Dead Bite

- Это была маленькая ложь. На самом деле я помог ему сбежать. - Ловко вышло у тебя, - отвечаю я Тому и отправляю ложку с консервами в рот. - Даже не злишься? - Есть смысл? Мы живы, Том. Мы избавились от него. И мы с теми, кого любим. - Ты права.... Найти бы еще крепкий дом. - Найдем. Я смотрю на людей, сидящих в кругу за костром. Их лица освещают языки пламени, их глаза горят, как сам огонь. Теперь они сыты. Мы с Томом уединились, чтобы поговорить о Крисе и теперь, когда наш короткий разговор окончен, ужасно хочется спать. Смотрю на Рика: длинные ресницы, красивые голубые глаза, морщинка на лбу, перебинтованная рука, заляпанная кровью рубашка. Карл сидит рядом с ним и доедает свою порцию. Умыть бы его и постричь. Ох, Ирма, начинаешь думать, как настоящая мать..... Крис присаживается рядом с мальчиком и что-то говорит ему, Карл молча встает и уходит. Голубые глаза брата выражают полное недоумение и печаль. Я съедаю еще одну ложку. Воздух пропитан дымом от небольшого костра. Темное бархатное небо успокаивает мягким светом звезд. Дыхание выравнивается, воспаленные от слез глаза приятно покалывает. Я искала это чувство умиротворения так долго и упорно. И наконец-то обрела. Моя семья здесь. Мои родные люди рядом. У нас нет крыши над головой, зато мы живы. Мой отчим мертв. Мой брат жив. Моя семья отомщена. Девочка в мешковатых одеждах, девочка со следами побоев..... Девочка, что боялась сказать лишнее слово, девочка, которая забыла, что значит быть счастливой, любимой и нужной.... Прощай. Пора расстаться с тобой раз и навсегда. Ты была дорога мне, как память. Ты всегда была и навсегда останешься частью меня, но следует признать, что мы теперь разные люди. И дороги у нас с тобой разные. Я всегда буду бояться людей, которые будут пытаться заглянуть в мою душу. Просто потому, что сейчас апокалипсис и доверять людям опасно. Но я всегда буду рада им открыться. Просто потому, что без этого не смогу быть счастливой. Просто потому, что нужно кому-то доверять. В этом мире противоречий очень сложно понять и познать истину. То, что сейчас Вы считаете неопровержимым завтра втопчут в грязь массивными ботинками с твердой подошвой. А то, во что не верили станет Вашей религией и точкой опоры. И это было, есть и будет не только во время апокалипсиса. Это было, есть и будет всегда. Потому что такова наша человеческая природа. Мы живем, мы меняемся. Нас меняют обстоятельства, жизненные невзгоды, потери. Даже самые счастливые моменты нашей жизни могут стать поворотными. Сиюминутный порыв ставит нашу привычную жизнь и наше привычное мировоззрение с ног на голову. Люди не меняются. Их меняет жизнь. Девочка, что плачет, прикрывая бордовый кровоподтек ладонью, ты все еще боишься темноты? Ведь ты так боялась ее в детстве. Ты ведь думала, что там живут монстры, которым нужна твоя кровь или кусочек сочной свежей плоти. Девушка, что вдыхает аромат костра и ночного прохладного воздуха, ты все еще боишься людей? Ведь ты считала, что на свете нет монстра более кровожадного, чем твой отчим. Ты до сих пор считаешь, что на этом свете не найдется монстра, что захочет попробовать кусочек твоей плоти? Тогда пройди вглубь города и посмотри в его полусгнившее лицо с выцветшими глазами. Стой и жди. А как только почувствуешь, что из твоей руки выдирают приличный кусок мяса, пойми, что жестоко ошиблась. Мир противоречий.... - Он хочет дружить со мной, - голос Карла тих и спокоен. Однако я чувствую в нем нотки раздражения. Томас давно ушел, прихватив мою пустую банку. Теперь в этом уединенном уголочке только я, Карл и пара назойливых ночных жучков. - Ты не принимаешь его дружбы? - Не хочу. Это из-за него ты так страдала. - Мы все страдали. И это не его вина. - Он отнимет тебя у меня.... - С чего ты взял? - поворачиваюсь к нему и внимательно разглядываю лицо. Карл опустил взгляд и начал пинать носком ботинка какой-то еле-еле заметный камушек. - Он твой родной брат. Ты ему как мама. Вы так долго искали друг друга и теперь вместе. Мне больше нет места. - Ты прав. Мы так долго искали друг друга и прошли через многое. Он любит меня, а я его. Я ему как мать, а он мне, признаться, как сын. Но есть одно «но», - я умолкла, дожидаясь его реакции. Младший Граймс притих и, словно, потух, как слабый огонек свечки на сильном ветру. - И что это за «но»? - светлые глаза посмотрели на меня с невыносимой тоской. - Видимо, в роддоме что-то перепутали. У меня два сына. И чтобы найти второго мне тоже пришлось пройти нелегкий путь. - Ты имеешь в виду меня? - Да, Карл. Я люблю тебя. Как своего собственного ребенка. И ничто и никто не сможет это изменить. - Я люблю тебя! - мальчишка кинулся ко мне и всхлипнул. - Не плачь. У нас все хорошо. А для меня, как для мамы, будет еще лучше, если два моих любимых ребенка будут существовать в мире. - Я обещаю.... - Не надо. Я верю тебе и без этого. Я утерла слезы ладонью, еще крепче прижимая своего Карла Граймса. Я счастлива.