«Акула в формалине»

      Кавински не ожидал, что у нового знакомого будут проблемы с пунктуальностью – встреча была назначена ровно на семь вечера, при этом прошло с пятнадцать минут от них, а Дейва всё не было. Тратить впустую время он не хотел, но и решать «рабочие» вопросы в людной обстановке никак нельзя, оставалось только пялить в телефон и просматривать в нём профили некоторых автогонщиц, хотя их было-то кот наплакал, однако среди них могла оказаться нужная ему – пока попытки не были увенчаны успехом.       Он заметил паренька не сразу – тот сначала обошёл весь бар, лишь в последнюю очередь присоединившись к Кавински.       − Да уж, дорога у тебя много времени занимает, комиссар… − с ноткой недовольства и прямым намёком на то, что можно было бы и побыстрее. Вспомнив, что с новенькими стоит вежливее, поспешил реабилитировать себя. – Да ладно, не боись, не буду на тебя гнать, в первый раз прощаю. – Он отвернулся, чтобы не смотреть в лицо, глаз которого не видно. – Теперь к сути. Я занялся одним делом с автозапчастями – развёл парочку автолюбителей, скупил некоторое со свалки. Парни там всё почистили, вымыли, получилось аж три тачки так собрать, вот только… Офицер короче невовремя вообще появился, козёл ряженый, всю малину испортил. Сейчас по дороге расскажу, за мной иди. Если коротко, скажи, что это заказ для твоего поселения, ок? Всё понял?       Дейв молча кивнул. «М-да, с таким болтливым каши не сваришь… Ну и ладно, раз согласен, пусть хоть вечно молчит, как рыба».       Как оказалось, правда, говорить этот очкарик ещё как умел – стелил прямо перед Офицером Полиции о том, что автомобили из изношенных запчастей ему нужны в поселение для рабочих, что ценит ресурсы Империи… Винс виду не подал, но и без того спокойно стоял, зная, что даже если Дейв скажет что-то не то, ему самому ничего за это не будет – Офицер-то подставной, ещё и проплаченный. Да и, вроде как, после пятидесяти часов он стал повеселее – и это-то я тоже знаю, почему, − Винс ухмыльнулся, довольный собой, − узнать его размер выплат рабочих часов было не так уж сложно. Паренёк не промах, он знать теперь будет, что я плачу больше, так что можно зазывать его периодически».       Под словом «периодически» он не имел изначально, что и на следующий день на ум придёт вместо Антона, который должен был доставить остаток от партии наркотиков, отправить на поручение Дейва, правда, с оповещением об этом Винс немного запоздал…       Бывший наблюдатель до этого во время обеда вышел за мастерскую, чёрным ходом, так было короче до местной забегаловки, но его почти сразу окликнули курящие неподалёку подчинённые, среди которых были не только парни, но и Минни. Джефри свистнул и поднял руку, зазывая к ним, но дышать мерзкопакостным табаком Винс не особо хотел, итак нанюхался машинного масла, поэтому крикнул издалека:       − Чего надо?       Парни переглянулись между собой, улыбаясь, но только Джеффри ещё раз обратил взгляд, крикнув:       − Да тут это, твою заметили!       − Чего?.. – сощурившись и не понимая, о чём или ком речь.       − Девчонку твою заметили, говорю!.. – после этого смех разошёлся по подворотне.       − В смысле… − тихо и для себя произнёс Винс, решительно направившись в их сторону. Даже сердце по-другому биться стало от предвкушения. Только друзья становятся стоящими на расстоянии пары шагов, он вновь задаёт вопрос, − Кого и где видели?       − Да эту, ну твою… Как её зовут там? – Джеффри всё никак не мог научиться разговаривать нормально. Винс, склоняясь к тому, что ввиду имеют девушку с гонок, уточнил:       − Которую я всё пытаюсь найти?       − Да-да, эта, гонщица, короче.       − Не знаю её имени сам. А где видели? – он так нахмурился и сосредоточился, но от того над его видом можно было разве что посмеяться или как минимум улыбнуться.       − Секунду, − в разговор вступила Минни, вооружаясь телефоном и с неохотой убирая со рта сигарету, быстро листая что-то. Она пребывала далеко не в восторге, но и видимого недовольства в её реакции не было, хотя она и предпочла бы дальше просто потягивать ментолку. – На, смотри, − на чуть ли не кинула в руки Винса свой телефон, показывая пост в социальной сети, где на фотографии без хэштегов и подписей красовалась девушка, на вид точь-в-точь как Винс запомнил её, только теперь роль транспорта выполнял мотоцикл. Она была сфотографирована сбоку, в седле, едва направляя взгляд в камеру. Кавински похлопал глазами, оценив, сколько лайков набралось под постом, комментарии же были закрыты. Он застопорился, погружаясь в череду вопросов, первым делом обратив внимание на пользовательское имя, совпадавшее с названием выделенной линии. Со стороны смотря на него, можно было заметить, что взглядом он так жадно смотрел на это изображение, вцепившись в него до мяса, постепенно закусывая от задумчивости губу. Это не было похоже на то, чтобы он из похоти себе места не находил, напротив, Кавински хмурился и выглядел неприятно озадаченным. Помедлив, вернул девушке её смартфон, вздохнув и скривившись лицом.       − Не то, чтобы я что-то понял, но ладно.       − А что тут непонятного? – усмешка от Радана. – Твоя красоточка-то популярная оказалась, да и не особо скрывается уже, − с похабной улыбкой.       − Фотка ещё ничего не значит, я один хер про неё ничего не знаю, − он махнул на это рукой, разворачиваясь.       − Ну-ну! Знаешь ты про неё одно – ты по ней сохнешь!.. – Радан и Джеффри начали ржать за спиной, что невероятно раздражало, но разбираться с ними не было ни желания, ни времени. Правда, прежде чем что-то ещё вылетело с их ртов, Винс развернулся и грозно и громко крикнул:       − Можно закрыть свой ебальник и не орать на всю улицу?! Хули разорались?! Заканчивайте и идите работать, блять. Нехуй языком чесать! – было похоже это на гром среди ясного Неба, из-за которого у ребят даже выпали сигареты из рук, а за новыми тянуться они не решились под яростным взглядом Винса. Минни вся сжалась, шепча:       − Закройте рты и молчите!.. Зачем ему об этом говорить?! Не трогайте вы эту тему!..       Этого, разумеется, он не слышал, потому что уже шагал в сторону, где можно было поесть.       Он планировал посмотреть то, что хотел, уже после алгоритма. Хотя желание сделать это раньше одолевало вплоть до конца рабочего времени, но он знал, что если посмотрит, то на малом не остановится, поэтому не смел даже брать лишний раз в руки телефон. В голове закрепилось ещё и обязательство написать Дейву координаты. Но этот же план благополучно отпал с первой минутой того, как он нарушил своё же правило и после алгоритма, первым делом сев в машину, не пошёл писать необходимое письмо, а полез в соцсети в поисках её профиля.       «Имя ввёл, и-и-и-и?.. Да ладно, он чё, просто вот так сразу и выходит?! А какого Чёрта я ищу эту чертовку по всем каналам и почтам?! Свет, почему всё было так просто, а я жёстко ступил – ну, всё как всегда, как всегда я лошара!.. Ладно, а ну, покажись-ка мне, − в ожидании того, как прогрузится профиль, он успел истеребить замок на куртке до той степени, что он зажевал кофту. – Вот, блять, дозастёгивал, щас ещё порвать не хватало, ага… − промаявшись и аккуратно достав ткань из молнии, он то и время глядел на экран, на котором просто невероятно, мучительно долго появлялась страница. – Ну давай-давай, не тормози, ну быстрее можно?! – он готов был почти ударить телефон и жаловаться оператору связи, но всё соблагоизволило показаться – вся страница с жалкими, как могло показаться, семью фотографиями. Винс тотчас открыл первую, на которой, как и на последней, она была на мотоцикле – дата фотографии старая, сделано ещё лет пятнадцать назад. – Ого, вот это ничего себе, − он даже раскрыл пошире глаза. – Если ещё пятнадцать лет назад она водила мотоцикл, а разрешение получить можно с четырнадцати ей что-то около двадцати девяти? Точно! Предполагаемо, как и Войдовской дочурке. Вот это было сейчас просто, очень просто. – Просмотров и оценок на фото было мало, если сравнивать с последней, что и очевидно – популярность была обретена лишь недавно. Следующее фото уже далеко не с мотоциклом, а просто с её телом, точнее, талией, где она держала большой букет синих, усыпанных блёстками, роз. Первая же его реакция, − Это что за хмырь ещё подарил? – от того, насколько часто он в последнее время хмурил брови, как шутила Джейн, у него скоро могли появиться морщины, и этот раз тоже был в копилочку. Расслаблять мышцы он не торопился, почти сразу же получив уведомление от Антона, что он уже передал Дейву всё нужное. – Блять я же написать забыл. Ладно, щас-щас, не понесётся же он по моему первому зову, так что пять минут у меня есть. – Он второпях писал требование с координатами, нервно перепроверяя, после чего сразу же отправил, напрочь позабыв о деле, вернувшись к фотографиям. – Так, что тут у нас ещё есть? Фото, где она выходит из машины, – на изображение было видно ноги в туфлях с каблуком, – потом фото с доберманом, фото в шубе, фото с заколкой – на меч, кстати, похожа, фото из зала – ох, и зря она его выложила… Ну и последнее, как я уже видел, с мотоциклом. Выкладывает чуть ли не раз в два года, если так посмотреть. Закономерности нет, даты все разные и никакого смысла не имеют. Да и, я думаю, это просто фотографии, не несущие в себе никакого смысла – за столько лет нельзя так досконально всё продумать. И вроде бы она похожа на элегантную девушку, но такие фифы на мотоциклах не ездят и заводят шпицев, а никак не доберманов… И. к слову об этом… − он обратился к изображению с собакой, щурясь и вглядываясь в него. – А не Ваньинь ли это, случаем?.. Ошейник не видно, да и могла поменять триста раз, а так для меня все собаки на одно лицо, вообще не отличу. Дальше… По чему бы ещё пройтись? Не все из этих фотографий можно сделать самому, мне кажется, значит кто-то был рядом с ней, но кто?.. И в каких местах она делала фотографии, я так и не понял, − он принялся разглядывать фоны, чтобы понять, но всё было настолько неинформативно и без малейшего опознавательного признака, что Винс только голову по итогу почесал, не сообразив ровным счётом ничего. – Мне кажется, она так специально, чтобы никто не понял. Но скрываться было бы незачем, не будь она такой персоной, которой запрещено быть на виду и показывать всё это. Значит какая-то важная шишка, ну точно Правительство, я ж так и думал ещё давно, иначе номера не были блатными… Ой да Свет её прости, опять она мне в голову лезет! Мне вообще-то домой ехать надо, потом комиссару написать, потом ещё разбираться со всем бухгалтерским дерьмом».       Джейн и сама нечаянно наткнулась на аккаунт девушки – последнюю фотографию вывели в топ так быстро, как это было вообще возможно. Она точно в молодости лежала под одеялом, накрывшись с головой – Летом отключали центральное отопление, из-за чего приходилось греться лучше, чем Зимой. Поначалу она совсем не состыковала то, что эта девушка – именно та же, кого искал Кавински.       «Ого. Какая девочка красивая, − была её первая мысль, − вся в чёрном, так дорого выглядит, да и даже без одежды в обтяжку видно, что стройная. А не та ли?.. Вроде, подхо… Да это она! Она! – она чуть не подскочила, сразу же переправив пост Кавински. Она думала, что ответят ей быстро, ждала несколько минут в открытом диалоге, но потом вышла и принялась рассматривать профиль – чем и занимался Винс несколькими часами ранее, вот только этого женщина не знала. Она смотрела на каждое фото и думала, какую реакцию оно могло бы вызвать у Кавински. Она не стала сразу анализировать каждую картинку, но это не помешало взгляду пройтись по каждой: «М-м-м-м, сделанные на заказ цветы, да и шуба того же манера, машина премиум-класса, хорошее тело, прочая одежда – брючный костюм заметен сразу, − каблуки и уложенные якобы неаккуратно волосы… Красотка явно знает, как выглядеть дорого с исключительной простотой. Хм-м, − патологоанатом даже усмехнулась, несколько позавидовав, − манер совсем не как у Евы, но с таким отцом по-другому быть и не может. Дочка Инспектора, как оказалось, может дать фору почти любой сверстнице, при ней, если судить по фотографиям, есть всё. И как такое чудо могло сойтись с кудрявым голубцом? – она вновь смеялась, но исключительно из добрых побуждений. – Хотя, если любит жить на широкую ногу, то и понятно, вот только в то время Кавински вообще без часов сидел, насколько я помню. Ну тогда… Просто её типаж? Хотя, для неё он кажется скорее мальчиком-тамагочи, про которого она забыла на много-много лет. Просто надоел или что-то сделал?.. У меня давно возникали мысли о том, что она сама стёрла память и ему, и отцу. Вот только в чём причина? Если её выбрали в качестве Архонта, что я тоже не исключаю… Только – настолько ли плох этот статус? И к такому он разве обязывает?.. Это так непонятно мне до сих пор, хотя я тут уже с полвека живу. Ни разу даже не видела ни единого Архонта, хотя на большинстве мероприятий они «присутствуют», а, может, и нет совсем. Была вынуждена стать Архонтом, выбранная, но из-за этого пожертвовала и всеми, кто у неё был. Я бы лучше отказалась – да и какая эта морока, если подумать. Не припомню, что такую теорию мне говорил Винс, мы такое не обсуждали, нужно будет при встрече обсудить. – Она была намерена прийти прямо в мастерскую, но время нужно было подобрать удобное, чтобы этот непоседа действительно там был, иначе план провалился полностью. – По расписанию выходной у меня каким-то чудным образом получился только в Четверг, но вместо этого придётся выходить в Воскресенье… Но чем раньше мы это обсудим, тем лучше».       Преисполнившись, она пришла даже не с пустыми руками, зная, что Кавински своих ребят в последнее время загонял, а свободные минуты у них еле-еле появлялись. Она успела прямо к концу алгоритма, всех застав на одном месте, готовых к тому, чтобы ехать на очередную запланированную передачу товара. Минни стояла, переминаясь с ноги на ногу и держась за живот, капризничая:       − Я есть хочу-у-у-у!..       − Минни, все хотят, но мы просто не успеем, − осадил её и сам уставший и голодный Бобби. – Сегодня Винс обещал недолго.       − Да он сам на каком святом духе держится? Я просто не понимаю. чем он питается и питается ли вообще.       − Мне кажется, он на энергии Солнца и эмоциях справляется, − выдохнул обычно бодрый Джеффри, оглядываясь на дверь кабинета босса.       − Ну я рада за него, но я не втюрилась в… − она замолчала на полуслове, заметив Джейн. После одной чётко оглашённой просьбы команда не смела обсуждать личную жизнь босса при ком-то.       Патологоанатом, ничуть не смутившись. Подошла, передав им в руки большой пакет.       − Привет, ребятки. Кудрявый вас сильно кошмарит? – посмеявшись.       − Ну… Что-то типа того, − ответил Радан, − у него опять началось какое-то одержимое желание успеть везде и всегда.       − Да, на него похоже, но вы не расстраивайтесь. Я займу его на пятнадцать-двадцать минут, а вы подите поешьте в подсобке, − она скоро пошла наверх, провожаемая сияющими взглядами команды. Она видела, что Бобби, Хэнк и Минни уже совали носы в содержимое пакета, всматриваясь в него голодными взглядами.       − Спасибо!.. – успела услышать прежде, чем забежать без стука в кабинет начальника, только-только вышедшего со стола.       − Винс, а ну стоять, − по правде говоря, застопорила она молодого человека уже одним своим появлением.       − О, здарова, − опешив, подойдя ближе ради удобства разговора.       − Ты чего их голодом моришь, а? – то, чего Винс не ожидал услышать, так это претензию. Поэтому скривился.       − Не морю я их голодом, просто на обеде нужно есть, а не курить за углом… − пробурчал, на что было обращено почти нулевое внимание.       − Вообще, я не за этим, но и ребят я накормила, пусть поедят, нам надо с тобой обсудить кое-что, − она почти излучала Свет, пребывая в возбуждении и волнении. Женщина села на кресло, сложив руки на колени, но подняв голову на стоявшего рядом Кавински. – Ты же видел аккаунт той девушки? Между прочим. Я отправила тебе фотографии, рассчитывая, что ты более ярко отреагируешь. Ну, видел ты, и чт-о?!       − Да… Ничего? Что я могу сказать на эти фотографии? – бывший наблюдатель решительно не понимал, что из него вытаскивают почти клещами.       − Ну как это, − она почти задохнулась от возмущения, глубоко вдохнув, − ну то есть тебе прямо-таки всё стало понятно и никаких теорий мы больше не строим? – с намёком на то, что он опять неправильно что-то сказал.       − Нет, наоборот, понятней мне ничего не стало, но я посмотрел фотографии, и, мне кажется, там не за что зацепиться, поэтому обсуждать их бессмысленно, − он ответил настолько сухо, что Джейн показалось, что втайне от неё он давно списался с этой девушкой и получил от неё отказ, из-за чего ходит сейчас с разбитым сердцем и корчит безэмоционального.       − Так, я что-то тоже сейчас не понимаю, − она поднялась на ноги и вплотную подошла к Винсу, которого взяла за ухо, оттянув, − ты что мне сейчас такое вообще говоришь и каким тоном? Почему ты вообще не прыгаешь от счастья как заяц?! Что произошло? – под лёгкое шипение резко отскочившего от неё наблюдателя, она отпустила покрасневшее ухо. «Бабка что ли совсем сдурела?!» − продумал про себя, сдержавши свой язык от того, чтобы не сказать вслух.       − Да ничего не произошло… Просто я ничего не могу сказать про эти фото полезного.       − А если не «полезное», а просто от сердца? – попытка выведать от него хоть что-то продолжалась. Джейн хотела раскачать затухшего Винса.       − Ну… Красиво, − это было всё.       − Многословно, ничего не скажешь, − нахмурилась теперь уже она.       − Это не совсем то, чем я вообще должен заниматься – я об этом думал. Конечно, найти её это было бы просто хорошо, даже замечательно, но на ней одной Свет не сходится, и моя жизнь тоже. Сейчас сезон заканчивается, я должен успеть больше заработать, а то получится не очень. Да ещё и, как оказалось. Тот парень, про которого мы с тобой рассуждали, вообще за любое дерьмо берётся.       − Ты что, эксплуатируешь его? – со скрещенными на груди руками.       − Конечно, − без толики иронии, − такие люди на дороге не валяются, надо успевать. Да и это помогает подбираться ближе. Никакой он не робот, просто человек, ну, со своими странностями, конечно, но кто без этого? Я его пару раз для себя побегать попросил, он всё за часы сделал. Планирую у него заправку сколотить рядом с поселением, чтобы за ним кое-кто присматривал. Лучше его тёмные делишки буду обеспечивать я, а не кто-то другой.       Джейн пребывала в лёгком шоке, вскинув брови и слушая рассказ о том, как Винс уже успел кого-то заставить на себя работать.       − Ты серьёзно?.. Парня знаешь от силы месяца полтора, а уже… Опасно с тобой знаться, молодой человек, − она чуть отстранилась, но остереглась в шутку.       − В одном я с ним согласен – часы это важно, так что давай я уже пойду, если ты не хотела больше ничего сказать. Ты же только за этим? – он направился к выходу, открывая для Джейн дверь.       − Ну, за этим, но я думала, что обсуждение будет более бурным и животрепещущим… − ей не оставалось выбора кроме как выйти.       − Не могу обсуждать это на алгоритме, ещё и когда в любой момент могут подойти люди с большими ушами и длинным языком, любящие им почесать где ни попадя, так что в другой раз, − его оправдание сработало бы на Джейн, если бы она не была настолько настойчивой и любопытной, какой родилась.       − Вот только не ври прямо мне в лицо, в переписке тебе ничего не мешало мне рассказать о том, что ты чувствуешь.       − Зачем?       − В каком смысле «зачем»?! – вновь на её лице возмущение, не имевшее в корне негатива. − Мы с тобой друзья или как? Делиться чем-то это же в порядке вещей!..       − Мы друзья, но я не хочу ни с кем делиться своими чувствами.       Его ответ остановил Джейн в намерении получить больше. Впервые за долгое время у неё возникло чувство, что ей дали пощёчину или она ошпарила руку, но это не так сильно внесло раздор в её настроение, поэтому она просто сделала вид, что всё в порядке, сопровождаемая Кавински до комнатушки на первом этаже, в которой обычно и ели его подчинённые, если не рвались курить.       За столом сидели все, уминая из почти пустого пакета пирожки. У парней были до того забиты рты, что они даже ничего не сказали. Только Минни сидла и ела какую-то другую булку с джемом.       Винс же поначалу стоял с Джейн в дверях, потом решив подойти, хотя бы посмотреть, чего все такие довольные – он не знал, как готовила Джейн, но отчего-то не сомневался в её кулинарных способностях. Он нагло наклонился через Минни и стащил один пирожок, перед этим сняв с руки чёрную перчатку. Куснув, немного пожевал. Во время этого взгляд его пал на Радана, который, в свою очередь, тоже смотрел на Винса, ещё и такими жадными глазами, будто был готов драться за ту самую покусанную выпечку.       − Да ладно-ладно, на, я не отбираю, − без слов рыжий взял ещё одну штуку и почти проглотил её… Джейн заметила, как поморщился блондин, поэтому со смехом спросила:       − А ты чего куксишься? Не нравится? – она тоже решила подойти ближе.       − Да они с печенью, я печень не люблю. Хотя, на вкус как-то немного странно… Человеческая что ли? – после его вопроса повисла гробовая тишина. За спиной его все оглянулись, застывши смотря на патологоанатома, хлопающую глазами от только что сказанного в адрес её творения.       − В следующий раз – да, твою достану, − едко, чувствуя себя опороченной таким заявлением, но не теряя весёлого настроя.       Кавински улыбнулся от уха до уха, не разворачиваясь и молча зашагав к выходу, бодро сказав:       − Всем приятного аппетита! Жду в машине!       Минни проводила босса взглядом, с неловкостью откусив от своей булочки, на которую теперь смотрели с большей завистью – только девушка не ела пирожки. Джейн поспешила всех заверить, что печень принадлежала животному и была куплена на рынке у самого обычного продавца – потом этим оправдывались перед Винсом парни, на что тот, поддерживая авантюру, ответил: «Эта женщина ходит только на чёрный рынок, а что из этого следует, думаю, догадаетесь сами», распаляя всеобщее непонимание и кипиш. Не то чтобы он знал, какова на вкус печень человека, но был уверен в том, что Джейн больна на голову не настолько, кроме того, это было не в её стиле – она бы просто не стала класть в виде начинки человечью печень, она бы взяла какую-нибудь ядрёную отраву, если б хотела насолить, ну или добавила слабительного, хотя вопрос о его наличии тоже был поставлен, но не оправдался.       После того, как дела, где ему нужны были ребята из банды, изжили на сегодняшний день своё, Винс с одним только Раданом поехал за город, в поселение Дейва, чтобы подписать там бумаги на строительство и поставить филиал магазина с автотоварами – и не только. Радан тогда просто ушёл до приятеля, ничего не подозревающего.       Он ещё не знал, как часто будет наведываться в это сельское поселение.       Дорога ещё не успела надоесть, но она была заучена, поэтому Кавински ехал наполовину сонный, на этот раз бывший наблюдатель был самым уставшим, но вновь его спутником был Радан, которому руль бывший наблюдатель всё же не дал.       «Я уже пожалел, что согласился везти этот сраный песок… Нахера ему вообще многотонник песка?» − думал Винс, представляя, как уже бы нежился в кровати или ванне, до которых ему пилить после этого ещё час.       Приехали они где-то под вечер – комиссар уже ждал их, стоя возле отстроенного магазина, в который Винс назначил работать Нико.       Припарковавшись и выпрыгнув из машины, вдобавок вдохнув свежего воздуха, Кавински ощутил себя более бодрым, чем ему казалось ровно пять минут назад. Вышедши, застегнув куртку от лёгкого, но холодного ветра, он поспешил поздороваться:       − О, Дейв, рад видеть в добром здравии, − они пожали руки, что выглядело так по-деловому. – Как тут у тебя малышка Нико? – зная предысторию, Винс интересовался состоянием девушки. Дейв оглянулся в сторону продавщицы и пожал плечами, не зная, как даже ответить на подобный вопрос, он ответа на него знать не знал. – Так, господа, тогда прошу простить, я на минутку, − не стоило труда быстро слинять с места. Пусть и оставив от себя впечатление бегающего за каждой юбкой. Прекрасно слышалось издалека Радановское:       − О-о-о-о-о, ясно, это надолго, − рыжий сопроводил не самым неизмученным взглядом, зная, как Винс долго мог разговаривать с девицами. Впрочем, на мнение Радана ему было плевать – сам-то этот механик иногда такого мог вытворить, такого балбеса состроить перед другим полом, что ухищрения кудрявого ни в какое сравнение не шли, хотя и они были полны лести.       Быстро дойдя до Нико, он встал рядом с ней, поспешившей обратить внимание на «начальника».       − З-здравствуй, Винс, − ей было неловко отвлекаться от работы прямо перед ним, но никаких клиентов не было, плюсом сам по себе бывший наблюдатель был лоялен, поэтому, очевидно, ничего не сказал, сам же её и отвлекая.       − Привет, Нико. Ну ты тут как? От города далеко, знаю, тебе пришлось переехать, но надеюсь. ты обустроилась.       − Да всё в порядке. Людей маловато, сходить некуда, но я особо не жалуюсь.       − Прям вообще некуда? Даже кафешки никакой нет?       − Есть, но она в деревенском стиле, не сказала бы, что шикарная, но блинчики там вкусные делают, − та посмеялась, чуть отведя взгляд.       − О, надо будет зайти, я есть че-то хочу… Познакомилась с кем-то? А то одной не потусоваться, − он выглядел так приветливо, что Нико непременно смотрела на него, как на мечту.       − Пока почти ни с кем, хотя ко мне подходили несколько жителей, почти всех я запомнила. Поселение маленькое, каждый друг друга знает в лицо.       − Ну да, понимаю, прелести сельской жизни, − ещё чуть-чуть, он бы ляпнул, что сам живёт в поселении, но Нико точно не стоило знать об этом. – Если тебе там что-то понадобится не по алгоритму, звони, я могу кого-то из девчонок тебе в помощницы отправить, найдётся кто-нибудь.       − Хорошо, я запомню.       − Номер у тебя же мой есть?       − Д-да, записан…       − Ну вот, звони, если чего. Я пойду, до встречи, − он легко махнул рукой и отправился теперь уже в направление поселения, где хотел сыскать ресторан, о котором только что узнал. В глубине души он-таки надеялся, что успеет до закрытия – время позднее, да ещё и в селе никто до ночи алгоритм выполнять не будет.       И вправду, видок у заведения был не на уровне ресторана, а прочный такой «столовский» − деревянное всё, но атмосферно. Винс успевал до закрытия, что уяснил по часам работы, указанным на двери. Он сначала сходил и вымыл руки, потом сел за стол, ожидая, что было в порядке вещей заведения со статусом «ресторана», ожидания что кто-то подойдёт. Правда, время шло, а никто так и не приходил…       Разве что кроме Радана и Дейва, при которых Винс изнемогая, уже и стал внаглую звать работников:       − Официант!.. – но девушка, казалось. Полностью игнорировала его. Тогда бывший наблюдатель развернулся к подошедшим, решив дать втык начальству, чем любил промышлять и в Альт-Сити, − Дейв! – он даже прикрикнул. – У тебя просто ужасный сервис. Как это понимать? Мне меню когда-нибудь принесут или что?       − Кавински, это столовая для жителей поселения, а не ресторан в Альт-Сити, − защищая своих, ответили.       − На вывеске чёрным по белому написано «Ресторан», так чего, м? – продолжая выражать недовольство. – И с каких пор открытое заведение обслуживает только жителей поселения, если это публичная оферта? – по лицу собеседника стало ясно, что он понятия не имеет, о чём говорил Винс, поэтому тот просто промолчал. «Ладно, по его лицу будто видно, что понятие оферты для него не знакомо. Хорошо, что мне всё ещё ты нужен для дел, иначе я бы душнил дальше», − голод негативно сказался на его мыслях, хотя Винс ещё не начинал терять самообладание. – Ладно, тысяча извинений, не знал, что в этом месте всё не так, как у других, − как язва произнёс, вовремя остановившись и обратив внимание на молчаливого пет-ассистента. В голову взбрела дурная идея. – О! Это ещё что за дела? Продашь эту игрушку? Да почём? – он с улыбающимся лицом начал рассматривать маленький летающий модуль возле комиссарского плеча. – За тысячу часов сойдёт?       Только на этом моменте в диалог вмешался Радан:       − Эй, Винс, ты бы не начинал…       Наблюдая за реакцией и желая услышать хоть какой-то ответ от молчуна, Радана заткнули:       − Да погоди ты, Радан… Комиссар, так сколько пет твой стоит?       − Райя не продаётся, это исключено, Винс, − холодно и без каких бы то ни было эмоций.       − Хе-хе, − утешительный и чуть жалкий смех, − хороший ответ… Умеешь стоять на своём. Хвалю-хвалю, − как раз об обратном Винс и думал. – Ладно тогда. Приятно было повидаться, если что – заскакивай ко мне, − подошедши ближе, похлопав по плечу и сказав намного тише, произнёс, − у меня для тебя есть одно занятное дельце, − После этого моментально вернулся своё «громкий» режим, − Радан? – намекая, что пора уезжать.       − Да-да, Винс. Я помню, − с неохотой.       − Ну всё, бывай, комиссар!       Захватив с собой Радана, молчавшего, по всей видимости, от того, что тот устал таскать мешки с песком, Кавински пошёл обратно через всё поселение к грузовику, на котором нужно было ехать долгий путь обратно.       «Он не соглашается продавать эту штуку на плече вообще, при этом она сама совершенно молчит и просто смотрит. Похоже на то, будто она им и управляет именно в эти моменты – все его движения, мимика, жесты, тон речи, всё такое сухое и неестественное, что аж тошно становится. Совсем не похоже на одну особу, которой явно не чужды эмоции страсти… − Кавински тут же стал гореть ушами, но ещё не краснел, прекратив развивать мысли в, очевидно, не том направлении, вернувшись на путь истинный. – Значит теория о том, что они могут быть одного рода созданиями провалилась, и я этому даже как-то рад», − усмешка, не понятая Раданом, шедшим рядом.       − Чего ржёшь? – грубый вопрос.       − Чтобы ты спросил, − такой же грубый ответ, данный улыбаючи.       − Понял…       − Молодец, − на пассивно-агрессивный ответ парень с ирокезом уже нахмурился, но продолжал молчать.       В машине играли разве что песни, едва пойманные при помощи авторадио, но всё было лучше, чем ехать в тишине, хотя вот у Радана чуть не завяли уши, и спустя три десятка старпёрских песен он взбунтовался, принявшись искать нормальную волну, но одна то шипела, то песни были слишком молодёжные, рассчитанные на подростков. Кавински же, по словам самого Радана, «хавал всё», и рыжему вовсе казалось, что у босса в голове вечно играет что-то неведомое, перебивающее весь окружающий мир – он по случайности стал знающим информацию о том, что Кавински когда-то употреблял наркотики, что считал абсолютно недопустимым, но молчал, потому что в противном случае люлей от блондина отхватили все, кому он доверился об этом.       В этот раз выглядел бывший наблюдатель как обычно, то есть спокойно, но при этом странно. Вытащив из бардачка какую-то жвачку, он развлекал себя ей, пытаясь выжать побольше вкуса. Чтобы создать иллюзию приёма пищи.       Воспринимать фантом за реальность его организму было не впервой.       Пластом лежавши на кровати, он почти что распинал всю простынь и одеяло, утыкаясь носом в подушку и отрицая необходимость рано вставать в свой выходной. В закрытую, что необычно, дверь комнаты постучали, медленно открыв и зайдя в комнату.       − Винс, я уехала, − короткое, наклоняясь и гладя по кудрявым волосам, разбросанным по наволочке.       − Куда?.. – сонно и зажёвывая половину букв, мычанием отзывающимися в подушку.       − На мотоцикле прокачусь, по лесу, − он же точно знал, что на него смотрят, и видят, что он полуголый валяется в кровати – ну как, голыми были только спина и руки. Это, отнюдь, вообще молодого человека не смутило, он не удосужился даже перевернуться лицом, аналогичным голосом ответив:       − М-м, хорошо…       Мягкий поцелуй в висок сделал утро ещё слаще, чем оно казалось.       В желаниях и мечтах было поспать ещё часик, но… Что-то было здесь не так.       Он моментально раскрыл глаза, опомнившись. «Стоп. Это кто?!» − вскочивший моментально с кровати и сбросивший одеяло на пол, он побежал, поправив пояс штанов на бёдрах, из комнаты вон, сбежал по лестнице, прислушиваясь к звукам в доме – было тихо, исключая пение ранних птиц за открытым окном. На первом этаже никого не было, как и в гараже, где обычно стоял его собственный мотоцикл. Мог бы стоять ещё один, чёрный, но Винс его продал, ещё и слышал. Что владелец разбился, к сожалению, превратившись в кашу, как и транспортное средство. Он встал посреди первого этажа, оглядываясь вокруг себя и решительно вообще ничего не понимая. Первая: «У меня нет температуры, случаем?! − моментально коснувшаяся лба ладонь опровергла теорию. – Так, стоп. Стоп-стоп-стоп-стоп. Если мне это приснилось, а я спал и мне могло действительно просто присниться, это нормально. Но то, что я, блять, боюсь сейчас касаться своего виска, который может оказаться влажным от её губ, нихуя не нормально. Продолжая стоять с дилеммой, Винс выдохнул, по итогу просто направившись наверх, топая по ступеням, первым делом схватив с тумбочки в комнате телефон, проверяя время. – Какой сумасшедший встанет в пять утра Воскресенья, чтобы покататься на мотоцикле? Она чё, совсем того?.. О нет, я начинаю размышлять так, будто она реальный человек… Мне срочно нужна холодная вода. – В ванной Винс оценил свой вид, представший перед зеркалом, он ещё минуту пялился на своё лицо, разглядывая, решив хоть немного поправить гнездо на голове руками, но нечаянно заехал по левому виску, с которого ребром от ладони смазал лёгкий, почти высохший влажный след. Шарахнувшись в сторону от своей же руки, он не поверил. – Нет. Да нет. Да не может такого быть. Я просто вспотел. Просто воду с раковины… − взгляд пытался отыскать на поверхности воду, чтобы подтвердить оправдание. – Твою же ма-ать. Мне точно нужна холодная вода». Покончив с внутренним монологом и выплеснув на лицо из ладоней ледяной воды, промыв глаза, затем выпив той же самой воды, которая обожгла ему горло, Винс поплёлся к кровати, сев на её край и не зная, что ему ещё делать. Вроде и спать хотелось, но упускать момент тоже нехорошо.       − Знаешь, если ты приходишь по утрам и вечерам, то это я ещё понять могу, но можешь, пожалуйста, сказать, в какой день и число, чтобы я был готов? – для кого он это говорил, Винс не знал, да и не питал надежд быть услышанным.       Он упал на кровать, поленившись даже переместить тело ближе к подушке, так и оставшись лежать со свешенными коленями, ещё и поперёк. Через несколько минут такая поза показалась невыносимой − особенно для головы, поэтому, покряхтев и постонав, он всё же переполз в нужную позицию, глубоко вдохнув, затем и выдохнув, накинув летнее одеяло на тело, проваливаясь в сон.       Он уже не скажет об этом Джейн, не скажет ни Бобби, ни кому бы то ни было ещё. Пусть останется маленьким секретом меж ними двумя, всё никак не способными встретиться в одно время. Такова реальность – и она жестока.       В клубе темно. Софиты цвета фуксии падают лишь на центр танцпола, все остальные их света недостойны. Кавински лишь только-только зашёл в клуб, но уже направляется уверенным шагом на танцпол. Сначала – гитара и лира, как в сказке, затем же… Музыка гремит не хуже, чем в эпических сценах, и ему такое, безусловно, нравится.       Интро продолжается и продолжается, не спеша завершаться, он точно выходит с кем-то на бой, хотя повод ничтожен – танцы, как считают многие. Но было бы опрометчиво считать, что всё настолько просто и примитивно, чтобы ради этого бывший наблюдатель несколько лет зависал в подобных местечках.       Он-то знает – равных нет, да и пока не встречалось. Кавински любит клубы, и отрицать это бессмысленно, чаще всего его там и ждут. Кто-то жаловался, что он редко выходит на публику? Так а где тогда публика, если не в центре стяжения всей молодёжи, алкоголя и танцев? Не видят – уже их проблема.       Кавински отводит назад лопатки, разминая мышцы. В воздухе свежо и не пахнет потом и ядрёной смесью парфюмерных ароматов, как обычно. Хоть где-то он может дышать полной грудью и абсолютно свободно…       Песня будто бы подразумевает, что рядом должна быть девочка с картинки, чтобы смотрелось шикарно, но успешно справляется Винс и без неё, одним лишь движением «раскидывая» от себя всех, кто вокруг. Взмах рукой, резкое опущение, разворот, Он чередует медленное и быстрое в движениях рук, лишь едва изгибаясь телом, как и всегда – следуя песне и чувствам, вызванным ею.       А ею, это чем или кем?       Вот загвоздка…       Он и сам теперь не знает, представляя только её рядом с собой, не обращая внимания на шёпот за спиной. Ему моют кости не первый раз, обижаться было бы уже стыдно для самого себя. Пусть плетут всю чушь, что у него есть любовница из власти, что за ним бегает чья-то неверная жена или просто непутёвая сама по себе служащая, он-то знает – ничего из этого правдой не является.       Слухи обрываются быстро, когда кто-то пускает новый – за одно слово в её сторону бывший наблюдатель натравляет псов из своих знакомых, или сам становится озверевшим.       Пока он танцует, он не хочет думать об этом, сметая из головы все мысли, обращая её в разные стороны и наблюдая за общественным настроением. Он тот же самый Кавински, каким был. Дерзости в его танцах не занимать, и показывает он это хорошо, шагая по танцполу резко и с тяжестью, будто роняя на землю раскаты грома, с каждым разом всё экспрессивнее.       Он щёлкает пальцами будто отдаёт приказы, хотя просто подбирает для себя ритм, но за каждым действием следят пристально, ищут какой-то смысл, какое-то желанное значение, что Винсу даже на руку. К его персоне столько внимания, а он на них всех плевать давно хотел, вышедши из тени только по своей прихоти, но так вовремя подобрав время для этого.       Он не замечает в толпе ни единого силуэта, хотя бы отдалённо напоминающего её, и это раздражает. Кавински танцует ей назло, чтобы она смотрела и не могла подойти, как это она делала с ним – это не основная цель, но одна из. И от чувства, что за ним будет бегать какая-то девчонка, ему ещё лучше – пусть бегает, как он за ней. Ей вообще сильно повезло, что Кавински обратил на неё внимание – по крайней мере, так думает он.       Вот только, кажется, наблюдает опять она, сидя за столом балкона, с которого открывается прекрасный вид на площадку, где и крутится для неё этот глупый, несмышлёный мальчишка, возомнивший себя умнее, чем есть на самом деле. Он почти ощущает на себе её взгляд, которым смотрят едва сощурившись, вальяжно закинув ногу на ногу. И сидит она так неприметно − окружающие даже не осознают, что рядом с ними не одна златокудрая звезда, но ещё и некая вторая, поднявшая шум.       Её нога качается в ритм музыки, тело неподвижно. На столе стоит бокал с безалкогольной газировкой – кто-то непременно посмеялся бы над этим, потому что пить безалкогольное всё равно что притворяться безобидным младенцем, на которого она-то уж точно не походит.       Как она вообще оказалась без внимания в этом клубе – непонятно. Охранники с ней не знакомы, а чёрный ход… Закрыт и неизвестен простым смертным. Не будь крыши у этого срамного места, можно было бы пошутить, что она свалилась прямо с Небес, вдребезги разбив всю скромность Винса, которой он обладает при виде неё – как же ему противна своя же слабость, своя же сдержанность, но ничего поделать он не может, пока не осознаёт, что своими чувствами можно распоряжаться по-другому.       Этот Чёртов засранец закусывает губу и выглядит как дрянной мальчишка – смелый, громкий, яркий, но настроенный серьёзно.       На её вишнёвых губах появляется улыбка, а в его телефоне сообщение:       «Красиво танцуешь, Кавински».