О желаниях и их исполнениях.

Утро нового дня встретило меня лишь печалью. За прошлый день успел лишь полностью отмыть дом, но это было хоть чем-то, а вот проходя и осматривая, что сделали эти гниды, понимал, что дел из-за них у меня резко прибавилось. Потоптали часть поля, разнесли переплавленные заготовки, сломали кусок забора и часть коз сбежала. Много разрушений сволочи учинили, так еще и в доме бардак из-за них. Но делать нечего, починка забора заняла не так много времени. Натаскать новых веток, выбрать еще годные из имеющихся и забор снова был восстановлен. Поле и само со временем придет в норму, а часть заготовок пропала, из примерно двадцати-двадцати пяти слитков осталось лишь пара штук, да и те, что были закинуты в горн для дальнейшей работы. Бардак в доме пришлось разгребать и смотреть, что пропало там, однако кроме инструмента у меня в нем не было, так что потери в виде пары топорищ и наконечников для стрел в количестве двадцати штук можно уже не считать. А когда к полудню первый невосполнимый ущерб был подсчитан и убраны последствия, начались сборы на новую охоту. — Ну что, Кира, посмотрим, какова новая дичь, м? — мой голос был глухим и чуть слышным, в нем не прослеживались эмоции, но вот то, что творилась у меня в душе, было трудно описать. Говорят, глаза - зеркало души, если это так, то не хотелось бы мне, что бы в это зеркало кто-то заглядывал в тот момент. Помню лишь злобу, печаль и ненависть на совершивших набег на жилище. Мыслей о том, что я с ними сделаю, было много, опыт прошлого я не мог забыть. Взрывы, свис пуль над головой, крики паникующих, стоны раненых, и лишь два цвета, серый - которым было окрашено все, от неба, что наливалось свинцом и часть опрокидывало на нас дожди, снег, град. А спускаясь ниже, цвет не менялся. Сменялись лишь оттенки, белесые лица товарищей и тех, кого тогда называли врагами, рытвины в земле, что стали фактически домом для всех нас на долгое время, ровно до момента, пока в нашу серость не врывался второй цвет. Красный - цвет, что все мы боялись увидеть на себе, цвет означающий приближение конца, иногда он был темным, а порой ярким, но всегда значил лишь одно. И этот порочный круг серого и алого не прерывался долгие десятки лет. Еще вспоминается как было после... тишина и пустота, что была страшнее чудовищного грохота снарядов, несколько лет тишины... а после наступил конец. Свет обратил весь мир, что я знал в прах, сотни солнц сияли на Земле обращая все в пепел, выжигая и расплавляя. А после... снова трава. Сколько же лет я пролежал? В прочем, не важно. Кира шла подле меня, она сильно присмирела после смерти Джима, но от этого мне лучше не становилось, да и мыслей об этом много не роилось в голове. Сейчас, когда волчица взяла след, по которому шли эти варвары, мы стали действовать так, как и положено хозяину и его помощнику. Путь через лесной чащобе был для нас не значителен, мы неслись по сучьям и корягам, корням и сушняку. Мы не замечали ничего, что могло бы нам помешать, а ветер был лишь попутным. Эти чувства были странными, я их уже испытывал, когда приступал к исследованию новых угодий, все что я видел помогало мне и указывало. Я мог идти и идти без устали, а мое путешествие становилось от этого лишь интересней. В такие моменты мне всегда казалось, что мне помогает чья-то незримая рука, что направляет меня на верный путь, указывает, что может стать моим ориентиром, но сейчас это было не так. Не так, но похоже, я будто шестым чувством ощущал направление. Я мог бежать и не спотыкаться, мне было так же легко, но это были иные ощущения, а каждый шаг создавал лишь более холодные и темные эмоции в сердце. Но вместе с этой тьмой, мозг прибывал в наркотическом опьянении, как от чувства погони за дичью, что бежит от загонщика. Азарт охоты и ледяное спокойствие жажды мести, они были вроде бы и моими, но... что-то в них было не так. Они не были навеяны, это я знал точно, да и кому навеивать на меня подобное. Но обычно, еще тогда, даже при гибели близких друзей, меня не сопровождали такие яркие негативные чувства. Они всегда в начале горят ярким и обжигающим пламенем, а поле превращаются в тлеющий уголь, но ни как не постоянно пылающие эмоции внутри. Я их нагнетаю? Кто-то другой мне помогает? Нет, сейчас это не важно, важнее другое. Надо продолжать путь и найти бандитов, а там составлю план на холодную голову. Вспоминая вновь тех головорезов, начал подмечать особенности, которым не уделил внимания дома. Разрез глаз, скулы, глубина челюсти и многие другие факторы, которые сейчас становились для меня подсказками. Они явно европеоидной группы, кожа не бледная, но слегка даже загорелая, глаза многих имели цвета от карих до серых, что говорит, что народность зародившаяся на этой Новой Земле, будет схожа с привычными мне людьми. Религиозных предметов у них не было, или я такие не распознал, в моем понимании к ним относятся всякие крестики, татуировки, ваджра, магатама и ряд других вещей, я их не нашел. Было оружие, одежда, мелочевка на вроде привычных мне в обиходе вещей, но никаких предметов веры. Выводы из этого просты, либо религии еще нет, либо это были атеисты, либо поклонение осуществляется как-то иначе. Если веры еще нет, значит сейчас будет процветать в основе родоплеменной строй или общинный, что говорит мне либо об агрессивном отношении к чужакам, либо о начале бартерных отношений. Возможность возникновения денег сейчас должна быть минимальна, следовательно, если после разборок с бандитами я найду другие поселения мне нужно будет выяснить этот момент. Возможно, я смогу наладить торговлю, а торговля - это большой шаг к моему развитию. Далее, какие выводы еще я могу сделать на основе полученной мной информации... у них есть свой речитатив, хоть я и не знаю их языка, как собственно и письменности, но это говорит о том, что как минимум эти люди имеют осмысленности слов и действий. Речь той гниды, что засела в моем доме явно имела смысл, а значит и ее должен был понимать носитель языка. Далее нужно учитывать еще и то, что как минимум в обработке кожи они меня обскакали, но литье и работа с металлом у них похуже. Все же, я не зря в свое время имел опыт работы с металлом, а значит как минимум могу обскакать их на этом поприще. Но если есть люди работающие с металлом, значит есть и те, кто занимаются его добычей. На древесине металл тоже не проплавишь, перерасход ужасный, а значит есть и те, кто умеют выполнять заготовку угля, если умеют работать и с деревом, и металлом, и кожей - это уже далеко не неандертальцы. Возможно, они где-то на моем нынешнем уровне развития, но вот что странно, я не видел ни у кого луков или дротиков с арбалетами. Не умеют производить? Бред. Лук одно из первых изобретений человечества. Не умеют обращаться? Уже теплее, но что бы столько людей да не умели... странно. Выделка кожи тоже говорит о многом. Она не порвана, но при этом очищена от шерсти, соскоблен жир, даже тот что находится под кожей был удален, да и сама выделка не имеет характерного запаха присущего моим изделием. Но это следствие отсутствия соли, как реагента для одного их продвинутых этапов выделки. Какое это все имеет значение для меня? Ну, как минимум у людей есть соль, пусть даже известняковая, но это соль, а это крайне важный момент в моей жизни. Соль в данный момент - это необходимый мне химический реагент. Из соли делается мыло, она необходима для консервации, выделки кожи, и в конце концов, для еды. Но так, долго ли, коротко ли, но дорога спорилась... да уж, теперь понимаю, почему к нам, русским, были странные взгляды на западе. Мы дорогой называем то место, где идем, даже если там в действительности бурелом, чащоба и ухабы глубиной в человеческий рост. Как говорилось в песне одной старой:

И у Черта и у Бога На одном, видать, счету, Ты, российская дорога - Семь загибов на версту. Нет ухаба, значит будет яма, Рытвина правей, левей кювет... Ох, дорога, ты скажи нам прямо: "По тебе ли ездят на тот свет?"

Но это еще ничего, вот вспоминаю я мой любимый участок дороги после Дивного на границе с Калмыкией... бр-р-р, вот это просто жуть, я после этого ехал проверять подвеску каждый раз. И никто не ремонтировал этот участок. Хотя, это я далеко ушел от темы. Путь до конечной точки моего назначения все уменьшался, а я морально готовил себя к нескольким вещам. Во-первых, разведка, нужно было выяснить сколько людей в пристанище этих утырков. Во-вторых готовился ждать ночи, хотя, скорее мне нужны последние предрассветные часы. В это время, когда старые дозорные еще не сменились, на новые вахтенные еще не отошли от сна. В это время мне и надо напасть, тогда, если повезет, противники не успеют поднять тревогу, а я смогу тихой сапой убрать всех наиболее опасных. Выживших не должно остаться, значит, придется посидеть там пару дней, вдруг есть отряды, что ушли, тогда я смогу избавиться от проблемы грабителей окончательно. А все, что будет в прибежище этих больных и нищих, я приберу в свои руки. Но не время делить шкуру не убитого медведя.

***

POV Дариус, сын Крона. (Частично от третьего лица) Приблизительно двадцать пять лет назад, у Крона, ярла клана Ворона, родился долгожданный сын. Тот, кому суждено было стать наследником власти в одном из сильнейших кланов северного континента. Мальчик рос под влиянием сильнейших воинов отца и воспитывался ими, учился военному делу, учился править землей, что перейдет к нему от отца, учился грамоте и счету. Все радовало Крона в своем сыне, но был изъян - мальчика не благословили духи. Никто из тотемных зверей не взял сына Крона как проекцию их силы, это сильно печалило отца, а вместе с печалью отца приходили и выжженные до тла прибрежные города восточных земель. В своем горе он ни раз и ни два разграблял и выжигал поселки, клан от этого креп, войны становились опытнее, град "Гнездовье воронов" становился все богаче. Но это не утешало правителя, тогда он решил, что этот сын не достоин наследовать его титул, и уже через год, когда маленькому Дариусу исполнилось восемь лет, у его отца появился новый наследник. Крам, так назвали мальчика, которого удостоили покровительством трое духов, дух Ворона, что был символом прозорливости и хитрости, дух Волка, что значил ярость и покровительствовал набегам, а дух Медведя - неустрашимость и упрямство. Крам с юных лет начал затмевать Дариуса, на фоне младшего брата, все потуги старшего смотрелись блекло, воином - Крам был яростнее и сильнее, управленцем - коварнее и мудрее, и так было во всех делах, за что бы не схватился старший, младший его тут же превосходил. Но никто не замечал, как за несколько дней до отправки старшего в набеги, ястреб улетал за море, в посёлках, которыми должен был править старший мер скот иль гноилось зерно, в боях, меч Дариуса регулярно ломался от неловких движений. Никто, кроме самого Дариуса... Но кто поверит, что во всех неудачах старшего сына, окажется виновен младший? Так шло долгие годы, до момента, когда Крон не решил вновь отправиться в набег, оставив младшего сына править в свое отсутствие, а старшего, взяв с собой, в надежде смыть позор его рождения кровью и золотом восточного народа. Но на сей раз, даже Дариус не узнал о вылетевшем соколе. "Чертов Крам! Ублюдок недоразвитый! Эта гниль поплатится за смерть отца, он кровью умоется, когда я вновь вернусь в Гнездовье. Кто еще мог подставить нас и дать знать этим бесам о нашем прибытии?! Клянусь, стоит мне лишь ступить на землю родного дома - он за все поплатится, за все мои унижения, за все мои неудачи, что сам на меня натравил. Этот мелкий ублюдок мне всю жизнь испоганил! Если бы не он, я бы сидел на троне Ворона!" Ситуация у меня и впрямь хреновая, в набеге выжил я да еще шесть человек из дружины. И теперь мне нужно прятаться по лесам от этих свиней забойных. Хорошо хоть смог сколотить какую ни какую банду, среди местных бандитов много тех, кто присоединился ко мне, теперь осталось лишь захватить корабль и добраться до дома. Но все планы губит этот Одари, чертова мразь хочет поднять мятеж, и все бы ничего, просто убить его, но у него слишком велика поддержка среди местных. А значит, если я убью его без причины, либо погибну сам в схватке, либо вновь отодвину возвращение домой. Мне нужно найти выход, как вывести Одари из себя или убить его чужими руками. К тому же, эта сволочь еще и в ближний круг набилась, теперь без него ничто не планируется. Он знает о моих планах слишком много, может саботировать их в любой момент, а я даже знать об этом не буду. Так мое триумфальное возвращение домой, может завершиться даже не начавшись. Нужно придумать, как мне убить его. Впрочем, недавно мы, помнится, нашли один примечательный дом в лесу, да к тому же не как у местных, а схожий с нашими, отправка туда своих людей, пока ничего не показала, вернулись лишь эти местные заморыши, но улов не плохой, железо пусть и не высшего качества, но на оружие сгодится. Как вернутся остальные нужно будет собрать туда еще людей и забрать себе этот домишко, станет моей новой временной базой, а там, посмотрим. Если его обитатель из северян, призову на службу, от возвращения в родные пенаты никто не откажется, если же какой местный отщепенец - то и думать не надо, мне нужен его дом, а остальное - плевать, либо уйдет сам, либо отправится вечно морозить кости в царстве Хеллы.

***

POV Сэм. Нашел я убежище бандитов лишь ближе к вечеру. Небольшая пещера, до которой я ни разу не добирался за все время моей жизни здесь, но стоит отметить, что и замаскирована она была хорошо. Не увидь я выходящего из-за камня человека и не заметил бы, однако осталось еще несколько проблем. Первая и самая главная - численность. Я банально не знаю сколько там людей, а подобраться ближе не представляется возможным, бандиты убрали все кусты и низкие деревья недалеко от входа, а прыгать по деревьям в моей экипировке - сущее самоубийство. Вторая проблема - организация. Если раньше я думал, что будет на посту сидеть от силы пара человек, то сейчас вижу что сделано все по уму. Командир у этих сволочей явно мозг имеет, гарнизон меняется каждые два часа, а по периметру ходят два отряда из четырех человек, итого я могу сказать, что как минимум человек двадцать пять-тридцать у него имеется, без учета убитых мной и ушедших по поручениям. В худшем случае я могу наткнуться на пятьдесят рыл с неплохим вооружением и хорошей координацией на этой территории. Ситуация не просто проигрышная - она катастрофичная, даже если я убью дозорных - подниму много шума и патрульные меня завяжут боем или и вовсе вперед ногами вынесут. Удача явно не благоволит мне, но делать что-то надо, если я не уничтожу поголовье этой швали - житья мне никто не даст, а значит, нужно думать как можно ликвидировать эту проблему. Ночью можно прощупать их оборону дальним боем, но тогда я потеряю элемент неожиданности, а значит и дальнейшие нападения будут лишь тяжелее. Попытаться отравить? Можно, я знаю пару трав, которые имеют ядовитый сок, но его нужно выпить много, чтобы действовать начал, не вариант... хотя, нет, видел я по дороге сюда дурман, если я достаточно его соберу и подожгу с подветренной стороны, то надышавшись дыма у многих начнутся галюны, на человека в среднем хватает трех-четырех вздохов, а после на ближайшее время об адекватности можно позабыть. Под действием наркоты люди могут видеть много разного рода странностей, если я смогу их достаточно напугать, то посею панику, а паника - это враг всех воинов. Да, теперь у меня есть план, осталось собрать побольше волшебной травы, установить хотя бы ловушек пять, да себе сделать пару масок, а то я и сам окажусь в той же ситуации, что и эти грабители. До глубокой ночи я готовился. В начале делал ловушки, в основном простенькие растяжки с заостренными кольями, но их вышло установить двенадцать штук, а это как минимум серьезные удары ветками и переломы, а как максимум - колотые ранения, с которыми жить долго никто не сможет. Следующие ловушки три волчьи ямы, они были слегка замаскированы, но упав в них гарантированно колотые раны получат. Ну и моим козырем в рукаве стало большое бревно, которое я закрепил на высоте двух своих ростов, примерно четыре метра. По плану, если все пойдет не так, я просто обрубаю веревку и бревнышко, упав, покатится прямо на мародеров. При особо удачном стечении обстоятельств - это много переломанных трупов, но даже если смогут уйти с линии падения это значит, что они окажутся в зоне, где высоки шансы наткнуться на иные ловушки. Костры пришлось делать большими, и с двух сторон, в начале подпалю северных, а после тихой сапой пойду к южному, который уже разожгу на полную и побегу обратно, таким образом основной дурманящий костер будет долго разгораться, а второй - яркий, но с малой дозой яда станет отвлечением и ловушкой. Как раз на пути ко второму и расположены в большинстве своем мои западни, и второй - он почти безопасен, но дым от него станет самой страшной опасностью. Когда мрази поймут, что теряют контроль над телом - окажется поздно, дурман действует долго, а когда они окажутся у второго костра многие будут под галлюцинациями. Тогда и вступает в действие третья часть, которая мне пришла в голову много позже. Нужно всего лишь привлечь сюда пару стай волков, тогда страху и ужасу будет достаточно, чтоб многие пороняли оружие и начали бежать, бежать обратно к пещере, но вот я смогу там их встретить уже во всеоружии, коли смогу уйти незамеченным. Если все выгорит, то уставшие и паникующие бандиты будут сильно ослаблены, а там, я и Кира сможем устроить уже нашу месть. В самые темные часы ночи, я привел совой план в исполнение, но если слегка поджечь первый костер оказалось просто, то вот второй... в общем пока я бежал к нему наткнулся на одного из часовых, что решил сходить отлить, впрочем, это мало чем мешало плану. Так я думал. На бегу я с размаху ударил его топором, тот вгрызся в грудную клетку и застрял в ней, но из-за отсутствия времени я побежал дальше, уже распаляя костер, я услышал крики. Шум поднялся раньше, чем я планировал, значит у моих врагов больше времени на сборы, а это плохо. Рыкнув про себя, продолжил распалять огонь все больше, пока не убедился в его заметности по звукам бегущих в мою сторону караульных, шесть человек быстро двигались ко мне. Странно, думал я про себя, вечером их было больше, что за дела? Но не став дольше задумываться над этим, выхватил лук и начал прицельно вести огонь. Костер от которого я отбежал больше не слепил меня, а вот мои противники стали для меня открытыми мишенями, ну а кто откажется проредить ряды противника на халяву? Вот и я успел убить четверых, но увидев толпу, начал перемещаться в кусты, после быстро двигаться к дурманному костру. Однако тут то меня и настигла моя неудача с тем прибитым бандитом, видно, запах крови хорошо распространился по лесу или стая волков была не далеко, и у трупика уже было по меньшей мере восемь особей, а так как моя одежда тоже была запачкана в крови их ужина-завтрака, то на меня быстро обратили внимание, пришлось резко разворачиваться и бежать от стаи. Волки, надо признать, двигались быстро, но мне удавалось уклоняться, хотя и несколько неприятных ран я получил. Но даже так смог добежать до костра номер два, а там уже меня ждала не маленькая толпа бандитов. Лишь чудом избежав стрел, и подобно смерчу пройдя мимо моих противников, я вдруг понял, что за мной никто не гонится, а обернувшись увидел, что волки начали нападать уже на мародеров, не став пытаться реализовывать план изначальный, начал импровизировать. В начале стрелял на поражение врагов, но поняв, что если я продолжу убивать и так поредевшие ряды воров, то прибытие новых стай, вой которых слышал со спины, никак не смогут справиться с животными, а убивать волков не входило в мои планы, потому быстро начал бежать ко второму костру для того, чтобы затушить его. Но тут то меня вновь постигла неудача. Огонь разгорелся уже слишком сильно, и просто разбить костер мне уже не выйдет, а это в свою очередь значит, что ветер так и так, но разнесет дым дурмана по окрестностям, но как он повлияет на животных, я не знал. Если они взбесятся - то гарантированно положат бандитов, но тогда мне придется ждать долго, пока они не уйдут. Если это затормозит их реакцию - то бандиты волков положат, а сами будут на стороже и даже ослабленные смогу прихлопнуть уже меня. И это только два наиболее вероятных исхода, которые я так быстро мог придумать. А что будет на самом деле? Но, тем не менее, мной было принято решение в первую очередь отойти от лагеря и касторов, дабы перевязать раны и засесть до утра в засаде. Кира была явно в потрепанном состоянии, столько беготни, а после еще и надышалась дыма, но по ней я понял, что дым явно притупляет чувства волков и приводит в некое состояние опьянения. Значит нужно готовиться к битве с ослабшими бандитами в неизвестном количестве. Выбираться нам пришлось в районе часа, тихо обходя рвавшиеся к месту боя маленькие стаи волков, глядишь, с таким количеством, волки и загрызут ублюдков, но нужно быть готовым ко всему. Так дойдя до небольшого углубления в корнях местного дуба, мы погрузились в него, а после, быстро поев, упали в сон. Под действием галлюциногена мне вновь снились отвратительные по содержанию сны о прошлом, война, когда мы использовали газ против врага, а после как шли мимо трупов, и как некоторые, что все еще оставались живыми хватали нас за ноги и хрипели последние предсмертные проклятья, на нас, наши семьи, друзей, близких. На всех, кого мы могли любить. Мне снова снился мужик, что в отцы мне годился, как он проклинал меня за смерть его сына, вместе с которым они пошли на ту бесполезную войну, он шептал проклятья в наш адрес, говорил, что из-за нас и начался весь конфликт... но вот как простые люди могут влиять на политику. Но объяснять что-то врагу на предсмертном одре, я ничего не желал, с привычным звуком громкого взрыва пороха в патроне, я оборвал его речь. То было не от жалости или осознания вины, чтобы заткнуть мужчину, тогда я считал это милосердием. Милосердие победителя над проигравшим. Насколько мне было отвратительно после... даже словом передать я не смогу, но что еще оставалось делать? Пленные давно перестали быть надобными, они попадали бы лишь на допросы, и там же их бы и забивали насмерть, или стали бы шоу на потеху публике и акцией устрашения. Слез тогда пролилось не мало, столько же крови, а теперь, спустя столько лет на земле вновь есть жизнь. Красная кровь, через час уже просто земля, через два на ней цветы и трава, через три она снова жива. Теперь, когда я проматываю слова песни Цоя, мне становится больно. Несем мир... громкие слова для тех, кто идет по трупам сотен людей, но политики слышат лишь звон монет и шелест купюр, что окажутся у них в офшорных счетах, а то что одним лежать теперь в земле, а другим остаток жизни мучиться с кошмарами - это так, мелочь, на которую никто из них не посмотрит. Гибель одного - трагедия, гибель десятков - катастрофа, гибель тысяч - статистика. Кто-то говорил, что война двигатель прогресса... как же он был прав в свое время, но как же бесчувственно эти слова звучали у нас в головах, как же больно было осознавать смысл, что прогресс - в первую очередь не мирных технологий, а прогресс способов убийства других. И вот к чему этот чертов прогресс пришел. Война стала бизнесом, бизнесом который могли закончить лишь те, кому он перестал быть выгодным, а то что после все мы, простые солдаты, станем лишь осколками прежних себя, никто не видел, не желал видеть. Помню я Вовку Санджапова, веселый парень... был, до войны, а когда конфликт начал набирать обороты - в начале перестал смеяться и улыбаться, а после и вовсе стал лишь тенью себя прежнего, глупцы скажут - повзрослел, идиоты - возмужал, сволочи - прошёл через жизненные уроки... и лишь такие же как и он поймут - сломался. Перестал он быть веселым и шебутным парнем, когда вернулся, на любой шум реагировал как на взрыв гранаты, дочь боялась отца, жена развелась с ним, а после спился Вова. Нервы сдавали там у всех, ни разу за все время там я не видел нормальных. Кто-то стал маньяком, который пытал ради самой пытки, кто-то заходил в дом и раскладывал любую девку, что захотел, кто-то от осознания того, во что его втянули, стрелялся, вешался или по иному сводил счеты с жизнью... Но чем я лучше сейчас, поступил по сути так же, так же навел на моих обидчиков яд, так же поставил ловушки, заготовил то, что не убило бы многих, а именно покалечило и на это и был расчет, а после еще и стаи волков натравил. Ничем я не лучше того, каким я был на той сраной войне, я так же как и многие оскотинился. Просил я времени, чтобы исправиться, грехи искупить, а в итоге... сам продолжаю делать то, чему научился лучше всего далекие годы назад. Продолжаю убивать и калечить. Меня вряд ли бы остановило не знания их языка, я бы просто пытал их, чтобы почувствовали боль, которую чувствовал я. Чем же я тогда лучше? Может, пора перестать мне идти этим путем и начать думать о созидании? Но... как всегда есть много этих самых "но", что делать с явными преступниками? Что делать в ситуациях когда либо я, либо кто-то? Что делать, если банально я не вижу альтернатив? В прошлом были тюрьмы, однако кормить убийц, насильников, торговцев наркотиками, это как по мне слишком. Эти люди, хотя какие они люди, если делали подобное, это гниды на теле общества. Тем не менее, простых воров можно и в каталажку сдавать, если они когда-нибудь появятся. А до того поступать как велит закон мест обитания. Помнится, где-то за воровство отрубали пальцы, возможно это и правильно, пускай и жестко. Тем временем, уже наступил день. Кира пришла в себя видно давненько, и уже ела какого-то кролика, что поймала. Сам же я вновь начал давиться сухим мясом, дома сделаю суп с зерном и мясом, он в последнее время начал выходить неплохим. Все же хорошо, что я начал экспериментировать с добавлением в еду трав. Так уже не на пустой желудок мы пошли тихой сапой в сторону лагеря. А встретила нас там могильная тишина, несколько обглоданных трупов и просто багряная от крови земля. Тела бандитов были обезображены до неузнаваемости, множество трупов волков, разрытая земля, деревья со следами ударов, все мои обезвреженные ловушки, хотя нет, сработавшие, они все до единой сработали. Видно, бандиты пытались бежать от волков, но судя по кровавым следам и оставшимся трупам, мало кто смог выжить. Продолжив идти мимо моего дурманного костра я видел, что след со временем сужается, а трупов, как волков так и людей, становится лишь больше. Так я шел до большой поляны с вытоптанной травой и следами проезженной земли, видно, здесь ездят телеги. Удивительно, как я столько прожив здесь не видел подобного? Впрочем, это было не так важно. Мой путь продолжался еще несколько минут и, в конце концов, я обнаружил последних разорванных бандитов и одного, что был еще жив, он был больше многих из них, его одежда явно была больше броней, но от этого мне становилось лишь интереснее. В руках он все еще сжимал крепкий топор с узким лезвием, это неплохое оружие, пробить легкие доспехи может, орудовать им просто, да и метнуть в случае чего так же не сложно, дело лишь в сноровке. У него были темные волосы, что были слипшимися от пота и крови, они явно вились, когда-то. Черты лица скандинавские, глаза смотрели на меня, но в них не было страха. Через нос к губам пролегал уродливый застарелый шрам, а после появлялась неаккуратная борода, что заплеталась в косички снизу. Он что-то бормотал, видно, проклятья в мой адрес или молился своим богам. Впрочем, не важно. Медленно подойдя к нему, я снял с пояса нож и присел возле него так, чтобы контролировать руку с топором. Он что-то хрипел, но я и раньше не мог разобрать что именно, а теперь даже не стал пытаться. Взглянув в глаза, увидел, как он скосил взгляд на руку с топором. Ясно, видно, викинги и в новом мире викинги. Распрямив ноги своего врага и сложив его руки на живот, я положил щит на запястья и топор поверх него. Во взгляде все еще была злоба, но почти неуловимо читалась благодарность. Взяв в руки нож я быстрым ударом меж ребер прервал жизнь варвара. Покойся с миром, враг мой.

***

Лагерь бандитов встретил меня вновь гробовой тишиной, и пусть я уже понимал, что вряд ли найду хоть кого-то, но настороженность свою не понижал, не хватало мне только снова отлеживаться от травм не совместимых с жизнью. Так я и обыскивал весь лагерь и стаскивал все хоть сколь полезное к выходу, подальше от смрадного запаха. Пещера оказалась не очень большей и расширенной искусственно. Было несколько явно относительно жилых комнат с подобием кроватей и просто расстеленных на земле матрасов, были сундуки, в которых окромя одежды и немногих целых вещей ничего путного я не нарыл. Но самым злачным местом оказалась комната, что была явно природного происхождения, там на столе, что освещали зажженные мною свечи лежали три книги, и это были именно книги, не свитки, не просто стопки бумаги, а полноценные книги с пока не известным мне языком и в самом центре стола лежала большая карта, с разными отметками, была отметка этой самой пещеры, были отмечены несколько видимо поселков, судя по надписям, что были возле кружков, было несколько крестиков, и один был у озера... значит, это места куда отправлялись бандиты. Впрочем, это уже не столь важно. Судя по всему, больше самих разбойников нет, хотя, стоит быть поаккуратней, ближайшие дни, а то мало ли, вдруг найдутся недобитки. А мои вещи в доме пополнятся пятью рубахами, тремя штанами, шестью парами сапог, хотя последнее и было мародерством, но им они уже не к чему. Метательные топоры в числе двенадцати штук, часть коих уйдет на переплавку, три хороших меча и даже каким-то Макаром, одна катана, правда коротковата она мне. Но самым лучшим моим приобретением здесь стали овощи, помидоры, тыквы, что-то отдаленно напоминающее клубни картофеля, мука, молоко и то, от чего я не мог отказаться ни под какими предлогами... соль. Наконец-то, она была найдена, и не маленькая мисочка, а целый мешок весом килограмм в двенадцать. Это ли не счастье? Наконец у меня в руках есть соль, скоро я смогу сделать мыло, а после и еда станет вкуснее, но пока ее нужно экономить, соль слишком быстро может иссякнуть, а коли я не смогу ее еще найти - то я, пожалуй, что вновь лишусь одного из благ культурного общества, и это благо - чистота тела. Так потихоньку я начал вновь проводить дни, расчищал территорию для посевов, делал грядки, смог увеличить поголовье моего скота, вернее само стадо это поголовье увеличило. Но стаду я не давал разрастись до больше, чем восьми особей, в итоге мяса у меня было в избытке. План по постройке стены и вовсе был выкинут более за ненадобностью и вновь вернулся к плетению сетей, уж больно рыбу хотелось мне. Мой "Наутилус", оказалось был вполне неплохим плав-средством, но удобство управления все еще оставляло желать лучшего. Зато теперь для меня не было как такого непреодолимого барьера меж берегами. Для удобства начал обустраивать еще три причала. Дело это было долгим, пару теплых периодов угробил на них, к счастью теперь мне не нужно из раза в раз сталкивать кораблик на воду. Сети плел в холода, с ними тоже были проблемы, но веретено и прялка, на которую угробил пару месяцев, помогли мне с новой нитью, хотя это больше походило на вязальную нить, нежели на обычную. Попытка сделать полноценный ткацкий станок была провальной. Я банально не смог придумать как мне расположить оси станка, чтобы они не мешали друг другу во время вязания, да и смысл его изобретать, если у меня выходит максимум на пять клубков ниток в год, что лишь чуть больше кулака. Поэтому начал вспоминать бабушкины уроки вязания, параллельно изобретая велосипед. Выходило не очень продуктивно, зато смог повысить свои навыки с этой нитью. Если раньше она была толстой и не очень прочной на разрыв, то теперь ее толщина снизилась до миллиметра, а плотность нити стала достаточной, чтобы на ней можно было сушить рыбу и мясо. Как сделать металл лучшего качества я так и не понял, потому топоры все ушли в переплавку, а из слитков в дальнейшем может быть сделано что-то более полезное, чем я имею сейчас. Забота о саде, поле и скоте занимала все мое время и откровенно трудно было выбивать его еще и на охоту, посему щенки Киры росли в тепличных условиях и быстро одомашнивались, что не мешало им уже помогать отбивать нападения на мои угодья то у кротов, что пытались сожрать мой картофель, то у птиц, что зарились на зерновые. Кира стала просто невероятно массивной, но забавно, что отнюдь не от жира. Она сама ходила и охотилась, порой брала и выводок, но следить за ними дело бесполезное. Разработка арбалета продвигалась тоже медленно, но это было не к делу, все же, я больше теперь занимался земледелием, хотя душа порой и просила устроить охоту на что посущественней рыбы. Но даже имея спокойную и сытую жизнь, я понял, что мне не хватает банального. Хлеба. Я хотел хлеба, того самого, что сам печешь, слышишь хруст не остывшей корочки, пробуешь еще горячий мякиш, чувствуешь неповторимый аромат домашней выпечки. Да, все было просто и одновременно трудно. Для хлеба нужна мука, соль, вода и яйца. С половиной ингредиентов проблем нет, яйца можно достать и из птичьих гнезд, тем более что на равнинах водятся фазаны, поймать парочку и подрезать им крылья - не трудно. Силки на мелкую дичь и птицу ставить я уже научился. Да и разнообразить рацион питания птицей и яйцами хорошая идея. Так же это решит все возможные проблемы с оперением стрел. В общем, идея хороша, но яйца - это половина проблемы. Вторая - мука. Как ее сделать из зерен, казалось бы - просто. Вот только не так и просто как я думал. Просто разбить и перемолоть зерна камнями - глупая и долгая работа. Мука выходит не однородная, а просеять ее не получится. Изготовить станок для перетирания зерен в муку - идея неплохая, но вот сделать идеальный круг - сложно, долго и он должен иметь массу как минимум килограмм в десять-двенадцать. Да и сделать ровную плоскость для этого колеса может оказаться трудной задачкой. Но через долгое время я нашел куда более простую идею. Она заключалась в том, чтобы сделать не ходящий по кругу жернов, а более простой с моими технологиями. Для начала был сколочен чан в обхват моих рук и толщиной в ладонь, его высота не превышала трех пальцев, но она то и была не нужна. Далее, мной была сделана крышка под этот чан, что входила в него до дна и в ней было так же сделано углубление, но на сей раз глубина была с локоть. В центре было небольшое отверстие, которое я отгородил тонкими дощечками. Первый жернов оказался не состоятельным. Да, он неплохо работал, но зерно, что я засыпал в центр - не распределялось по всей поверхности, а копилось в этом центре, да и доставать муку - было тем еще удовольствием, для которого нужно было поднять всю массу крышки, а перед этим выгрузить камни из нее. Посему было предпринято решение усовершенствовать технологию, теперь нижняя часть была под уклоном и сыплющееся на нее зерно равномерно распределялось по всей площади, а верх соответственно - имел уклон в ту же сторону, таким образом было как бы две фигуры, нижняя напоминала треугольник с вершиной вверху, а верхняя была похожа на крышу с дымоходом в центре. Так же, в одной из нижних частей жерновов было сделано отверстие, из которого сыпалась мука. После конца работ всю поверхность пришлось заполировать и обработать смолой, после пропитки ей еще одна полировка. Таким образом я добился того, что даже мелкие щепки перестали попадаться в муке и ей больше не требовался просев. С птицей все вышло несколько интересней. Отправившись на охоту, я особо даже не задумывался о возможном нападении на меня, поэтому оделся по сути как на прогулку, разве что надел защиту на руки и прихватил лук со стрелами, да нож. Сейчас готов назвать это ошибкой... или нет, но так на обычном выходе по постановке ловушек в поле я наткнулся на работающих крестьян.