Свет

VI Мирабелле двадцать один год, и её с Женевьевой вывозят на сезон в столицу в сопровождении барона Ангеррана, его жены Клаудии и изрядно постаревшего Хьюго. В семействе Карлион делают вид, что они давно не выбирались из провинции, вот и решили показаться при дворе. Но по правде все дело в прошлогодней выходке кузин. Если старая Магда, с которой Мирабелла смогла встретиться и поговорить на праздновании весеннего равноденствия, гордилась своей подопечной, то несостоявшийся жених был совсем другого мнения. Седрик Лайл, не ожидавший категорического отказа от какой-то небогатой провинциальной дворянки, счёл себя оскорбленной и пострадавшей от обмана стороной. Недолго думая, он растрепал на всю округу о «набожности и никчемности» Мирабеллы и «легкомыслии и глупости» Женевьевы, поэтому найти женихов среди соседей стало затруднительно. Однако Клаудия Карлион не знает, что такое поражение, и ставит на то, что до столицы такие мелкие местечковые сплетни вряд ли дойдут. Так баронесса принимает волевое решение ехать в Олларию на поиски удачных партий для засидевшихся в девицах кузин. В конце концов, на попечении главы семьи ещё две юные племянницы, вслед за ними в пору входит третья, так что Мирабелла прекрасно понимает озабоченность баронессы. Кошмары по прежнему навещают девушку, но с каждым сном она отвоёвывает у камней и воды все новую и новую крупицу свободной воли. Мирабелла замечает, что чем честнее она с собственными чувствами, чем бережнее и внимательнее относится к близким ей людям, тем легче ей пошевелиться в вещем сне. Это похоже на затяжное сражение, позиционную войну, когда каждый клочок земли — а в её случае глоток воздуха — приходится вырывать с боем. Но девушка довольна и горда собой. Она обязательно победит в этой схватке с судьбой. Мирабелла родит четырёх крепких здоровых детей, воспитает их как подобает матери в любви и заботе, которых так не хватало ей самой. Проследит, чтобы в будущем они были хорошо устроены, а когда придёт её срок, она с честью встретит Смерть как старую подругу, зная, что ее жизнь не прошла даром во тьме и пустоте. Однако Оллария спутывает все планы Клаудии Карлион — не она одна привозит своих незамужних родственниц в столицу, чтобы найти им достойную партию. Приходится затянуть пояса, тратя деньги с умом, и приниматься за бесконечную вереницу из визитов вежливости, званных обедов, чаепитий, балов и прогулок в парках. Охота за кавалерами — занятие изнурительное, особенно когда твои достоинства — это не шарм и кокетство, а честность, прилежание, прямота и набожность. У молодого короля Фердинанда II Оллара тоже ещё нет супруги, так что за место королевы идёт ожесточенная борьба между старым и новым дворянством. Отсутствие первой дамы королевства также означает, что во дворце не к кому обратиться за покровительством, чтобы получить патент фрейлины. Принцесса Георгия Оллар уже вышла замуж за Рудольфа Ноймаринена и проживает в Хексберг, поэтому женская половина двора остаётся без должного наставления и руководства. В тщетных попытках отвоевать своё место в высшем свете проходят два месяца. Клаудия не верит, что ее затея может закончиться ничем — в конце концов они Карлионы, а не дворняги какие-то! Но даже ее непоколебимая уверенность содрогается под неумолимым натиском светских реалий. На третий месяц в столицу приезжает Эдит Окделл, вдовствующая герцогиня Надорская… Баронесса Карлион в первый же день буквально падает к ней в ноги, за глаза нарекая её спасительницей. По мнению Мирабеллы Её Светлость больше похожа на ведьму из страшной сказки, чем на проведение Создателя. Эдит Окделл, в девичестве Килеан, настолько стара, что готова дать фору матушке Магдалене. При этом в отличие от крепкой и ехидной карлионской старухи, герцогиня Эдит с трудом передвигается без массивной трости и по состоянию здоровья не может долгое время проводить на приемах и балах. Зато вся доолларианская знать устремляется в столичный особняк Окделлов к ней на поклон. Мерно покачиваясь в тесной карете по пути на прием для вассалов дома Скал, Мирабелла с Женевьевой ещё не знают, что старая гарпия выцепит их зорким взглядом из толпы гостей и каждой найдёт своё применение. Особняк Окделлов массивен и внушителен, обставлен строго, в северном стиле, и всюду чувствуется тяжелая рука хозяйки. Сама герцогиня производит на обеих девиц Карлион удручающее впечатление — тощая, беспощадно иссушенная временем, прямая и жесткая. Куда приятнее смотреть на её внука, герцога Эгмонта Окделла. За два месяца в столице Мирабелла повстречала столько молодых дворянских отпрысков, что аж рябит в глазах, но Повелитель Скал однозначно самый статный и красивый из них. У него светло-русые волосы, породистое лицо с классическими чертами, подходящие Человеку Чести наряды и манеры. Он всегда находится подле своей почтенной бабушки и деликатно спешит удовлетворить малейшую её просьбу, но без излишней поспешности или суеты. В движениях герцога считывается твердость и уверенность, но на лице нет-нет да промелькнёт тень еле уловимой тоски. Прежняя Мирабелла наверняка была бы очарована — вот он, благородный Талигойский рыцарь без страха и упрёка, настоящий эорий! Новая Мирабелла рассматривает сюзерена своего дома с почтительной настороженностью. Он слишком красив и знатен для неё. В отличие от Клаудии она не считает, что два месяца в столице прошли для девиц Карлион зря. Их провинциальные манеры несколько пообтесались, обе девушки успели выучить шаги модных придворных танцев, а главное –наслушались свежайших сплетен, так что теперь имеют хоть какое-то представление о том, кто есть кто в их родном королевстве. Мирабелла знает, что Анри-Гийом Эпине еще крепкий старик, которому наследует женатый сын, так что его юные внуки пока слишком далеки от герцогского титула. Вальтер Придд всего несколько лет как связал себя священными узами брака и уже получил от супруги долгожданного наследника. Альваро Алва, наоборот, женат уже давно, а его наследник ещё ребёнок. Выходит, Эгмонт Окделл — холостой, красивый, молодой и уже герцог — самый желанный жених Талига после короля Фердинанда! Эта мысль пронзает Мирабеллу точно молния. Создатель, вдруг предсказание Магды о нем? Справившись с непонятным волнением девушка убеждает себя, что герцогиня Эдит женит своего внука на той эреа, которую посчитает наиболее достойной кандидатурой. Мирабелла знатна, из правильной семьи, получила достойное воспитание, но ей явно не хватает женского очарования несмотря на все старания рыженькой Кэти, которая стала теперь личной камеристкой девушки. Вероятно, внешность невесты роли не играет, покуда она не страшна как смертный грех. Но вот связи и богатство точно необходимы будущей герцогине Окделл, так что Её Светлость никогда не выберет в супруги внука Мирабеллу. Эта мысль приносит девушке облегчение с привкусом горечи. Какая женщина отказалась бы от такого статного и благородного жениха? Мирабелла передергивает плечами и с усилием напоминает себе: Седрик Лайл тоже был красив, и что? Из-за него она который месяц томится в душной и шумной столице! Между тем званый вечер идёт своим чередом. Перед глазами Мирабеллы десятки разряженных мужчин и женщин говорят о политике и погоде, заключают и рушат союзы, сплетничают и присматривают супругов своим детям. Девушка уже привыкла к столичным толпам на каждом значимом приеме, но все равно чувствует себя немного лишней на этом празднике жизни. «Надо найти Женевьеву и обменяться впечатлениями!» — решает Мирабелла и вскоре обнаруживает кузину на противоположном конце залы. Подобравшись поближе, девушка с интересом отмечает, что двоюродной сестре не до неё — рядом с ней стоит кавалер. В этом нет ничего удивительного, Женевьева мягка и миловидна, но все же к пристальному мужскому вниманию не приучена. Мирабелла готова прийти ей на помощь, но замечает в двух шагах Ангеррана с Клаудией. Последняя смотрит на кавалера Женевьевы как кот на крынку свежих сливок, чем невольно заставляя девушку улыбнуться. За кузину можно не переживать, она в надёжных руках.