Загадка по имени Питер Паркер

       Они вернулись домой ненамного позже, чем обычно.        — Хорошо, что нам не пришлось долго ждать одежду, а потом еще прибираться в мастерской, — сказал Питер, выбираясь из внедорожника и не забыв прихватить свой рюкзак. — Иначе мы бы все еще были там.        — Ага, — согласился Тони. Он оставил на столе в своей мастерской огромные чаевые и попросил ДЖАРВИСА сказать бедным уборщикам, которым выпадет честь отмывать весь этот бардак, что эти деньги предназначаются им в качестве благодарности за то, что они не убежали сразу же, хлопнув дверью. — Мы будем просто в огромном долгу перед клининговой службой.        Питер потянулся и открыл дверь дома.        — И все равно это было очень весело, — сказал он с улыбкой на губах. — Как будто я и правда стал ученым или кем-то похожим.        — Да, я тоже повеселился, — Тони взъерошил волосы мальчика, как только тот снял пальто. — Иди готовься ко сну.        — Но мы же еще даже не ужинали.        — Ты можешь поужинать и в пижаме.        — И потом мы что-нибудь поделаем после ужина?        — Тебе задали еще уроки, кроме вулкана?        — Нет.        — Тогда можем заняться тем, чем захочешь, но только в доме.        Тони сразу обозначил границы, чтобы потом не расстраивать ребенка категоричным нет на просьбы о прогулке по окрестностям в темноте.        — Хорошо.        Питер повесил свое пальто на низкий крючок и убежал в свою комнату, а Тони для своей одежды воспользовался крючками повыше и ушел на кухню.              ><><><><        — Что ты ищешь? — спросил Питер, присоединяясь к отцу на кухне немного позже.        — Провожу небольшое исследование, — ответил ему Тони, отключая дисплей. — Нужно же чем-то заняться, пока жду бургеры.        Питер забрался на свой стул, чтобы было лучше видно, как бургеры жарятся на сковороде-гриль.        — Пахнет очень вкусно.        — Да, ты прав, — до того, как Питер навсегда вошел в его жизнь, походы Тони на собственную кухню были весьма ограничены. Но с тех пор, как он пообещал себе кормить ребенка более здоровой пищей, Тони изучил множество различных рецептов тех блюд, которые он сам никогда раньше не готовил, но которые нравились Питеру. Гамбургер Хелпер и макароны с сыром были в числе особых фаворитов мальчика и всегда уходили на ура. — Достань из холодильника салатный микс, хорошо?        Обычно они редко ели салаты, потому что Питеру они не нравились, а Тони предпочитал забыть о витаминах, чем спорить с ребенком. Но сейчас он обещал Пеппер, что они съедят что-то полезное, и ему не хотелось, чтобы она потом узнала, что они не выполнили обещание, и припоминала им это всю оставшуюся жизнь. Питер спрыгнул со своего стула и достал из холодильника упаковку с листьями салата, тертой морковью и кучей другой зелени, а также прихватил заправку «Ранчо».        — Я ничего не сказал бы Пеппер, если бы мы не съели салат, — заверил мальчик Тони, забираясь обратно на свой стул.        — Я обещал.        Это ведь может послужить хорошим примером для ребенка, верно?        — Хорошо.        Обещание есть обещание, — подумал Питер.              ><><><><        Когда бургеры приготовились и они сели есть, то Тони обсудил с Питером их эксперименты с вулканом, то, что пошло не так, и то, что они сделали правильно. После ужина они вместе прибрались на кухне, наслаждаясь обществом друг друга, а потом решили поиграть в бильярд, чтобы скоротать время перед сном.        — Я хотел поговорить с тобой кое о чем, — сказал Тони, когда ребенок взял шары со стойки и разложил на столе.        Питер был пока слишком маленьким, чтобы хорошо видеть поверхность стола, который доходил ему до подбородка, но у него была особая ступенька, которой он пользовался во время игры. Мальчик оглянулся на Тони.        — О чем? — спросил он с любопытством.        — Однажды ты упомянул Стиву о парнях, с которыми встречалась Мэй. И сегодня ДЖАРВИС сказал мне, что в моем кабинете ты говорил о том, что один из этих парней рассказал тебе о сексе. И я хотел обсудить с тобой именно это.        Все, конечно, было совсем не так, но просто Тони не хотелось, чтобы Питер уверился в том, что Пеппер передает ему все их разговоры с мальчиком. Обвинить в этом искусственный интеллект было намного проще.        — И что ты хочешь обсудить? — спросил Питер.        — Мне просто стало интересно, что именно он тебе сказал. Ну знаешь... чтобы убедиться, что ты не запутался и у тебя сложилось правильное мнение.        На самом деле это был совсем не тот разговор, который Тони рассчитывал проводить с Питером так рано. Он думал, что у него в запасе есть как минимум несколько лет. Но когда он готовил ужин, то поискал информацию в интернете и выяснил, что многие родители действительно начинали обсуждать с детьми семи-восьми лет сильно отредактированную версию «пестиков и тычинок».        Так что они с Питером, видимо, тоже были на правильном пути.        Питер пожал плечами.        — Он сказал, что девочки должны лечь на кровать, а мальчики... — он на мгновение заколебался, — мальчики должны трахнуть их, — прошептал он ругательное слово, когда не смог придумать ему альтернативы. — И что, если девочки кричат, то значит ты все делаешь правильно. Тони непонимающе смотрел на ребенка одно короткое мгновение.        — Он сказал что-то еще? — спросил Тони. — Упоминал что-нибудь о процессе?        — О том, как это делать?        — Да, об этом. Так ты знаешь?        — Нет. Я не хотел его спрашивать. То, что он сказал, и так прозвучало очень страшно.        Потому что безымянный парень Мэй проделал дерьмовую работу, взявшись разговаривать с ребенком на такую тему, — решил Тони, заставляя себя не показывать своего неодобрения.        — Секс включает в себя очень много всего, — наконец сказал он, беря в руки свой кий. — Но страх точно туда не входит.        — Ты его делал? — с любопытством спросил Питер.        — Да.        — Она кричала?        Тони фыркнул, не в силах сдержаться.        — Девушки не обязательно должны кричать, приятель. И это ни в коем случае не должно быть страшно. Секс — это способ для мужчины и женщины показать, как сильно они любят друг друга.        — Оу.        — Но им занимаются только взрослые, — быстро добавил Тони. — А не такие маленькие мальчики, как ты. Потому что это совсем другой вид любви. Тоже потрясающий, но другой.        Питер кивнул.        — Я понял. Вроде бы, — немного поколебавшись, сказал ребенок. — И мне кажется, что я даже люблю Пеппер. Немного. Это нормально?        — Конечно, — улыбнулся Тони. — Я рад, что ты ее любишь.        — А ты любишь Пеппер?        — Да. Но только не говори ей об этом, хорошо?        — Почему?        — Потому что Пеппер работает на меня, и это может быть слишком странным. А я не хочу, чтобы наши с ней отношения были странными.        — Оу, — Питер с интересом смотрел на то, как Тони запустил белый шар в несколько других, разлетевшихся по всему столу. — Но она ведь милая, да?        — Точно, — Старк так и не понял, как они перешли к разговору о Пеппер, но решил, что лучше вернуть ребенка к текущей теме. — У тебя есть какие-либо вопросы?        — О тебе и Пеппер?        — О сексе, — поправил Тони. — И о том, как его делать, — добавил он, используя выражение Питера. — Я хочу, чтобы ты понял, но я не хочу, чтобы эта информация тебя шокировала. На самом деле, тебе не нужно будет об этом беспокоиться еще очень много лет.        — Пока я не достигну пубертата?        — Точно, — ребенок ходил в старшую школу и должен был заметить некоторые различия между взрослыми мальчишками и собой. — И хотя ты еще слишком маленький, я просто хочу, чтобы ты был готов и чтобы слова о сексе не пугали тебя.        — Я даже не знаю, что спросить... — признался Питер.        — Если тебе что-нибудь придет в голову, то запиши вопрос или запомни, чтобы потом мы могли его обсудить. Хорошо?        — Да. Спасибо.        Эти слова заставили Тони улыбнуться.        — Не за что, — он переключил свое внимание на игру и с интересом наблюдал за тем, как Питер попытался нанести мощный удар по шару, но промахнулся и проехался кием по столу. Но это было неважно, поскольку они не вели никакой счет. — А теперь расскажи мне, что еще интересного было в школе, пока меня не было...        Теперь он мог сказать Пеппер, что поговорил с мальчиком и тот был в порядке. Не испугался, как, вероятно, испугался бы сам Тони в его возрасте. Старку так хотелось, чтобы его малыш оставался невинным как можно дольше. Чтобы у него осталось еще много времени до того, как он узнает обо всем безумстве свиданий своего ребенка и его отношениях с другими людьми, выходящими за рамки тех, что Питер строил сейчас.        Еще в этот момент Тони неожиданно понял, что в его жизни вряд ли появятся какие-то женщины, даже когда Питер станет более взрослым. Ему не хотелось, чтобы мальчику пришлось иметь дело с его пассиями. И особенно с любвеобильной соседкой.