Растворись во мне

      На улице светлеет с наступлением утра и туман отступает, освобождая место для первых лучей солнца. Птицы в этом месте не поют, только вороны кряхтят, кашляют словно больные старики из домов для престарелых, о которых некому заботиться. Утренний Невермор пугает и отталкивает людей, случайно забредших на его территорию, но только не его учеников.       Эстер чистит зубы и размышляет о сегодняшнем дне. Вчерашний явно подпортил весь радужный настрой и испортил настроение на всю неделю. Она всё еще не выкинула до конца мысль о побеге отсюда, однако почему-то каждый день она просыпается и даёт этому месту еще один шанс. Это место уже не кажется суровой тюрьмой, ну или она греет надежду подружиться с местными заключенными, чтобы отбывание срока не казалось таким невыносимым.       Одежда сложена аккуратно в шкаф и ждёт свою хозяйку покорно. Выбор падает на серые спортивные штаны и такого же цвета худи. Этот комплект хотя бы греет, создает ощущение уюта в этой, такой чужой, комнате.       Эстерли смотрит в сторону кровати Аддамс и та кажется ей почти мертвой. Хоть она сегодня и ночевала в общежитии, Эстер почему-то кажется, что её отсутствие в прошлый раз было не первым и не последним. Поэтому она ведет себя бдительно, рассматривая совсем тихую, не сопящую во сне, девушку.       Она последний раз кидает взгляд на кровать соседки, на свой наряд в отражении настенного зеркала и осторожно открывая скрипучую дверь, ускользает из комнаты.       На самом деле она с радостью бы предпочла остаться в кровати. Подъём на два часа раньше совсем не радовал её, как и не обрадовал бы любого. Но её пока что связывал с этой школой устный договор с начальством, а точнее с директрисой Уимс. Надо не забывать за какие заслуги тебя держат тут бесплатно. Почему тебя бесплатно кормят, дают тебе жилье и возможность развиваться, почему тебе даже заказали эту долбанную скучную форму.       Уайт как всегда сдержанно постучала в двери и после разрешения вошла в привычный уже кабинет.       — Доброе утро, мисс Уимс, — сдержанно поприветствовала белокурую женщину Эстер, держа в голове мысль, что в такую рань утро просто не может быть добрым.       — Доброе, Эстерли. Рада, что Вы пришли вовремя. Как прошел вчера Ваш первый день? — женщина, как и всегда, улыбалась.       — Ну… вполне себе интересно, — «если так можно назвать то количество негативных моментов, которые я ощутила на себе».       — Отлично, скоро Вы адаптируетесь и будете совсем как дома. Как Вы знаете, Вы тут, потому что мы договорились об исследовании Ваших необычных способностей. Мы хотим провести несколько тестов и сделать важные записи. Ничего страшного или небезопасного не будет, хорошо?       — Да, конечно. А кто будет проводить тест? Вы лично?       — Нет, что Вы, у нас для этого уже всё подготовлено. Пройдемте со мной.       Уимс поднялась из-за своего стола и захлопнув крышку ноутбука, прошла вперед и открыла дверь для Эстер. Они спустились вниз по лестнице на первый этаж и направились в другое крыло. Прошли двор с его величественным фонтаном, прошли мужское общежитие и направились к корпусу, где проходило фехтование. Проходя мимо фонтана, Эстер на секунду задержала взгляд на статуе Эдгара По. Она узнала его потому, что видела его портрет в разделе с его биографией, когда они проходили этого писателя на литературе в старой школе. Изображен он был в сюртуке с книгой в правой руке, а на левой у него восседал огромный ворон с крыльями в размахе, будто он вздыбился и вот-вот взлетел бы. Эстер сразу вспомнились строки из его стихотворения «Ворон»: «И, очнувшись от печали, улыбнулся я вначале, Видя важность черной птицы, чопорный ее задор, Я сказал: «Твой вид задорен, твой хохол облезлый черен, О зловещий древний Ворон, там, где мрак Плутон простер, Как ты гордо назывался там, где мрак Плутон простер?» Каркнул Ворон: «Nevermore».»           «Ну, теперь хотя бы прояснилось в честь кого у школы такое название» — подумала она, отдаляясь от молчаливой статуи.           Зайдя в нужный корпус, директриса остановилась перед лестницей, ведущей на верхние этажи, и остановила жестом рукой Эстер. По бокам от лестницы находились два книжных шкафа, судя по пыли на полках которых, было понятно, что эти книги давно никто не брал в руки. Уимс осмотрела пустой коридор, и убедившись, что никого кроме них тут нет, подошла к правому стеллажу и потянула одну из книг за корешок. Эстер не успела заметить которую. После чего шкаф с неприятным скрежетом ржавого механизма, отъехал назад и вбок, открыв доступ к двери. Эстерли ранее только читала о тайных проходах и никогда не встречала ни одного в реальности. Хотя, на то они и были тайными. Это навело её на мысль, что возможно тайных дверей всегда было больше, чем она думала, но она просто не знала о них.           За дверью оказалась еще одна лестница, правда узкая и металлическая, ведущая куда-то вниз. Судя по стоячему там запаху сырости, помещение, что находилось снизу, было подвальным.           Они спустились и оказались в небольшой комнате, больше напоминающей лабораторию. Об этом говорило всё, от различных колбочек с непонятными жидкостями до устрашающих на вид инструментов и приборов, о предназначении которых она знать не хотела. Посередине был особенно наводящий ужас экспонат. Что-то вроде небольшой клетки, но из стекла.           — Доктор Морис, Вы тут? — голос директрисы раздался эхом и отбился от всех стен этого маленького помещения.       В углу что-то закопошилось, из-за стола показалась лысая мужская голова.       — Ах, это Вы, мисс Уимс. Рад видеть. Вы привели мне ту самую студентку? — Эстер очень не понравилось, что он обозначил её как «ту самую». Это звучало так, будто она что-то натворила и её будут отчитывать.           — Её имя Эстерли Уайт. Наша первая невидимка.           — Очень занятно, не мог дождаться знакомства. Я доктор Рихтер Морис, эксперт по необычным способностям, — он кивнул Эстер в знак знакомства и поправил на переносице свои очки с толстенными линзами. — Вы точно обо мне не слышали, как и другая любая живая душа, а ведь я помогал Натаниэлю Фолкнеру писать его самую большую научную работу.           Казалось, что мужчина очень гордился своими достижениями, однако по какой-то причине не желал быть знаменитым и узнаваемым. Тем не менее, и вид и голос у него были безобидными, располагающими к себе. Образ немощного старика очень помогал в этом.           — Не бойтесь, проходите смелее. Мы проведем несколько тестов и отпустим Вас целой и невредимой, — добродушная улыбка засияла на его лице, сглаживая последние переживания.           Эстер робко прошла и села на стул. Уимс прошла за ней и остановилась неподалеку. Доктор Морис прошел к своему столу и достал из верхнего ящика стола блокнот и ручку для заметок.       — Когда проявился Ваш дар я уже слышал от Ларисы, — Эстерли впервые услышала из чьих-то уст полное имя директрисы. — Но, меня интересует что Вы при этом ощущаете?           — Ничего. Я не ощущаю себя как-то необычно. Я понимаю, что я невидимая по реакции людей или когда не вижу свое отражение в зеркале.           — Хорошо, очень хорошо. А себя Вы, получается, видите?           — Да, я вижу свои руки, ноги и другие части тела, когда смотрю на них.           — А как Вы заставляете способность проявляться? Вы можете мысленно себя настроить стать невидимой?           — Могу, но с трудом. Обычно я зажмуриваю глаза и сильно умоляю себя исчезнуть.           — Сможете продемонстрировать мне? — в его глазах появился живой блеск, своей работой он был увлечен.           — Наверное… Я постараюсь, — скромно ответила Уайт.           — Тогда прошу Вас зайти в ту прозрачную кабинку.           Не то, чтобы девушка была клаустрофобом, но эта клетка наводила на неё некую тревожность. Она сравнила это ощущение с тем, когда стоишь голый на витрине магазина, как те манекены, на которые еще не успели навесить одежду из новой коллекции. Такие магазины она никогда не посещала в связи с ограниченным бюджетом её семьи. Она одевалась в магазинах с уцененным товаром, секонд-хендах или даже донашивала одежду за людьми, которые жертвовали ей то, что им не подошло по размеру. Ноги её слегка дрожали, а голова вжалась в шею, как черепаха внутрь панциря. Когда ноги её переступили порог этой «витрины», сверху зажглась пара дополнительных ламп, из-за чего ей стало еще более некомфортно. Доктор закрыл дверь и вернулся за свой стол.           — Итак, Эстер, попробуйте стать невидимой сейчас. Постарайтесь, прошу Вас.           Девушка смутно понимала как это сделать, потому что как бы она не хотела сейчас исчезнуть, сосредоточиться на этом она не могла. Она подумала об этом и зажмурила глаза, как обычно, но никакого эффекта это не принесло. Также она перебрала в голове все плохие моменты когда ей хотелось исчезнуть, раствориться в воздухе, стать одним целым с невзрачным окружением, до которого людям никогда не было дела. Это не принесло никакого результата, как и предыдущая попытка. Пока в голову не закралось воспоминание о вчерашней ссоре с Торпом. Когда она не справилась с луком и опозорила себя перед ним, а он акцентировал на этом внимание. Лучше бы она тогда исчезла. Не было бы тогда этой глупой перепалки, не было бы оскорблений с её стороны и не было бы этого опустошающего чувства разочарования в самой себе. Она всё чаще думала, что во всех своих неудачах и отношении людей к ней виновата она сама. Это она провоцирует людей, поэтому у неё и нет друзей. У Аддамс их не было потому, что она в них не нуждалась. У Эстер — потому что она их отталкивает.           Доктор подскочил со своего места, как и Уимс, когда Эстер стала полупрозрачной. С далека её можно было бы и не различить, если не всматриваться. Но в это состояние она вошла буквально на пару секунд, после чего стала вновь нормальной и видимой для всех.           — У меня не выходит. Ничего не выйдет. Можно выйти, пожалуйста? Мне как-то дурно — Эстер затараторила это умоляющим голосом, иногда немного повышая нотки в голосе.           — Доктор, пожалуй, на сегодня достаточно, дайте ей отдохнуть.           Эстер, словно птица, выпорхнула из этой клетки, дыша часто и глубоко. До этого она никогда не входила в промежуточное состояние. Она знала, что могла быть невидимой или наоборот, но чтобы походить на призрака — никогда.

***

          После эксперимента директриса с доктором еще обмолвились парой слов и разошлись по своим делам. Доктор Рихтер Морис остался в своей тайной лаборатории, а Уимс вместе с Эстер вернулась в свой кабинет.           — Вы показали неплохой результат. Редко кто-то мог сделать всё идеально с первого раза, не волнуйтесь. Также рада, что Вы нашли клуб себе по душе. Ксавье Торп хороший парень, уверена вы сможете подружиться. «Ага, вчера уже подружились, если так можно назвать нашу перепалку, которая могла и до драки дойти» — Эстер снова пережила в мыслях неприятные вчерашние моменты. Судя по её выражению лица, директриса поняла, что девушка сомневалась в возможности обретения нового друга в лице Ксавье Торпа, поэтому сказала:           — Я видела из окна вашу ссору вчера. Не всё полностью провалено. Попробуйте к нему другой подход. Я знаю, что он ценит старания и явно оценит если каждый раз Вы будете превосходить саму себя, — глаза директрисы поменялись из строгих на теплые и мягкие, она подбадривала девушку советом, желая как-то помочь ей.           — Спасибо, я так и сделаю. Обещаю, — она была правда благодарна за совет. Теперь уже и ей начало казаться, что не всё потеряно.           — Кстати, Ваша форма уже готова. Прислуга уже, наверное, доставила её в Вашу комнату. Можете идти.           Эстер еще раз поблагодарила женщину и теперь с уверенным настроем отправилась готовиться к занятиям. Когда дверь почти захлопнулась за ней, она услышала:       — Удачи, Эстер.

***

          Дар ясновидения довольно редкий, присущий только самым проницательным и разборчивым людям. Они способны были разглядеть что-то в прошлом, будущем и настоящем. Любые знаки и подсказки от жизни они воспринимали буквально и умели трактовать их по-своему. Эстерли к таким людям не относилась. Она и прямые намёки воспринимала с трудом, что уж говорить о чем-то более скрытом и завуалированном. Однако, почему-то именно на этот факультатив её определила директриса. Возможно его просто посещала малая часть учеников?           Кабинет ясновидения напоминал шатро на ярмарке, где мнимая гадалка за пару баксов готова была на картах рассказать тебе всю твою судьбу. Темное помещение, где окна были завешаны плотными бархатными шторами, дым и запах от благовоний, и мягкие пуфики вместо парт. Студенты заполнили кабинет быстро, рассаживаясь по одному за пуфик. За одним столом могло расположиться четверо студентов на пуфиках. Уайт долго не думала и подсела к Роуэну, возле которого пока никто не сидел.           — Привет, ты же не будешь против? — спросила девушка, умащиваясь на очень мягком пуфе.           — Нет конечно, раз уж мы и на ботанике сидим вместе, то можем быть соседями тут. Кстати, привет и классная форма. Вижу теперь всё больше учеников обзавелись индивидуальной моделью.           Роуэн казался ей действительно хорошим парнем. Как она знала, он жил в одной комнате с Ксавье, но при этом был одиночкой, не вливаясь ни в одну компанию. Эстер поняла, что даже не знала к какому классовому виду он относился. И можно было ли просто спрашивать о таком? Возможно для каждого это было что-то личное? Тем не менее, это могло стать поводом для более близкого знакомства.           — Роуэн, я могу задать грубый и нетактичный вопрос? — хотелось рискнуть, на кону была тема для разговора и повод, чтобы узнать друг друга поближе.           — Ты про мои неудачи на фехтовании? Уверяю тебя, это всё астма. Я не противник спорта, но… — Леслоу немного растерялся и, кажется, начал искать оправдания на ходу.           — Да нет же, я хотела спросить о твоих способностях. Мне стало интересно по какому принципу определяют что нам изучать.           — А, ты об этом. Тут ни для кого не секрет, что моё главное оружие —телекинез. Умею двигать предметы силой мысли и всё такое. А здесь я, наверное, потому, что моя мама была ясновидящей. Она тоже училась здесь.           — Так ты местный джедай, что ли?           — Вроде того, — парень улыбнулся и поправил очки, задумавшись. — Слухи тут распространяются довольно быстро, поэтому спрошу лучше напрямую: ты человек-невидимка?           Скорее всего этот слух пошел от Энид. Она была единственной, кому Эстер сказала, а она, как известно, королева сплетен. Поэтому сомнений по поводу информатора не оставалось.           — Вроде того, но я скорее девушка-исчезайка.           — Прикольно, я думаю это полезная сила.           Их диалог прервали вошедшие Аддамс и Торп. Второй что-то активно объяснял девушке, но она только хмурилась и смотрела на него прямым серьезным взглядом.           — Ссора влюблённых, как и всегда, — посмеявшись констатировал Роуэн.           — В смысле? Они встречаются? — девушка смутилась только потому, что не видела никаких привычных для неё выражений чувств со стороны обоих из них.           — Не то, чтобы это было взаимно, но Ксавье уже год сохнет по ней. Я знаю, так как живу с ним вместе и часто вижу как он делает наброски её портретов. А она, вроде как, нейтрально к нему относится, однако в прошлом году она спасла ему жизнь. Удивительно, не правда ли?           — Спасла ему жизнь? Буквально или шутишь?           — Буквально. В прошлом году тут много чего произошло. Один из старейших жителей Джерико, первый поселенец Джозеф Крэкстоун, восстал магическим образом из мертвых и, питаемый ненавистью к изгоям, пришел уничтожить нашу школу и всех её учеников. Тогда Уэнсдей сразилась с ним и прикрыла собой Ксавье от стрелы. Говорят, что не подставь своё плечо она тогда, стрела попала бы ему в голову.           Если бы кто-то рассказал ей такое в её старом мире, она бы сочла его за больного, или подумала бы, что этот человек обладает очень бурной фантазией. Почему-то в Неверморе это казалось ей вполне реальным. Тогда всё стало понятно. И увлечение Торпа стрельбой из лука не казалось ей больше странным, ни их отношения с Уэнсдей. Мрачная принцесса спасла от дракона своего принца. Как иронично.           — Думаю, Ксавье отчитывает её за очередную вылазку в заброшенный особняк Гейтсов. Говорят, кто-то видел как ночью она пробиралась в их особняк вместо того, чтобы быть в своей комнате.           — Занятно, — догадки Эстерли подтвердились, все улики были на руках. Уэнсдей точно занимается чем-то, чем ей не следует заниматься. — А кто такие эти Гейтсы?           — Такая же старинная семья в Джерико, которые погибли все при странных обстоятельствах еще когда моя мама училась в Неверморе. Старый и забытый случай, дело закрыто.           Учительница ясновидения показалась девушке слегка не в себе. Эта взбалмошная женщина кидалась от одной теории к другой, избегая конкретику вовсе. Понятно, что пророчества не могут быть четкими, но и настолько размытыми они не могли ничем помочь тому, кто их узрел. После занудной лекции о правилах трактования своих видений, учительница попросила всех учеников попробовать что-то предсказать, используя разные методы. Студенты должны были воспользоваться магическим шаром, кофейной гущей и колодой карт. В идеале при всех трёх способах предсказание должно было быть одинаковым.           Роуэн вместе с Эстерли пытались разглядеть что-то в чашках друг друга, при этом постоянно прыская от смеха. Кофейная гуща не хотела выкладываться в какой-то четкий узор, как бы они не трясли свой чайный сервиз.           — Я вижу тут лисичку в балетной пачке, прости, — девушка вытерла слезы, проступившие от смеха, тыльной стороной ладони. У неё не получалось нагадать своему другу что-то внятное, но это ни капли не расстраивало её.           — В твоей я вообще вижу какую-то наркоманию. Вот, например, усатый мужчина, похожий одновременно и на очень элегантную собаку, и на какого-то моржа.           Уайт не выдержала и засмеялась очень громко, привлекая внимание других учеников, которые уже давно начали косить взгляды в их сторону.           — Тишина, пожалуйста. Не мешайте другим, — учительнице тоже надоел этот цирк, и она подошла к их столику, нависая над Роуэном и Эстер, — Мисс Уайт, дайте свою чашку, я посмотрю, что Вас так рассмешило.           — Пожалуйста, мисс Клэрити, — она с удовольствием протянула свою чашку, вырывая её из рук Роуэна, и ожидая реакцию учительницы, когда та увидит то, что описал её друг.           Патриция Клэрити осторожно взяла из рук ученицы чашку и всмотрелась в кофейную гущу. Та была мутной из-за избыточного количества напитка, который оставался на дне. Она тряхнула рукой, переворачивая чашку вниз, и остатки кофе стекли на пол. Когда картинка прояснилась, та обхватила чашку двумя руками и начала всматриваться в получившийся рисунок. В голове Патриции промелькнула вспышка. Её глаза закатились, а голова опрокинулась назад, образовав крутой прогиб позвоночника. Кадры мелькали перед глазами как в заевшей плёнке. Острые клыки, длинные когти и яростные глаза. Кровь. Тело.           — Монстр… — рука учительницы задрожала и чашка выскользнула с руки, упав на пол и разбиваясь в дребезги. — Ты… встретишь… смерть. Береги себя, девочка.           Все в помещении разом затихли. Десятки пар глаз уставились на Эстер с непониманием и даже страхом. Белые без зрачка глаза учительницы тоже уставились на неё, словно смотрели прямо в душу. А потом прошла секунда и наваждение прошло, будто его и не было.           — Кхм, простите, — глаза и тело мисс Клэрити пришли в нормальное состояние, и она снова засеменила по классу. — Как видите, видения могут быть неточными. Они лишь дают подсказку, но точную картину увидеть вы не сможете.           Все ученики оторвали взгляды от Эстер и снова занялись своими делами, словно ничего и не случилось. Только Уэнсдей Аддамс продолжала изучать глазами Эстерли Уайт. Та вдруг показалась ей интереснее, чем казалась вначале.

***

          Ученики обожали большой перерыв на обед в Неверморе. Кому же не понравится целый час свободного времени, да еще и вкусные блюда на любой вкус, которыми баловали учеников этого элитного учебного заведения. Сирены предпочитали морепродукты, как и другие морские млекопитающие, поэтому Эстер проследила как Бьянка с Кентом накладывают себе кольца кальмара, осьминогов и сашими. Волки же, среди которых была Энид, отдавали предпочтение красному мясу. Вкусные горячие стейки выпускали обилие пара, лёжа на их тарелках. Про вампиров и добавить было нечего.           — Могу посоветовать карбонару и вот этот салат с кукурузой, — Роуэн, как никакой не оборотень или вампир, мог есть любую человеческую еду, поэтому обед его всегда был разнообразным.           — А сам-то почему их не взял? — Эстер улыбнулась, подмечая, что на тарелке парня была картошка фри и какой-то бургер.           — Здоровый организм мне уже и так не светит, поэтому бесполезно пичкать себя овощными салатами.           Ребята набрали еду и двинулись вместе за свободный столик. Еще на уроке они договорились, что сядут вместе, так как легко нашли общий язык и могли поговорить о чем-угодно. Особенно Эстер хотелось рассказать и обговорить свой план по слежке за Аддамс.           — Осуждать не будешь?           — Тебя? Ты вместе со мной сорвала урок ясновидения только что, думаешь я буду теперь читать тебе нотации? — у него вырвался легкий смешок, видимо от воспоминаний о веселом уроке.           — Меня просто заинтересовал твой рассказ об вылазках Уэнсдей в особняк неких Гейтсов. Мне кажется я тоже застала её за этим занятием, — Роуэн нахмурил брови и придвинулся ближе, чтобы их разговор больше никто не мог подслушать. — В мой первый день тут она не ночевала в кровати, и когда я проснулась, а это было очень рано, её все еще не было в постели. Она точно гуляла где-то за территорией.           — И я подозреваю, что об этом кроме тебя точно никто не знал. Что ж, тебе остаётся только один выход: проследить за ней.           — Слежка за Аддамс? Ты вообще за жизнь мою переживаешь? Она всё замечает и всегда контролирует, она точно заметит, если я в тёмном капюшоне буду идти по пятам за ней.           — Эстер, просто используй свою силу, — парень положил руку на плечо подруги и слегка сжал его. — Это не так сложно, а она и не заметит. Она не из тех, кто слушает школьные сплетни, а значит может и не знать о твоих способностях.           — Ты прав. Хотя бы попробовать стоит, — девушка уже отрисовала краткий план у себя в голове и мысленно уже обняла Роуэна за такую классную подкинутую идею. — Можешь показать мне адрес, по которому стоит их дом?           Эстерли достала из сумки свой дешевенький китайский смартфон какой-то неизвестной фирмы. Провела пальцем по разбитому дисплею, разблокировав его и открыла Гугл Карты, протягивая телефон Леслоу.           — Ничего себе, я думал в нашей богатенькой школе у всех айфоны.           — Не отвлекайся давай, вбивай адрес.           Роуэн осторожно взял телефон у неё из рук и вбил адрес Гейтсов. Карта выдала ошибку.           — У тебя точно есть доступ к интернету? Адрес не ищет.           — Точно, я подключена к сети Невермора. Попробуй снова.           — Я попробовал, но ничего не находит. Это странно, будто кто-то удалил из приложения карт этот адрес, но для этого разве не надо связаться с разработчиками приложения?           — Да я откуда знаю? Я похожа на разработчика? Просто покажи тогда на карте точку, где этот дом должен быть           Леслоу отдалил карту от геолокации Невермора и принялся двигать пальцами в поисках каких-либо ориентиров. Он не нашел изображение здания или хотя бы адрес, но точно знал, что он должен там быть, поэтому создал новую точку и сохранил её на карте.           — Вот, я добавил новую точку на карте. Я уверен, что особняк Гейтсов должен быть тут. Но действительно удивлен, что его нет на карте.           — И на этом спасибо, ты очень помог мне.           После они сменили тему и принялись весело обсуждать школьную жизнь и сплетни, узнавать друг про друга побольше информации и придумывать шутки. Эстер чувствовала, что нашла друга в лице Леслоу. Это был её первый друг в Неверморе.

***

          А вот кого Эстерли Уайт точно не могла считать своим другом, так это Ксавье Торпа. Время занятий подходило к концу, а значит придётся идти в свой школьный клуб. А там она встретит Ксавье и тот снова будет издеваться над её навыками стрельбы. А может она даже выстрелить не успеет, как они начнут ссориться. Может сегодня дойдет и до драки.           Девушка тряхнула головой, отгоняя тревожные мысли. Нет, сегодня она эту ошибку не повторит. Она собирается выстрелить и попасть хотя бы просто в мишень. Потом она собирается извиниться перед Ксавье и попытается наладить контакт. С Роуэном же вышло, почему же не должно получиться с Торпом?           Ноги сам подвели её к полю с мишенями, пока она размышляла как будет располагать к себе парня. Парня, однако, там не оказалось. Опаздывает что ли? Она попыталась вспомнить, а видела ли она вообще его на обеде. Она была занята другими мыслями и не придала никакого значения этому. Хотя так даже лучше. Сможет потренироваться слегка пока он не смотрит.           Опустив свою школьную сумку на траву, Эстер взяла колчан и достала из него стрелу. Рядом на стойке стояли луки. Она с усилием подняла один и попробовала встать в стойку, как в прошлый раз.       «Как он там говорил? Ноги на ширине плеч и локоть прямо?»           Руки почувствовали напряжение и тетива была натянута до предела. Оставалось только прицелиться глазом и отпустить стрелу. Примерно оценив смотрит ли стрела хотя бы в сторону мишени, Эстер собиралась пустить ту в дальний полёт, однако была прервана:           — Форму запачкаешь.           Уайт слегка дернулась с неожиданности, но стрелу не отпустила, иначе та улетела бы куда-то в небо, а не в мишень, как планировалось. Ксавье смотрел на неё, как всегда, с высоты своего здоровского роста и своими замученными уставшими глазами. Волосы у него сегодня были впервые распущены и слегка вились от влаги.           — Форму? А причём тут… — Эстер не успела договорить, потому что Ксавье подошел к ней ближе и аккуратно отвёл лук от тела девушки.           — Белая. Неожиданный выбор цвета формы, мисс Уайт, — уголки его губ дрогнули вверх. Кажется вся эта ситуация веселила его. Правда такая атмосфера нравилась ей куда больше, чем напряженная.           — Не трудно догадаться какой мой любимый цвет, правда?           — Да уж, на секрет не тянет. Но я серьезно, если ты её запачкаешь, то будешь ходить в грязной или же не ходить на занятия вообще.           — Это действительно была бы неприятная ситуация. Буду знать.           Эстер стянула с себя пиджак и положила в сумку. Благо белая рубашка была у студентов не одна, поэтому её пачкать было не так страшно. Стоя в одной рубашке и юбке, она смотрелась всё еще странно, стоя с широко разведёнными ногами и с локтем вбок. Еще одна попытка прицелиться могла бы выйти более удачной, чем предыдущая, если бы он не смотрел прямо на неё. Он ждал результата, хотел увидеть что она сможет на этот раз. А Эстерли готова была сдохнуть от стыда, когда стрела прилетела в самый край мишени и отскочив от него, полетела куда-то в траву.           — Не так уж и плохо, она могла теоретически попасть в мишень. Но ты стоишь слишком широко, нет баланса и твоя рука дрожит.           Торп подошел к девушке сзади и осторожно взял её за талию. Руки его были горячими, как и в тот раз. Своей ногой он аккуратно, чтобы не запачкать белые чулки, подвинул ноги Эстер ближе друг к дружке. Потом наклонился ближе и стал поправлять её локоть и высоту, на которой должны находиться руки. Его волосы случайно коснулись её щеки, пощекотав кожу и нервы.           — А теперь натяни её двумя пальцами вот так, — он держал её руку в своей, а губами шептал ей указания прямо над ухом, иногда задевая самый его кончик губами.           «Это первый парень, который дотрагивается до тебя так долго, а ты уже готова растечься тут лужицей? Соберись, тряпка Эстер»           На бледном лице был хорошо заметен румянец смущения, однако девушка всё равно себя не выдавала и собравшись, отпустила стрелу под руководством Ксавье. Та врезалась в самый низ мишени. Но врезалась же!           — Ты видел? У меня получилось! Я попала! — девушка радостно завизжала и запрыгала вокруг Торпа, смешно хлопая в ладоши.           — Ты молодец! Это было действительно хорошо для второй попытки. А ту мы учитывать не будем.           Слова парня заставили Уайт вспомнить, что вообще-то они из-за этой стрельбы здорово так поцапались в прошлый раз и её возбуждение и радость сразу прошли.           — Слушай, я хотела бы извиниться. Я правда не хотела, чтобы мы ссорились в первое знакомство. У меня был плохой день тогда, и я нервничала, и еще…           — Проехали, — Торп перебил Эстер, иначе она начала бы рассказывать целую слезливую историю и плакать от того, как ей жаль, что она тогда так поступила. Этого ему не хотелось. Женские эмоции вообще были не его тема. Наверное поэтому его так манила безэмоциональная и холодная Уэнсдей, не похожая ни на одну девушку.           — Так мы друзья? — девушка смешно протянула мизинчик, как дети, когда мирились, и смотрела своими огромными, как два блюдца, глазами.           — Друзья, — он сдался и протянул свой мизинчик для этого забавного детского примирения.

***

          План, который разработали они с Роуэном был прост и требовал всего лишь маленькой вымышленной истории. Вечером в комнате Эстер была одна, ожидая, когда придет Уэнсдей. Всё это время она говорила с Роуэном по видеосвязи и завершала последние приготовления.           — Эстер, надень что-то НЕ белое. Там может быть очень грязно и пыльно, а это выдаст тебя в два счёта. Тем более если ты случайно станешь видимой, тебя будет легче заметить в темноте в белом.           — Ты прав, я попробую поискать что-то темное, — Уайт осмотрела свой шкаф и достала более-менее тёмного цвета джинсы и худи. — Ну вот, они же темно-серого цвета, а это худи вообще бордовое.           — Может ты одолжишь что-то у своей соседки? Я слышал девочки всем делятся.           — Что? У Аддамс? Ты хочешь, чтобы кто-то меня за сектанта принял? — они смеялись, изображая выражение лица Уэнсдей с капюшоном на голове.           — Я, кажется, вижу там сзади у нее на кровати лежит милая черная пижамка, — парень хотел уже было попросить подругу примерять её, но заметил сзади девушки движение в окошке на дверях. — Кто-то идёт, клади трубку.           Эстер быстро нажала на красную кнопку и кинула телефон на кровать. Дверь открылась и в комнату быстрым шагом зашла Уэнсдей, сходу присаживаясь за свой стол. План начал вступать в действие. Эстерли зашла в гардероб и переоделась в те самые, единственные в её шкафу, тёмные вещи. Волосы собрала в высокий пучок и незаметно положила в свой рюкзак фонарик, верёвку и ножницы, и набор первой помощи, состоявший из пластырей, бинтов и перекиси.           — Я ушла, — как можно громче, привлекая внимание соседки, сказала Эстер. — Мисс Торнхилл кажется приболела и поэтому я сегодня вернусь поздно. Буду у Энид с Йоко на вечеринке.           — Странный выбор наряда для девчачьих посиделок, — «черт, она заметила. Надо что-то выдумать.»           — Ты же знаешь Энид лучше меня, если я пойду в белом, то вся моя одежда будет в косметике, лаке для ногтей или в коктейле Йоко.           — Да уж, поэтому я на такие мероприятия и не хожу, — безэмоциональное лицо Аддамс на секунду скривилось в призрении. — Удачи вам.           Сработано безупречно. Осталось выждать момент. Эстер зашла за угол на их этаже и постаралась сконцентрироваться. Сегодня ей явно везло, потому что она стала невидимой сразу же, проверив это на фронтальной камере, и теперь стояла, ожидая вторую часть плана. Через минут десять дверь их комнаты приоткрылась и Уэнсдей, одетая в такую же удобную и неброскую одежду, выскользнула и сразу помчалась по лестнице вниз.       Когда они вышли за территорию школы, Эстер стало немного не по себе. Даже днём лесные округи выглядели опасными, а что уж говорить про ночь.       Когда она приблизилась к объекту слежки слишком близко, то решила немного увеличить дистанцию между ними. Девушка прислонилась к дереву, стала видимой и достала телефон. Трэкер писал, что до точки двигаться еще прилично, где-то двадцать минут пешком. Что ж, они никуда не спешили.       Уэнсдей двигалась уверенно, быстро, и точно по какой-то, только ей ведомой, тропинке, что говорило о том, как много раз она сюда ходила. Эстер всю дорогу следила за дорогой и смотрела под ноги, чтобы не наступить на громкую сухую ветку или не угодить в яму. Наконец-то вдалеке показался особняк. Он был окружен забором, а ворота были обмотаны толстой цепью с замком. Аддамс это не останавливало, отмычкой она быстро управилась с замком, словно делала это десятки раз. Распахнув ворота, Аддамс оставила их приоткрытыми, лишь подперев их камнем. За это Эстер благодарила всех богов, которых знала. «Надо подождать пока она зайдет туда. Будет странно, если в какой-то момент она повернется, а ворота открываются сами по себе.»       Когда силуэт Уэнсдей растворился далеко во тьме, девушка решила, что уже можно начать следовать за ней. Быстро отодвинув камень и протиснувшись в щель между воротами, Эстер поспешила найти глазами Аддамс, но той уже не было видно где-то во дворе особняка. На улице стояла уже глубокая ночь и только неестественно яркая луна освещала верхушки деревьев, которые когда-то давно кто-то высадил по всему участку. Ни черта не было видно, хоть глаз выколи. Эстерли достала из сумки фонарик, предварительно став видимой, и стала осторожно исследовать двор, освещая себе путь фонариком. Двор был пустым и все вокруг казалось покинутым. Свет ни в доме, ни в пристройке рядом (которая видимо была гаражом) не горел. Уэнсдей скорее всего была в доме, но зайти туда Эстер не решилась, зная, что там шанс наткнуться на неё будет высоким.       «Попробую заглянуть в окна на первом этаже, может смогу разглядеть что-то» — с этой мыслью девушка направилась к особняку, даже не исчезая, так как её всё равно будет трудно разглядеть, если она выключит фонарик.       Ей оставалась всего пара шагов до особняка, как вдруг ночную тишину разрушил страшный рёв, похожий на медведя или волка, а может на медведя и волка вместе взятых. Он прозвучал совсем близко. Страшный зверь был где-то на территории.       Она испугалась и рванула как можно дальше, несясь к выходу из этого участка, но совесть не хотела отставать, подкидывая картинки испуганной Уэнсдей Аддамс, которая была сейчас одна в доме и могла не услышать.       «Чёрт, я не могу кинуть тут Аддамс. Надо её предупредить» — девушка развернулась и опять помчала к особняку.       Раздался еще один страшный рык и Эстер уже остановилась, не желая помогать соседке. Она решила привлечь внимание девушки и направила луч фонаря на окна особняка, светя в каждое по очереди.       «Ну же, Аддамс, заметь. Вали отсюда!»       После третьего рёва и птиц, разлетающихся от деревьев неподалеку, Уайт стала невидимой просто моментально и рванула на выход. Вылетая за ворота, она уже не думала о том, что сильно наследила. Она просто мечтала оказаться в комнате в Неверморе с живой и недовольной Уэнсдей рядом.