Неизбежно оказавшиеся

I feel like I’m Drowning — Two Feet — То есть как ты не принимаешь приглашение в Общество Беладонны? — Вот так. Имею право, — отвечает Уэнс, пока я сосредоточенно пытаюсь прожечь верёвку у себя на запястье. — А знаете что? А я вступлю! — освободившись, но не подав вижу, сказала я. — Отлично. Посвящение проведём на следующем собрании в среду на следующей неделе в восемь. Развяжите их, — скомандовала Бьянка, но никто не пошевелился, так как и сами видели, что мы с моей соседкой по комнате давно освободились. Мы благополучно вышли из старой библиотеки и направились в свою комнату, чтобы наконец-то отдохнуть. *** Фелли стояла на краю обрыва в достаточно глубокий овраг. На неё нацелил ружьё какой-то мужчина. Он что-то ей кричал, она же лишь испуганно отступала. На девушке было красивое платье, когда-то уложенные волосы сейчас чёрной копной собрались у неё на голове. Мужчина выстрелил: раз. два, три. Офелия полетела в пропасть. Ксавьер проснулся с криком, судорожно хватая одеяло и пытаясь очнуться от ужасного сновидения. Мужчина был ему незнаком, парень даже ни разу его не видел. Возможно, он и не помнил их встречи, если таковая была. Нужно было срочно выяснить, кто этот загадочный незнакомец. Браконьер? Преступник? Хотя это с браконьером одно и то же. Киллер? Сны Торпа ни разу не подводили своего обладателя. Парень вскочил с кровати, боясь разбудить соседа, но тут же вспомнил, что теперь соседа у него нет и тут же поник. Роуэн хоть и был странным, но до определённого момента был хорошим человеком. Парень конечно не мог простить соседу попытку убийства двух человек, ( тем более в числе этих двоих была Офелия Мёрфи, защищать которую Торп посчитал своей прямой обязанностью), но ему было не так просто расстаться с воспоминанием о чудаковатом парне, что сейчас мирно покоился в сырой земле, в чём Торп был полностью уверен. Ксавьер схватил свой скетчбук и простой карандаш и принялся рисовать лицо мужчины. Он не заметил, как на листе бумаги появился портрет стрелявшего, поза, в которой он стоял, целясь в Мёрфи. Это был рослый человек с густой бородой, в ковбойской шляпе. Стрелял он из дробовика, наименование которого Ксавьер точно не знал, но при случае смог бы опознать оружие. Глаза мужчины были чёрными, волосы — каштановыми, в них проглядывала седина. Поперёк носа был не очень заметный шрам. Человек был грузен и одет в клетчатую красную рубашку, джинсы на толстом ремне и тяжёлые сапоги. Торп всё очень точно и детально запомнил и для себя решил, что с сегодняшнего дня вступает в игру. *** Субботнее утро было солнечным. Я проснулась от того, что яркий свет лёг прямо на моё лицо из окна. Тем не менее, пробуждение не было болезненным, каким бывает обычно. С утра у меня даже было какое-то настроение. Не знаю, кого нужно благодарить, но в этой великолепной с недавних пор школе люди не учатся по субботам. Мне пришло сообщение от Йоко: девушка хотела встретиться за завтраком и что-то обсудить. Я надела чёрную толстовку, такого же цвета джинсы-клёш, кеды. Волосы заколола крабиком. Энид пошла со мной, и мы, держась за руки, двинулись в сторону столовой, которая располагалась на первом этаже главного здания. На завтраке нас встретила Танака и мы втроём уселись за отдельный столик в отдалении от остальных. — В общем, — начала девушка-вампир, — тут люди предлагают сходить на вечеринку в школу к нормисам. — Ты уверена, что это хорошая идея? — попыталась выговорить я, параллельно с этим жуя тост. — А почему нет? У них и музыка хорошая, и травка всегда есть. Ни разу там не было скучно за все те разы, что я там была. — Про травку довод сомнительный, однако мы будем там не за этим. Мы с вами, друзья мои, пойдём туда за информацией, — я заговорщицки улыбнулась, допивая кофе. В итоге всё наше утро было занято распространением информации о самой нормисовской вечеринке и привлечением как можно большего количества людей. К полудню собралось около двадцати человек желающих. Это число полностью состояло из старшеклассников, среди которых были и Аякс с Ксавьером, и Энид, и близнецы-сирены, и ещё люди, которые мне знакомы не были. Мы условились в семь часов вечера встретиться около ворот в Невермор, чтобы всем вместе добраться туда. А до встречи каждый решил заняться своими делами. Я наконец достала из чемодана, который так и не был разобран с момента приезда, все остальные вещи. Рюкзак я тоже разобрала. В руки мне попалась та самая тетрадь по астрономии: толстая, в твёрдой обложке и на кольцах. Эта вещь была моим трофеем. Здесь, в этой тетради-книге, было большое количество моих собственных наблюдений, фотографий, распечатанных и наклеенных так, чтобы для человека, ничего не знающего в такой науке, как астрономия, было всё понятно. Тут же были и мои расчёты, и заметки отца. На самом деле, я ужасно по нему скучала. Каждый раз, когда что-либо, даже совсем незначительное, напоминало мне о его пропаже, мне становилось невыносимо одиноко, грустно. В такие моменты всегда хотелось плакать, но в этот раз я не проронила и слезы. Слезами делу не поможешь, и если я хочу найти папу при условии, что он жив, значит надо не рыдать, а действовать. Я захлопнула тетрадь, положила её под подушку и дала себе мысленное обещание как-нибудь при случае заняться наблюдением. В то время, как я предавалась воспоминаниям и своему горю, внизу происходило что-то изрядно шумное. Я свесилась со второго этажа, но мои соседки даже не заметили меня, так как крайне увлечённо спорили. — Тебе нужно это сделать. — твёрдо и вкрадчиво сказала Уэнсдей. — Нет. Я не хочу. Не буду. Даже не проси меня. Это, в конце концов, страшно! — Что там страшного? Дом не такой большой, нас трое. — Нет! — Я даю тебе шанс подумать. Кажется, Уэнс затеяла ещё одно опасное приключение, в которое я вмешиваться не хочу. Уже и так по лесу пошвыряли, напугали до смерти. Хватит, спасибо. Хочу наконец повеселиться. На месте Энид я бы никуда не пошла. Я легла на кровать, надев наушники. В голову начали лезть мысли о предстоящей вечеринке. Никто не должен пробовать марихуану там. Неизвестно, кто продавец, насколько она опасна для жизни, да и употребление наркотиков, даже самых лёгких, никогда ни до чего хорошего не доводило. Мои глаза стали постепенно слипаться, и я не заметила, как заснула. *** Ксавьер начал с малого: довершил наконец портрет человека в ковбойской шляпе и пошёл по школе спрашивать, не знает ли кто-либо, что за мужчина изображён на его рисунке. На все его вопросы либо отрицательно вертели головой, либо пожимали плечами, говоря, что впервые видят этого человека. Торп сделал вывод, что данный индивид появится, скорее всего, в очень скором будущем. Парень не одну тысячу раз прокрутил в голове события своего сна, сложил два плюс два и понял, что инцидент случится либо во время Вороньего Бала, либо сразу после него. Откуда такие выводы? Ну во-первых, на Феллс было красивое нарядное платье, а насколько мальчик знал свою подругу, та не носила такие вещи в повседневной жизни и без повода. Во-вторых, Вороний бал — идеальная причина надеть такой наряд, думалось Ксавьеру. Копать он решил от этого, догадываясь, что двигается в правильном направлении. Парень решил, что, если ничего экстраординарного не произойдет до события, он подождёт Бал, а потом будет предпринимать последующие шаги. Пока он терзался в сомнениях: стоит ли говорить Офелии о своих снах? С одной стороны, девушка должна знать о том, что её могут убить в ближайшем будущем. С другой стороны, Торп не хотел пугать Фелли раньше времени, так как пока не убедился в правдивости своих сновидений. В раздумьях Ксавьер побрёл в комнату, медленно переставляя ноги и одновременно лихорадочно соображая, что же ему делать. *** Кто-то тряс меня за руку, что меня и разбудило. Этой кем-то оказалась Энид, что уже успела выключить музыку в моих наушниках и теперь тараторила о том, как важно сегодня шикарно выглядеть. Девушка-оборотень выволокла меня из моей постели, посадила на стул перед своим столом и принялась расчёсывать мои спутавшиеся волосы, пока я не пыталась разлепить глаза. Когда Синклер закончила, на моей голове красовался шикарный конский хвост, резинка на котором была спрятана: обёрнута прядью. Я довольно спешно поблагодарила подругу, начала рыться в шкафу в поисках приличной одежды и даже не заметила, как в дверях появился Тайлер. — Э-э, а Уэнсдей тут? — Нет. Галпин так и стоял в дверях, не зная куда податься, но Энид облегчила ему задачу и захлопнула перед его носом дверь. Я вздохнула с облегчением, так как мне не пришлось этого делать. Тайлер чем-то мне не нравился, я не могла объяснить чем. Просто мне казалось, что он ведёт себя подозрительно, хотя прямых доказательств этого у меня не было. Ещё эта его почти буквальная одержимость Аддамс меня пугала: может, конечно, это простая влюблённость, но какая-то внутренняя интуиция мне подсказывала, что всё не так просто, как кажется. За пятнадцать минут до назначенного времени мы с девочками вышли из комнаты и направились на выход из общежития, дабы достичь быстрее ворот в Невермор и уже там подождать остальных. Когда мы пришли, некоторые были уже на месте, некоторые — опаздывали. Между всеми нами повисло напряжённое молчание: никто, как я поняла, не чувствовал себя особенно комфортно в компании нормисов. *** Ксавьер шёл на эту вечеринку не столько чтобы повеселиться и в кои-то веки отдохнуть, сколько чтобы приглядеть за друзьями и раздобыть информации. Торп хорошо знал, что алкоголь развязывает язык и надеялся этим воспользоваться в своих целях. *** Мы довольно быстро пришли в Джерико, на окраине которого нашу компанию встретила парочка нормисов, видимо специально сюда поставленных, чтобы сопроводить изгоев до школы, то есть место проведения мероприятия. Старшая школа Джерико оказалась совсем недалеко от границы города, мы достигли её всего за пять минут ходьбы в среднем темпе. Даже с улицы было слышно, как орала музыка в спортивном зале. Были видны разноцветные лучи света прожекторов. Всё это не предвещало ничего хорошего. Мы вошли в зал под заводную музыку и сразу разбрелись по нему, тут же нарушая негласное обещание держаться вместе. Йоко тянула меня куда-то вглубь толпы. Чем дальше мы заходили, тем пьянее были люди, танцевавшие вместе с нами. Танака взяла меня за руки, пытаясь ввести в ритм сумасшедшего пьяного танца. Спустя некоторое время, заиграла знакомая мне песня, и я сама влилась во всеобщее веселье, странно двигая конечностями, но вроде бы так делали все, так что мои танцевальные навыки быстро перестали меня волновать. Скоро в нашу компанию влилось ещё приличное количество людей, и мы образовали немаленький круг посреди танцпола. *** Ксавьер держал в руке красный пластмассовый стаканчик и бутылку, наливая себе какой-то алкогольный напиток. Парень понюхал содержимое стакана — вроде всё нормально, глотнул, поморщился. Потом залпом осушил всё оставшееся содержимое стакана и стал искать взглядом друзей, чтобы присоединиться к ним. *** Йоко вытянула меня из толкающейся толпы и повела меня к выходу, на свежий воздух. — Мой друг зовёт меня сыграть в правду или действие, совмещённую с бутылочкой, — заявила она, — ты со мной? — Придётся… — я слабо улыбнулась, показывая подруге, что мне не особо хочется этого. — Если у тебя нет желания, можешь не ходить, — она заботливо сжала моё плечо. — Я же уже сказала, что пойду! — по-доброму усмехнулась я. — Надо найти кого-то ещё, а то вдвоём неинтересно. — и Танака юркнула в толпу, оставив меня ждать у входа в спортзал Старшей Школы Джерико. Девушка-вампир вернулась спустя непродолжительное время. С ней были Энид, Аякс и … Ксавьер? Его присутствие удивило меня не меньше, чем тогда, на моём первом Собрании Общества Беладонны. Парень заметил моё замешательство, но ничего не сказал. В такой компании мы отправились в какой-то кабинет, ведомые Йоко и его другом. Мы пришли в кабинет математики, как я поняла, и расселись кругом прямо на полу. «Бутылочкой» стал служить стеклянный сосуд из-под только выпитого кем-то шампанского. Сосуд был положен в середину нашего круга. — Итак, кручу я, так как вас всех сюда позвала я, — сказала Танака и недобро оскалилась, показывая острые клыки. Девушка крутанула бутылку, та завертелась, мгновенно повергая каждого из сидящих на полу в напряжение. Наконец, предмет остановился, показывая, что загадывать должен мальчик по имени Джек, а выполнять задание должна Энид. Я нахмурилась, ожидая худшего и готовясь в любой момент начать отговаривать подругу от сумасбродного задания. — Действие, — не дожидаясь, пока Джек спросит, сказала девушка-оборотень. — Значит так, — начал мальчик, параллельно с этим роясь в правом кармане своих джинсов, — у меня есть это, — он вынул нечто в зип-пакете, — скури. Кровь отлила от лица Синклер, как только она взяла в руки пластмассовый пакетик с веществом. — Энид. — сказали мы одновременно с Аяксом и положили руки на её плечи с обеих сторон, безмолвно умоляя её не пробовать этой гадости. До меня мгновенно дошло, что Джек пытается вывести из игры слабых по его мнению игроков, чтобы начать ожесточённую борьбу с сильными. Только вот насколько он был силён сам? Синклер опустила руку с пакетиком на пол, борясь с гордостью и важностью своего здоровья для самой себя одновременно. Это заметил мальчик, загадавший задание, и ехидно ухмыльнулся. — А я знал, что Изгои ни на что не способны. Слава-ба-ки, — он оскалился, подавшись вперёд. — особенно такие, как ты. Вы не годны ни на что. Кто ты? Оборотень? Где же твои коготки сейчас? — но Энид не обратила внимания на его слова, продолжая бороться с самой собой. — Хватит. Провоцировать. — холодным, как сталь, голосом сказал Аякс, так зло глядя на Джека, что съёжились все, но не загадавший омерзительное задание. — Что, не выполнишь? Сразу покажешь, какая ты жалкая? — продолжил мальчик, не обращая никакого внимание на горгону, что уже начал закипать, — в этом пакете совсем чуть-чуть. Скуришь и не заметишь! — Джек неожиданно добро улыбнулся, глядя Энид в глаза, которые она только что подняла, — Или навсегда останешься пустым местом? — Ладно! — неожиданно вскричала девушка-оборотень, чуть не плача, — как это делать? У Джека отлично, просто превосходно получилось психологически надавить на и так не особо стабильную психически девушку. Браво! Энид скурила наркотик. Я с беспокойством наблюдала за её поведением, чтобы, если что, самой как-либо ей помочь или вызвать скорую помощь. Сначала девушка вела себя до странного тихо, просто сидела, скрестив ноги, уставившись в пол. Потом из её уст стали доноситься нелестные и иногда даже непристойные комментарии в адрес участников-нормисов. Чаще всего такие её выпады были адресованы Джеку, который мало того, что игнорировал их, так ещё и успевал позлорадствовать. Энид нужна была помощь, но мы с Аяксом почему-то остались играть до нашего первого и последнего задания. Так прошло несколько конов, пока вдруг бутылка не указала на меня и на девушку-нормиса по имени Стейси. — А пусть будет правда! — ответила нормис на мой вопрос. — Хорошо… — пробормотала я, прекрасно понимая и осознавая, что сейчас это мой шанс и я во что бы то ни стало должна узнать что-то о Монстре или о том, кто за этим стоит, — давно ли в вашем городе пропадают люди? — Ну, — Стейси слегка замялась, не зная, как ответить на вопрос, — примерно с начала семестра. Сначала целая семья, потом девочка, потом турист вроде как. — Отлично, спасибо! — я нахально улыбнулась девушке, давая ей понять, что та только что выдала мне толику ценной информации о преступлениях, совершаемых в городе и в которых, на секундочку, подозревают изгоев. Дальше прошло ещё несколько раундов, время перевалило за одиннадцать часов вечера. За это время я успела несколько раз встать, размять ноги, сходить с Энид в туалет. Кстати о ней, в туалете она легла на бок, мы провели некоторые процедуры, девушке стало гораздо легче по её же словам. Я была вполне удовлетворена своим уловом, но вдруг бутылочка показала на Ксавьера, который должен был выполнить задание Йоко. — Я вижу, как вы взаимодействуете с Феллс, — начала она свой монолог, — хочу подтолкнуть ваши отношения на новый уровень. Поцелуй Офелию. В губы. Я в изумлении уставилась на подругу, что сейчас победно ухмылялась. Ксавьер встал на ноги, обошёл круг и присел возле меня на корточки. От него слегка пахло алкоголем, хотя пьяным Торп не выглядел. — Я надеюсь, ты не против, — сказал он и, недослушав, накрыл мои губы своими. Я была не против. Я была очень даже за. — Ещё! — скомандовала Танака. Мне захотелось её одновременно и проклясть и благодарить до конца дней моих. — Глубже! Торп слегка углубил поцелуй, перед этим дав нам обоим вздохнуть. Мелькнула чья-то вспышка камеры, но нам обоим, кажется, было наплевать. — Умники! — радостно воскликнула Йоко и принялась аплодировать. Игра продолжилась, но мне почему-то стало грустно. Вдруг для него это было просто заданием? А вдруг он по-пьяни это сделал? Оставшуюся игру я просидела молча.