Сила гор

Максим Крамм, офицер безопасник системы Дельта 3, внимательно слушал своего генерала в приватном кабинете Дворца Госбезопасности. Их небольшая система планет была так далеко от Империи, что в горниле галактических войн их просто проигнорировали, оставив не тронутыми и не присоединившимися ни к одной из сражавшихся сторон. От того генетический произвол последующих столетий их не затронул, оставив расу в чистоте и традиционности отношений. У них были женщины, были мужчины, и дети рождались совершенно природным способом. Но, сохранив это, они потеряли очень многое технологичное, о чем и сокрушался сейчас генерал. Они проигрывали Империи во всем. В богатстве, в технике, в боевой силе, оставшись на примитивном уровне хозяйствования. Без роботов, без супер-машин, без чудес медицины, без боевых станций и мощных космолетов. Империя не обращала на них внимания, потому что они ей были банально не интересны. Ни ценных ресурсов, ни стратегических важных преимуществ, обычная «дикая, недоразвитая» система. - Нюк, мой мальчик, нам нужен нюк. Без него мы так и будем прозябать в нищете, - приговаривал генерал, посвящая его в детали его задания. Стоундж – совершенно неизвестная, таинственная, непонятная система, но дающая всей галактике столь ценимый ресурс. Проникнуть туда, все разузнать, найти возможности поставки нюка. Вот его миссия. Генерал не скрывал, что Макс не первый, кто получил такое задание, но никто еще не вернулся. Все агенты бесследно пропадали в мистической системе, не выходя больше на связь. Но это не испугало опытного безопасника. Он был отлично подготовлен, умен, хитер, а в его легенду родная система вложила столько ресурсов, что и не подкопаешься. Тяжелый грузолет забрал из соседней со Стоундж «дикой» системы новых контрактников. Объем работ горно-рудного комплекса был таков, что требовал рабочего ресурса больше, чем готовы были предоставить сам Стоундж и другие анклавы Империи. Не очень-то много было желающих заниматься физическим трудом за невысокую оплату. Уровень жизни Империи позволял заработать легче и доходнее. Труд заключенных Стоундж отказался использовать давно, посчитав это экономически не выгодным. Так что набор контрактников из «диких» систем был оправдан и отработан. Гастрабайтеры готовы были трудиться за те крохи, что предлагал Стоундж, потому что для них это были баснословные суммы. Несколько лет в шахтах и можно было вернуться богатым для своей планеты человеком. Начать свой бизнес, воплотить мечты, построить дом, жениться. Во всяком случае так радужно это звучало из года в год из уст вербовщиков. В этот набор в компании рабочих оказался и веселый черноволосый парень Максим, из какой-то местной крохотной деревушки, крепкий, ладный, впечатливший вербовщиков заявлением, что он еще и механизатор, умеет управляться с техникой, работал на допотопном тракторе. В анкете ему пометили все важные пункты, ознакомили с рабочей ставкой, получили его подпись под контрактом и пригласили в нужный день на погрузку в космолет. Соседями его в грузовом трюме оказались крепкие мужики и несколько не менее крупных девиц, от которых все старались держаться подальше, что Максима удивляло, но он копировал поведение окружающих. Разберется еще. Усыпили их всех разом, стирая сутки полета в несколько мгновений, так что проснулись все уже приземлившись на погрузочную площадку одного из горнорудных комплексов Стоунджа. Контрактники сбились в настороженную кучку, пораженные размером открывшегося им зрелища. Этот комплекс занимал всю поверхность гигантского астероида. Силовой купол создавал пригодные для жизни условия на приемной площадке, но основные помещения все были прорублены в толще горной породы. Огромные девицы, затянутые в форменные плотные комбинезоны, с электрошоккерами на поясах, споро и быстро, не брезгуя и тычками, прогнали всех через систему дезинфекции – волновую, лучевую, брызгующую какой-то химической дрянью и под конец просушивающую мощным током воздуха. Распределили перед столами кадровых специалистов, коротко изучивших анкеты и направивших новичков по бригадам. Первое впечатление Макса было, что попал он в какое-то исправительное учреждение, что здорово противоречило сладким речам вербовщиков. Но он, как и все новоприбывшие, изображал растерянность и покорность. Правда дальше все пошло цивилизованнее. Кадровичка, удивляло, что все они были женщинами, довольно крепкого телосложения, уточнила еще раз, что он работал с механизмами, видимо это его повышало в иерархии остальных прибывших, сообщила, что он зачислен в бригаду 6368-б, на 16 ярусе, защелкнула на его запястье браслет с навигатором, объяснив, как он работает, и назвав его «довольно толковым», отправила на склад спецодежды, а потом искать свою команду. Остальных прибывших видно не оценили столь высоко, так что их собрав, опять погнали дальше надсмотрщицы, так их поименовал про себя Максим. Впрочем, направление было тоже, к складам, так что он пошел следом. Браслет, видимо, имел еще много функций в электронном учете, что пронизывал всю систему комплекса. Кладовщица, опять женщина, глянула только в свой планшет и из ячейки выдвинулась коробка с полным подбором рабочей одежды и обуви. Привычно и заученно, она оттарабанила ему скороговоркой, что норматив одежды для него он может посмотреть на инфостенде в рабочем общежитии, приложив браслет, должен не забывать приходить за сменой своевременно, сдавать в чистку комплекты, за небрежность и неопрятность, положен штраф, все вопросы – бригадиру. И перенесла внимание на следующего новичка. С коробкой в руках Макс вышел на галерею комплекса и обмер, глядя вниз. Огромный провал уходил в полную темноту, окруженный подсвеченными уровнями с крупными цифрами нумерации, с инфомониторами с рекламой, бегущей строкой, выжимками новостных выпусков, музыкальными клипами. Снизу шел неумолчный шум механизмов и вибрация, свой аккорд вносило и шипение системы вентиляции, в это замешивались звуки переговоров, инфоканалов, пронзительных объявлений по уровням. Вот это махина! Подземелье виделось огромным живым существом, дышащим, затягивающим в свое нутро, что-то требующим. Народу на галереях было мало, рабочее время, все были внизу, там, где клубилась темень и басовитый рев. Но Макса уже удивляло количество женщин, встречавшееся ему по пути. Мужчин почти и не было. Нет, он, конечно, знал, что Империя – галактика победившего матриархата, таких как он там единицы, но столкнуться с этим на деле было очень странно. Удручало еще и то, что девицы скользили по нему совершенно равнодушными, где-то даже с толикой недоумения и жалости, взглядами. У себя в системе Макс привык быть парнем видным, приятным, вниманием женщин не обделенным. Местные дамы может и не были в его вкусе, слишком крупные, но бюсты их он оценил, подчеркивали они их даже в рабочей одежде, будто хвастаясь друг другу у кого пышнее. Спускаясь все ниже, профессионально подмечая все надписи и объявления, Макс понял, что комплекс был целой мини-системой – рабочие проживали по уровням в общежитиях, были магазины, были развлекательные комплексы, кроме бесплатной столовой, предоставляемой по контракту, были бары, кафе, рестораны, массажные салоны, спа-центры, и, Макс протер глаза, бордели, в количестве аж двух штук. Экономический червячок сомнения закопошился в мозгу, математически подсказывая, что устроено все тут непросто, и бедный шахтер со столькими искушениями, не скоро накопит мечтаемую сумму, и похоже, будет работать тут пожизненно. На 16 уровне он, разглядывая надписи, почти впечатался в здоровенную девицу-надсмотрщицу. У нее видно что-то сработало в браслете, так что его тут же окликнули: - Так, стоять. Максим Крамм? Новичок? Бригада 63-68-б? Мужчина. С навыками механика? – она пожевала губами, скептически оглядывая его. - Ладно, посмотрим. Я Энн Шейн, глава яруса. И я за тобой слежу! – веско добавила, как ему показалось по тону, еще и пальцем будто погрозила. - Смена уже заканчивается, так что иди заселяйся, и в столовую. Запишу тебе день, как ознакомительный, зарплату начислят. Вечером обязательно инструктаж посмотри. Информаторием пользоваться умеешь? – вопрос был не лишний, эти с «диких» систем могли и не знать техники вообще. Макс кивнул головой, старательно изображая деревенского паренька, под этаким напором. - Обращаться ко мне «госпожа Шейн», если вдруг бригадир решить что-то не сможет. Штрафы начну назначать с завтрашнего дня, так что про Инструктаж не забудь. Жилой блок там, - махнула рукой, - у какой двери зеленый огонек зажжется, та комната и твоя. Надеюсь с тобой проблем не будет, Максим. Еще раз снисходительно окинув его взглядом, девица последовала дальше. Ого, еще и штрафы. Дааа, бедному шахтеру можно уже начинать пересматривать свои розовые мечты. Макс дошел до жилого отсека и пошел мимо дверей, пока очередная не блямкнула, подмигнула зеленым сигналом и отъехала, приглашая его в жилище. Начиналось думать, что пожизненное. Комната оказалась уютной. Для деревенского паренька с аграрной планеты, вообще роскошной. И, наверняка, полной диковин. Это Макс сразу опознал и разобрался с продвинутым вариантом компьютерного блока, встроенного в стол, впускающего в пресловутый информаторий, обрушившийся бездной информации. Оценил удобную кровать с эргономичным матрасом и подушкой, свежим бельем, как позже выяснилось гигиеничным, самоочищающимся. Администрации было важно здоровье рабочих. Для этого же служил и встроенный в стену кулер, подключенный к системе подачи питьевой воды. И маленький, но вмещающий в себя и душ, и раковину, и унитаз с ионной дезинфекцией санузел. Много ли работяге надо? Помыться, поспать, переодеться – в нише имелся шкаф, попить водички ночью, полистать новости и рекламу. И всем этим быть выгнанным в призывно влекущие красивыми роликами бары, кафешки, зоны развлечений, бордели. Чтобы ни одна монетка не задержалась на счете, не пошла в копилку, чтобы контракт был продлен еще и еще. Макс повосхищался системой, переоделся в робу, и пошел в бесплатную столовую, знакомиться с бригадой. Кормили в столовой ровно по нормативу белков-жиров-углеводов, чтобы работник получал все необходимое, полезное, но не особо радующее вкусом и разнообразием. За изысками пожалуйста в платные заведения. Но столовая была местом общественной жизни, здесь бригады собирались утром, на завтрак, узнавали нормы и места работы на сегодня, здесь отдыхали в обед, здесь обсуждали результаты дня за ужином. У каждой бригады был свой стол, с обязательным виртуальным экраном информатория, вспыхивающим в центре. Макс набрал на поднос дежурных блюд и пошел искать его. В бригаде 6368-б насчитывалось, как выяснилось, 10 человек. Девять пластиковых стульев было уже занято, последнее дожидалось его. - О, мужик, - рявкнул здоровенный тип, приподнимаясь со своего места и привычно Максу протягивая руку. С местными дамами он пока еще не понял, как общаться. Остальные работники, точнее работницы, были женщинами уже привычно крупными и снисходительно, незаинтересованно разглядывающими его. - Я, Орест, а это, - однополовец или брат по несчастью, Макс не определился, как теперь именовать такого же мужика, как и он, в этом бабском царстве, начал представлять по очереди членов… хм, коллег по бригаде. - Госпожа Мари, наш бригадир, - закончил, почтительно кивнув на внимательно наблюдающую за ними короткостриженую, молодую женщину, в робе с нашивками, отличающуюся по цвету от остальной спецодежды. - Она закончила горнорудный колледж, так что у нас фора перед остальными, и мы в высоком рейтинге. Девицы тут же загалдели, принимаясь спорить, какое место они на самом деле заслуживают, припоминать огрехи других бригад, бахвалиться и хвастать своими успехами, включая новичка в свой круг. - Будешь пока грузовой платформой управлять, - закончив разглядывать его, обронила госпожа Мари, тут же теряя к нему интерес и включаясь в спор девиц, плотоядно так оглядывая одну из самых шумных. - Дурдом, да, мужик? - хмыкнул Орест. - Пошли выпьем в бар? Максу нужно было изучить Инструктаж, а потом еще покопаться в информатории, попадать сразу на наказания очень не хотелось, да и ситуация со всем пока никак не укладывалась в его голове. Слишком дико, непривычно, странно, как в каком-то фантастическом сне. - Я без денег пока, вообще, - вздохнул грустно. - Как получу первый заработок, так сразу. Угощу еще за знакомство, - воодушевленно продолжил. Другом тут обзавестись было необходимо. - Понял, буду рад, - хмыкнул Орест, не особо расстраиваясь из-за отказа, новичку тут было трудно в начале, он видел это не раз. Пусть пообвыкнет. Но не просветить не мог: - Ежели что, в кассе можно будет запросить микро-займ под аванс. Ага-ага, финансовый червячок Макса тут же пережевал и эту информацию – а вот и еще беспроигрышный вариант кабалы бедного шахтера. Система, похоже, учла все. Полночи Макс изучал инструкции по работе и правила пребывания в этом комплексе. Наверное, мало кто из работяг так прилежно все вычитывал и запоминал. А главное понимал всю экономическую подоплеку, хитрость и продуманность системы. Итог был примерно таков – попав сюда, выбраться быстро и богато обычному работяге будет ох, как трудно. Условия и правила, казались, легко выполнимыми и простыми, но в каждом была какая-то заковыка. Приходи вовремя к сбору бригады, выполняй норматив, расчетчики оценивают качество добытой руды и начисляют плату. Заработок зачисляется на браслет работника каждый день, так что трудяга вроде всегда при деньгах. А дальше начинается отлично продуманный отъем честно полученного. Поистине, надо обладать огромной волей и терпением, чтобы скопить что-то, удержавшись от соблазнов, удовлетворяясь малым спектром бесплатных опций. А ведь со всех сторон, постоянно, громко, навязчиво тебя искушают. Даже в информатории Макс в поисках упирался в платные опции. Хочешь что-то подробнее узнать? Плати. Прояснить какой-то вопрос из Инструкции или Правил – плати. И всюду влезают красивейшие, вызывающие натуральное слюноотделение ролики – льющиеся напитки в барах, аппетитная выпечка и брызгающее соком мясо в кафешках, комфортная рабочая одежда и обувь - теплее, удобнее, эргономичнее выданной бесплатно, девайсы – непременно понадобящиеся в быту, призывно поблескивающая вода бассейнов и джакузи, неявные, соблазнительные очертания бордельных услуг. Раздел порно тоже нашелся, но, предсказуемо уже – платно. Заставив себя вынырнуть из затягивающего омута информации, Макс улегся спать, чтобы не опоздать в первый рабочий день. Он уже начал догадываться, что произошло с его предшественниками. Во всех рудных комплексах Стоунджа принцип был один. Засасывало, меняло, и не выберешься. Хотя, это было только начало. Первое время его приставили к самому простейшему – водить платформы с добытым грузом. Макс с интересом вертел в пальцах куски нюка, не понимая, как так жарко светящаяся порода может быть холодной, как от обычного камня может заряжаться техника, от самой простейшей до двигателей космолетов. Магия какая-то. В информатории оперировали понятиями «холодный ядерный синтез», «особые Н-поля», не проясняющими принцип. Но то, что различная яркость свечения означает градации энергонасыщенности, он ощутил явственно на своей зарплате. Самая яркая руда оценивалась дороже, и бригада радовалась, когда удавалось вскрыть такой пласт, и расстраивалась, пока приходилось отбивать тусклые области. Не теряя времени, Макса попутно учили обращаться с атомарным резаком, основным орудием шахтеров, чтобы он быстрее присоединился к выработке бригады, и они могли опять перевыполнять нормы. Заработать хотелось всем. Вечерами Орест брал над ним шефство, знакомя с инфраструктурой комплекса, травя байки, делясь знаниями. Мужиком он оказался болтливым, соскучившимся по слушателю, к тому же такому внимательному и благодарному, и на удивление уже насобиравшим очень много сведений. Работал в комплексе он уже второй десяток лет, вжился в быт, копил потихоньку деньги, и даже нашел себе подругу в местном борделе, с которой планировал общее будущее. Макс с удивлением это услышал, когда таки был затащен приятелем в бар, где тот проводил почти каждый вечер. - Ну, да, я думал, когда вербовался сюда, что поработаю годка четыре, вернусь домой, прикуплю кузню, и как дед буду молотом махать, лошадей подковывать. Но оглянись вокруг. Ты видел космолет на котором Первый Маршал разгромила Объединенный флот Оппозиции? А какие флаеры летают над имперскими городами? А ты про их капсулу здоровья слышал? Там печень мою пропитую восстановят за считанные часы. Роботы, гаджеты, виртуальная реальность, ионный душ, межзвездные туристические круизы. Да и моя Мико хочет пластику лица и тела, платье из нано-шелка, меняющее цвет. Будем с ней новый дом строить, в Империи, не вернусь уже обратно. Изменник я, негодяй, но затягивает все это. – Орест ткнул пальцем в огромный экран, где крутились очередные рекламные ролики, - И тебя засосет и сожрет. Со всеми так происходит. Уже наметившееся расположение приятеля, расслабленность от выпитого, показались достаточными Максу, чтобы задать достаточно скользкий, но забеспокоивший его вопрос: - Эммм, что-то не думал я, что тебе могут такие нравится, - он обвел глазами мощные фигуры девиц, громко болтавших, выпивавших, отдыхавших за соседними столиками в баре. - Я, честно, их побаиваюсь. Макс постарался, чтобы вышло все так по-деревенски наивно, простецки, необидно. Орест проследил за его взглядом, на несколько мгновений подзавис, а потом безудержно, громко, раскатисто расхохотался. - Ты про меня и этих членодевок, что ли, подумал? Макс обеспокоенно так напрягся, но играла музыка, народ шумел о своем, азартно и на повышенных, так что на них никто внимания не обратил. Не хотелось бы, чтобы кто-то вдруг оскорбился. Ни штрафа, ни мордобоя. - Моя Мико нормальная девчонка, из нашенских, все дырочки в наличии и никаких лишних деталей, - отсмеявшись и стряхнув слезы, так его разобрало, ответил наконец Орест, - а этих правильно опасаешься. И чего так напрягся? Членодевки это ж не ругательство, а констатация факта. Но видя, что Макс совсем его не понимает, посерьезнел, хотя и не отказал себе в ироничной, покровительственной улыбочке. Теперь он мог обеспечить себе благодарного слушателя надолго. И выпивки побольше. - Ты что, паря, так ничего и не понял еще? Вам в школе про Империю не рассказывали, что ли? Совсем не образованный? Макс сделал вид, что обиженно надулся: - Я целых шесть классов отучился, больше и не было. И про Империю знаю, там женщины всем управляют и мужиков почти нет. Вот. Гордо выдал большую часть знаний, что бродили по задворкам галактики, по «диким системам». Остальные байки считались не проверенными и им даже ответственные лица его командования не доверяли. Оттого Макса и послали сюда, потому и готов он был слушать Ореста очень внимательно. - Беда, - резюмировал собеседник, под это дело щедро себе подливая крепкого пойла. - Слушай тогда. Про Галактические войны то знаешь? – дождавшись подтверждающего кивка, Орест порадовался, что хоть это подрастающему поколению рассказали. - Хорошо. Так вот, воевали тогда люто, все со всеми и за все. Роботы, клоны, техника, это конечно хорошо, но без солдата то никуда. А военные кто? Мужики всегда были. Чем дольше и отчаяннее воевали, тем меньше нас становилось. Бабы-то рожали, рожали, но гибли-то быстрее. И вот в одной системе тогда ученые изобрели «колыбель жизни», этакую искусственную матку. Генетический материал туда пихали и на выходе получали младенчиков. Процесс механизированный, полностью подконтрольный и защищенный, никаких случайностей. И параметры можно задавать плода, и ладно все так получалось, что бабы самостоятельно рожать и перестали. А зачем мучиться, здоровье портить, потом восстанавливаться и все это время еще нуждаться в защите и поддержке, материальной притом. Правительства-то тоже обрадовались – все могут работать, никаких там особых условий – «им еще рожать», пособий, привилегий. Дефицит же тогда был рабочей силы, мужики воевали. И как-то упустили из виду, что бабы-то очень не просты. Ты ж сам помнишь, в детстве-то, девки активнее и крепче пацанов, развиваются быстрее, учиться начинали, опять же умнее были. Это потом начиналось – семья, детишки, за спину-на шею мужику, в серьезные занятия ходу нет, ведь зачем. Рожать-то работа та еще. Выкармливать, пеленки менять, на ноги ставить. А тут почти все на себя «колыбель жизни» взяла, да техника. Несколько поколений прошло, и вдруг, внезапно, бабы оказались везде, заняв все места и ниши, вытеснив нашего брата отовсюду. Дальше больше. Женский организм-то выносливее нашего и генетические вмешательства, опыты переживал лучше. Мужики гибли, а бабы выдюживали. «Первый легион», Второй, Третий. Легенды-то слышал? Столько пытались создать из нас «универсальных» солдат, а вышло из баб. Ну, так пока те сражения выигрывали и «зачищали» противников, образовывая первую Империю, их ученые «колыбели жизни» по всем системам, завоеванным рассеяли, и вовсю генетикой и евгеникой занялись. Экспериментировали, смешивали, выводили все новые гибриды, улучшали породу. Великие матери, тут их называют. Забавные тетки оказались. Вот все, что ты вокруг видишь, - кивнул на соседние столики, - их творения. Усилили нужное, отсеяли лишнее и хуй вживили - для развлечения. Размножаются-то теперь только через «колыбель», так что сиськи и хрен это для эстетики и удовольствия. Макс, запутавшись в последних фразах, глупо хлопал глазами, по мнению Ореста. Не могло такое сразу в голове уложиться, и принять такое было странно. Может, не понял или ослышался. - Чего глазами лупаешь? – хмыкнул рассказчик. - Догоняй быстрее. Члены у них у всех теперь. Причем еще и улучшенные. У нас-то снаружи болтаются, с ноги кто зарядит – неприятненько. А у них прячется в полость тела. Говорят, у каких-то гадов ползучих так, ген у них и взяли. Возбуждение есть – появляется, а нет – в защите. Так что ты их правильно опасаешься. Нагнут и выебут. Впрочем, некоторые наши, с удовольствием. Через это дело гражданство имперское получают. Увидишь еще таких, разоденутся, глазки строят, тьфу, – Орест сплюнул под стол. Как-то для первого откровения Максу показалось это чересчур. Оглянувшись, он совсем другими глазами уже пробегался по женщинам, прояснив сразу для себя все странности, что беспокоили его с самого отлета из «родной деревеньки». Если мужик не был сумасшедшим, пропившим мозги в этих барах, то информация была потрясающей. - Пару твоих земляков тоже уже заметил, задами крутят. Быстро сообразили. Бабы-то ебливые тут. А моя Мико не такая. Ее пираты похитили из одной из далеких систем, но Имперцы отбили, возвращаться ей стыдно было, контракт заключила в этот комплекс. Мужики-то тут работают и нормальные, для них администрация и женщин нормальных привлекает. Хорошие там условия, в борделе, получают побольше нашего. Но я ее не за это люблю. Она такая… Настоящая! Орест уже изрядно поднабрался и говорил все менее разборчиво. - Сами мы, мужики, просрали все. Заигрались в войнушки. Забыли, что тем, кто рядом нужно другое. А эти подсуетились! - громче и четче рыкнул и затих на краю стола, уткнувшись лбом в локоть, посапывая. Госпожа Мари, проходя мимо, толкнула Макса в плечо: - Ты его рассказы-то на двое дели. Искатель правды, хренов. Обличает, а сам гражданство Империи запросил. Пофыркав, пошла дальше, оставляя работников продолжать культурно отдыхать. Несколько дней Макс отходил от таких откровений, приводя мысли в порядок, вечерами лазая в информатории, ища подтверждения. Орест его не трогал. Помнил, как сам когда-то не мог поверить и принять. Вот их считают «дикими», а на его взгляд вся дикость – здесь. Но время шло, и он привык, а в комфорте цивилизации увидел ценности для себя, не желая возвращаться, образовываясь помаленьку, ища свое место. Зазнобу вот себе нашел, вместе и устраиваться в Империи проще. Изучал историю, байки собирал, с пришлыми начал делиться, помогать им адаптироваться. Его не трогали, и он никому не мешал. Работал, копил, отдыхал, выпивал, к Мико на свидания ходил. - А я тут бассейн нашел, пошли сходим, - после работы Макс опять отклонил предложение Ореста «по стаканчику пропустить», в противовес найдя такое развлечение. Труд шахтера был тяжелый, конечно, но тренированному телу контрразведчика требовалось куда больше нагрузки. У себя в комнате он выполнял боевые комплексы, предварительно обыскав все, и не найдя камер слежения. Но хотелось еще активностей. Орест странно хмыкнув, оглядел его с ног до головы: - Уверен, мужик? Справишься? - Да я в речке нашей деревенской плавал, там ого, какие пороги, - не понял, в чем сомневается приятель, Макс. - А, ну-ну, ну, пошли, - лукаво согласился Орест, предвкушая зрелище. Может, и поинтереснее, чем очередной вечер в баре. - Я даже плавки себе отыскал тут в магазине, - продемонстрировал Макс полную готовность к мероприятию. Бассейн находился в зоне спа-комплекса, но проход туда стоил вполне по карману, только начавшему выполнять нормы шахтеру. Быстро переодевшись в маленькой раздевалке «для диких», Макс вышел к воде. Вообще у работников была большая общая зона с душевыми и шкафчиками для одежды, но идти туда он поостерегся, пока. Решив привыкать к окружающему постепенно. Но вот это благое начинание тут же рассыпалось в прах. Бассейн был большой, с дорожками, с заводями и вышками, с кучей шезлонгов для отдыха вокруг. Вода манила прозрачной изумрудностью. Орест вынырнул из общей раздевалки и жадно уставился на него, посмеиваясь и ожидая реакции. Достаточно не цензурной, но хотя бы не вслух. Макс упустил одно важное и главное. В воде плескались, с вышек прыгали, валялись на шезлонгах, болтая друг с другом, женщины. Пусть крупные, пусть мускулистые, но с вполне выдающимися формами, прикрытыми только намеками на купальные костюмы. В системе Макса девушки одевались даже на пляж куда скромнее, а уж в спортивных заведениях предпочитали закрытые купальники. Здесь же все будто соревновались, кто прикроет меньше, чьи веревочки будут тоньше, а кто осмелеет до топлес и совсем крохотных трусиков. Оргия плоти, иначе и не назовешь. И ведь они не просто замерли, а жили, двигались, дурачились, флиртовали, тискались, возились в воде, массировали друг друга, развлекались, не придавая значения, что в их среде может оказаться кто-то чуждый, из другого мироустройства. Может, выдержка спецагента и позволила бы Максу сохранить невозмутимость лица, хотя глаза заволокло пьяной поволокой, но вот член в плотных и скромных в фасоне плавках зажил своей неприличной жизнью. - Мужик, держись, - хохотнул Орест, драпируя его в толстое полотенце, затягивая покрепче. Ну, почему у этих девиц, как на подбор, не было маленьких бюстов, все только в градации того, что на планете Макса заполняло самое востребованное порно. Вся атмосфера вокруг была как из такого фильма. А ведь он мужик молодой, раньше не страдавший дефицитом дамского внимания, и уже столько времени тут один. - Терпи, друг, ты же не хочешь к тем котам? – начал уже пытаться отвлечь его Орест, кивая на группку мужчин, оккупировавшую шезлонги у одной из вышек. Плавки у тех были до безобразия откровенные, у некоторых даже совсем стринги. Они завлекательно строили глазки дамам вокруг, поигрывали мышцами, норовили принять позу поэффектнее, позазывнее. - Береги зад, друже, - напомнил Орест главную проблему этого мира. Если продышаться, прикрыть глаза, то можно постараться взять себя в руки. Еще если и напомнить себе все, что узнал об окружающих. Если сквозь муть привычного, разглядеть всю обстановку трезво, откровенно, то тут, сам себе, Макс мог признаться – этот социум, здесь и сейчас, больше всего ему напоминает исправительную колонию, полную, если отвлечься от здоровенных бюстов, а ощутить суть, мужиками-работягами, не отягощенными излишней нравственностью. И здесь плотское еще имеет и статусный оттенок. И вот он, Орест и подобные им, тут на самой низкой ступени. От этого полегчало и сильно. Так что он смог отрешиться от буйства плоти вокруг и не сбежать позорно, а все же отдать Оресту полотенце и спрыгнуть в бассейн, поплыв от бортика к бортику, разгоняясь, получая чистое удовольствие от движения, скольжения, давления воды. Макс считал, что отличается толстокожестью и устойчивостью самоуверенности, но это место точило эту твердыню, он и сам удивился, что от удовольствия чистой физической нагрузки его отвлекло припекающее ягодицы ощущение. И тут же посетила мысль, а не покажется окружающим, что вот сейчас он так презентует свое тело, выставляя его на местную ярмарку тщеславия, где, невероятно, но не он хищник. Украдкой оглянувшись, он осознал, что прав. Несколько девиц пугающе и неприятно плотоядно наблюдали за ним. Оценивая с тем выражением лиц и, наверняка, с теми же словами, что они с мужиками у себя дома разглядывали женщин. Оказаться по эту сторону было мерзко. Резко выжавшись о бортик, он вылез из воды и пошел в душ, считая, что пока он не готов к таким мероприятиям. Орест не плавал, а валялся на шезлонге, заказав какой-то фруктовый малоалкогольный коктейль, серьезных напитков тут не предлагали. Наблюдая за новичком, он и развлекался, и контролировал, не нужно ли будет прийти на помощь. Когда Макс сорвался в душ, он проследил, что никто не стал его преследовать, и уже начал предвкушать, как они славно напьются, заливая стресс приятеля. Озадаченный вид того, через какое-то время вышедшего обратно и направившегося к их лежакам, заставил Ореста опять широко разулыбаться. - Что еще случилось, мой, познающий новый мир, друг? - Эммм, - Макс, в душевой заставший двух девиц, занимавшихся жаркой взаимной дрочкой, теперь искал, как в приличных выражениях облечь вопрос. – А почему Они такого размера? Так у всех? Орест понял его и без пояснений, хмыкнул, ободряюще хлопнул приятеля по спине, - Это когда бабы зависели от нас, то кормили нас сказочками: «Главное не размер, а умение», «И вообще все не важно, пока у мужчины хоть один палец есть», а как только почуяли власть и силу, так все «замки из песка» рассыпались. Целые исследования провели и вывели «золотой размер», такой и прописали в геноме. Больше – можно, меньше – выбраковка. А что, сильно больше, чем у тебя? – ехидно подначил. - А задниц подруг им не жалко? – резонно поинтересовался Макс, он-то в размере не очень проигрывал, но все равно задело. - Ты за жопы их не переживай. Великие Матери, как поняли, что что-то не так пошло -перемудрили они чересчур и базовый геном напрочь запортили, то расстарались во всю. И аналог простаты проиммулировали и железы для смазки. Все у них хорошо там. А проблемы наших жоп тут никого не волнуют. - Слушай, я все же не понимаю, - Макс все не мог принять, - ежели они такие горячие, ежели с подругами трахаются, то чего ты нагнетаешь? Чего бы им, к примеру, мне не дать, или кому еще, такому же, как мы? - Ээээх, Макс, да пойми ты, мы для них второй сорт, почти как животные. Не, ну может, по великой любви, кто и позволит тебе забраться. Но я не слышал такого, если и было бы, то и хвастаться никто бы из них не стал. Позорно это. Пошли накатим, а? – потянул друга к привычным и не таким шокирующим неокрепшую пока психику новичка, занятиям. *** - А чего ты тут расселся? Пошли на герцога смотреть, - Орест влетел в рабочую столовую и дернул Макса, в одиночестве сидевшего за их столом с ужином. Крамм устало поднял голову. А он удивлялся, чего так мало народу было вокруг. Последние дни выдались тяжелыми, нюк шел какой-то тусклый, приходилось отбивать больше, чтобы выполнить хотя бы минимальную норму. Девицы еще старались, задерживаясь подольше, Макс же не убивался, довольствуясь крохами оплаты. Потому малолюдности столовой он объяснил себе тем, что у всех так, придут позже. - Давай, вставай, - торопил его Орест. - Я место шикарное знаю, первый раз посмотришь все, как на ладони. Ведя его какими-то служебными проходами, Орест продолжал бубнить что-то малопонятное Максу. - Каждый раз удивляюсь, они сами чувствуют, или их инженеры вызывают? Видел, нюк совсем говно пошел? Даже до третьего сорта еле дотягивал. И вот Его светлость тут как тут. Кто, чего чувствовал, зачем. Все оставалось странным набором слов для агента, ясно было лишь одно – Глава системы зачем-то пожаловал самолично. Наконец они добрались до технической галереи складов, где несколько окон в силовых полях выходили на посадочную погрузочную зону комплекса. Место, видно было малоизвестное. Так что, кроме них, тут наблюдалась только крупная фигура главы их 16 яруса Энн Шейн. Орест почтительно кивнул ей, она равнодушно скользнула по ним глазами, и вернулась к разглядыванию площадки внизу. Мужчины встали подальше от нее, у крайнего окна. Они ничего не нарушали, так что и прятаться не собирались. Внизу же на платформе царила форменная давиловка. Работницы толпились, норовя оказаться поближе к узкому коридору, удерживаемому свободным надсмотрщицами, раздраженно уже кое-где применявшими и шокеры. Пустота в столовой объяснилась. На посадочную площадку только опустился военный десантный модуль. - Огоооо, смотри, крутая игрушка. Материнский блок остался на орбите, а это тяжелый армейский когг, система Джей 10000, такие в Имперский маршальский корпус только начали поставляться, - восхищенно делился Орест, обожавший все космические «игрушки», недоступные в диких мирах. - На нюке целиком работает, ну да, Стоундж может себе позволить. Его светлость как бесценную реликвию защищают. Из корабля тем временем начали выходить гости. Макс считал, что привык уже к габаритам местных дев, но тут команда оказалась еще мощнее и крупнее. Два десятка воинов в белых мундирах, комбинированных с кевларовой броней и золотом погонов и позументов. - Герцогские легионеры, - восхищенно протянул Орест, - все модифицированные, тысячу положат и не заметят. А это, - ткнул пальцем в самую выдающуюся фигуру, - Кэт Райс. Вот интересно, если она с Первым маршалом схлестнется, то кто кого заборет? Макс разглядывал эту живую силу внимательно и профессионально, но без восторгов приятеля. Оценивал. Хотя, все это лишь картинка, никаких тактических характеристик. Вот если б в деле посмотреть. Так что взгляд сам перескочил на вышедшую перед Кэт стройную, и даже казавшуюся хрупкой на фоне этих масс, фигурку. Мужчина. Скорее даже юноша. В алом костюме и плаще, подбитом мехом, в переливе каких-то украшений и кажущейся тяжелой цепи на груди. Герцогской цепи, с символами. Длинные белые волосы были забраны в высокий хвост, а красные пряди обрамляли точеное, тонкое лицо. Сердце бухнуло где-то в горле у Макса. В этом перевернутом, фантасмагорическом, неправильном мире этот юноша казался еще более нереальным. Настолько красивым, что это ощущалось шокирующе неприличным. Плавило мозг и обжигало пах. Макс видел у себя на планете чертовски привлекательных парней, вокруг них всегда вились толпы девиц. Иногда, бывало и такое, что уж греха таить, он контрразведчик и работал со слабостями людей, были и мужчины, что оказывали внимание таким. Это было преступно, неодобряемо, но некоторых не останавливало. Сам Макс считал, что не подвержен этой «болезни», но вот здесь, сейчас, может, виной стресс и длительное воздержание? Он не мог обрести контроль над собой, всматриваясь в этого юношу. Тот шел по сформированному живому коридору, чуть улыбался, чуть кивал на приветственные выкрики, внимательно осматривал всех и все вокруг и терпеливо переносил, когда кто-то вдруг умудрялся на мгновение прорваться и коснуться его, тут же отбрасываемый уже серьезным разрядом шокеров надсмотрщиц. И Макс хотел всем телом, всей душой оказаться там, рядом, коснуться его, поймать взгляд, услышать голос, неестественно замерев здесь, у окна, не замечая говорящего что-то приятеля, остро уставившуюся на него Энн Шейн. - Эээй, мужик, отомри, - Орест уже повысил голос, похлопал его по руке. - Ты чего? - Он, - Макс сглотнул, с трудом выдавливая звуки, - он… такой… - Его светлость, Амир Ди, герцог Стоунджа? – приятель ехидно заулыбался, заюморил. - Друууг, ты что, из этих? Пидорасов? Никогда б не подумал. Как теперь работать-то? Я ж к тебе задом повернуться буду бояться. Эта шуточка ледяным потоком привела Макса в чувство и выбесила. Если бы не выдержка агента, то он бы уже дал приятелю в морду. - Зубам во рту тесно? – нахмурившись, предостерегающе протянул, игнорируя полностью главу яруса с интересом наблюдающую за ними, забыв про штрафы за драки. - У нас в деревне за такое в чек бьют. - Я пошутил, пошутил, - попятился Орест, сдаваясь поднимая руки. - Я ничего такого не имел в виду. Прости. Пошли расскажу лучше кой чего. Макс идти никуда не хотел, предпочитая прямо здесь и сейчас, как следует врезать дружку, не понятно с чего вызверяясь так. Точнее, понятно, потому что в словах мужика была истинная правда, пронзительная и не принимаемая. Это он – любимец женщин, кадровый офицер, законопослушный гражданин, и он может… Тонкая фигурка опять видением заполонила мозг, высушивая горло и рот, что и не сглотнуть. Отвлекая, чтобы Орест, сжав его локоть, утащил его из галереи в ближайший бар. Стакан адского пойла, выжег внутренности, промыв мозги и вернув восприятие реальности. - Прости, Макс, эммм, это я неудачно пошутил. По правде, он здесь бОльшая баба, чем все, - зашептал приятель. От чего Крамм немедленно и остро возжелал ему все-таки врезать, со всей силы. Мало того, что тот оскорбляет юношу, местного Правителя, так еще и под дисциплинарку их подводит. Получить штраф или оказаться в карцере Макс совсем не хотел. - Совсем мозги пропил, - едва сдерживаясь прошипел. - Чего несешь? - Тише, тише, приятель, - еще быстрее забормотал Орест, - это правда. Бабы тут во время его коронации чуть не передрались все. Это как он показал силу и раз уже зарядил тут нюк, они теперь кипятком ссутся от него. А тогда… Давай расскажу, - поймал-таки приятеля на привычный крючок, успокаивая слегка. - Ты что думал, нюк тут в астероиде просто есть? Нет. Это обычный камень, как и везде в Стоундже. Но испокон веков тут рождаются особые люди, или существа, которые умеют камень пробуждать, заряжать, зажигать, как только не именуют. И они главная тайна, сила, ценность Стоунджа. Повелители камней. Их Правители. Наука до сих пор еще не разобралась, как им это удается. Но вот есть и все. И кем бы ты ни был, если у тебя этот дар, то ты будешь тут Правителем. Стоундж одним из первых примкнул к Империи и поделился нюком, так что те стали так превосходить другие воюющие стороны, а Герцогство получило свой особый статус. До сих пор они независимый анклав, самоуправляемый, но под полной защитой Империи. Договора там всякие, лавируют ловко. Ну, не суть. Я не об этом. Помнишь, я рассказывал про колыбель жизни? Закладывают туда генетический материал и получают ребенка? Так вот, порой геном дает сбой и рождаются дети, отличающиеся от базового вида, их называют адари. Они тут хуже рабов. Родители могут их продавать. А платят за них баснословные деньги, как за редкую диковину. Имперские аристократы в свои гаремы их покупают, в собственность. Ну вот, Его светлость – адари. В коронацию все очень хорошо было видно, все рассмотрели. Повезло ему, что родился в Стоундже, и до церемонии посвящения камням его почему-то не выкупили и не увезли. Так у него дар и обнаружился. И тут уж всем смириться пришлось. Герцогиня-то предыдущая была баба-зверь. Подавляла всех, волища такая была, что когда шла, все склонялись и готовы были на все. Она ему власть и передала. Потому что у него своя Сила – камни его так любят, что он зажигает их огромными массивами. Макса новое откровение про этот мир сводило с ума, он бы и хотел остановить собеседника, не слушать, переварить хотя бы часть. Но и жаждал узнать-понять все до конца, пока кто-то готов делиться. - А то, что он адари, вроде как помогает ему. Ты ж понимаешь, он камням отдает свою энергию, а ее надо восстанавливать. Раньше Повелители камней чего только не делали – массовые казни, пытки, людоедство, ну а самым простым и гуманным оказался секс. Так что его светлости тут легче, чем всем предыдущим. Я ж не сказал, в чем его генетический сбой? Ну, хм, он сверху как мужик, а там, - ткнул в сторону паха, - ба… девушка-девушка, - быстро исправился на свирепый взгляд слушателя. - Хрена у него нет, как у этих вокруг, - выдохнул Орест, заканчивая с рассказом и осушая стакан крепкой настойки. - Вот они и мечтают его все отпялить, потому что это ж не безобразие, а, типа, служение. Но и да, хорошенький он. Спросишь, почему «Он» и «герцог», а не «она»? А потому что «она» звучит гордо, это привилегия вон их всех, - кивнул на заполняющих бар девиц, - типа, полноценных. А для адари достаточно и сокращения, как и для нас. Макс кивнул барменше, чтобы проставила приятелю еще горячительного, а сам встал и ушел. Разбираться. Идти в своих мыслях, тяжело ворочающихся в затуманенных странностью информации мозгах. Не разбирая дороги, пересекая коридор за коридором. Пока, вдруг, не оказался перед административной частью комплекса. Что за идея в его подсознании пригнала его сюда? Здесь, перед наглухо задраенным входным шлюзом, будто от катаклизма или атаки, стояли двое беломундирных девиц, с коммуникаторами связи. - Крамм, тут совершенно нечего ловить сейчас, - раздался за его спиной строгий голос госпожи Энн Шейн. - Через 10 минут отбой, иди спать, а то оштрафую. И тихо добавила: - Завтра рано утром приходи в нулевой сектор. «Рано утром» было слишком расплывчатым понятием, так что Макс вскочил еще до обычного сигнала побудки. Помылся, оделся в рабочий костюм и пошел в самый низ штолен. Место, где все бригады остановили работы. Зачем его туда позвала Шейн? Точно не на свидание. В такую рань на рабочих уровнях встречались только редкие обходчики, а вот внизу уже вовсю суетились инженеры. В таком количестве Макс и не видел еще квалифицированную «братию» комплекса. Все серьезные девицы с дорогими планшетами, не чета, что предлагались шахтерам, с незнакомыми приборами и датчиками, в гарнитурах связи, нервно перевозбужденные, шумные. Записывающие, замеряющие, сыплющие странными техническими терминами, что Макс и не знал в своем мире. Его никто не гнал, даже внимания не обращали. - Новичкам полезно посмотреть, как работает его светлость, - наконец из лифтовой шахты появилась госпожа Шейн, останавливаясь рядом с ним. Обычный ее костюм расцветился парадными знаками, планками, алой оторочкой и весь вид стал торжественнее и строже. Макс выпрямился и, демонстрируя почтительность, замер. Ему собирались предложить какое-то поучительное и интересное зрелище? Разум агента был рад и предвкушал, хотя внутри что-то тревожно и предательски подрагивало – страхом ли, желанием ли, столкнуться с герцогом так близко. Вчерашний взрыв чувств и эмоций так и не нашел за ночь своего объяснения. А становиться таким уязвимым опять - пугало. Инженеры тем временем вдруг прекратили суету, замерли, вжимаясь в стены. Из-за угла коридора вывернула процессия. Впереди шел герцог - босиком, в тончайшем, надетом на голое тело, в этом не оставалось сомнения, длинном халате, с той же строгой прической на голове, что накануне, без единого украшения. За ним двигались легионеры его охраны, собранные, строго оглядывающие всех попавшихся на дороге, будто замораживающие взглядом и жестко приказывающие им не приближаться, не мешать, влипнуть в стены, замереть. Босиком? Абсолютно раздетый? Ему же холодно – сердце Макса сжало остро, неощущаемо никогда так ранее. Как они могут так издеваться над ним! Хотелось растолкать всех, броситься к нему, согреть, подхватить на руки, дышать на пальцы, прижимать к себе крепко, делясь теплом, утащить наверх. В этих коридорах же так промозгло. Ему самому, не смотря на теплую спецодежду, было холодно, изо рта вырывался пар при дыхании. Зачем все это? Герцог поравнялся с ним, скользнул взглядом. Зеленым, пьянящим взглядом. Горячим, не смотря на холод вокруг. Наполненным какой-то затягивающей энергией и глубиной. Необычным. Не человеческим. А не в трансе ли каком-то он вообще? Макс сглотнул. А припухлые, будто нацелованные кем-то раньше, губы герцога дрогнули в легкой улыбке, и он перевел взгляд дальше. Заметил ли он его вообще? Одна из легионеров жестко впечатала Макса в стену, проходя мимо, он и не заметил, как оторвался от нее, делая шаг за его светлостью. Шейн резко вдавила его в камень, давая пройти охране и только после отпустила. - Теперь можно, пошли, посмотришь, - хмыкнула расслабленно. Макс только мог гадать, что ощущала она, но видно тоже, какое-то воздействие - рука женщины дрожала. Процессия свернула в одну из прорубленных зал, Макс видел ее до, пока осматривал все тут. Еще удивился странному помещению. Пустое, какая-то аппаратура, датчики, кабели, а в середине оставлен постамент с отшлифованной поверхностью. Сейчас же охрана герцога заняла места вдоль стен залы, двое перекрывали широкими спинами вход, но оставляя место для просмотра любопытных. Шейн чуть подтолкнула Макса вперед, чтобы ему было лучше видно, сама замирая за его плечом. Рядом с его светлостью оставалась только здоровенная громада Кэт, подхватившая из его рук халат, когда он его сбросил. Абсолютно обнаженный! Макс не мог заставить себя отвести взгляд, вроде и не воспитанно это, но тот жадно прикипел разглядывая широкие плечи герцога, идеальные пропорции тела, багровые бусинки сосков, тонкую талию, кубики пресса на животе, ниже он не успел разглядеть, тот отвернулся, укладываясь на каменный постамент. Упругий орех ягодиц. Длинные ноги. Тонкие кисти рук. Макса забила дрожь. Да что же вы заставляете Его делать! Камень ледяной! Он застудится! Он сам ощутил лед на затылке, лопатках, пояснице, заднице, голенях. Все места, которыми его светлость точно соприкоснулся с постаментом. Изверги! Сумасшедшие бабы! Госпожа Шейн вдруг сжала его в стальных объятиях, жестко, препятствуя любому движению. Она ощущала его нервную дрожь, а он жар ее тела и недвусмысленно вжавшуюся ему в зад эрекцию. Впрочем, сейчас это его мало волновало. Он прикипел взглядом к тонкой, белоснежной фигуре на угольности камня. Сколько же можно? Когда закончат эту непонятную пытку? И тут полыхнуло иссушающим жаром, толкая их с Шейн, заставляя сделать шаг назад. Вжимая легионеров в камень. По постаменту зазмеились алые капилляры, из тела герцога расходясь по зале – пол, стены, потолок, - вырываясь в коридор, расцвечивая кровавым под ногами Макса и дальше, теряясь в переплетении прорубленных ходов. Истошно застрекотали датчики, зашумели инженеры, разбегаясь по уровню. - Он заряжает камень, превращает его в нюк, - благоговейно пояснила Шейн в макушку Макса, - много тонн, высокий заряд, нам будет достаточно работы. Как же Он силен! Перед глазами Макса творилось что-то невероятное, необъяснимое, сродни магическому. Если все метаморфозы Империи имели понятное ему, научное объяснение, и он их принял, то вот это? Массовая галлюцинация? Гипноз? Фокусы? Актерское представление, а таинственные механизмы в это время проводят какие-то реакции в камне, воздействуют на структуру? А зачем тогда эта вся постановка? Хождение голышом? Герцог просто иллюзионист? Или Стоундж так скрывает какие-то неведомые технологии? И почему его, Макса, что-то так сводит с ума? Он опытный контрразведчик, а как переполненный гормонами подросток, не может перестать пялиться на «ложе» герцога, раскалившееся уже будто, окутавшее замершую фигуру алым сиянием, живым, голодным, выпивающим его. Тоже галлюцинации? Может, газ разлит в воздухе? Что видят другие? Инженеры, охрана его светлости, Шейн? Они тоже зрители или участники мистификации? Разум никак не желал принимать увиденное. Время казалось тянулось долго, но заняло все не больше пяти минут. Гудение и яркие всполохи утихли, камень горел ровным светом, став опять холодным и не обжигающим. Какая-то инженер деловито отбила образец рядом с Максом и Шейн и понеслась в лабораторию. Дышать стало легко, ровно на мгновение, потому что следом накатил жар совсем другого свойства. Макс смотрел, как Кэт склонилась над герцогом, что-то зашептала, коснулась губами его скулы, рта. Кулаки агента сами сжались в бешенстве, ревности, злости. Не так? Навалилось маревное, пьянящее видение – это он должен целовать его, наклоняться, чертить влажные дорожки губами по телу, накрыть его собой, раздвинуть коленями эти длинные ноги, толкнуться в призывную соблазнительность нутра, забыв обо всех, плевать, пусть смотрят, двигаться, резче, сильнее, врываясь на всю длину, разогревая его своим желанием, страстью, любовью. Кэт набросила на герцога халат и подхватила на руки бессознательное тело, крепко прижимая к груди, рыкнув что-то злобное охране, зверем мазнув взглядом по остальным. Легионеры сомкнулись вокруг нее, уже жестко, готовые в любой момент применить боевые парализаторы, отталкивая с пути зазевавшихся, стремительно выводя по коридорам наверх. Шейн отскочила с их пути, отдернув и замершего озлобленным хищником Макса. Впечатав его в стену, она вонзилась бедром меж его ног, раздвигая, сжала горло ладонью и впилась в его губы. В замутненном сознании, тело контрразведчика ответило заученным рефлексом. Болевой захват, удар, рывок, уход. Он оттолкнул женщину от себя. - Огооо, - уважительно протянула Шейн, мгновенно приходя в себя от завладевшего ею марева, - тебе надо приходить к нам в зал единоборств. - Все-все-все, - приподняла миролюбиво руки, успокаивая замершего в боевой стойке Макса, - извини. Мы же с тобой знаем, кого на самом деле сейчас хотели. А им уже занимаются и без нас. Она внимательно считала весь поток эмоций, промелькнувших на его лице. Тут же отвлекаясь от него, будто ничего и не было, быстро набирая вызов на планшете: - Мари, прими координаты, сбрасываю? Дуй сюда с бригадой, твой новичок забил самое козырное место. Пока не отобрали. Это был почти провал. Макс запоздало понял, как выдало его тело. Деревенский дурачок и отточенные рефлексы силовика? Что с ним происходит? Как сгладить, и не вызвал ли он подозрений? Он видел, как уходит Шейн. Не прошло и пяти минут, как его окружили члены бригады, госпожа Мари, бурно хлопая по плечам, восторженно голося, затаскивая внутрь алеющей нюком залы, хватая резаки с платформы, залихватски вгрызаясь в камень. - Ну ты молодец, мужик! – Орест разогнал остатки дурмана знакомым басом. - Герцогскую залу для нас занял! Ну, мы сейчас всех сделаем. В этот раз мы точно победим. Здесь же нюк самый забористый. Ну, вот точно говорят – новичкам везет! И с энтузиазмом принялся пластовать постамент, где лежал герцог, загружая платформы. - Давай, давай, не простаивай, - подбодрил Макса, - режь, пока тепленький. Ну, мы и заработаем! С меня простава! Да я ж тебя упою до звезд в глазах! Следующий месяц был действительно фееричный. Столько они еще не зарабатывали. Госпожа Шейн сделала им поистине королевский подарок, Макс бы сам и не сообразил, что надо такие места захватывать и сразу звать своих, пока другие бригады не отобрали себе. Им достались самые насыщенные и глубокие залежи нюка. Девицы на подарок новичку даже скинулись – мягкий и теплый комплект термобелья, чтобы меньше мерз в шахтах. Вот тут-то жизни бы простого работяги и наладиться, но агент внутри теперь напряженно ждал последствий его промаха, а переполненный гормонами, поглупевший от любви подросток загружал его откровенно порнографическими снами и болезненным утренним стояком. Сети белоснежных волос и зеленых глаз душили и тянули на дно без надежды на спасение. - Крамм, собрал вещи личные и следуй за мной, - вместо утреннего завтрака, на пороге его комнаты возникла госпожа Шейн в строгом мундире с россыпью нашивок, кожаном плаще и дорожной сумкой в руках. Макс постарался незаметно сглотнуть, - ну вот и конец миссии, его раскрыли, - повернулся, быстро собрал в пакет небогатый набор личных вещей. Может удастся сбежать? Только куда тут на астероиде? Куда они? Госпожа Шейн, не оборачиваясь, вела его на взлетную площадку к приветливо встречающему открытым люком небольшому военному кораблю. Никаких наручников, никакой охраны, может, он поторопился с выводами? Или здесь процедура ареста совсем другая? Пассажирский салон корабля был скромен, прост, но куда комфортнее грузового, в котором Макс прилетел на астероид. Госпожа Шейн раскидала свои вещи по нескольким сидениям, доставая планшет и погружаясь в изучение чего-то. Максу оставалось еще достаточно кресел с ремнями. Больше никто не появился. - Пристегнись на взлет, - не отрываясь от работы буркнула Шейн, тоже защелкивая систему защиты. Пассажиров мягко толкнуло давлением взлета, прижало, но вскоре отпустило. Макс, подпуская привычные интонации деревенского парнишки, робко поинтересовался: - Господа Шейн, что происходит? У меня же смена. Куда мы? Женщина подняла голову, улыбнулась: - Ооо, Максим, ты такой интересный объект оказался. Я про тебя донесение написала Главному советнику герцога. Тобой заинтересовались, вызвали в столицу. Пожалуй, из тебя целая монография выйдет, - мечтательно прищурилась. - Да что ж я сделал-то? – взвыл Макс. - Я только денежек в шахтах хотел заработать! Эти бабы в который раз умудрялись запутать его, и он уже не играл растерянного идиота, а был им. Шейн успокоительно посмотрела на него, - Ничего ты не сделал. Ты оказался таким интересным подопытным, такие шикарные реакции, столько материала. Ты впечатляешь. Думаю, дальше с тобой работать будет не менее познавательно. - Вы кто? Куда мы летим? – Макс запутывался все больше, но, похоже, ситуация не касалась его миссии. Но что тогда? - Вот это правильные вопросы, я же знала, ты не глупый мальчик. Я – доктор психологии, закончила Имперский университет. А ты мой «золотой билет» в академические верха. - Вы же Глава яруса? – Макс все еще видел противоречия. - Правильно, а где еще изучать психологию социумов, как не в такой интересной среде? Я уже несколько работ написала, очень хорошо принятых, - Шейн довольно и расслабленно вытянула ноги, разваливаясь в кресле, говорить об успехах было приятно, как и хвастаться, и планировать новые. - И тут подвернулся ты. Обычный «дикий». А выдаешь такие реакции, которые считались привилегией только уроженцев Империи. Если ты мне еще и поможешь добраться до его светлости, хоть чуть-чуть изучить его, - Шейн причмокнула губами, завороженная такой перспективой, - тебе цены не будет. А деньги ты и так получишь, много. И гражданство. Ты теперь наш дорогой подопытный кролик. Вот тут, наконец, что-то прояснилось, хоть частично. Макс смог перевести дух. Его не раскрыли. Что уж там заинтересовало этих баб, он разберется позже. Главное же, что его миссия стала куда выполнимее. Он вырвался из заточения астероида. Он окажется в столице Стоунджа, откуда сможет слать донесения. Он увидит герцога. Будет говорить с ним. И скорее всего не раз, судя по маньячно горящим глазам этой ученой. У него появится шанс что-то выторговать для своей системы. А еще – о чем так быстро и сладко забилось сердце, – он будет рядом.