Dead Bite

На меня смотрят огромные голубые глаза. В них я вижу целый мир. Мир, который я люблю. Мне знакомо твое лицо. Твой голос. - Ирма, вставай. Том в опасности! Да, твой голос определенно мне знаком…. Я встаю медленно. Ноги ватные, а в голове гул. «Том в опасности», - эхом раздается в черепной коробке. Я крепко сжимаю нож, отталкиваю рукой маленькую фигуру и иду вперед. Том окружен и явно растерян. Даже его огромная (и не только по моим меркам) туша не может справиться сразу с пятью. Его гигантская лапа сжимает горло одного мертвеца. Вторая ручища размахивает какой-то, весьма внушительных размеров, палкой. - Эй, ребята, я бы на Вашем месте свалила, - кричу так, чтобы «ребята» слышали и потихоньку подбирались ко мне. Ожидания оправдываются. Теперь рядом с Томом двое, и я им не завидую. Сшибаю с ног одного и бью по голове, пока не обнаруживаю, что вместо его головы образовалась каша из крови и мозга. - Тише, милая, все уже позади. Он мертв. Окончательно. Вот так. Разожми кулаки. Умница. Смотри на меня. Сосредоточься. Слышу голос Тома, словно сквозь огромный слой ваты. Перед глазами пелена из собственных слез. Разожми кулаки, Ирма. Он мертв, Ирма. Окончательно. Я умница. Сосредоточься, Ирма. - Ты узнаешь меня? - Да, Том. Я тебя узнаю. - А его ты узнаешь? - Это Крис, - выдыхаю я, не веря тому, что вновь произношу это имя. Оно оставляет приятный вкус на губах и странное тяжелое чувство в животе, будто все мои внутренние органы завязали в тугой узел. Сразу вспоминаю, как училась вязать морские узлы. Один конец сюда, другой – вот так. Затягиваешь. Ничего сложного. Главное понять и запомнить сколько раз нужно затянуть, подтянуть веревку, в какую сторону. Сосредоточься! - Крис, посиди с ней. Я соберу еды. - Я помогу, - вызываюсь мгновенно. Крис – лишь часть моего воображения. Пора перестать сходить с ума. Во время апокалипсиса не найдешь хорошего специалиста – психиатра, а сидеть взаперти и пускать слюни я себе позволить не могу. Я в порядке, я адекватна. Я вся в крови. - Приди в себя. Чуть позже я тебе все объясню, - говорит Том, пока я рассматриваю его широкую могучую спину, удаляющуюся вглубь магазина. - Я думал, что больше никогда не увижу тебя, - холодные руки касаются моих багровых грязных рук. Рассматриваю маленькие пальчики. Ведь я чувствую их. Их прохладу. Чувствую, какие они маленькие. Обращаюсь с ними нежно и осторожно, как обращаются коллекционеры со своими фарфоровыми чайничками древней династии. Маленькие ручки, которые уже держали огромный нож. Которые держали пистолет. И еще Бог знает что, что не должны были держать. Мое прекрасное и любимое создание. - Ты жив, - шепчу и смотрю на его чумазое личико. - Жив. - Я убила его. Я убила отчима. Мы оба молчим, переваривая информацию. Тихо и неожиданно появляется Том с тележкой продовольствия. Встаем. Медленно идем к выходу. Открываем дверь. Солнце ударяет в глаза, и на какое-то время я слепну. Но привыкнув к яркому свету, вижу потрясенные лица. - Крис? – улыбается Мишонн и, прихрамывая, идет к нам навстречу. Кажется, что никому нет дела до еды. Все разглядывают спутавшиеся каштановые пряди на голове моего брата, заглядывают в огромные глаза, а некоторые стараются стереть грязь с его детского лица. - С возвращением, мужик, - подходит Дэрил и протягивает ребенку руку. - Спасибо, мужик, - сияет в ответ он, отвечая рукопожатием. Спустя какое-то время все отходят от шока, едят, пьют. Кто-то копается в машине, кто-то следит за местностью. - Вот тут неподалеку есть заброшенный детский сад или что-то вроде того. Я ночевал там вчера. Но там полно ходячих, - рассказывает Крис и обводит место на карте карандашом. - Нужно собрать оружие, Рик. И дать людям отдохнуть. Сегодня будем ночевать в фургоне. Выставим дозорных. Мы еще не готовы к зачистке, тем более, если там их целая тьма, - вставляю я, и Граймс молча кивает. Диксон вызывается на поиски оружия. - Одного я тебя не отпущу, - заявляет наш главный. - Значит, с ним пойду я. - Тебе бы отдохнуть. - Я в полном порядке! Крис здесь, мы в относительной безопасности – все отлично. Мужчины переглядываются, словно строгие родители, которые решают отпустить ребенка гулять во двор или оставить дома. В конечном счете, ребенка – то бишь меня – выпускают погулять. - Только играем по моим правилам. Ни шагу от меня. Держаться за мной. Никакой самодеятельности, - говорит Дэрил, когда мы отходим на достаточное расстояние. - Не командуй! С чего ты взял, что ты тут главный? – не выдерживаю я. Вот и помогай человеку. Впрочем, это Дэрил. Чего еще от него можно ожидать? Только приказы. - Потому что в мои планы входит вернуть брату его сестру целой и невредимой. - И ты вернешь, - твердо заявляю. - Да и жениху тебя вернуть не мешает здоровой, - добавляет мужчина. - Что? - Вернуть тебя Рику. Не знаю, что и сказать. Жених? В свете последних событий, мне вообще не до этого. Да, и Рику, наверняка, тоже. Какие женихи – невесты, когда твоя группа еле – еле стоит на ногах и Вам негде жить? Молчу. - Ау, - взвываю я, когда острый камешек вонзается в ногу. - Начинается, - бурчит мой спутник. - Ничего не начинается! – как же хочется его ударить. Он в отличие от меня обут. И не в платье. Представляю свой видок со стороны. - Вон там магазин, - видимо, смекнув о чем я думаю, говорит арбалетчик. - Я быстро! - Ты идешь за мной. Его еще проверить надо. - А-то без тебя не знаю. - Ты прекратишь огрызаться? - А ты? - Идиотка. - Придурок. После обмена любезностями мы вновь молчим. Ох, как я обожаю эти наши вылазки! Нагрубит, унизит и идет дальше, даже не оборачиваясь. Магазинчик оказывается пустым. Беру удобные джинсы, майку и кожаную куртку, а также удобные ботинки. Убедившись, что все нормально сидит и мне комфортно – выхожу из примерочной. Мы достаточно быстро добираемся до оружейного магазина. Примечательно, что в этой части города ходячих практически нет. На нашем пути их было лишь двое. Это не может не радовать. Набираем добра: пистолеты, пули, ножи и прочее оружие, которым можно отправить на тот свет мертвеца. Отправить мертвеца на тот свет. Странно звучит, не правда ли? - Знаешь, а ты молодец, - резко останавливается и разворачивается ко мне лицом Диксон, когда мы уже подходим к временному лагерю. - Это сейчас точно ты сказал? - И ты заслуживаешь счастья. - Похоже, у тебя что-то сломалось. С чего это вдруг такие речи? - А, по-твоему, я неотесанная деревенщина, способная только на грубость? - Я не говорила этого. Нет, просто обычно наши разговоры заканчиваются тем, что ты называешь меня идиоткой. Или и вовсе не начинаются! Ты не неотесанная деревенщина. Я никогда так не считала…. Вечернее небо приобретает более темный оттенок, но даже так я все равно могу разглядеть странный блеск в глазах арбалетчика. - А я никогда не считал тебя идиоткой. - Наверное, это лучшее, что мне приходилось слышать в последнее время. Спасибо, - искренне улыбаюсь я. Дальше мы идем молча. Каждый думает о своем.