Moscow never sleeps

      Я вышла со двора через задних вход. Обычно его запирают, через него проезжает служебный транспорт, но сегодня он был открыт, в связи с большим количеством людей.       Обогнуть территорию школы через полянку, заросшую сорняком, не составило большого труда. Я вышла к магазину, за которым скрывалась маленькая тропка, если не знать о её существовании, то так и не увидишь не вооружённым знанием. Витя знал о ней. Он не раз приезжал сюда, раз Толя знаком с ним.       — Эй, Вить. Ты здесь? — я обхватила плечи, лёгкий ветерок дунул в спину, заставляя поежиться от внезапности.       Парень молчал. Может, он ушёл дальше и не слышит меня? Я шагнула вперёд и услышала шум ломающихся колосьев под чьи ми то ногами.       — Вить, не крадись, я знаю, что это ты. — недоверчиво проговорила я через плечо, не оборачиваясь и не показывая настороженности в голосе.       — Лен… — это был точно не Витя.       Я резко обернулась и уставилась на высокого черноволосого парня.       — Что? Что ты хочешь мне сказать нового?       — Ну, во первых, поздравить с выпускным. Во вторых, хочу попросить прощения за тот случай. — я хотела было возразить, вставить своё слово, но он поднял руку перед собой останавливая меня. — Нет, подожди, я договорю, потом вставишь свои пять копеек. — я молчала, но решила дать ему слово.       — Я хочу попросить прощения, я дурак, Серёга сказал мне, что ты танцевала со мной на спор. Я решил отомстить. Я согласен, что это очень глупо, но и ты пойми меня. Я понимаю, что виноват и никому не должен был верить, надо было спросить тебя, но я вспылил. Прости. — он шагнул ко мне и протянул руку к моему плечу.       Я отшатнулась от него, как от прокаженного. В его словах есть смысл, но он невообразимо мал. Спор? На него? Ради чего? Зачем? Все эти мысли одолевали меня, я не знала в какую сторону думать.       — Что ты хочешь сейчас? Зачем говоришь это всё спустя почти два года?       — Ты нравишься мне, правда. Я не…       — Что «не»? — не дав ему договорить, встряла я. — Что «не»? Ты встречаешь с Авой, при чем здесь я, о чем ты говоришь вообще? — почти срываясь на крик проговорила я.       — Лен, не кричи. Я и так всё слышу и прекрасно знаю! — он шагнул ближе, хватая меня за руку.       — Уберт от меня свои руки! Мне ничего от тебя не нужно! — процедила я ему в лицо.       — Да? А от кого нужно? От Авкиного брата? От Пчелкина?       — Это тебя не должно касаться! Это моя жизнь!       — Да что ты говоришь. А ты в курсе, что он бандит? Как он деньги на красивую жизнь делает, а? — выпалил он и замолчал.       — Что?.. О чем ты говоришь, какие деньги? — я опешила, замерев.       — Эй, отойди от неё, а то…       — А то что? — Вова посмотрел мне за спину, отвечая на знакомый голос.       Витя стремительным шагом подошёл к нам и дёрнул меня за талию к себе. Вова не сопротивлялся, ослабив хватку за предплечье. Он усмехнулся, подмигнул мне и ушёл, кинув на прощание — Скоро свидимся.       Я смотрела ему в след, переваривая слова, сказанные им. Витя всё так же прижимал меня к себе, осторожно придерживая покрасневшую руку.       — Эй, ты как?.. — рассеянно спросил он у меня над ухом. Я вздрогнула не поднимая глаз.       — В поряде.       — Где же твой рыжий парень, почему не спасает, а? — его голос был совершенно спокоен, но нотки ревности и злости отчётливо засели в моём мозге.       — Какой парень, Вить. О чем ты говоришь вообще. — я вывернулась из его захвата, смотря прямо в глаза.       Синие океаны его глаз неотрывно следили за моими, он смотрел, абсолютно не моргая, ждал пока я что нибудь скажу. Но я молчала.       — Вы обнимались когда объявили танцы. — во взгляде читалось что то похожее на собственничество и ревность, но он пытался скрыть это за безразличным взглядом в мой адрес.       — Вить, это мой брат, ты чего. — я отодвинулась ещё дальше, шагнув назад, тихо усмехнувшись.       Он опешил, во взгляде отчётливо мелькнула рассеянность, он нелепо улыбнулся.       — Брат?       — Ну да. Толик. Забыл что ли? Он тебя помнит.       — А, Толян? Блин, а… Как я мог забыть то, точно! — Витя хлопнул себя по переносице, закрывая лицо ладонями. Я обернулась, посмотрела на далекий тёмный силуэт Вовы и рассмеялась.       — Ты что, принял его за моего парня?       — Ну да… — он скосил взгляд под ноги, почесав затылок и продолжал нелепо улыбаться.       — Ну ты даёшь. У меня нет и никогда не было парня. — я хмыкнула, гордо подняв подбородок, сложив руки на груди в замок.       — Извини, я просто… — не договорил, лишь поднял глаза, вновь нелепо улыбнулся и потянул меня за запястье за собой. Но не к школе, а к мосту.       Я не стала просить его рассказать мне, что же он «просто…», лишь шагала следом, глядя в завитки на его затылке и узоры на рубашке. Вокруг было поле, сплошь засеянное рожью, пшеницей и зелёной травой. Дальше был небольшой луг, на нём паслись коровки и козочки. Милые создания с интересом подняли свои мордочки на нас, продолжая неспешно жевать травку.       В далеке виднелась моя улица, дома видно не было, он был чуть западнее, скрываясь от наших глаз.       — Вить, куда мы идём?       — Увидишь. — таинственно, почти шепнув, произнёс он, не оборачиваясь ко мне.       — Нас не потеряют?       — Не должны. Мы быстро. Если что, я отмажу тебя перед Толяном. Мы с ним в детстве хорошо дружили. А потом он умчал в далёкие края и я его не видел уже лет десять.       — Это да… Умчал… Он же у нас военный. — на последней фразе я исказила голос и перековеркала брата. — Ничего кроме спасения всех и вся не видит. Как уехал в четырнадцать в суворовское в Казань, так и приезжает теперь раз в год. Только теперь уже из вышки.       — Ого, не знал, что он выбрал такую ответственность. Ну, впрочем, он всегда таким был. Чистым, добрым, отважным, ответственным. Я рад за него. — Витя будто бы и не заметил моего фырканье, он правда искренне радовался за старого друга.       Ещё порядка десяти минут мы шли молча. С тропинки свернули в густые поросли колосьев, но слегка помятые, они показывали, что кто уже здесь был и не раз. И я даже знаю кто.       — Пришли. — почти что шепнул он мне на ухо.       — Ого… — слова мигом закончились, дыхание перехватило от захватывающего вида.       Прямо перед нами простирался огромный лес с вековыми дубами и стройными березками. Ветки под собственной тяжестью сомкнулись над нашими головами, скрывая от солнечного света, щекоча затылки. Я подняла глаза вверх, к макушкам высоких деревьев, пытаясь разглядеть голубое небо. Витя стоял рядом и с улыбкой наблюдал за меняющимся выражением моего лица.       — Это… Это просто невероятно… — шепнула я, но он услышал и усмехнулся, потупя взгляд в землю.       — Я знал, что тебе понравится. — признался он и усмехнулся.       Он подставил мне локоть, я осторожно ухватилась за него, поднимая ноги в каблуках выше. Мы шагнули вперед, трава под ногами щекотала кожу, заставляя мурашки бегать туда — сюда. Или это не трава?..       Каблук утопал в этом зеленом ковре, я, смеясь, поднимала колени выше. Витя заметил мою странную походку и прошел по опушке хрипловатым, бархатным смехом. Я неловко глянула на него и тоже улыбнулась, пряча розовеющие так стремительно щеки за белыми кудряшками.       Парень протянул мне раскрытую ладонь, заглядывая льдисто-голубыми прямо в душу… Я протянула вторую руку.       — Да нет! — он усмехнулся, огладив тыльную сторону ладони. — Давай сюда свои туфли.       — Как я без них пойду по таким коряжкам. А по траве, она ж колючая! — я усмехнулась, выуживая собственную кисть. парень сжал ее и не отпускал, смотря прямо, не отводя глаз.       — Тогда я понесу тебя. — пусть на губах и играла легкая, слегка наглая усмешка, но взгляд был совершенно серьезен, а в словах чувствовалась уверенность.       — Да ладно тебе, я дойду. — я заправила непослушную прядь за ухо и опустила глаза.       Витя усмехнулся и подхватил меня на руки.       — Витя!       — Если ты боишься, что я уроню тебя, то не переживай, я два года ради этого тренировался. — так я и не поняла — шутка это или нет.       Прижав одну руку к его груди, а второй обхватив шею, я склонила голову к нему, смотря на живописную тропку, которой он меня нес. Вон на той веточке задорно скачет белочка, а там прилетела красивая маленькая пташка, выклевывая из старой коры свой обед. Солнце было почти в самом зените дня, но нам оно не мешало, скрывшись за зеленой листвой, разрешая еще немного посидеть с ним вдвоем в тени.       — Здесь и вправду красиво. — вдруг подал голос он.       — Ага…       — Ты еще не проголодалась? — его нос коснулся моего лба, а горячее дыхание — носа. По спине тут же пробежались мурашки, переходя к коленям и рукам.       — Нет… Ты не устал?       — Нет, не беспокойся. Ну, пойдем обратно? Думаю, Толя уже потерял тебя. — я не ответила, но в голову закрался потаенный смысл этой фразы. Может его и нету, как такового, но я подумала…