история Джейн и Элли

До восемнадцати лет я жила в небольшом городке в частном доме родителей. По соседству, когда мне было лет тринадцать, поселилась семья Клин: мать и отец двух девочек Сара и Пит, младшая и старшая дочери Элли и Кэтти. Наши мамы подружились и часто ходили друг к другу в гости. Кэтти была моей ровесницей — училась она в параллельном классе. Мы не особо дружили: просто здоровались, ходили к друг другу в гости на семейные праздники, пересекались на вечеринках у знакомых, пару раз гуляли вместе. Элли же была скромной, послушной девочкой. Мы много времени проводили вместе, потому что Кэт была тусовщицей, постоянно гуляла и общалась с друзьями. Когда наши мамы решали провести вечер за бокальчиком вина или кружкой чая, меня просили присмотреть за Эл. По началу мы стеснялись друг друга и молча сидели в её или моей комнате, смотря мультфильмы. Иногда я делала домашнее задание, а она играла. Со временем мы сблизились, так как у нас совпали вкусы на мультики. Я заметила, что она размышляет более взросло, чем, например, я в её возрасте. Мы общались на разные темы: в основном мы обсуждали сюжеты мультфильмов, как повели бы себя персонажи, повернись ситуация в эпизоде иначе. Позже, начали отыгрывать роли за персонажей. Ей больше нравилось быть ведомым персонажем, где моя роль была защитить или спасти её. Так как дома полгода длится зима, мы много бродили по дворам, играли в снежки и лепили снеговиков. Она очень любила гулять со мной, именно когда шёл снег. Мне нравилось с ней: её присутствие всегда успокаивало и умиротворяло. Лицо Элли словно лепили ангелы. Она была похожа на красивую куклу, о которой мечтали многие девочки в детстве. Её волосы напоминали цвет полей пшеницы, окутанных снегом. В её глазах, будто под океанской волной, можно утонуть. Фарфоровая кожа манила прикоснуться, как дорогущий бархат. Мне вспомнилось, как мы с её семьей и моей мамой ходили к ней в садик на выпускной, провожали её в первый класс, ездили летом на море. Она очень привязалась ко мне, и я к ней тоже. Бывало, мы оставались друг у друга с ночёвкой. Я рассказывала страшилки на ночь, и ей было настолько страшно спать, что она крепко обнимала меня или просила взяться за руки. Мило. Я чувствовала себя особенной рядом с ней. Прошло около двух лет. К пятнадцати годам я поняла то, насколько сама привязалась к Элли, будто считала её своей сестрой. Ни к кому у меня не было таких тёплых чувств. Я также предполагала, что это было что-то вроде «материнского инстинкта», потому что уделять столько внимания ребенку, который приходился другом семьи, было странно. Но маму и Сару это только радовало, как и саму Элли. В нашей крепкой связи и тяге к друг другу для каждого было своё удобство и успокоение. На девятый день рождения Элли я подарила ей набор качественных карандашей и всё, что нужно для плетения браслетов. Это случилось в период, когда я начала общаться с парнем из школы по имени Мэтт. У нас был взаимный интерес к друг другу, и совпадали увлечения: аниме, рок, прогулки. Мы постоянно переписывались, и, как следствие, на празднике я часто отвлекалась на телефон. После застолья и конкурсов мы с Эл и Кэт играли в «правду или действие». Кэтти немного времени провела с нами, а потом отправилась гулять с друзьями. Для нас это было привычно и никто не обиделся. Кэт, вероятно, не хотела и не стала бы выдавать нам свои секреты, да и мы не желали открываться, понимая, что всё равно нас это не сблизит с ней. Мы продолжили игру. В какой-то момент, когда Эл выбрала «правду», я спросила: — Элли, тебе понравился мой подарок? — Ммм... Ну... Да, он хороший: такой многие хотят получить. — Какой-то неуверенный ответ, — с ухмылкой и саркастическим тоном ответила я, — может тебе хотелось чего-то другого? Что именно ты хотела получить? — А это уже будет следующий вопрос! — Ээээ... Так нечестно, маленькая хитрюга! Я обняла ее и начала щекотать. Та взвизгивала и, смеясь, пыталась схватить мои руки. Мы сидели на полу, а потом так увлеклись, что я упала на спину, а Эл села на меня. Она зажала мои руки сверху, однако, я легко могла вырваться. — Ты весь вечер отвлекаешься на свой телефон. С кем переписываешься? «Наблюдательный ребёнок», — подумала я. — Да так, с одним парнем из школы, — я решила не вдаваться в подробности, дабы не вызвать ревность у девочки. — Джейн, правда или действие? — ... Действие? — Сможешь угадать, что я действительно хотела получить на свой день рождения от тебя? — Эээ... — Поцелуй меня. Данная фраза сначала меня обескуражила. Но я подумала, что это шутка, и не растерялась. — Наклонись, детка. Элли наклонилась. Я потянулась к её щеке и впустила туда воздух, издавая неприличные звуки и брызгая слюной, от чего залилась диким хохотом. Она отстранилась, нахмурившись, посмотрела на меня. Кажется, в тот момент её взгляд поменялся. Он выглядел, как безумный, опасный, из-за расширенных зрачков очень глубокий и завораживающий. В следующую секунду она легонько наклонилась ближе и прижалась своими губами к моим, но немного промахнулась. У меня на несколько секунд прервалось сердцебиение. Элли отпустила мои руки и обняла меня за талию. Так крепко обняла... Всё моё тело напряглось — я перестала дышать. — Я люблю тебя, Джейн. Давай всегда будем рядом? Сердце начало ускоренно биться, зазвенело в ушах. Я прерывисто вдохнула и выдохнула, постаравшись сделать это медленно и тихо. В голове кадрами пролетели наши прогулки с Эл, встречи и переписки с Мэттом, мамы, сидящие за столом на кухне в тёплом свете ламп. Страх, отвращение и паника. Впервые в таком сочетании чувствовала это. Захотелось сбежать. После мысли о побеге, сиюминутно, на смену этим ощущениям, пришла жалость к девочке: «Насколько же ей бывает одиноко? Открыта ли она перед другими людьми? Я никогда не видела, чтобы она проводила время с друзьями. Есть ли у неё по-настоящему друзья? Я слышала о них только из рассказов...» Взяв нахлынувшие противоречивые чувства под контроль, я слегка обняла её. Почему-то тепло её тела показалось мне чужим, и вся она показалась каким-то другим, незнакомым человеком. Странно. — Я тоже люблю тебя, Эл, с днём рождения.