An orange rose for you

— Понял? — говорит Чон, потирая виски, после двухчасовой беседы с рыжим омегой. Тэхён, желающий сейчас провалиться под землю от прожигающего взгляда вожака, кивает и уже собирается встать со стула, как альфа хватает за подбородок, смотря прямо в душу. — Когда я спрашиваю, будь добр, отвечай! — повышая голос, почти рычит Чон. — Да. Я понял, — шепчет омега, мысленно закатывая глаза. Этот альфа действительно невыносим, аж раздражает! Сначала вёл «поучительную» беседу, а сейчас смеет рычать! Лёгкий запах кедра наполняет лёгкие, пока Чон находится на расстоянии вытянутой руки, кружит голову, принося неизведанные ощущения, но альфа быстро отстраняется, забирая аромат с собой. Тэхён впервые жалеет, что у него слабая чуткость после простуд, и жалеет, что не может насытиться пряными нотками бесячего Чонгука на расстоянии… — Можешь идти, — сухо отвечает Чон, рукой показывая на дверь. Как только рыжеволосый омега выходит на улицу, на него налетает встревоженный Чимин с расспросами о том, почему так долго. Несколько раз просит прощения, что не предупредил о запретах, и предлагает сходить к маленьким волчатам, которые сейчас, должно быть, играются на поляне. Вся стая занята своими делами: приготовление ужина, охота, работа в полях, сбор первого урожая и создание потомства… Кхм, последний пункт Тэхён бы хотел не добавлять, но уж больно часто, проходя мимо домов новоиспечённых пар, можно услышать характерные звуки этой упорной работы. Тэ даже немного завидует, ведь, скорее всего, его так никто и не выберет себе в пару. Чужой и странный омега, кому он нужен? Не то чтобы он на это жаловался, но иногда очень хочется спрятаться за спиной сильного альфы и почувствовать его мощь, побыть любимым… Почти не слушая Чимина и витая в облаках, Тэхён не заметил, как они оказались посреди огромного пространства, устеленного ярким зелёным. Маленькие волчата бегали повсюду, гоняясь друг за другом и сбивая тех, кто хоть на секунду замешкался. Когда этим детям на глаза попались двое взрослых омег, они огромной кучкой побежали в их сторону, намереваясь получить побольше внимания. — Садись на траву, иначе тебя повалят, — говорит Пак, заливаясь смехом, когда чувствует комки шерсти, пытающиеся запрыгнуть на его руки. — Они любят старших омег, наш запах их успокаивает. Тэхён сделал вид, что слова про запах его не задели, но в глубине души почувствовал тоску. А вдруг после течки ничего не изменится, и он так и останется пустышкой? Но сейчас об этом думать не хотелось, особенно когда маленькое коричневое чудо с белым пятнышком на ушке начало тереться о его ладонь. — Это Юна, — удивлённо говорит Пак и на секунду зависает. — Она обычно не подпускает к себе никого… — рыжий омега в ответ лишь пожал плечами. Переместив маленькую волчицу к себе на ноги и погладив по мягкой шёрстке, Тэхён почувствовал покой, разливающийся по всему телу, и на душе стало так хорошо… Пока в поле зрения не появился Чон. — А ну, кыш! — провозгласил вожак, подходя ближе к омегам. — Чимин, детям нужно выплёскивать энергию сейчас, а не нежиться на солнце, иначе ночью вся стая не уснёт от шума, — нервно выдыхает Чон, снимая десять волчат со спины заливисто смеющегося Пака. — Ты опять делаешь, что вздумается! — альфа обречённо выдыхает и переводит взгляд на рыжую макушку, наклонившуюся к одному из волчат, и только через пару секунд осознает, что это Юна. — Это как? — ошарашенно спросил Чон, садясь на корточки, наблюдая за картиной. — Она сама к нему подошла, — заявляет Пак, вставая с места и лучезарно улыбаясь. Кроха понимает, что сейчас её настигнет участь остальных от рук вожака, поэтому самостоятельно спрыгивает с рук Тэхёна, а старший омега, погладив напоследок за ушком, встаёт. — Нам доложили патрульные, что территории твоей стаи захвачены, — альфа говорит резко, отчего рыжеволосый омега замирает на месте, поражённо смотря в тёмные карие глаза. — Я принял решение отправиться на поиски оставшихся волков, и мне бы очень помог твой совет, где они могут быть. — Зачем вам это? — устало выдыхает омега, обременённый новостью. — Чем больше стая, тем она сильнее и тем больше мы можем сделать вместе. К тому же, если на нас тоже планируется нападение… — начинает говорить Чон, но осекается, не сводя взгляд с побледневшего лица перед собой. — Я хочу помочь... Волкам, что в одиночку станут отшельниками и будут лишь вести борьбу за выживание, а не жить, и своей стае, — Тэхён на этих словах дёрнулся. — А мой отец? Про него что-то известно?! — он взволнованно смотрит в глаза альфы, надеясь услышать положительный ответ. — А волки, возвращающиеся из города?! — Тэ, — имя сладко оседает на губах, неожиданно даже для Чона. — Я сказал тебе всё, что знаю сам. Мне жаль, но уверен: с ними всё будет в норме. Сейчас нам с тобой надо обсудить места, куда я отправлю своих волков на поиски.

***

С того момента. С того самого момента, когда омега узнал печальную новость, прошло три долгих, наполненных томительным ожиданием, дня. В поселение постепенно прибывали члены родной стаи, которых Тэхён не то чтобы был рад видеть, вообще нет. Потому что... В каждом из раненых волков он выискивал лишь двух… И не находил. Каждый раз пряча затуманенный слезами взгляд. Все переживания, томящиеся в сердце, впервые за проведённое в стае Чона время дали спуск. Папа ходил нервный, загружал себя делами, чтобы и сил думать не оставалось. Стал меньше говорить и перестал улыбаться. Из раздумий Тэхёна вывел властный голос, раздавшийся над ухом и вызывающий табун мурашек по телу. — Рыжая бестия, опять нюни распустил? — Чонгук, присев рядом, провёл по щеке, смахнув слезинку. — У меня для тебя две новости… — оставив томительную паузу, сказал альфа. — Начни с плохой, — печально прошептал омега, уткнувшись носом в коленки. — Обе хорошие, бестия, — Чон буквально два дня назад присвоил это прозвище рыжему омеге, после того, как тот со скандалом побежал в лес «спасать отца и Юнги». Альфа в тот день выловил этого несносного волчонка и в буквальном смысле привязал у себя дома. Но сейчас не об этом. — Я слушаю… — печально вздыхая, сказал Тэ. — Твой отец и какой-то Юнги сейчас у Сокджина с минимальными ранениями. После этих слов Чон только и успел увидеть сверкающие пятки убегающего омеги, а потом услышать радостный писк, разносящийся по всей территории стаи.