Глава 6. «Физкульт-привет!»
25 декабря 2022 г., 11:00
Пока я училась, перед новым годом нам предстояло пройти медкомиссию. В общем и целом, у меня серьёзных проблем со здоровьем не было, помимо чересчур излишнего веса. Меня это не расстроило, так как я всё равно собиралась похудеть, а сейчас как раз появился неплохой такой повод, а по дороге обратно домой, после посещения поликлиники я написала Стивену об этом.
«Это хорошо, — ответил он. — То есть, не то, что у тебя ожирение, а то, что взялась за спорт. Молодец».
«Ты правда так считаешь?»
«Конечно. Так что давай, занимайся усерднее!» — он прислал смайлик.
«Хорошо, я постараюсь».
Меня радует поддержка Стивена — это придавало больше мотивации ухаживать за собой и своим здоровьем. Поэтому, после нового года, я начала заниматься спортом, выполняя различного рода физические упражнения.
Сначала было очень тяжело привыкнуть к такому графику: каждый день отнимать по пятнадцать минут минимум на занятия. Я явно не спортивный человек, и я пропускала дни из-за переутомления и нежелания делать это каждый раз. В какой-то момент я даже начала сдаваться и откладывать упражнения на потом, конкретно разленившись, пока на уроках, когда учитель снова опаздывал, меня не спросил Стивен:
— Как дела со спортом?
Мне не хотелось рассказывать о своей лени, но лучше, конечно, сказать правду.
— Мне очень неохота что-либо делать, — выпалила я. — Не могу заставить себя встать и выполнять упражнения, а они сложные. В общем, без понятия, может я лучше летом займусь...
Стивен, прежде чем что-то сказать, выдержал небольшую паузу:
— Начни с простых упражнений. Там же в интернете наверняка есть план для начинающих. К примеру, йога, она очень полезная: и расслабляет, и жир сжигает. Можешь ещё на диету сесть.
— Диета — тоже штука сложная...
— Да на самом деле нет, — заверил он. — Просто исключи что-то из своего рациона. Сахара, может, поменьше в чай насыпай, или салаты ешь, но не с майонезом.
— Фу, не люблю салаты, — поморщилась я.
За это заявление Стивен стукнул меня по голове линейкой.
— Если хочешь похудеть, то полюби, — он задумался, а затем продолжил дальше. — Давай так: похудеешь хотя бы на пару килограмм, я выдам тебе поощрение.
— Ого. А что за поощрение?
— Не знаю, что хочешь — то и проси. Может купить что-то, подарить, или...
— Нет, я знаю, — резко перебила его я. — Ты меня пригласишь гулять. А то сколько общаемся, ни разу даже по улочкам не прошлись.
— Ах, да, — Стивен чуть ссутулился. — Прости, забываю тебя позвать. Давай только летом, ладно?
— А если не похудею — не позовёшь?
— Да нет, я и так позову. Так что потом я сам подумаю о поощрении, — он задумчиво поднёс руку к подбородку.
Как только в кабинет зашёл опоздавший учитель, наш разговор прервался.
***
Оставшееся полугодие я активно занималась спортом. Чтобы это занятие не казалось рутинным, помимо физических упражнений я увлекалась танцами. Даже на одном из уроков физкультуры я попыталась сыграть в волейбол, но поняла, что это не моё. В итоге, ближе к концу мая, я сравнила нынешний вес с прошлогодним: разница была в пять килограммов. «Вау, крутая! — написал мне Стивен после того, как я оповестила его об этом. — Даже не два, а целых пять. Молодец!» «Спасибо. Кстати, помнишь, как ты мне пообещал поощрение за это?» «Помню. Я уже подумал и решил, чем тебя наградить». «И что же?» «Увидишь». «Блин, ну что за тайна такая?» «Военная. Чтобы сюрприз был приятнее, надо всё держать в интриге», — он прислал подмигивающий смайлик. «Эх, — вздохнула я. — Хоть весы и говорят, что я сбросила лишние килограммы, всё равно я не выгляжу худой». «Конечно, это естественно. Какой у тебя рост?» «Сто шестьдесят два». «Ох, ну тогда тут нужно худеть до шестидесяти килограмм. А вообще, лучше до пятидесяти пяти». «Ничего себе! — не на шутку удивилась я. — Это ж сколько лет мне худеть надо?» «Ну, знаешь, если хочешь выглядеть хорошо, то нужно всегда спортом заниматься, по-другому никак». «Эх», — снова выдохнула я, на этот раз с неимоверной грустью. «Не волнуйся, я буду поддерживать. Тоже буду себя в порядок приводить». «Да ты и так спортивный, куда тебе ещё-то?» «Ты просто не видела, насколько я худой. Погоди, сейчас пришлю тебе кое-что». Я села на кровать в ожидании чего-то, что должно доказать его заявление. Видимо, фотографию. Через минуту он прислал, как уже выяснилось, фото. И необычное: Стивен стоял напротив зеркала, держа телефон в правой руке, а левой поддел край свитера и оттянул его до уровня ключицы, обнажая свой торс. Это заставило моё сердце колотиться сильнее, а дыхание сбилось, когда я увидела аккуратный рельеф его мышц. — Ого, — проговорила я, почувствовав, как мои ладони запотели. «Ну, я бы не сказала, что ты хиляк, — кое-как напечатала я. — На самом деле, ты очень даже спортивный». «Так и скажи, что тебе понравилось», — я даже на расстоянии чувствовала, как он ехидно улыбался. Из-за этого сообщения мне стало максимально неловко. «Я такого не говорила!!!» «Да брось, я уже всё знаю», — Стивен снова прислал смайлик, на этот раз хохочущий. — Чёрт, — зашептала я. «В общем, спасибо, что поддерживаешь меня, обещаю, что достигну следующей цели». «Не за что. Кстати, мы можем встретиться сегодня вечером? Поощрение буду выдавать». Я сразу вспомнила, какие планы на сегодня у меня должны быть, и есть ли они вообще. Как-никак, конец мая. «Да, конечно, — написала я, — где встретимся?» «Давай возле входа в стадион. Я не помню, где конкретно твой дом, но вспомню его, когда буду проводить тебя». «Проводить? Но я и так смогу дойти...» «Да мне просто делать нечего. И не смей отказываться от такого предложения». «Ладно...» «Всё, давай, я позвоню тебе, когда выходить». «Хорошо». Отложив телефон, я уткнулась лицом в подушку и шумно выдохнула. Очень странное чувство — влюблённость. Моё сердце до сих бор бешено стучало, а тело начинало потеть. Тем не менее, я волновалась больше не о встречи с ним, а о его фотографии, которую он прислал, — до сих пор не могу забыть это — и о том, что она надолго засядет в моей памяти. Вечером, когда Стивен уже позвонил, я собралась и вышла на улицу. Было достаточно прохладно, и я съёжилась, но я поняла это уже тогда, когда я прилично отдалилась от дома. Из-за этого мне хотелось побыстрее встретиться с ним и пойти обратно домой. Постепенно приближаясь к стадиону, я заметила чёрную фигуру, что стояла возле входа — несомненно, это был Стивен. Я ускорилась, а тело всё ещё дрожало от холода. Только лишь на расстоянии пяти метров я увидела, что он прятал свои руки за спиной. — Привет, — поздоровался Стивен, а я в ответ помахала ему рукой. — Держи, — он поднёс мне огромную плюшевую акулу. — Ого! — мои глаза округлились. — Ты где достал такую?! — В магазине, — просто ответил он. — И сколько она стоила? — Как обычная плюшевая игрушка длиной в метр. Мэри, это неважно, просто прими её и всё. Мои руки непроизвольно коснулись акулы, а уже через секунду я с любовью обнимала её; слёзы на глазах сами по себе наворачивались. — Спасибо... — очень тихо произнесла я, всхлипнув. В ответ Стивен вздохнул: — Эх, плакса... Не за что. Давай провожу. Мы начали двигаться в направлении моего дома, без лишних слов. И всё-таки зря, что я не накинула на себя хотя бы толстовку: совсем похолодало и дул ветер. Это заставляло меня не то что ёжиться, а дрожать — не хватало ещё простудиться в последние дни весны. Видимо, заметив это, Стивен стянул с себя куртку и надел её на меня, спрашивая: — Дурёха, почему потеплее не оделась? — Я думала, что ещё тепло, — промямлила я. — Смотри почаще на градусник. — Хорошо... В основном дорога обратно домой в сопровождении Стивена была молчаливой, но иногда он спрашивал меня о всяких мелочах, чтобы не было так скучно: например, как у меня дела и как поживают родители, что я собираюсь делать летом и так далее. Отвечала я кратко, всё ещё обнимая игрушку. Уже возле двери Стивен спросил меня: — Всё нормально? Ты тихая какая-то сегодня. — Да, всё хорошо. Ещё раз спасибо тебе. За всё, — я отвела взгляд. — Пожалуйста. Но, если что-то плохое случилось, не стесняйся рассказывать об этом мне, ладно? — я кивнула, а он протянул руки и обнял меня вместе с игрушкой. — До встречи, Мэри, — он отпустил и начал уходить. — Стой, а куртка? Но Стивен уже отдалялся, махая рукой, мол, потом отдашь. Я смотрела на него уходящего и, пока он совсем не скрылся, стояла и наблюдала за ним. А когда ушёл, я посмотрела на игрушку: хоть она и выглядела очень милой, она заставляла меня только ещё больше грустить. Только спустя полминуты я, наконец, зашла домой. Направляясь к своей комнате, я резко ощутила исходящий из акулы и куртки запах одеколона, которым часто пользовался Стивен — пахло очень приятно. Я легла на кровать, обнимая своего нового друга и вдыхая нотки родимого человека.***
Первая половина июня уже подходил к концу и, конечно же, она не обходилась без физических упражнений. На стадионе я начинала бегать, слушая музыку, ездить на велосипеде, и это приносило свои плоды. Пусть я и уставала, но мне нравилось то, что я делаю. Кстати, куртку я уже отдала на следующий день. Я никогда не просила Стивена о чём-то, даже о подарке на восьмое марта и новый год, но он всё равно заставлял чувствовать меня очень неловко, когда он что-то дарил, а особенно его просьбы со строгим тоном «прими». Не знаю, почему я заслуживаю такого внимания: может, из-за того, что я помогаю ему? общаюсь с ним? дружу, в конце концов? Почему он так поступает и зачем? Что я сделала такого, что он теперь тратит немалые деньги на меня? Мне нравилась и одновременно не нравилась такая «забота» с его стороны. Так или иначе, был назначен день, когда мы собирались гулять. Выяснилось, что не только я и Стивен будем проводить время на воздухе, а также трое одноклассников: два парня и одна девушка. Что ж, чем больше — тем лучше, но я всё равно стеснялась с ними болтать. Было тепло, поэтому я надела лёгкую футболку и джинсы, а затем, выйдя из дома, направилась к месту встречи: как ни странно, это снова был стадион. Там уже стояли Стивен и одноклассник — видимо, ещё не все подошли. Как и всегда, они меня поприветствовали, и с этого момента время текло чересчур быстро. Я не заметила, как быстро прошло несколько часов. Мы обходили по углам весь район, в котором мы жили, заходили в магазины и что-то покупали, сидели на качелях и скамьях, и парни даже на турниках повисели — в общем, было не так скучно, хотя я всё так же не была разговорчивой. Так, иногда я отвечала на вопросы, которые мне задавали одноклассники, и пыталась о чём-то шутить. Не знаю, была ли весёлой моя компания для них и было ли весело в принципе проводить со мной время, ведь я не такой классный организатор, как Стивен. Вот он — очень общительная личность: с ним все хотят болтать и дружить, в том числе и я. Когда наступили сумерки, мы начали провожать каждого человека до дома, пока нас не осталось трое: я, Стивен и его лучший друг. Они решили проводить в предпоследнюю очередь меня. Они шли впереди и болтали, а я медленно плелась за ними: настолько я устала, ведь в жизни моей не было столько путешествий пешком. Жаль, что я не включила шагомер вовремя — так бы посмотрела, сколько километров я прошла. Интересно, они всегда так гуляют? Из раздумий меня вывел Стивен, повернувшись ко мне: — Ты чего так ходишь медленно, спортсменка? Устала? — Не представляешь, насколько, — мой голос казался безжизненным. — Ну, ничего, сейчас проводим до дома, а там отдохнёшь. Он отвернулся. Только сейчас я подняла взгляд на его спину и плечи — они, похоже, стали шире. Он действительно начал качать мышцы, или он просто вырос? В голову резко пришло воспоминание, от которого моё лицо сильно раскраснелось, дыхание сбилось, а тело начало ещё больше потеть, — фотография. Та самая. «Чёрт, почему именно сейчас?!» — возмутилась про себя я. Отчаянно пытаясь избавиться от этих мыслей, я и не заметила, как мы подошли к моему дому, поэтому я, глядя в землю, столкнулась с резко остановившимся Стивеном, отчего я вскрикнула и закрыла лицо руками. Тот схватил меня за плечи, останавливая мою дрожь: — Мэри, всё нормально? Почему красная вся? Я медленно убрала свои ладони с лица, оставив их на уровне рта, и взглянула на него. Я ничего не могла ответить, снова втягиваясь в голубизну его глаз, но на этот раз его взгляд был не лукавым, а серьёзным. Обеспокоенным, я бы даже сказала. Стивен поднёс свою ладонь тыльной стороной к моему лбу, проверяя температуру. Ощущая прохладу его руки, я почувствовала, как по моему телу пробежали мурашки. — Горячий... — пробормотал он. — Уже не первый раз такое. — Серьёзно? — спросил его одноклассник. — Тогда точно что-то не так. — Мэри, у тебя родители дома? — снова обратился ко мне Стивен. — Мы можем позвонить им. — Н-нет, — наконец выпалила я, пересиливая себя, — не надо им звонить, просто нездоровится... — Уверена? — Да. Уверяю, завтра утром всё будет хорошо. — Тогда напиши мне, — вдруг воскликнул он. — Хочу быть в этом уверен. Я не успокоюсь, если не узнаю о твоём состоянии, поняла? — я хотела сразу возразить, но Стивен прервал меня. — Не смей даже что-то против говорить. И врать тоже. Я, находившись в ступоре, кивнула. Он смягчил взгляд, обнял меня, попрощавшись, и ушёл с одноклассником к себе домой. На следующее утро мне действительно стало легче, и я оповестила Стивена об этом: «Я же говорила, что мне станет легче». «Хорошо, верю», — быстро ответил он. Решив дальше резину не тянуть, я написала ему: «Слушай, почему ты так беспокоишься за меня?» На этот раз он отвечал долго. Было видно, что он прочитал мой вопрос и что-то писал, а писал он где-то минуту. В итоге пришло сообщение: «Просто так. Я не знаю, как объяснить это, потому что это достаточно сложно, но мне хочется помогать тебе. Ты столько раз мне давала советы, правильные решения, что я решил ответить своей заботой о тебе. Только не подумай, что это что-то вроде сильной привязанности, которую ещё чаще всего называют «любовью», я сам пока не решил, что я чувствую по-настоящему. Всему, как говорится, своё время, а пока мне просто хочется уделять тебе внимание. Не хочу, чтобы повторился случай, как в прошлом году». Наверное, он подразумевал то самое «игнорирование» друг друга, но больше всего меня волновало не это, а четвёртое предложение. «Только не подумай, что это что-то вроде сильной привязанности», — пронеслось эхом у меня в голове. Я перечитала следующую часть: «...я сам пока не решил, что я чувствую по-настоящему». То есть, Стивен тоже что-то чувствует ко мне, и таким образом выражает свою «сильную привязанность»? Если это так, то значит, что наша любовь взаимна? А если бы он знал о моих чувствах к нему, он бы написал то же самое или совершенно иное признание? От таких новостей мне хотелось прыгать от счастья. — Боже, наша любовь взаимна! Значит, шансы есть! — прокричала я. Но моя радость быстро прошла, когда голову посетила мысль: «Он просто ответил на твой вопрос, он попросил об этом не думать». Я медленно легла обратно на кровать, замечая, что он ждёт моего ответного сообщения уже несколько минут. «Ясно, — написала я. — Я тоже надеюсь, что мы будем общаться не так, как прошлым летом». «Кстати, я снова подработку взял, и уже через два дня буду занят. Но я всё равно буду тебе писать. И ты тоже пиши мне». Это сообщение заставило меня ненадолго отчаяться. «Хорошо», — нехотя напечатала я. И Стивен не соврал: он действительно работал, отправляя мне «селфи» — максимально не люблю это слово — и сообщения по типу «Вот здесь я подрабатываю» или «Вот столько я заработал на смену». А я тем временем снова взялась за танцы и физические упражнения — они уже не доставляли дискомфорта, а наоборот приносили радость. И недавно я осознала, что чем больше и ближе наше общение со Стивеном, тем сильнее мне хотелось выглядеть хорошо и привлекательно: для этого понадобилось не только похудение. Впрочем, я надеюсь, что, когда наступит очередной учебный год, он заметит изменения.
