Мечты слуги

      К моменту, когда он достиг границы королевского дворца, план был готов. Первым делом он расскажет о нападении дракона. О том, что видел принцессу. А там уж как пойдет.       — Почему так выходит, что какой-то слуга остается жив, а наши лучшие воины нет? — лениво поинтересовался король, развалившись на троне.       — Как ты можешь это объяснить? — с угрозой в голосе спросил Эдуард — капитан рыцарей.       — Я всего лишь слуга, я не принимал участия в битве, а потому смог выйти оттуда живым, — ответил он, утыкаясь лицом в пол.       Это начинало надоедать.       Спасенный им рыцарь несколько часов упрашивал его остаться с ним в деревне. Где его тепло приняли и помогли устроиться. Как бы ни была заманчива идея остаться, он всё равно двинулся обратно.       Именно поэтому он уже полчаса выслушивает всякую чушь, по поводу и нет.       — Предлагаю перенести следующий поход на месяц-другой. Со дня на день стоит ожидать письма с приглашением на бал леди Ильфины. Нужно подготовить Роберта к этому мероприятию и надеяться, что все пройдет по плану, — король отвлекся, заметив, что слуга ещё не ушёл. — Свободен.       Лиан собирался отправиться в комнаты, но стоило ему покинуть зал, как он наткнулся на Мела. Тот стоял оперевшись на стену и, по всей видимости, ожидал его.       — Лиан! Как я рад, что ты жив, — он стиснул его в объятьях, но спохватившись, отпустил прочь, отступив на несколько шагов.       — Привет, — между ними повисло неловкое молчание. Захотелось убраться подальше, но он посчитал, что это будет как минимум невежливо. — Ты в порядке? Как жизнь?       — Давай уйдем. Оставим работу и поселимся в деревушке. Я буду работать. У нас все получится, — в его голосе слышалось отчаяние.       — Послушай, Мел, я не хочу такой жизни. Мне нравится то, как я живу сейчас.       — Я не тот с кем бы ты хотел провести свою вечность, верно?       — Да.       На следующий день Лиан узнал, что Мел поступил в академию рыцарей. Часть него была бесконечно расстроена тем, что они разошлись. Но другая была рада, что теперь между ними не осталось недосказанностей. Конечно, теперь между ними не осталось ничего. Он знал, что Мел недалеко. Он сам сказал, что если ему понадобится помощь, он готов помочь.       Дни потянулись бесконечно медленно. Неделя сменялось другой. Температура медленно, но уверенно падала. Однажды они проснулись — на улице лежал снег.       Насколько он знал, по местным слухам, бал прошел замечательно. Правители заключили нужный им контракт, и леди Иннагер переехала к ним во дворец. Свадьба ожидалась со дня на день. Но найти подходящий брак для Эдуарда всё ещё не получилось, а значит, новый поход стоило ожидать в ближайшее время. Но сначала свадьба.       За неделю до приезда гостей им поручили выдраить дворец, и позаботится о внешнем виде.       Каждый слуга прошел тщательную проверку, и роль прислуживать на мероприятии доставалась единицам.       Сам Лиан прошел почти случайно. Сначала советник хотел исключить его из списков, но потом передумал. В чем состоялась задумка, он не понял, но причина наверняка была.       И вот в день свадьбы, он стоял, одетый в непривычно парадную форму, держа в руках поднос с напитками. Повсюду сновали графы и герцоги, леди и принцы. Многие веселились, кто-то обсуждал насущные проблемы и будущие браки. Кто-то заключал новые контракты.       — А что насчёт леди Элизабет? Она всё ещё не освобождена?       Кто бы ни задал этот вопрос, но подхватили эту тему абсолютно все.       Первое время Лиан ещё пытался следить за содержанием разговора, но очень быстро сдался, понимая, что ничего важного и существенного он здесь не услышит.       Многие просто распространяли слухи. Кто-то обвинял здешнего короля в бездействии. Кто-то сетовал на несчастную судьбу бедной девушки. Но таких было немного.       В какой-то момент люди слишком напились, чтобы продолжать разговоры, а потому было решено завершать праздник.       Лиан медленно брел по саду, стараясь ослабить воротник рубашки. Он был затянут чересчур сильно, из-за чего он начинал чувствовать кислородное голодание.       Он замер, когда услышал разговор двух девушек. Они расположились в беседке, и, судя по голосу одной из них, она была страшна пьяна.       — Я же говорила, что всё это чушь, я ты не верила, — ответила более пьяная из них, когда Лиан подошел достаточно близко, чтобы расслышать голоса.       — Но почему все вокруг уверены, что она в плену?       — Слушай, я тебе по секрету расскажу, — начала пьяная, прервавшись чтобы громко икнуть и сползти чуть ниже на кресле, в котором сидела. — Она мне сказала, что влюбилась в рыцаря. Но папаша её сказал — это не допустимо! Моя дочь выйдет за муж только за принца. Ну, ты знаешь эти песни, — вторая что-то тихо ответила, соглашаюсь.       Лиан подошел ещё ближе. Теперь он видел края роскошных платьев.       — Она сказала, что сбежит. Говорила, что у неё есть план. Только ты никому. Я обещала. И вот теперь все думают что она… — последние слова она уже бормотала, проваливаясь в сон.       — Вот это да, — пробормотала вторая девушка.       Значит рыцарь. Но если у неё был план, почему же сейчас Элизабет в плену у мага. Или не в плену. Почему она там?       Новый поход организовали через ещё три недели после свадьбы. Стояли первые морозы, и мало кто хотел отправляться в лес. К тому же тот факт, что прежде никто из похода не возвращался, отпугнул даже заядлых искателей славы.       Так или иначе, а погода немного прояснилась, люди нашлись, так что от похода было не отвертеться. Лиан не был фанатом зимы. Так что предстоящее путешествие не сулило ничего хорошего.       Уже на выходе из замка его нагнал Мел. Не говоря ни слова, он дал ему гамбезон. Лиан кивнул в знак благодарности. И развернувшись, побежал, боясь опоздать.       Не смотря на то, что к четвертому дню путешествия погода значительно ухудшилась, в гамбезоне было немного теплее и спокойнее. Он был больше на несколько размеров, а потому Лиан мог завернуться в него, как в плед.       Так или иначе, а в шестой день пути один из рыцарей заметил у него теплую одежду и отобрал. Теперь Лиан был вынужден мерзнуть, шагая по сугробам и утопая ногами в снегу.       Он был более чем уверен, что ещё день подобного обращения с его организмом, и он заболеет и умрет прямо на дороге. И никто не остановится, чтобы помочь ему. Только поэтому он продолжал идти вперед, игнорируя дрожь и клацанье зубов.       Когда они зашли или, проще сказать, заползли в лес, ибо от холода никто из них не был серьезно настроен на путь, какое уж тут спасение принцессы.       То ли Лиану, наконец, повезло, то ли из-за погоды ни рыцари, ни временный капитан почти не разговаривали и, соответственно, не трогали его. Он склонялся ко второй теории. Потому что везение не его конек.       Когда рыцари заметили поляну, Лиан от холода перестал чувствовать ноги. Не то чтобы он так уж хорошо чувствовал руки или любую другую часть тела, но ноги были ему жизненно необходимы. Ведь стоит ему остановиться, и он покойник. Холода никого не щадят.       Он не поднимал голову и не высматривал эльфов по двум важным причинам. Первая, у него не было на это лишней энергии. А вторая, эльфы любители теплоты. Лесные не исключения. Они продолжают патрулировать лес, но по минимуму, не охотно и не серьезно. Так что за ними сейчас ни кто не должен наблюдать. Ну, кроме разве что мага и местной летающей ящерицы, но уж её-то они наверняка заметили бы.       — Это глупо, — вдруг подал голос один из рыцарей. Его достаточно сильно трясло, и, судя по всему, ещё немного и он просто свалится замертво. — Люди до нас погибли, а тогда было тепло и светло. У нас нет и шанса.       Лиан поднял голову и отметил, что солнце и так спрятанное за серыми, как его настроение, облаками начало заходить. Ну все. Ночью погода падает почти в два раза. Они просто напросто умрут тут от холода. Эммануэлю даже не придется марать об них руки.       Где-то внутри разросся ком страха. Если бы он мог хоть что-нибудь сделать.       На нос упала снежинка. Только не сейчас. Рядом раздались взволнованные возгласы. Но природу было не остановить. Если его несчастные мозги не замерзли вместе с головой, то сейчас начинается метель.       Он сидел на корточках, вцепившись в ледяные камни бесчувственными руками. Было бы теплее засунуть их в рукава, но он боялся потерять башню. Тогда шанса выжить у него не останется. Где-то рядом послышался крик отчаяния. А может это далеко не рядом. В уши задувал снег, так что слышимость почти отрицательная.       Он осторожно поднял голову. Снег, ветер, снежный ветер. И ничего более. Башня или та малая часть башни, которую он видел, тонула в снегу. Он мог бы попытаться забраться в башню. Но теперь это не возможно. Камни покрылись снегом и начали обрастать льдом. Рук он и так не чувствовал, новых сил не прибавилось.       — Эй, — тихо позвал он. Ему кажется или он охрип? Почему звук такой, словно он произнес это в своей голове. — Меня кто-нибудь слышит?       Нет. Судя по всему, либо он отморозил мозг, либо с ним заговорила метель. Ты умрешь здесь потому, что не смог заставить себя залезть на эту проклятую башню.       — Всё я могу, — отозвался он, чувствуя, как на него наваливается невыносимая тяжесть. Как же хочется спать. Когда он уснет, холод отступит. А как же твоя мечта?       — Глупость, отец был прав. Я не рожден для этого, — глаза медленно закрылись и он почувствовал, как холод отступает.       А как же Тина? Бросишь её только потому, что не смог перебороть себя.       — Замолчи!       Он вскочил на ноги быстрее, чем его замерший мозг успел бы отдать подобный приказ нервным окончаниям.       Хорошо. Если чертов ветер ставит ему подобные ультиматумы, кто он, чтобы от них отворачиваться. Судя по всему чувствительность рук давно уже пропала, потому что когда он начал цепляясь и постоянно соскальзывая карабкаться на башню, он не чувствовал ни боли, ни холода.       Он свалился в тепло комнаты, чувствуя, что просто обязан ответить.       — Ну и кто здесь не способен себя перебороть?! — крикнул он и отрубился.       Где-то в метели в последний раз выдохнул уставший рыцарь.