Следом за ошибками

      Кикимора едва не швырнула хрустальный шар в стену. Спокойно. Поставь. Лучше попробуй снова. Должно быть что-то ещё! Кикимора нарисовала круг на мерцающей поверхности. Потом второй. И… давай, как тебя учил Озран? Подцепи и оторви. Аккуратно, не торопись.       Но в её дрожащих руках круги почти сразу распались. Маяки погасли. Кикимора прокричала что-то. Ударила по столу. Шары слегка подпрыгнули на подставках. Тихо ты! Давай ещё раз. И ещё. Ещё, пока у тебя не получится найти хоть что-нибудь полезное.       Кикимора сама не знала, зачем продолжает. Всё, что можно было увидеть, она уже увидела. Оттого руки и дрожали. В какой бы момент времени Кикимора ни заглядывала, какую бы вариацию ни смотрела, везде было одно и то же — забвение.       Даже не смерть, Кики. Какой смысл её бояться? — люди ведь умирают каждый день. Но никто не даст тебе сдохнуть. Нет, ты будешь жить. Существовать. Гнить. Ты даже останешься в замке, просто едва ли кто-то будет о тебе вспоминать. Загляни ещё раз внутрь. Нет-нет, милая, не рисуй круги — просто посмотри. Что ты видишь?       Вот Император снял тебя с должности, подкинув в качестве благодарности за верную службу местечко где-то в низах администрации. Жри! Вот Блайт, эта мелкая дрянь, стала секретарём Императора заместо тебя. Вот все те, кого ты считала если не друзьями, то хотя бы союзниками, перестали тебя замечать. Жри, сука! Даже Хантер, наигравшись, уже не находил нужным издеваться над тобой. Зачем? Достаточно того, что ты ещё живёшь на свете.       А семья? Не Озран, нет — остальная. Где она? Похоже, ты не очень-то им нужна без своей должности. Кикимора проклинала их в эту минуту. Вы всегда упрекали меня за то, что я выбрала карьеру, а не вас. Пускай! Но от моей карьеры скоро ничего не останется. Я снова стану никем. Ну и?! Вы что, затаили на меня обиду? Поэтому отвернулись? Почему там, в будущем, где у меня уже ничего не осталось, вас нет рядом? Как же так?..       Хватит. Плевать на семью, плевать на друзей и приятелей. Тебе не нужны люди, которым не нужна ты. Кикимора отставила шар в сторону и задумалась о том, что делать дальше. Такое будущее, даже если оно неминуемо, не годилось. Она ещё помнила, как её боялись и уважали. Все, от стражников до глав ковенов. Даже Терре приходилось считаться с тобой! Помнишь, как ты крутила Лилит, этой блядью, а она даже вякнуть в ответ ничего не смела? Забудь. Всё ушло. Ничего не вернётся.       Смотри, Кики, приближается итог твоей жизни! Ты должна решиться хоть на что-нибудь, пока ещё можешь. Ты ведь не просто так ушла в тень. Не просто так ты наблюдала за грядущим. Подслушивала. Ждала.       Кикимора заглянула в свои записи ещё раз. Подсмотрела в формулу: вдруг ты перепутала какую-то переменную? Все эти предсказания — сплошная математика! Ну-ка. Нет. Всё точно. Каждый интеграл, каждая прибавленная константа приводили тебя к завтрашнему утру. Там твоя судьба теряла всякую неопределенность. Получается, или завтра, или… Да. Или уже ничего не будет. Администрация. Одиночество. Поражение.       Почти каждая линия твоей жизни перечеркивалась этим утром. Либо кто-то из скаутов сболтнёт, что ты убила Золотого стража. Либо страх перед ним пересилит затаенную злобу. А то и Хантер выкрутится своими силами.       Кикимора уже прожгла себе кожу на пальцах, но упорно пыталась найти хотя бы один успешный исход. Нет, как ни посмотри — для тебя всё кончено. — Отлично! — Прорычала Кикимора. Хорошо! Если я проиграю при любом раскладе, значит и терять нечего. Можно хотя бы немного огрызнуться напоследок.       Чувствуешь? Душу сковала тревога. Жить-то хочется! Если подумать, перетерпеть можно что угодно. Незачем рисковать собой — прими безвыходность своего положения, и всё закончится. Но Кикимора усилием воли сбросила с себя это оцепенение. Нет. Ни за что.       В голове давно созрел план, как если не вернуть себе своё положение, так хотя бы избавиться от Золотого стража. Без него всё пошло бы куда легче! Никто не удивится, если на завтрашнем задании со Стражем что-нибудь случится. Всего вернее, половина его людей не доживёт до полудня. Тебе нужно просто быть рядом. Если выживет — так выстрели ему в спину. Дариус даст тебе оружие. А там, почему нет? Императорцы подскажут, чего конкретно добивался Хантер от этой миссии: ему ведь придётся посвятить их в свой замысел этим утром. Тогда ты сделаешь всю работу за него.       Прочь сомнения! А если до сих пор трудно решиться, вспомни Терру! Она устроила переворот в собственном ковене, хотя поддерживала её всего парочка человек. Видишь? Это возможно. На твоей стороне чуть ли не каждый императорец! Ты слышала. Ты слушала.       Но не стоит забываться. У тебя осталось мало времени, а нужно подготовиться как следует. До чего же трудно посмотреть события завтрашнего дня! Мелькает, никак не разберёшь. В пекло всё: у тебя нет времени на эти потуги. Не можешь разобраться в ближайшем будущем сама — попроси того, кто сумеет.       Возможно, хотя бы в этот раз он не откажет?       Озран наконец-то мог снова наслаждаться жизнью. Ушли кошмары, никто больше не тянул из него силы. Да уж, у медальона были непомерные аппетиты: теперь пророк чувствовал это как никогда. Артефакт отбирал месяц за месяц, год за годом — Озран яростно сражался за каждую минуту своей жизни, но куда ему?.. Счастье, что всё закончилось. Сильно дольше ты не проживёшь, да, но и парочка лишних лет будет приятным сюрпризом. Лучше посмейся над собой, старая клуша: тебе всего шестьдесят лет, и уже пора обдумывать завещание.       А магия! Магия! Теперь глава прорицателей снова чувствовал себя главой. Кажется, даже хрустальный шар ему больше не был нужен: приглядевшись к человеку, Озран уже видел важнейшие узлы его пути. А закрыв глаза, пророк лицезрел будущее в чистом виде. Бесполезными отрывками, конечно же, но как будто кто-то ещё мог похвастаться этим. Легко теперь было работать. Весело.       Однако сейчас Озран убрал маяки и шары: к нему должен был прийти самый-самый лучший гость на свете. Ради такого можно и отвлечься.       Кикимора смотрела на него и не могла узнать. Эти уверенные, быстрые движения — откуда они взялись? Хитрая усмешка, которую она, кажется, видела только в детстве, вновь проглядывала из-под усов. Озран наконец-то вновь расправил плечи и как будто помолодел лет на двадцать. — Выглядишь прекрасно. — Сказала Кикимора, усаживаясь в кресло. Озран расслабленно сидел прямо напротив неё, читал какую-то книжку. Даже кабинет его изменился вслед за ним: всё, казалось, было таким же, но Кикимора больше не чувствовала себя забытым, пыльным хламом, находясь здесь. Воздух пропитался тихим дыханием знаний и тайн. — Спасибо. — Озран довольно потянулся. — Я прикупил замечательный крем и меня наконец-то отпустил артрит. — Я и не знала, что ты им страдал. — А ты разве вглядывалась? — Нет. — Призналась Кикимора. — Неудивительно: я это только что выдумал. — Он быстро мазнул по ней взглядом и вдруг расхохотался: — Я не буду смотреть твоё будущее, Кики! На что ты вообще надеялась? Нет-нет-нет, милая, ты пришла именно за этим, я же вижу. — Ты смотрел нашу встречу? — Вздохнула она. — Немножечко? Самую малость. А вообще, тут и смотреть-то нечего. — Разве я так часто прошу тебя об этом? — А разве я хоть раз соглашался? — И прежде, чем Кикимора успела открыть рот, Озран добавил. — Зачем тебе моя помощь? Ты сама в первую очередь провидица, возьми да посмотри! Ты же у нас большая девочка. В некотором роде. — Я смотрела. — И всё равно пришла ко мне. — Прыснул Озран. — Что же ты увидела? — Ничего хорошего.       В её голосе он услышал отчаяние — большее, чем ожидал. Озран наконец отложил книгу и внимательно посмотрел на Кикимору. Улыбка сползла с его лица. — Боюсь, я ничем не могу тебе помочь. — Помедлив, заключил пророк. — Но ты можешь! — Воскликнула Кикимора, подавшись вперёд. — Пожалуйста. Ты же знаешь, насколько это важно. — Знаю, знаю. Но я ничего не найду. С одной стороны тебя ждёт падение, а с другой просто смерть. Ты не видишь иного не из-за нехватки мастерства, — его-то у тебя достаточно — просто других исходов нет, увы. — Хоть посоветуй мне что-нибудь. — Что тебе посоветовать? — Я не знаю. Я не верю, что ничего нельзя переиграть. Какая-нибудь мелкая фраза или, может быть, мне нужно вовремя посмотреть куда-нибудь… Всё ведь складывается из таких случайностей.       Озран долго колебался. Ты же понимал, что она придёт, понимал, что именно у тебя попросят — и ты с самого начала хотел отказать. Но слишком многое Озран видел теперь, и в его старом, высохшем сердце проснулась жалость. — Послушай меня внимательно. Я вижу, что ты хочешь натворить, и я не буду ни отговаривать тебя, ни подталкивать к этому решению. Все последствия и риски ты и сама осознаёшь. Я не буду говорить тебе, как всё провернуть — потому что быть частью этого будущего я не хочу. Вот тебе мой совет, если можно так сказать. — Да это дерьмо какое-то, а не совет! — Прошипела Кикимора, приподнявшись в кресле. — Как мне это поможет? — Никак. Я и не собираюсь никому помогать. Вы тут все ищете способ побыстрее свернуть себе шею, а у меня есть дела поважнее, чем это. — Я думала, хотя бы ты меня не оставишь… — Сказала она, бессильно опустившись обратно. — Я очень люблю тебя, Кики. Правда. Ты самая прекрасная девочка на свете. Но я уже помог тебе пробиться сюда, разве этого мало? Не надо наглеть. — Причем тут наглость… — Да это я так… Дурацкая отговорка, солнышко. — Ответил Озран виновато. — Но мой ответ не изменится. — Эгоист! — Кикимора внезапно сорвалась на крик. Озран был готов, а всё равно вздрогнул. — Ты просто боишься, что и тебя заденет! Дариус — и то не испугался! Я ведь сделаю это, слышишь? Всё равно сделаю!       И провидец чувствовал, что она не лжёт. Он хотел ей помочь. Нетрудно ведь — хотя бы из сострадания. Пошарь как следует, кто знает, чем обернётся новое покушение? Случайная фраза, нужный взгляд — Кикимора правильно говорила. Если бы это не было так опасно! А вдруг кто-то узнает о моём вмешательстве? Что тогда со мной будет, Кики?       Да, я просто эгоист. Слабак. Трус. Но как мне объяснить, что один лишь мой эгоизм спасал меня столько лет? Я так старательно избегал любой привязанности. Я сточил всё, за что мои покойные кошмары могли ухватиться. Перерезал каждую ниточку, через которую из меня тянули жизнь. Полжизни угробил на это.       Мертвецы давно ушли. Озран был свободен. Ничто не связывало ему руки. Вот только изменить себя за несколько дней прорицатель был не в силах. Холодный разум по привычке удерживал его от любой необдуманной любви. — Как скажешь. — Устало сказал Озран. — Пожалуйста, не хлопай…       Но Кикимора ушла, хлопнув дверью, прежде чем он договорил фразу. Пророк остался один в кабинете. Почему ты отказал? Разве тебе самому не хотелось, чтобы у неё всё получилось? Разве тебе не хотелось помочь своей маленькой Кики?       Вот только Озран слишком хорошо видел смерть, идущую за ней по пятам. А от смерти ему хотелось держаться как можно дальше.