Такие разные но так необходимы друг другу

Ещё один стон вырывается из моего рта. Я ещё сильнее закусываю губу и язык, лишь бы звуков моего удовольствия было меньше. Кусаю настолько сильно, что капли крови уже дают металлический привкус во рту. Лицо мое буквально горит от покраснений, и не только от них. Ведь, чтобы я был тише ты пару раз ударил меня по щеке. Мерзость. Возбуждение сковывает все мое тело, отодвигая все размышления и мысли на второй план. На первом плане у меня теперь ты, а точнее то что ты делаешь. Я ненавижу тебя до такой степени что люблю. Как это возможно? Как ты, такой отвратный и мерзкий парень, так ещё и педик можешь вызывать у меня приятное чувство в сердце когда я на тебя Смотрю. Твоя красивая шея… Такая красивая что хочеться схватиться двумя руками и душить Твои изумрудные глаза… Хочу вырвать их тебе чтобы ты не смотрел на меня своим отвратным взглядом. Почему ты смотришь на меня? Почему ты блять ухмыляешься? Что с тобой не так чертов мудак?! Ты ускоряешь движение заставляя меня ещё больше стонать. И ненавидеть себя за эти стоны. Шлепки мокрых тел расходятся по всей этой гребанной каморке, в которую ты мне затащил. Твои Руки блуждают по моему телу, будто я портовая шлюха. Трогаешь где тебе угодно, потому что знаешь: Я не попрошу остановиться… О нет, что ты. Я наоборот буду ещё больше насаживаться на тебя и умолять трахать меня сильнее. И ты знаешь это, и спецально пользуешься моментом. Я уже охрип и вместо стонов уже выходят громкие вздохи и выдохи, но ты продолжаешь стойко держатся. Жаль я не вижу твоего лица, а то содрал бы уже с тебя эту чертову улыбку. Я не вижу но я чувствую как твой взгляд полностью прикован ко мне. Как твоя фирменная улыбка даже не думает сходить с лица. Я близко к разрядке от чего я уже похожу на последнюю блядь из-за стонов, а ты продолжаешь покусывать меня за мочку уха, при этом говоря всякую пошлятину, вдалбливая в меня со всей Скоростью. И все же я поворачиваю голову что есть сил и смотрю на твои чёрные волосы и вспотевшее лицо…все на туже ухмылку *** — Александр! Уже 7 часов утра, вам пора вставать и идти на завтрак. Без эмоционально проговорила служанка и закрыв за собой дверь убежала прочь по остальным делам. Парень вскочил с постели. Он был весь в поту от чего пижама неприятно облегала его мокрое тело. Стояк в штанах адово горел, заставляя ненароком к нему прикоснуться. Вся подушка была мокрая от пота до такой степени, что на ней было своего рода пятно. Кое как переведя дыхание и встав с кровати, подросток на трясущихся ногах побрел в сторону ванной комнаты, чтобы привести себя в должный порядок. Руки тряслись когда тот брал уже по счёту 5 салфетку для того чтобы ветереть пот со лба и других заметных частей тела. Когда половина салфеток была израсходованная подросток стал приводить себя в порядок, попутно обдумывая сон. В глубине сознания и мыслей у Александра было отвращение и омерзение. Какого черта у него стоит из-за этого идиота? Но отвращение касалось не только Сильвера но и самого Смойллета, как? Он- сын самого графа и потомственного аристократа. В нем течёт голубая кровь, тот просто обязан быть идеалом в глазах других, таких же, как и он сам. Он умён и талантлив, у него всегда все выходит в наилучшем образе, точнее, так должно быть. И почему же он, такой примерный и хороший мальчик в глазах всех сейчас сидит в этой чёртовой ванной и краснеет от одной мысли об этом черноволосом парне?! «Одному богу известно…» — коротко подытожил тот, надевая свою школьную форму и на последок заглянув в небольшое зеркальце парень покинул свою комнату. За завтраком как обычно была полная тишина. Лишь звуки столовых приборов не давали сойти с ума от этой нагнетающей атмосферы за столом. Неохотно доев уже прилично надоевшую пресную овсянку, Александр схватив портфель двинулся в сторону выхода, на последок поймав на себе суровый взгляд родителя. Мужчина в строгой и аккуратной одежде смотрел вслед сыну. Отстраненная и холодная гримаса явно не собиралась покидать его усатое лицо. От этого взгляда по спине подростка прошёлся холодный пот, и тот немного погодя все же открыв дверь и нервно вдохнув свежий воздух закрыл за собой дверь, улавливая от отца холодное: — Будь дома вовремя.