замечает. Разве что только Лилия Александровна. Знаешь, она недавно попросила меня после уроков остаться и похвалила, посоветовала сдавать ее предмет, — ее губы расплылись в невеселой улыбке, которая так и грозила поплыть с лица, — Я с этим последним звонком ношусь, как угорелая. Сразу вызвалась над сценарием работать, каждую сцену хочу отрепетировать до идеального результата. Мы же все потом разъедемся кто куда, а хочется, чтобы всем было приятно вспоминать о таком значимом дне. Я же для них стараюсь, но всем похрен. Все равно меня воспринимают как девчулю, которая может только маник делать.              Белла стало не по себе от этого горестного монолога — стыд заклокотал в груди, и она поняла, что не может позволить ее словам повиснуть в тишине.              — Если бы не ты, мы бы совсем распустились с этим танцем, ты ж знаешь наш класс. А ты молодец. Не опустила руки, решила возиться с нами. Я твоему упорству порой завидую — иногда кажется, что тебя ничто не остановит, пока ты своей цели не добьешься. Я бы тоже хотела уметь не отступаться от своего, — Рита мельком взглянула на нее, и Белла успела заметить приятное удивление в ее глазах. Эта мимолетная реакция уверила ее в правильности своих слов, — А еще мне очень приятно, что ты помогла нам с Никой сегодня. Для меня это не пустяк.              — Хотя бы для кого-то, — тихо вырвалось у Риты, и легкая улыбка чуть тронула ее губы, — Умеешь ты красиво подмазаться, конечно.              Белла тепло улыбнулась в ответ — кажется, им обеим стало чуточку легче. Рита взволнованно облизнула губы и снова уставилась в стену перед собой.              — Дело не только в этом. Просто…все парни считают меня доступной. Думают, я с каждым могу. А я в первый раз переспала с парнем только прошлым летом, — Белла ощутила легкую неловкость от такого внезапного признания. Она не ожидала, что ее собирались посвящать в детали любовных похождений.              — А почему именно с ним? Понравился? — на ее счастье вопрос прозвучал практически невозмутимо. Подобные разговоры для Беллы были в новинку, и щекотливость темы, которая раньше скорее нервировала, теперь наоборот манила своей новизной.              — Честно говоря, все вышло тупо. Я заметила на тусовке красивого парня, прям киноактер ходячий. Такой смазливый, ухоженный, да и тембр голоса у него такой приятный был. Короче, сразу видно, что приезжий. Киса еще ляпнул, что он по-любому из голубых. Придурок, блин. В общем, его звали Миша. Оказалось, он из Москвы, а к нам приехал на лето отдохнуть. Я как раз пыталась тогда Мела из головы выкинуть, и все так удачно совпало. Они в чем-то даже похожи были, Миша тоже казался таким возвышенным. Сначала я не собиралась давать ему шанс, но потом он начал за мной ухаживать. Знаешь, он всегда был таким галантным, покупал мне цветы, рассказывал, что тоже отходит после тяжелого расставания. Вот я и подумала, что он меня всерьез воспринимает.              Громко шмыгнув носом, Рита прилично отпила из бутылки, и Белла заметила, как глаза ее влажно блеснули.              — Так легко купилась, дура. Он уломал меня на секс и упиздовал в закат, потом даже на сообщения не отвечал. Так что мораль сей басни такова — с парнями стоит быть поосторожнее. Некоторые воспринимают девушек, как один из пунктиков развлекательной программы. Все по списку, так сказать: бухло, наркота, тусовки и раздвинутые ноги, как вишенка на торте.              От такого вывода по спине пробежал холодок — Белле вспомнилось горячее прикосновение губ и бархатный игривый шепот, действующий на нее так ошпаривающе. Едва возникший трепет сменился обезоруживающим страхом. А вдруг у них все точно так же? Вдруг она надумала лишнее, а Киса просто хотел…              Перестань. Сейчас не время пугать себя.              — Этот парень — полный мудак, — угрюмо вылетело у Беллы, и Рита охотно кивнула.              — Может и так, но он не особо отличался от других. Я влюблялась в каждого парня, с которым встречалась, только вот дело это обычно невзаимное. Я всегда оставалась для них просто шансом хорошо перепихнуться.              — А Мел? — Белла быстро поняла, что вопрос был глупым. Мел никогда не был для Ритой просто влюбленностью. Рита любила его всегда, и ни один парень, которым она пыталась оградить себя от этой болезненной, несчастной любви, не займет в ее сердце такое же место. И как бы Рита ни пыталась ускользнуть, так или иначе всегда возвращалась к обратной точке — к Меленину, который считал ее пустышкой.              — Мел, — горько вылетело у Риты, и Белле стало не по себе от очевидной обреченности, сквозившей в ее голосе, — Я его с четвертого класса люблю, знаешь? Хотя, конечно, ты не знаешь. Я никому не говорила.              На пару минут воцарилась тишина, и Белла неловко отвела взгляд в сторону. Что-то ей подсказывало, что сейчас слова будут даваться Ковалёвой особенно тяжело.              — Знаешь, я ведь считала его самым лучшим парнем у нас в школе. Такой поэтичный и нежный. Я думала, он относится ко мне иначе… А он меня недавно Магдалиной назвал, кающейся блудницей.              Голос ее заметно дрогнул, и Белла неуверенно коснулась ее запястья, легко погладив нежную кожу. Она ожидала, что Рита взбрыкнет на неуместную ласку, но та задышала чуть глубже и, казалось, действительно немного успокоилась от попытки хоть как-то ее утешить.              — Как будто Анжела лучше. Она строит из себя неземную барышню, а самой лишь бы мужика позажиточнее найти. Как только мы выпустимся, она быстренько укатит в большой город и даже не вспомнит про него. А самое дерьмовое, что Мел это понимает, поэтому и тащит у Кисы всякую дурь — он словно хочет умереть еще до того, как она его бросит. Как будто он главный герой, который уже заранее знает конец своей печальной повести. На это просто невыносимо смотреть. Зачем так мучить себя? Это ведь я его пьяные бредни выслушивала, я отводила его домой и ждала, когда он очухается. Но я для него пустое. Просто заебись, что тут скажешь.              Рита снова отпила из бутылки, а потом вдруг громко хихикнула, только в звуке этом больше не было никакого веселья.              — Блин, я сейчас на маму похожа. Сижу с бутылкой и ною, что меня мужик недолюбил. Кошмар какой-то, надо с этим заканчивать.              Белла поняла, что та смутилась откровенности собственных слов и хотела уже закончить разговор, прервать его на относительно безмятежной ноте. Как будто все нормально, и она уже отошла. Только вот Белла видела по ее разбитому виду — ничего подобного.              — Знаешь, некоторым бесполезно помогать. Они упорно хотят потонуть, и как бы ты ни пыталась докричаться, они просто не захотят тебя услышать. Может, это прозвучит оптимистично, но мне кажется, ты еще встретишь кого-то, кто действительно будет тебя ценить. Найти своего человека сложно, но переубеждать того, кто уже решил, что ты не стоишь внимания — бессмысленно. У тебя ведь вся жизнь впереди, подходящий парень еще найдется. Может, не сейчас, может, не завтра и не в этом году. Но он будет, и тебе не надо будет носиться за ним и надеяться, что он будет относиться к тебе хотя бы приемлемо.              Белла неуверенно замолчала, ожидая, что Рита небрежно фыркнет на ее слова, но та задумчиво посмотрела на нее, а затем медленно кивнула.              — Наверное, ты права. Спасибо. Меня иногда даже подруги толком не слушают, а их советы ограниваются просто “выпей и забей”. С таким же успехом я могла бы спросить совета у мамы, услышала бы тоже самое, — Белла негромко хмыкнула и заметила, что Рита тоже улыбнулась.              — Кстати, я никогда не думала, что ты…ну…с каждым прямо…              — Трахаюсь, — ехидно закончила Рита, и привычная ухмылка озарила ее лицо, — Знаешь, ты иногда так забавно реагируешь. Наверное, если член увидишь, вообще сознание потеряешь.              — Ничего я не потеряю, — обиженно заворчала Белла, игнорируя насмешливый смешок Риты.              — Кроме тщательно оберегаемой невинности. А что? Тебе уже устраивали предварительный просмотр? Я думала, Киса пока осторожничает.              — Да ну тебя, ничего он мне не показывал. Мне и от Рауля хватило фоток, о которых я вообще не просила, — Рита сердито насупилась, мигом растеряв былое веселье.              — Фу, блин. Самый отвратный парень у нас в городе. Не понимаю, что в нем девчонки находят? Он же просто ходячий ред флаг. Я как на него смотрю, сразу Патрика Бейтмена вспоминаю, — да уж, ассоциация была очень подходящей. Может, в будущем Рауль тоже будет с пилой за девушками в своем СПА-салоне гоняться. Белла легко могла это представить.              — Самое страшное, что ему никто ничего не сделает, и он это прекрасно понимает, — Рита озадаченно посмотрела на нее и уже открыла рот, чтобы что-то спросить, но тут их отвлек шум за дверью. Ковалёва сразу подскочила на ноги, а за ней и Белла.              Они едва успели отойти подальше от прохода перед тем, как дверь открылась, и в туалет ввалились Киса в обнимку с Настей. Последняя пьяно хихикала и будто бы пыталась рассказать ему что-то сквозь смех, но тут они оба замерли, удивленно уставившись на них с Ритой.              Белла быстро-быстро заморгала, словно представшая перед ней картинка вот-вот должна была рассеяться, обратиться в ничто. Только вот мозаика сложилась — и помятый вид Кисы, и его взлохмаченные волосы, и алый след чужой помады на шее — все это было довольно логично и ожидаемо. Смазанная помада Новиковой стала спусковым крючком. Казалось, вся комната покрылась трещинами — так с грохочущим треском разрушалась тщательно выстроенная Беллой иллюзия, а в голове бесконечно крутилось желание отрицать, не верить, найти любое объяснение, хотя рассудок уже нашептывал правильный ответ.              Ты это знала еще до того, как увидела воочию. Ты просто не хотела об этом думать, потому что сказка казалась такой складной. Но ты уже слишком взрослая для сказок, не думаешь?              — Ой, как неловко вышло, — улыбнувшись, елейно протянула Настя, и Белла молча стиснула зубы, ограничившись ненавистным взглядом. Пожалуй, такую сильную неприязнь у нее не вызывал никто, кроме старшего Кудинова, но Настя определенно метила на его место. Даже воздух будто стал горьким, пропитавшись ее ярко выраженной ненавистью. Этот несуществующий, но меж тем парадоксально сильный запах осел в легких, мешая вымолвить хоть слово. Казалось, еще немного, и Белла бы им подавилась, закашлялась прямо перед ними. Зато Рита пришла в себя гораздо быстрее и пренебрежительно цокнула, переводя внимание на себя.              — Другого места потискаться не могли найти? Смотрю, нехило вы накидались, парочка обдолбышей.              Приглядевшись, Белла заметила, как сильно расширены их зрачки. Рита была права — они не только пили, но и успели закинуться какой-то наркотой. Видимо, косячками дело не ограничилось.              — Бля, только не душни, — хрипло вырвалось у Кисы, который, уже очухавшись, направился к раковине, чтобы ополоснуть лицо, — Тоже мне — командирша нашлась.              — Да больно надо вас жизни учить. Дело-то бесполезное.              — Ну извините, что прервали ваши дружеские посиделки, — раздраженно ввернул Киса. Белла взглянула на нервно подергивающую ногой Настю, которая явно с нетерпением ждала, когда они с Ритой уже свалят отсюда. Так вот значит, как. Они им тут трахаться мешали.              У Беллы вырвался нервный смешок, и Рита с Настей смерили ее одинаково озадаченными взглядами. А она даже объяснить свою реакцию не могла — просто забавно, как быстро все успело перемениться. Обида покусывала изнутри, наполняла рот противной желчью — того и гляди вырвется наружу. Но сильнее всего ее охватил стыд. Стыд от собственной наивности, от того, что она вправду надеялась, что для Кисы их поцелуй что-то значил.              Она чувствовала себя обманутой. К чему тогда были все эти ночные прогулки, репетиции, чувственные разговоры? Зачем было столько раз чуть ли не флиртовать с ней, а затем и целовать, если потом он собирался преспокойно отправиться к Новиковой? Неужели поцелуй его настолько не впечатлил, что он решил кинуться к девчонке, у которой побольше опыта? Или Киса и вправду рассчитывал на что-то с ней до того, как бывшая вернулась, а потом решил, что незачем так париться, если с Настей замутить гораздо проще?              — Че такое? — Белла сама не заметила, как уперлась напряженным взглядом в Кису, и очнулась только, когда он непонимающе посмотрел на нее. А ведь он серьезно вел себя так, будто все происходящее абсолютно нормально.              Наверняка все объяснялось куда проще. Не было у него никаких планов на нее с самого начала, ему просто захотелось спонтанно с кем-то поцеловаться, а на улице удачно подвернулась она. Будь на ее месте любая другая девчонка, он бы потискал ее. Потом ему подвернулась Настя, и Киса просто решил сменить объект для обжиманий, вот и все.              Боль жестоко вскрыла горло, и Белла с усилием сглотнула, чувствуя, как раскаленное до предела сердце ныло, вертелось и рвалось сквозь грудную клетку наружу прямо Кисе в руки.              А ведь ему это даже не нужно. Она оказалась недостаточно хороша для него.              И следом за этой мыслью пришла безжалостная злость. Она корежила Беллу изнутри, и ей хотелось кричать и топать ногами, как в детской истерике, потому что ее уютный, привычный мирок неизбежно раскалывался из-за одной просто истины — все, что было между ними с Кисой, имело значимость лишь для нее.              — Не переживайте, мы уже уходим, — сухо бросила Белла, одарив Кису презрительным взглядом. Что ж, хорошо. Она прекрасно понимала, когда ее присутствие нежеланно, — Развлекайтесь на здоровье. Пойдем, Рит, нечего на пьяный угар смотреть.              Рита удивленно подняла брови, однако тут же одобрительно хмыкнула и пошла к двери. Белла уже хотела последовать за ней, но краем глаза успела заметить, как Киса резко развернулся, за секунду преодолев расстояние от раковины до нее. Требовательная хватка на локте чуть ли не расплавила кожу, и Белла взбрыкнула, попытавшись вырваться скорее из вредности, чем от испуга. Он не имел права так нагло прикасаться к ней после всего. Она ему не Настюша на побегушках, чтобы на каждый его закидон заливаться ласковым смехом и сносить любую хрень.              — Подожди, — одно слово ударило током по телу, сводя решительный настрой к нулю и заставляя замереть к собственному удивлению. От ощущения чужого дыхания на щеке недавнее прикосновение его губ фантомом вспыхнуло на разгоряченной коже, и Белла со стыдом поймала себя на том, что была бы не против, если бы он поцеловал ее прямо сейчас.              Слабачка, контролируй себя!              Вспышка слабости прошла, стоило поднять глаза и наткнуться на его мутный взгляд — разум снова проснулся, и Белла разозлилась еще сильнее и на Кису, который из раза в раз вторгался в ее личное пространство с такой небрежностью, и на себя за слабину.              — На пару слов, — глянув на задержавшуюся в дверях Риту, Киса слегка качнул головой.              Больше всего хотелось послать его нахер, и все же что-то заставило ее взглянуть на Риту и кивнуть. Она с сомнением посмотрела на них, явно не желая оставлять их наедине, но все-таки послушно скрылась за дверью.              — У нас разговор втроем будет? — вскинулась Белла, заметив, что Настя продолжала подпирать стену, никуда не собираясь.              — А вы прям секретничать собираетесь? — возмущенно откликнулась Новикова, и Белла почувствовала, что сейчас сама не сдержится и вытолкнет эту обнаглевшую за дверь.              — Выйди уже, — небрежно бросил Киса, даже не посмотрев в сторону Насти. Та уязвленно глянула на него, явно расстроившись, что ей обломали все веселье.              — Нашли время языком молоть, — недовольно буркнула она, но проходя мимо, с надеждой взглянула на Кису, — Я неподалеку буду, если что. Вы же ненадолго?              — Засечем пять минут для тебя, так и быть. Вы же за это время надеялись тут управиться? — Настя поджала губы, и Белла ответила ей ядовитой улыбкой. Киса ничего не сказал, но она видела, как он кипел изнутри, словно ее гнев по воздуху передался ему. И хорошо, не одной ей должно быть несладко.              Стоило двери закрыться за Настей, и Киса злобно процедил:       — Ну и какого хуя?              — Очевидно, твоего, — язвительно ответила Белла, с вызовом взглянув на парня. Какой вопрос, такой и ответ.              Киса явно был на взводе, его тяжелый взгляд был почти физически ощутим, и по-хорошему ее прежняя опасливость уже должна была включиться, заставить ее убрать колючки, но его разозленный вид наоборот лишь раззадоривал. Хотелось хоть как-то отплатить ему за боль, которую он ей причинил.              — Че началось-то? Че тебе опять не нравится? Снова смотришь на меня, как на говно какое-то.              — Нормально я на тебя смотрю.              — Ага, блять, вижу уже, как ты вся скуксилась. Возникаешь опять с нихера.              — А у тебя вообще все с нихера, да, Кис? — повысив тон, спросила Белла, — Тебе же вообще на все похер! Просто делаем, что хотим, и никаких последствий. Охуенно живешь, я прямо завидую.              — Блять, да че не так-то? Завидуешь, как люди веселиться умеют или че? — она презрительно уставилась прямо в его расширенные зрачки. Да уж, так веселиться она определенно не умела и уж точно не хотела уметь.              — Я уже вижу, как ты неплохо время проводишь, — ответила она тихо, но четко. Как там Настя говорила? Он встречался с ней, потому что с ней легко и ненапряжно? А ведь Белла еще посмеяться над этим хотела. Оказывается, Настя разобралась гораздо быстрее нее. Всего лишь надо было быть всегда веселой, ничего от Кисы не ждать и не требовать, вот и весь секрет. С Настей-то можно и сторчаться, и в толчке потрахаться — прямо благодать. А Кислову, как и большинству парней, этого оказалось достаточно, — Одного только понять не могу. Зачем ты вообще ко мне полез?              Наверное, стоило взять себя в руки и закончить этот бессмысленный разговор, но гнев не давал ей покоя, удерживая на месте и требуя хоть какого-то объяснения. Казалось, даже воздух был насквозь пропитан электричеством — одно неосторожное слово, и все вмиг заискрится, обратится в катастрофу. Глаза противно защипало не то от подкативших слез, не то от яркого света лампы в этом треклятом туалете.              Белла злилась на Кису за его извечный похуизм, за то, что сиюминутная прихоть оказалась для него важнее ее чувств. Он ведь мог просто не трогать ее на улице, не целовать, не давать надежды — просто взять и пресечь все на корню, раз уж заметил ее симпатию. Она бы приняла это, отступила и больше не вспоминала про глупые надежды.              Киса же прекрасно знал, что у нее никогда не было отношений, и должен был понимать, что их поцелуй не станет для Беллы незначительным эпизодом. Может, для других девчонок подобное было привычным, но для Беллы этот поцелуй был новым, неизведанным событием. Если он не хотел сложностей, мог бы сразу пойти к Насте или к кому-то другому, но он остался и выбрал ее, дав ей надежду, а теперь умудрялся не понимать причину ее злости.              — Да лучше бы я реально к тебе не лез, — слова ударили ее наотмашь, заставив отступить на шаг. Вперившись в нее испепеляющим взглядом, Киса беспощадно продолжил, — Только заебывать и умеешь. Сначала “Киса, ты такой честный и хороший”, а потом “нахер ты ко мне полез”. Быстро у тебя мнение меняется, однако. Или ты просто врала тогда?              — Что? — Белла пораженно выдохнула, не понимая, причем тут это. Кажется, он воспринял ее вопрос, как призыв отвалить или что-то в этом роде, опять уцепился за тему его неподходящей кандидатуры для нее. Она бы подумала об этом дольше, но беспощадное “лучше бы я к тебе не лез” настойчиво пульсировало в висках, не позволяло нормально все осмыслить.              — А че непонятного-то? Ты ж вечно так себя ведешь. Сначала добренькую из себя строишь, а потом вспоминаешь, что челяди рядом с тобой не место. Решила цену себе набить? Правда, чет я не вижу тут кучу поклонников, пока что только я с тобой ношусь на какой-то хер.              Киса выплевывал слова с таким отвращением, словно они были противны ему самому, и Белла терпеть его не могла в эту секунду. Он ведь специально пытался вывести ее из себя, просто потому что от сильной злости у него оставалась одна потребность — причинить другому еще больше боли. И он отлично с этим справлялся — Белле нестерпимо хотелось заплакать, и лишь нежелание унижать себя перед ним еще сильнее удерживало ее от окончательного срыва.              Зря она вообще согласилась остаться. Они и так прилично наговорили друг другу, и с каждой секундой становилось все хуже. На какой разговор вообще стоило рассчитывать, когда Киса был в таком состоянии? Нет, все это надо было срочно закончить, пока не стало слишком поздно.              Если еще не стало.              Не дав ему закончить, Белла попыталась обойти его, но ее попытка сбежать взбесила его еще больше. Она испуганно вздрогнула, когда сильная хватка на уже многострадальном запястье заставила ее остановиться. Киса не церемонился, просто дернув ее на себя, и она сразу впечаталась ему в грудь, но поспешно отшатнулась, попытавшись скинуть его руку. Киса будто этого и не заметил, продолжив с легкостью ее удерживать, и такое наплевательское отношение к ее границам ощущалось почти предательством.              Да что же ее вечно все хватают, трогают, лапают, когда вздумается? Считают ее тело послушной глиной, которую можно сминать пальцами, портить, превращать в что-то угодное им. Она так устала от этого, так ненавидела ничтожность попыток хоть немного отстоять себя, что продолжала упрямо дергать руку на себя, надеясь, что Киса все же отстанет.              — Куда собралась-то? Мы не договорили.              — Отпусти меня. Кис, я же сказала, пусти! — Белла опустила взгляд на его ключицы, не в силах больше смотреть ему в глаза, но звук хриплого смеха заставил ее застыть на месте.              — Ты щас серьезно? Ты боишься меня? — Киса поджал губы и презрительно сощурился, но Белла успела заметить в его глазах проблеск боли и почувствовала укол вины. Она снова это сделала. Снова позволила своему страху прорваться наружу, не упрятала его от Кисы. Громкий смешок заставил ее вздрогнуть, — Я так и думал. Вчера ночью ты реально меня испугалась, да? Думала, я тебя там нагну в мастерской? Ты всегда ждешь от меня подвоха. Хоть я в танцы вызовусь, хоть кинусь выручать тебя или еще что, все равно до конца жизни будешь меня шугаться. Просто пиздец.              — Это не так, — уязвленно вырвалось у нее. Она же не могла объяснить ему причину этого страха, не могла рассказать, что дело вовсе не в нем. Не могла выдавить из себя, что несколько минут назад ей доводилось терпеть что-то похуже крепкой хватки на запястье. Да и бесполезно это — Киса слишком поглощен собственным гневом, чтобы прислушаться к ней. Куда проще завестись и выплеснуть на нее свою ярость, чем попытаться понять. И поэтому Белла не растрачивалась на объяснения, просто уперлась взглядом в пол, надеясь, что там образуется дыра, в которую можно будет провалиться.              Вновь потянув запястье на себя, она уже заранее приготовилась к тому, что Киса снова проигнорирует ее попытку вырваться, лишь сожмет ее руку посильнее из упрямства. Только вот он ее отпустил, а Белла, совсем не готовая к этому, так сильно подалась назад, что, потеряв опору, налетела спиной на раковину.               Сначала она даже не поняла, что случилось. Казалось, внутренняя боль каким-то образом вырвалась наружу, сконцентрировавшись в ее ладони. Опустив взгляд, Белла заметила, что половина раковины была окрашена алыми каплями, а в ладонь впился тот самый осколок от зеркала. Самое удивительное — она даже не заплакала, изо рта вырвался лишь короткий судорожный вздох. Она уже помнила, как это бывает — вслед за шоком всегда быстро накатывает боль.              — Блять. Белл, ты как? Сильно поранилась? — в голосе Кисы уже не было ни намека на прежнюю агрессию, и от беспокойных ноток у Беллы возникло искушение позабыть о всей это склоке и насладиться хотя бы подобием прежней теплоты между ними. Она почти поддалась ему. Почти. Но новая вспышка боли моментально ее отрезвила, вернув злость обратно.              — Да не трогай ты меня!              — У тебя кровь, блять! Я просто хочу помочь… Не оставлять же тебя так, — она насмешливо фыркнула, на секунду позабыв о неприятной ране.              — А почему нет, Кис? Совесть проснулась? Да мне твоя помощь нахер не сдалась, ясно? Ты только усугублять все можешь. Если тебе хоть немного на меня не плевать, то оставь меня в покое! Иди к своей Насте, и хоть колитесь, хоть ебитесь, мне все равно. Не хочу иметь к этому никакого отношения, — никогда прежде она не звучала так разъяренно, и Киса уже почти подлетевший к ней, резко остановился, словно его пихнули в живот.              На какие-то пару секунд воцарилась неуютная, колючая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием, и Белла вмиг успела пожалеть о своих словах. Она уже собиралась открыть рот, чтобы извиниться, но Киса коротко ругнулся сквозь зубы, вернув себе прежнюю отчужденность.              — Хер с ним, не сдался, так не сдался. В принципе, я так и думал, — глухо вырвалось у него, и, развернувшись к ней спиной, Киса вылетел из туалета, бросив напоследок, — Истеричка, блять.              Как только дверь закрылась за ним, изо рта вырвался не то всхлип, не то горький вздох. Рана не позволила долго обдумывать произошедшее — необходимо было вытащить этот гребанный осколок из ладони. Стоило ей попытаться это сделать, как ее тут же замутило то ли от вида собственной крови, то ли от новой оглушающей волны боли.              Звук открывающейся двери донесся словно издалека. Сначала Белла подумала, что Киса все же вернулся, но испуганный женский вскрик быстро опроверг это предположение.              — Какого хрена, Белл? Как ты умудрилась? Киса же только что вышел, я видела… — Рита явно не знала, что и думать, но заметив, как Беллино лицо исказилось от мучения, вмиг собралась, — Так ладно, сейчас-сейчас. У меня в сумке вроде пластыри остались. Я быстро сбегаю.              Все остальное происходило в какой-то прострации — из-за внезапной слабости Белла едва замечала, как Рита аккуратно вытаскивала осколок и промывала рану. Она более-менее пришла в себя только, когда та уже нанесла ей на руку антисептик и залепила рану пластырем.              — Может, тебе в мед. поступить? — Рита слабо улыбнулась, и Белла заметила, что руки девушки слегка дрожали — видимо, ее нервы тоже были на пределе.              — Так и быть, подумаю. Я так понимаю, разговор с Кисой не удался? — Белла лишь опустила взгляд, прикусив губу, чтобы не пуститься в рыдания перед одноклассницей. Руку как нарочно защипало еще сильнее, и Рита сочувственно погладила ее по плечу, надеясь хоть как-то подбодрить, — Ну-ну, не убивайся так, это же Киса. Ты же знаешь, он сначала ляпнет херню, а потом…              — А потом продолжает ее нести, — отрезала Белла, и Рита неловко замолчала.              — Иногда у парней просто клинит мозг. А у Кисы так вообще на постоянной основе, — Беллу хватило только на то, чтобы отрешенно кивнуть, — Давай-ка пойдем отсюда, ладно? Думаю, на сегодня нам обеим веселья уже хватит.              — Это точно, — с губ слетел нервный смешок. Одно Белла понимала точно — после такого веселья ни на какие тусовки ей больше никогда не захочется.       

***

             Стоило им с Ритой выйти, как они заметили непонятную шумиху, творящуюся вокруг. Отовсюду доносился смех, и Белла толком не могла понять, в чем причина такой суматохи, пока Рита не фыркнула рядом.              — Господи, Локон такой идиот, — проследив за ее взглядом, Белла заметила радостно орущего Локона в центре зала, а потом и видео за его спиной, на котором Паша был, мягко говоря, в весьма нелицеприятном виде. Она не сразу нашла взглядом самого Игнатова — тот стоял чуть поодаль от остальных, так как все ребята сторонились его, насмешливо тыкая в него пальцами.              Сильно побледнев, Паша растерянно топтался на месте, явно не зная, как поступить. Белле от всей этой картины стало совсем тошно — с Игнатовым она практически не общалась, и все-таки было омерзительно смотреть, как его унижают на глазах у всех абсолютно ни за что.              Впрочем, спускать все это Паша не собирался. Метнувшись к Локону, он с силой толкнул его, и Сева, явно не ожидавший отпора от Игнатова, налетел спиной на стоявших позади ребят. Психанув, Локон кинулся на Пашу и пихнул его в ответ, от чего тот, еще не до конца пришедший в себя, завалился на бок, окончательно рухнув на пол. От следующего удара его спас вовремя появившийся Хэнк, который легко оттолкнул Локона в сторону, грозно прикрикнув на обнаглевшего парня.              — Все. Концерт закончен, разошлись, — бескомпромиссно отрезал он, и похоже непоколебимая уверенность в его голосе прилично усмирила Локона. Пробурчав что-то под нос, тот быстро направился к выходу из здания. Прекрасно, он еще и ущемленным себя считал. Белла удрученно покачала головой — она, конечно, знала, что у Локона иногда приколы за рамки выходят, но это было слишком даже для него.              Правда, внезапное озарение заставило ее быстро позабыть про эту глупую стычку — она только сейчас заметила, что Ники рядом с Хэнком не наблюдалось. Белла попыталась высмотреть рыжую макушку среди всех, кто был поблизости, но как назло не было никого хоть немного похожего на рыжую подругу. Хотя кого она обманывала? Если бы Ника тут была, она бы сама кинулась разбираться с Локоном, а не стояла бы в стороне.              — Нику не видишь? — Рита тоже принялась разглядывать толпу собравшихся, но Белла уже поняла, что могла бы и не спрашивать. Дурное предчувствие заорало внутри благим матом, вынудив ее живо подорваться к Хэнку. Рита запоздало бросилась вдогонку, но Белла на нее даже не оглянулась — внутри набатом било тревожное чувство, ведь Рауля тоже не было в зоне видимости.              — Хэнк! — ей пришлось тронуть Хенкина за плечо, чтобы обратить его внимание на себя. Парень рассеянно повернулся к ней, видимо, не сразу сообразив, куда вообще смотреть, — Где Ника? Я думала, она с тобой.              — Ника? — он чуть нахмурился, но хмурая складка на его лбу тотчас же разгладилась, и он успокаивающе добавил, — Она мне сказала, что ей в туалет надо. Щас вернется.              — Мы только что оттуда, ее там не было, — настороженно вырвалось у Риты. Казалось, ее слова мгновенно отрезвили Хэнка, потому что блаженная улыбка сползла с его лица, сменившись хмурым замешательством.              — В смысле? Так, ладно. Давайте, я на второй этаж сгоняю, там ее поищу, а вы пока здесь ищите. Вряд ли она далеко умотала.              Несмотря на то, что Хэнк старался говорить спокойно, Белла заметила, как глаза его тоже беспокойно забегали по толпе.              — Может, нам разделиться? — Рита на ее предложение решительно покачала головой.              — Ещё чего, а вдруг Рауль все еще где-то поблизости? Нет уж, девочкам лучше держаться вместе, — услышав имя Кудинова, Хэнк нахмурился еще сильнее, видимо, поняв, что дело плохо.              — Ладно-ладно, пошли, нечего время терять, — суетливо бросила Белла и, оглянувшись на Хэнка, добавила, — Напиши, если найдешь её.              Они с Ритой прошли весь первый этаж, но, разумеется, Ники нигде не было — Белла и не ожидала, что они найдут ее так скоро.              Тут из цветастой толпы к ним вновь вырулил “прекрасный” ангел с двумя бутылками и поднял руки, будто решив похвалиться своей добычей. Белле уже захотелось сматериться — вечно он им попадался, когда не надо, но Рита опередила ее, быстро подойдя к Севе.              — Красавец мой ненаглядный, ты Веронику нашу не видел случайно? — на пару секунд Локон глупо захлопал глазами, и Белла видела, как медленно вопрос прогружался в его голове.              — Кого? А-а, эту. Да она сегодня вроде главная звезда, разве нет? — он громко хохотнул, и от этого звука Белла растеряла всякое терпение, если оно у нее вообще еще оставалось. Подавшись к Локону, она ухватила его за воротник куртки и сильно дернула на себя, вырывая того из состояния пьяной безмятежности.              — Ты ее видел или нет? Думай быстрее, ты это вполне умеешь, когда захочешь, — Локон так удивился такому нападению, что моментально забыл о всех тупых шуточках, которых у него наверняка было в избытке, и ошарашенно уставился на нее.              — Че за плохой полицейский врубился? Ой, ладно-ладно. Че вы так напряглись-то? Она вроде на улицу пошла с кем-то.              — С кем?              — Да хз. Че я разглядывал прям? — Белла переглянулась с Ритой, заметив, что та теперь тоже выглядела напряженной. Этим кем-то точно был не Хэнк, но кто еще мог отвести Нику на улицу?              А то ты не знаешь. Прямо-таки не догадываешься, да?              Нет, о таком варианте даже задумываться было жутко. Отпустив Локона, который сразу принялся обиженно поправлять воротник, Белла кинулась к выходу из здания, надеясь, что Рита пойдет за ней без долгих обсуждений. На разговоры времени не было — нужно было срочно найти подругу. Если конечно, они уже не опоздали. Чувство вины начало неприятно зудеть под кожей.              Как ей вообще пришло в голову оставить Нику одну? Это ведь она уговорила ее прийти сюда. Ника согласилась на эту сумасбродную идею из доброты к ней, и ради чего? Ради того, чтобы Рауль затолкнул ее в кусты, воспользовавшись слабостью?              Да, такое было вполне в его духе — отомстить через самого близкого ей человека. Раз она помешала ему заполучить Риту, так получится ухватить пьяную, ослабшую Нику. Две цели одним махом — и желаемое возмездие, и удовлетворение похоти.              Промозглый ветер чуть не сбил ее с ног, и Белла поежилась, чуть прищурившись от попавших на лицо холодных капель — дождь заканчиваться совсем не собирался, наоборот только усиливался с каждой секундой. Почувствовав во рту металлический вкус крови, Белла поняла, что успела прокусить губу от накатившего волнения, и суетливо стерла выступившую кровь.              Страх паутиной оплетал ее мысли, и Белла судорожно выдохнула, принявшись испуганно вглядываться в темноту. Темный двор, не так давно казавшийся ей спасением, теперь казался ей западней, и Белла еще отчетливее ощутила всю неправильность своего присутствия здесь.              Надо было спокойно сидеть дома и не рваться на эту сторону жизни. Она была здесь чужая, чужой и останется. Стоило ли так рваться за пределы знакомого мирка, чтобы подставить под удар и себя, и подругу?              Белла суетливо тряхнула головой, прогоняя неуместные мысли — сокрушаться она будет потом. Сейчас ей нужно было увериться, что с подругой все в порядке.              Кусачий холод забрался под кофту, проползая по спине скользкой змеей, и Белла обняла себя руками, тщетно пытаясь высмотреть в темноте знакомый силуэт. Бесполезно. Сейчас, когда луна была затянута тучами, все тени переплелись между собой, мешая выцепить более-менее конкретные силуэты. Ноги не слушались, и Белла опасно покачнулась, случайно наступив в лужу и забрызгав ботинки. Ладно, о красоте было уже поздно беспокоиться — макияж-то уже давно был испорчен благодаря дождю, хотя сейчас это было наименьшей проблемой.              Сердце бухало в горле, и Белле уже хотелось закричать — может, хотя бы звук ее голоса выманит Нику, поможет ей выбраться из поглотившей все темноты.              Ты сама загнала ее сюда. Это все из-за тебя. Лучше бы ты сейчас была на ее месте, лучше бы ты пострадала.              — Пожалуйста, Ник, — судорожный шепот слетел с губ, но, конечно же, остался незамеченным чудовищами, затаившимися во тьме. Они наверняка сейчас играли с ней, желая довести до предела и выжидая кульминацию ее истерики. Ведь это было правильно. Чтобы вернуть подругу, ей следовало сначала расплатиться собой, — Ника!              — Белл, подожди. Я сейчас тут навернусь. Жесть, как скользко, ну и погодка, — от голоса Риты Белла ощутимо вздрогнула и все же почувствовала облегчение. По крайней мере, она все еще была не одна, — Смотри, вон она. Там кто-то рядом с ней стоит.              Проследив за ее взглядом, Белла смогла разглядеть в темноте смутные очертания худой фигурки, и, приглядевшись, узнала в ней Нику, согнувшуюся в три погибели. Удивленный вздох сорвался с губ, и она уже хотела радостно ее окликнуть, но затем заметила парня, нависшего над подругой. Рауль стоял к ним спиной, удерживая Баранову за волосы, и наверняка упивался собственной властью над выпившей девушкой. Успокаивало лишь одно — пока что Ника была одета, а значит, они еще не опоздали.              Быстро выхватив у Риты бутылку, которая та по инерции все еще держала в руке, Белла решительно понеслась прямиком на Рауля, не дожидаясь, когда одноклассница поймет ее замысел. Сейчас было уже все равно, что, напав вдвоем на Кудинова, они вряд ли смогут с ним справиться. Едва ли две подвыпившие девчонки могут уделать высокого, взрослого парня, но Белла рассчитывала, что эффект неожиданности хоть немного им поможет. А если ничего не выйдет, она хотя бы переведет удар на себя. Если Рауль и хочет сорваться на кого-то, пускай снова нацелится на нее — лишь бы только Ника осталась цела.              — Сволочь, не трогай ее! — Белла ударила бутылкой его прямо по голове — ей пришлось подпрыгнуть, чтобы дотянуться, но удар вышел неслабым, судя по громкому крику парня.              — Не смей на малолетку рыпаться! Мы полицию вызовем! — звучный голос Риты прибавил ей уверенности. Ковалёва уже успела подбежать к Нике и помогла ей подняться, но пьяная Баранова сразу завалилась на нее, видимо, даже не осознавая, что тут происходит. Белла уже замахнулась бутылкой на парня во второй раз, но заметила, что вместо черной кожаной куртки на нем была совершенно другая, аляповатая и цветастая, а волосы парня были растрепанными, а вовсе не прилизанными.              — Вы че совсем берега попутали, девки? Какие менты? Какие малолетки? — было даже непонятно, чего этот парень испугался больше — того, что его ударили или упоминания полиции. Теперь, когда он повернулся к ним, Белла не понимала, как вообще могла спутать его с Раулем. Она так и замерла со вскинутой рукой, и незнакомец напряженно посмотрел на нее, — Еще раз долбанешь меня этим, и тебе прилетит в ответ. Я, конечно, джентльмен, но побои не потерплю.              Белла пораженно отступила, опустив руку. Парень показался ей смутно знакомым, по крайней мере, эту цветастую куртку она точно пару раз видела около школы, но его имя упорно не приходило на ум.              — Зуев, блин, — облегченно вырвалось у Риты, и до Беллы дошло, что перед ними тот самый дружок-дилер золотого трио, — Ты-то что здесь забыл? Ты ж на тусовки обычно не ходишь. Мы уже испугались, что Нику тут насилуют.              — Я? Ее? — Гена выглядел не то пораженным, не то оскорбленным до глубины души, — Вы че совсем того? Да я б отпиздил любого, кто к ней полез. К тому же насиловать этот мешок рвоты — идея весьма хреновая.              Будто бы в подтверждение его слов, Нику тут же стошнило. Все встало на места — Гена просто придерживал ей волосы, чтобы рвота не попала ей на волосы. Теперь этим пришлось заняться Рите — с выражением явной скорби на лице она смотрела на то, как подруга опустошала свой желудок, попутно следя, чтобы ни капли противного содержимого не попало ей на туфли.              — Мне ее сестра позвонила. Оказывается, эта дурка даже не предупредила, что собирается сегодня гульнуть. Лиля там с ума сходила, вот и позвонила мне, надеялась, что я что-то знаю. Я написал Кисе и понял, что она здесь носится. Вот и приехал забрать ее домой.              Беллу все еще потряхивало от шока, и все-таки видеть, что Ника была в относительном порядке, было диким облегчением. Еще раз внимательно осмотрев двор, Белла заметила, что мотоцикла Рауля во дворе уже не было. Выходит, им повезло, и он все-таки ушел ни с чем. Тяжелый вздох вылетел сам собой — теперь, когда все закончилось, усталость камнем навалилась на плечи, окончательно лишая сил.              — Девчуль, ты чего это? Тоже набухалась? — предположение Гены прозвучало вполне логично, но Белла поспешно мотнула головой — опьянение уже давно с нее спало. В конце концов, не было ничего удивительного в таком состоянии, учитывая, что в последний раз она спала только вечером прошлого дня. Неудивительно, что организм больше не мог все это терпеть и окончательно сдался.              — Я в норме, — удивительно, но этот Гена смотрел на нее с искренней обеспокоенностью несмотря на то, что пару минут назад именно она огрела его бутылкой. Виновато глянув на него, Белла тихо добавила, — Извини, что я тебя ударила. Если бы я знала…              — Да ладно, че ты. Я все понимаю, — Гена пожал плечами, казалось, вовсе не задетый случившимся, словно удар по голове — не худшее, что ему приходилось переживать. Хотя с его-то деятельностью, может, это и вправду так, — Кинулась защищать эту балду, это даже похвально. А вот столько бухать кое-кому не стоило. Не умеешь пить, так не пей, дурная.              Он обратился уже к Нике, но той было слишком плохо, чтобы что-то ответить на сказанное. Скорее всего она сейчас вообще не могла воспринимать какую-либо информацию.              — Слушай, раз ты собираешься ее подвезти, может, и нас захватишь? Мы уже натусились, да, Белл? — умоляюще вырвалось у Риты, и Белла поспешно кивнула.              — Ну заебись, я теперь маршрутка для пьяни, — прыснул Гена, — Ладно, дуйте.              Белла судорожно достала телефон, внезапно вспомнив, что надо позвонить Хэнку, который все еще разыскивал Баранову в отеле. После ее звонка побледневший Хэнк вылетел к ним пулей, видимо, тоже уже успев представить все, что только можно было. Гена же отправился за его сестрой, решив заодно и чету Хенкиных подбросить домой. Ему пришлось придерживать подвыпившую Оксану за локоть, пока он подводил ее к машине, иначе бы та уже давно свалилась в одну из луж.              — Только попробуйте мне машину заблевать, сами потом отмывать будете, ясно? Если надо вылить всякое дерьмо из себя, то лучше орите, я остановлю машину.              Никто и не спорил. Они уже устроились в машине, когда Рита внезапно вспомнила про забытую в отеле куртку, и Белла вызвалась быстренько сбегать за ней. Идея показалась ей безвредной — Рауль уже уехал, значит, больше не нужно было бояться остаться в одиночестве. Честно говоря, ей уже не терпелось покончить со всем этим, вернуться домой и забыть этот день, как страшный сон.              Куртку она нашла быстро — та лежала в куче других курток, брошенных в углу отеля. Белла с облегчением схватила нужную и уже хотела отправиться обратно к выходу, но тут ее взгляд зацепился за знакомую темную макушку в толпе танцующих.              Ей не стоило вглядываться и продлевать эту пытку, и все же Белла ничего не могла с собой поделать — просто продолжала пялиться на Кису, который вполне расслабленно танцевал с Настей, как будто все шло, как надо. Как будто они с ним не поругались только что.              Новикова была в восторге — она шептала ему что-то на ухо, практически вжимаясь в парня грудью, будто их танец был откровенной прелюдией к сексу. Но больше всего Беллу добила широченная улыбка Кисы, обращенная к девушке, и то, как его руки легко соскользнули на ее бедра, от чего та кокетливо хихикнула.              Беллу будто окатили ледяной водой, а затем сразу же кипятком. Все тело пронзило болезненным спазмом, и она сдавленно охнула, запоздало заметив, как по привычке вцепилась ногтями в тыльную сторону ладоней, попав прямиком по едва зажившей ране и открыв ее вновь. Но даже эта боль — ничто по сравнению с тем ноющим чувством в грудной клетке, которое изводило ее сейчас.              Она ведь не была дурочкой и подсознательно всегда понимала, что все так и закончится, не успев толком начаться. Убеждала себя не обманываться с самого начала, не надеяться на большее, понимая, что эта надежда ее погубит. А по итогу все равно позволила себе преувеличить собственную значимость в его глазах, взрастила в себе эту поганую влюбленность, тщательно оберегала ее и лелеяла. И вот теперь пожинала плоды собственной наивности. Как же глупо все вышло.              Теперь все их прошлые моменты вмиг обнулились, превратились в ничто, навсегда омраченные этим днем, а ее никому не нужная влюбленность на корню погубила возможную дружбу с Кисой. И от этого, пожалуй, было хуже всего.              Во рту стало кисло, а в ушах неожиданно зазвенело так сильно, что хотелось просто зажмуриться и закрыть их руками, лишь бы не слышать ни очередной отвратный модный трек, ни галдеж проходящих мимо подростков.              Воздуха совсем не осталось, и Белла быстро выбежала на улицу, толкнув по пути парочку заходящих в здание ребят. Тело била крупная дрожь, паника нестерпимо разрасталась в груди, напрочь сбивая дыхание и отдаваясь в ушах рваным пульсом. От каждой попытки вдохнуть грудь прознала новая вспышка боли, а висках стучало осознание — паническая атака. С ней такое уже бывало, и по-хорошему, она должна была справиться и в этот раз, но тело было слишком истощено, чтобы прислушаться к сигналам мозга. Ее хватило только на то, чтобы прижаться спиной к прохладной обшарпанной стене здания, пытаясь заставить себя сделать хоть один глоточек кислорода.              Прижав к себе Ритину куртку, как последний надежный оплот, Белла случайно поскользнулась и в этот раз-таки упала на колени, испачкав джинсы в грязи — она даже не попыталась встать, приняв случившееся за окончательный удар под дых от судьбы.              Белла чувствовала себя выброшенной на берег рыбой. Сделать бы вдох — да невозможно, будто она внезапно разучилась дышать. Ее будто бы придавило к земле, и она с огромным усилием смогла кое-как сглотнуть горькую слюну. Потрескавшиеся губы горели, но сил смочить их языком не было — во рту было так сухо, будто она не пила уже целую неделю, а все тело ныло то ли от неудачного падения, то ли от чрезмерной усталости.              Вот так все и закончится. Это даже смешно в некотором смысле — она-то ожидала, что до такого ее может довести только ненавистный Рауль, а по итогу довел Киса. В голове так и вертелась его улыбка, обращенная к Новиковой, и Белла запоздало почувствовала влажный след на щеках — она даже не заметила, когда начала плакать.              Как же она так просчиталась? Как позволила себе подпустить его так близко? Сама судила Анжелу за дурацкую надежду на чувства от режиссера, а сама-то чем лучше? Такой же дурой оказалась, а может и похлеще.              Чей-то встревоженный голос прозвучал так приглушенно, словно Белла пыталась расслышать его под водой — потребовались долгие пять минут, чтобы разделить звуки и разобрать в них адекватную речь. Почувствовав ладонь на своем плече, Белла подняла голову, определив источник этого звука — к ней подбежала перепуганная Рита.              — Белл, тебе плохо? Что случилось? — Белла качнула головой, попытавшись что-то ответить, но вместо слов из горла вылетел хрип. Заметив ее сбитое дыхание, Рита быстро поняла, что ситуация была патовой. Присев на корточки, она разместила руки на ее плечах, принявшись мягко их поглаживать, — Посмотри на меня. Все хорошо, слышишь? Главное дыши. Давай, смотри на меня и повторяй. Вдох-выдох. Вот так, да.              Ее вмешательство существенно помогло прийти в себя — ласковые прикосновения вернули Беллу в реальность, но грудь тотчас же сдавило от подступающих рыданий. Рита шептала ей что-то успокаивающее, но Белла пропускала ее слова мимо ушей. Сейчас она слышала ничего, лишь понимала, что невыносимое гнетущее чувство, проникшее под ребра, уже никуда не денется.              Потому что Киса никогда ее не полюбит.              — Белл, ну-ну, все хорошо, — Белла уткнулась в Ритино плечо, надрывно всхлипнув. Ничего хорошего уже не будет, она потеряла что-то важное и уже никогда не сможет это вернуть. Лучше бы она никогда не приходила в злосчастную мастерскую, не впускала Кису в свое сердце. Было бы не так больно его терять.              Она не знала, сколько прошло времени, пока они с Ритой так и сидели в обнимку — в какой-то момент в голове воцарилась абсолютная пустота, мысли больше не носились в голове, не мучили и без того уставший рассудок. Все просто схлынуло — сил что-то говорить у нее не осталось, а горло болело, словно было гребанной наждачкой. Слово “пить” отчаянной просьбой сорвалось-таки с губ, и Рита тут же принялась копошиться в сумке, а затем поднесла бутылочку с водой к ее рту, направляя ее, как для маленькой. Впрочем, Белла была благодарна ей за это — в таком состоянии даже простейшие действия давались с трудом.              Жадно сделав глоток, Белла ощутила дикое облегчение — пересохшее горло уже болело не так сильно, но от собственного нетерпения она чуть не подавилась, принявшись судорожно откашливаться. Собственный осипший голос донесся будто издалека:       — Помнишь, ты говорила, что некоторые парни воспринимают нас, как развлекательную программу? Теперь я точно поняла.              В Ритиных глазах завис вопрос, а затем ее разочарованный взгляд обратился к входу в отель, и с губ слетело хлесткое “мудила”.              Белла даже не помнила, как они поднялись и добрались до Гениной машины. Включилась только, услышав громкий мужской голос.              — Капец вы долго ссыте, девчонки! Я уж думал, вы там решили остаться, — возмутился Гена, но Рита только шикнула на него в ответ.              — Не бухти, старпер. У нас ЧП было, ну женские дела там, — Гена недоверчиво мотнул головой, но расспрашивать не стал.              — Похуй, давайте садитесь. Не хочу застрять тут до рассвета. Я вообще сюда заезжать не хотел, — и уже тише добавил, — Что ни сделаешь ради…              — Любви, — насмешливо вылетело у Беллы. Киса же сказал то же самое. Неужели еще тогда решил посмеяться над ней? Или это был подкат с целью очаровать ее? Или… Неважно. Даже хорошо, что Настя прервала их поцелуй — иначе было бы еще больнее на утро вспоминать то, что между ними произошло этой ночью. Впрочем, наверное, только ей — вряд ли бы Кису это сильно парило, он уже это доказал.              Оксана села на переднее сидение, а вот на заднем аккурат посередине разместились Ника с Хэнком, которые к их приходу уже успели заснуть. Белла чуть улыбнулась, заметив, как подруга преспокойно устроила голову на плече у Хенкина — хоть у кого-то все было хорошо. Рите и Белле пришлось сесть по обе стороны от этой парочки, чтобы не разбудить их.              В машине было душновато, но, на их счастье, Гена шустро открыл окна, видимо, поняв, что от духоты их точно тут всех затошнит. Колымага негромко закряхтела, и как ни странно мотор нормально завелся только после того, как Гена очень ласково обратился к машине. Комментировать это никто не стал, у всех свои странности.              Оглянувшись на ребят, Белла заметила, что Рита уже сидела в телефоне, просматривая сторис с тусовки, а Ника с Хэнком уже, должно быть, видели десятый сон. Перехватив ее взгляд, Рита указала пальцем на этих двух и изобразила чмоканье, так что у Беллы вырвался короткий смешок. Гена, однако, тоже заметил эту пантомиму, и негромко засмеялся, заставив Хэнка лениво приоткрыть один глаз.              — Че такое? — хрипло вырвалось у него, и Оксана, обернувшаяся к ним, тоже заметила, как Ника негромко всхрапнула, еще сильнее облокотившись о Борю.              — Какие же вы милашки, — издевательски пропела Хенкина, на что тот молча показал ей средний палец. Семейная идиллия.              Белла тихо выдохнула, отвернувшись к окну. Смутные очертания темных многоэтажек сплелись в один огромный лабиринт — где-то все еще горел свет, и ей стало неожиданно завидно. Кто-то сейчас кипятил чайник или доедал свой ужин, просматривая новости перед сном, и даже не подозревал о суматохе, творившейся в заброшенном отеле, расположенном далеко от жилых районов. Ей бы так хотелось быть на их месте, вернуть себе несправедливо утраченную безмятежность.              Из радио негромко играла песня — незнакомый мотив успокаивающе подействовал на нее, и Белла устало прикрыла глаза. Мирное покачивание машины и заедающая песенка погрузили ее мозг в транс, и она сама не заметила, как приятное состояние полудремы начало постепенно окутывать ее, укрывая от остального мира.              Как бы ей хотелось, чтобы она проснулась сейчас в своей комнате и поняла, что все произошедшее на тусовке оказалось лишь сном, очередным невнятным кошмаром. Но боль в руке от еще свежей царапины настойчиво напомнила ей — последствия не сотрутся по утру. Но об этом она подумает потом, когда начнет собирать себя заново по кусочкам. Припев незнакомой группы убаюкивал, позволяя оставить все проблемы на завтра, и Белла сама не заметила, как провалилась в сон.