"Эндрю, любимый..."

      Холодное, прозябшее духом смерти и горя, кладбище, залитое золотыми и оранжевыми опавшими листьями. Серые и черные надгробия, имена на них, маленькие фотографии, эпитафии. Среди них, как одинокое деревце в поле, стояла маленькая статная фигура светловолосого парня. Эндрю пытался не упасть с ног, что предательски не держали его рядом с плитой, на которое красивыми буквами было выгравировано — «Пит Боу 12.03.199X-13.09.2022 г.». Он смотрел на могилу своего мужа, своего верного друга, с которым они прошли и огонь, и воду, и медные трубы. Их семья в светском обществе прослыла очень дружелюбной и милой, пусть все-таки были предрассудки, так как брак омеги с бетой до сих пор считался чем-то не очень «нормальным». Эндрю выдохнул, прикрывая свои голубые глаза, мысленно быстро перематывая все события, что случились с ним и его супругом в прошлом. Выпускной бал, поступление в другой город, случайная встреча, помощь, свидания, диплом, переезд, свадьба, открытие издательского дома, успех, книги, нежность… смерть. — Дружочек… — тихо просипел Эн, голоса уже почти что не было, — На кого же ты меня здесь оставил, дружочек мой?.. — парень сел на колени, прямо на тусклую траву, пачкая в ней свой дорогой черный костюм, — Я к тебе хочу… — омега едва ли сдерживал слезы, две руки положив на холодный мрамор надгробия, — Родной…       Ладонями чувствуя лед, исходящий словно не из этого мира, Эндрю ощущал будто бы что-то загробное, далекое, но то, где теперь находится его муж. Он не первый раз сталкивался со смертью так близко — у него уже умирали и родственники, и друзья, и просто знакомые. Когда умер хороший друг — умер хороший друг, когда умер дедушка — умер дедушка, когда умер Пит — умер Эндрю. — В душе так пусто, — простонал Эн, оглаживая длинными тонкими пальцами имя и фамилию супруга, — Прости меня… — Мистер Питерс, — грубый низкий мужской голос прервал подступающую истерику Эндрю, который теперь медленно поднялся с колен и повернулся на источник звуков, ощущая настолько приятный восхитительный аромат чая с мятой, что он невольно задышал чаще, — Офицер Рид, позвольте задать вам несколько во…       Как только Эн обернулся, то замер, как вкопанный. Казалось, парень даже забыл, как дышать, уставившись голубыми глазами в настолько знакомое лицо Макса Рида. Мужчина тоже шокировано смотрел на омегу, его лицо, красивое, но отвратительное для Эндрю, вытянулось и побелело. Питерс приложил свою маленькую ладошку ко рту, который невольно открылся от удивления, и отпрянул слегка назад. Воцарилось накаляющееся молчание. — Эндрю… — прошептал Макс, наконец-то придя в себя, — Подожди, — что-то щелкнуло в голове альфы, он заглянул за спину Питерса и внимательно осмотрел надгробие, не веря в то, что там написано, — Что? Нет, погоди, этого же не может быть, — мужчина отрицательно покачал головой, шумно вдохнув воздух, — Неужели Пит Боу… О Боги, как же это?       Пока Макс, находясь в каком-то непонятно трансе, не верил своим глазам, Эндрю наконец-то отмер, придя в себя и, выпрямив спину, натянулся как струна. Он с гордостью осмотрел высокую широкую фигуру полицейского, который оказался для него самым ненавистным человеком. Судьба настолько злодейка, настолько любют смеяться, что свела их снова, так глупо и странно, при таких ужасных обстоятельствах. Нет, какая глупость. Какая глупость! — Что вам от меня надо, офицер Рид? — обессиленно спросил Эндрю, оттряхнув свои колени от земли и травы, — Я ничего не знаю про смерть мужа. Я месяц был в другом городе, у моря, он умер без меня, его похоронили без меня, так что я вам не помощник.       Питерс постарался сделать голос максимально строгим и серьезным. По сути он действительно ничего не знал, кроме того, что Пита отравили. По крайне мере так ему сказали родители мужа и ближайшие друзья, которые с сочувствием относились к молодому вдовцу, что даже не успел попрощаться с почившим супругом. Похороны провели за день до того, как домой вернулся бедный Эндрю, матеря все и всех, спеша из последних сил в родной город, лишь бы успеть попрощаться. Не успел. От того и корил себя, ненавидел, хоть и понимал, что его вины тут нет — Пит месяц назад сам отправил Эн на курорт, чтобы тот отдохнул и набрался вдохновения. Может быть, он чувствовал свою смерть и так сильно не хотел, чтобы эту страшную картину видел любимый муж?       Любимый… любили они друг друга сильно, но только не романтически. Были как друзья, самые родные и близкие люди, но никогда не были любовниками. Эндрю даже фамилию Пита не стал брать, чтобы подчеркнуть свою «самостоятельность» и истинное положение дел в их отношениях — папа всегда говорил, что фамилию надо носить только любимого мужчины, либо отца, либо мужа. Так что, следуя по этой логике, Эндрю признался Боу в том, что желает остаться Питерсом. Бета очень спокойно и понимающе отнесся к этому, в конце концов, это мелочи. Сейчас Эн жалел, что в их семье было мало романтики, возможно они смогли бы полюбить друг друга и в таком плане, но ничего не делали для этого. Грустно. Боу так никогда и не был любим в полном смысле этого слова, он всегда хранил верность супругу, который являлся больше другом, всегда понимал, принимал, относился с безумной нежностью и бережностью к Эн, никогда не прося что-либо взамен. — Неужели вы правда были женаты? — как-то разочарованно и грустно спросил Макс, хмуря черные брови, от чего на лбу проявилась морщинка, — Как? Тебе же он так не нравился в школе.       Эндрю захватил поток воспоминаний о прошлом, как он с омерзением относился к Питу Боу, полноватому дураку из старших классов, которого по началу даже отверг. Однако выпускной вечер они провели вместе, при чем достаточно душевно, хоть потом и не общались после — Пит через неделю переехал в другой город. Спустя пару лет туда же свалил и сам Эн, поступив в университет на филолога, лелея мечту писать книги. Потом его начали травить в общежитии из-за того, что Питерс «отличался от всех». Он был красив, точнее, стал красивым, настоящий белый лебедь, выросший из гадкого утенка. На молодого одинокого омегу облизывались многие альфы, оттого их омеги и обозлились — то вещи порежут, то в его кровать соль насыпят, то продукты попортят. Одна суматоха. Каждый день превращался в ад, тогда, уже лет в 20, по счастливой случайности, Эн в книжном магазине встретил Пита.       Они начали тесно общаться, часто вспоминали прошлое, особенно школу и выпускной, после стали жить и настоящим, ходя на свидания или прогулки, а потом уже начали строить планы на будущее, обдумывая переезд, свадьбу и совместный бизнес. Как только омега все-таки признался Боу, который, кстати, за студенческие годы возмужал, похудел и вообще выглядел теперь словно с обложки модного журнала, в том, что над ним нещадно издеваются в общежитии, Пит сразу же пустил все свои накопления на их совместный переезд. Так они купили маленькую квартиру-студию близкую к центру города в ипотеку, которую, кстати, очень быстро закрыли. Жили скромно, спали по разным местам, зато ощущали небывалую душевную близость. Эндрю уже с того периода понимал, что в этом страшном огромном мире вдвоем жить легче, особенно рядом с Боу, который души не чаял в этом маленьком смешном парне, к которому воспылал нежностью еще на выпускном. — Мы встретились случайно спустя несколько лет после бала, Офицер Рид. Пит Боу открылся мне с новой стороны, помогал и поддерживал во всем. Я был один, в незнакомом городе, который был очень неприветливым к слабым несуразным омежкам, — парень устало пожал плечами, — а он был единственным, кто решил быть рядом. — Я бы тоже помог тебе! — сорвался альфа, от чего тут же словил презрительный взгляд двух глаз-озер, — Я бы… если бы я знал, я бы тоже защищал тебя, Эндрю.       Омега сейчас выглядел невероятно прекрасно, пусть и обессиленно. Бледное миловидное лицо, которое годы будто только украсили, аккуратный носик, пухлые нежные губы, из-под которых выглядывали ровные белоснежные зубы, красивая фигура, выгодно выделяющаяся с помощью дорогого костюма. Настоящий герой романтического романа, настоящий красивый белый лебедь. — Но ты не защитил, Макс, — прошипел Питерс, чья красота сейчас выглядела ледяной, недосягаемой, — Как поживает Марсель? Или как там его? — парень обманчиво улыбнулся, его глаза с обидой и злостью смотрели на того, на кого десять лет назад глядели с любовью, — Надеюсь, в ваших отношениях сейчас все хорошо. Итак, офицер Рид, — омега поправил складки пиджака и как-то беспристрастно взглянул на альфу, как на кого-то чужого, — я человек занятой, мне пора. Про смерть моего мужа вам следует спросить его друзей, они явно знают больше меня. Всего хорошего.       Парень развернулся на выход, бросив на прощание взгляд на надгробие своего дружочка, который сейчас лежит там, в сырой земле, в то время как его супруг так нелепо столкнулся лицом к лицу с тем человеком, которого так сильно ненавидел. Но самое ужасное — в сердце Эн что-то щемило, просило остаться еще хоть на секундочку рядом с альфой, от которого так приятно пахло мятой. — Эндрю! — выкрикнул Макс, от чего Питерс невольно остановился и обернулся, — Мне чужого не нужно, а свое я не отпущу. Пойдешь со мной на свидание?       Парень удивленно приподнял одну бровь, скривив пухлые губы в что-то, похожее на ухмылку. Он молча поднял правую руку и аккуратно постучал по золотому обручальному кольцу на безымянном пальце. — Я вдовец, а не изменщик, Рид, — спокойно сказал Эн, — При жизни Пита не опозорил, а после смерти и подавно. — Если ты так хочешь, — альфа медленной походкой пошел в сторону Питерса, который сейчас выглядел настолько отчужденно, словно «не от мира сего», будто пришедший с небес на эту грешную землю, — я буду просить разрешения у Пита, пусть примут Боги его душу, пока сам не умру. — Ты идиот, офицер Рид, — шумно выдохнул омега, снова разворачиваясь в сторону выхода с кладбища, — Пожалуйста, я уже не маленький мальчик, чтобы вестись на твои уловки. — Но на свидание со мной пойдешь, Питерс? — заинтересованно спросил мужчина, подходя все ближе к Эндрю, который уже начал идти, и шел достаточно быстро, особенно для таких коротышек. — Только если Пит воскреснет и лично даст разрешение.