Одинокие паруса

      Следующий день наступает слишком быстро, однако, кое-что всё же беспокоит Осаму. Флота Куникиды всё ещё нет, и, пускай ему это на руку, тот явно не станет поддерживать идею об охотниках на Тортуге, но довольно странно, что такой пунктуальный человек всё ещё не здесь, за день до собрания. Возможно, он в очередной раз следует своему расписанию, а может в этот раз случилось что-то серьёзное. Но как это часто бывает: вспомнишь солнышко — вот и лучик. Корабли Доппо медленно подплывали к порту. Символ столпа на флаге его корабля слишком красиво смотрится. При последней их встрече он только помогал на собраниях. Главная его работа была затаскивать туда Осаму. Сейчас же он стал непосредственным участником. Светловолосый пират сходит со своего корабля и направляется к Дазаю, что уже приветливо улыбается, предполагая насколько сильна злость того. — Как мы давно не виделись, Куникида-кун, — только сейчас шатен замечает, что чужая рука обмотана бинтами. Кто смог настолько ранить Доппо? Это явно был сильный эспер, учитывая его навыки боя. — Ещё бы столько же тебя не видел, маньяк-суицидник! — его злость как всегда быстро появилась, но и также быстро должна уйти.       Едва подошедший Накахара встал к стене, ожидая окончания разговора двух старых знакомых, который явно затянется надолго. У него было пару вопросов к Осаму, и не задать их просто нельзя, особенно теперь. Но сейчас важнее незнакомый человек: не смотря на очевидную злость, этот блондин не кажется опасным. Он похож на того, кто будет долго кричать и, в итоге, согласится. Да и его раненая рука ограничивает движения, поэтому Чуя расслабляется. — Ты что-то злее чем обычно, капитан планирования, — старая шутка, как дань уважения традициям прошлого. Удар ногой является тем же самым, но Дазай всё же уклоняется. — Что-то случилось? — Случилось! В этом проклятом месте теперь два пирата, которые любят меня доставать! — Доппо, кажется, стал только более злым, но ничего страшного пока не случилось. — Вы словно близнецы, которые ни разу не виделись! — эти слова заставляют шатена засмеяться. — Дазай, прекращай уже раздражать меня и вести себя, как ребёнок.       Осаму резко замолкает, смотря на блондина. В нём что-то явно изменилось с их последней встречи, вот только что: понять сложно. Хотя, возможно это лишь кажется, всё же, невозможно остаться прежним спустя четыре года, подозрительнее было бы отсутствие каких-либо перемен. — Как скажешь, Куникида-кун, — после этих слов улыбка сходит с лица шатена, и голос становится серьёзным. — Но разве ты не опаздываешь? Это так тебе не свойственно. — Нет, я как раз вовремя, — он смотрит на дорогие часы. — Я всё верно рассчитал, — Доппо поправляет очки. — А теперь, Дазай, ты какого хрена привёз сюда охотников?!       Он указывает на Чую, который уже устал быть объектом всеобщих удивлений и сейчас просто закатывает глаза. На самом деле, ему очень интересно, кто достоин такого звания, как «близнец» Осаму, да и блондин напоминает ему человека с адекватной реакцией, вызывающей понимание, потому что если бы ему пару месяцев назад сказали, что он добровольно направится на Тортугу, чтобы стать пиратом, Накахара бы посоветовал этому человеку идти лечить голову. — Да ладно тебе, Куникида, — шатен убирает руки в карманы. — Я же всегда делаю то, что хочу. И всегда получаю то, что хочу. Тебе ли не знать, — на его лице появляется улыбка победителя, которая так и говорит: «Я знаю, что будет дальше». — Но это переходит все границы, — его злость держится ещё несколько секунд, а затем резко приходит спокойствие. — Но тебя это никогда не останавливало. Ты всегда совершал невозможное, — он разворачивается, — oднако, поддерживать тебя я не собираюсь, не в этот раз, Дазай, — Доппо медленно уходит. Время отведённое на шатена вышло? — Я тоже был рад тебя увидеть, — кидает он вслед, зарываясь рукой в свои волосы. И едва это случается, к Осаму подходит Чуя, у которого явно появилoсь множество вопросов. И один из них он произносит стразу же, полушёпотом: — Что теперь? — те последние слова, и тот факт, что на них не ответили, оставляют странный осадок. — Ничего особо не поменялось, — улыбка Дазая всегда вызывает спокойствие и странную уверенность в контроле происходящего — этот раз не стал исключением. Вот только мысли того сейчас по большей части направлены в сторону старого друга. Куникида всегда скрывал свои настоящие чувства. Это вряд-ли могло как-то измениться, но, всего на долю секунды, Осаму показалось, что в жёлтых глазах промелькнуло презрение. Наверное, просто показалось. И всё же, его столь позднее возвращение напрягает. В итоге мысли уходят от этой темы куда-о далеко. — Тебя такие мелкие проблемы не должны волновать, Чуя-тян, — Накахара опускает голову, потому что щёки странно нагреваются. Злость это или смущение? Он старается не концентрировать своё внимание на этом. — И все же… Что будет, если тебе не удастся перетянуть других на свою сторону? — Не смогу уговорить хотя бы половину поддержать меня, что в принципе невозможно? Но предположим. Тогда придётся убеждать силой, — возможно, это и кажется излишней самоуверенностью, однако, перечитав недавно все свои записи о известных пиратах, шатен пришёл к выводу, что у него достаточно рычагов давления на них, чтобы можно было не бояться. К тому же, он является одним из немногих, кому всё равно на собственную репутацию — это сильно развязывает руки. — Расскажешь немного об их способностях?

***

      Осаму просыпается рано, намного раньше самого собрания. Солнце только начинает выходить из-за горизонта, но отчего-то это не мешает любителю поспать подняться с кровати и встретить Накахару, слегка удивлённого столь неожиданной пунктуальностью капитана, в руках которого лежит Книга, но через пару секунд уже оказывается в специальном внутреннем кармане плаща. — Доброе утро, Чуя-тян, — широко улыбаясь, произносит шатен, махнув рукой. Хорошее настроение в день собрания — это прекрасно, всё же, раньше ничего такого даже близко не было. — Доброе, Осаму, — чужое выражения лица снова заставляет успокоиться. Странный эффект, но очень хороший, по крайней мере сейчас. — Пошли, тебе нужно позавтракать… К сожалению, мне тоже, — день обещает быть долгим, а учитывая странное предчувствие Дазая, которое никогда не ошибается, что-то обязательно должно пойти не по плану. Вот только что? — Как ответственно, — Накахара тихо хмыкает, следуя за шатеном. — Тебя подменили перед собранием? — Просто перед этим собранием… — тот вздыхает, — скажем, мне на него не плевать.       Время летит очень быстро, и вот Осаму, Чуя и Одасаку уже сидят рядом с Фукудзавой за столом столпов, где было расставлено множество угощений. Всё как всегда, одна проблема — пришедший шатен, так ещё и вовремя, портил привычную картину. Других столпов пока ещё не было, в основном все приходят к десяти, и только два капитана оказались тут заранее. — Дазай, ты не просто вовремя, но даже пришёл раньше? — сложно сказать, кого из присутствующих этот факт поражает больше всего, должно быть — самого виновника данных событий. — Сам удивляюсь. Видимо, за четыре года можно сильно измениться… — Это хорошо, — произносит Рампо, начиная беспощадно поедать заготовленные сладости — хоть что-то остаётся прежним. — Моя «Сверхдедукция» подсказывает, что двух Дазаев за раз это место бы не пережило. — Моя способность тоже об этом говорит, — усмехается Ода. Шатен смотрит на них, изогнув бровь. Не так уж и часто он срывал подобные мероприятия — чаще просто не появлялся на них. Вот только в этот раз его внимание всё же привлекает тот факт, что нашёлся некто, ставящий палки в колёса столпам помимо него. Он слышит данную фразу уже второй раз, и это вызывает вопросы о личности столь интересного человека.       Проходит не так много времени, и вот основная масса капитанов оказалась на месте. Дазай бегло оглядывает каждого, заостряя основное внимания на новичков, с которыми они даже незнакомы. Например, рядом с Акутагавой сидит беловолосый парень, достаточно молодой, возможно чуть старше самого Осаму, когда тот только стал столпом. Недалеко от него — рыжеволосая женщина. Судя по одежде и телосложению, держать меч ей не в новинку. Йосано теперь тоже принимает участие в собрании, но на неё шатен старается не смотреть. Из заметных изменений — седина Хироцу, но это возраст. Сейчас остаётся дождаться Фёдора и ещё кого-то, кто подписал себя как Гоголь, а ещё… Мори. Дазая передёргивает от одной мысли о нём. А ещё, прямо сейчас тут присутствует ещё кое-кто. Его имя явно не вписано, ведь в отличие от остальных, он далеко не сидит. Значит это будущий столп. Он похож на кого-то из России, раз уж на его голове ушанка в летнюю жару, а также тёплая шуба. Осаму ещё раз обводит всех внимательным взглядом. По скромным подсчётам, включая его, на собрании будет находится тринадцать человек. Готовность защищаться никуда не делась, хотя они уже достаточно долго находятся тут. Однако, один вопрос до сих пор не даёт покоя. — Фукудзава-сан, — шатен поворачивается к нему и тихим шёпотом, чтобы никто больше не услышал, произносит: — А с каких пор у Мори появилась привычка опаздывать? — раньше он приходил примерно в одно время с Куникидой. Такое опоздание весьма настораживает. — У него нет такой привычки — Юкичи спокойно мне отвечает, но в глазах едва заметно видно беспокойство. Его эмоции легко читать, когда знаешь его достаточно хорошо. Вот только сейчас куда важнее вопрос: могло ли с Огаем что-то случиться? Для Дазая лучший выход из ситуации — попытаться перенести собрание на несколько дней; мечник явно считает также. Шансов, что их поддержат, не так уж и много, но попробовать точно стоит, и всё же, сперва нужно дождаться начала.