Моя любовь

Погоди, поправлю грудь, переведу дыхание

Он ещё даже не видел меня в таком платье,

Ещё никогда не был так впечатлён,

Наверное, из-за меня он держит рот на замке.

Тебе ведь нравится, ты очень хочешь этого,

Так подойди, возьми и укради меня скорее.

      Драко закатил глаза, затем кончиком палочки подбросил диаграмму Тео вверх, увидев вспышку в районе живота Тео. — Ну что ж… у тебя пищевое отравление. К счастью для тебя, я везде ношу с собой свою аптечку.       Малфой отступил назад, смахивая с заваленного редкими шелками стола старый хлам, и вытащил свой набор зелий протягивая нужный пузырек Тео. — Что это? Это от урчания в животе?! — Оно снимает последствия пищевого отравления, придурок! Ты лопаешь заплесневелые макаруны, но сомневаешься в зелье?! — огрызнулся Драко, подталкивая его к себе.       Тео нехотя взял зелье и отпил, чмокнув губами, когда цвет его лица начал приходить в норму. — На вкус как лакрица! — улыбнулся Нотт, передавая склянку обратно Драко, — Есть еще?       Драко не ответил, зыркнув на Тео он поднял палочку и направил ее прямо в лицо. — Оскауси!       Вот так Драко Малфой запечатал рот Тео Нотта за час до обеда.

ОхОхОхОхОхОхО

      Гермиона застонала, усаживаясь в кресле в зоне ожидания. Ее дергали, щипали и основательно обожгли горячим зельем для удаления волос, а теперь отправили отдыхать. Нарцисса давным-давно оставила ее, извинившись, когда другая белокурая ведьма, разодетая в пух и прах, прошептала что-то ей на ухо и быстро увела прочь. Она воспользовалась шансом оглядеть почти пустую зону ожидания, и ее взгляд упал на ведьму прямо напротив нее, которая сидела скрестила свои длинные ноги и полностью уткнулась лицом в книгу, названия которой она не могла разобрать. Она обратила внимание на ее изысканное, но неуловимо сексуальное бархатное зеленое платье и шелковый халат с небесно-голубыми узорами разбросанными по материалу, который свисал с ее плеча. Ее длинные прямые черные волосы ниспадали на другое плечо, красиво контрастируя с молочно-белой кожей и бордово-красным лаком для ногтей. Гермиона открыла рот, чтобы сделать ей комплимент, когда из-за угла в комнату вынырнула девушка с курносым носиком, которую она слишком хорошо знала. Ее губы были плотно сжаты, а на голове была туго затянутая шелковая шапочка. — Боже, не это ли маленькая золотая принцесска Гриффиндора! — Пэнси Паркинсон с ехидным выражением лица злобно усмехнулась, уперев руки в узкие бедра. — Пытаемся соответствовать лжи, которую пишут в газетах, не так ли, Грейнджер?       Гермионе хотелось, чтобы комната поглотила ее целиком. — Что за ложь, Паркинсон? — устало ответила Гермиона, окидывая взглядом элегантные темно-синие широкие брюки Пэнси и черную шифоновую блузку. Возможно, у ее матери и не было хорошего вкуса, но, как ни странно, у Пэнси он был. — Конечно, это о тебе и Драко, он мог помочь тебе выиграть эту войну, но он никогда бы не запятнал имя своей семьи настолько низко, чтобы из всех людей жениться именно на тебе, — усмехнулась Пэнси, приподнимая тонкую черную бровь до линии волос. — Даже если это послужит хорошей рекламой имени Малфоев. Боковым зрением Гермиона увидела, как другая девушка неловко поерзала, ее фиалковые глаза сверкнули поверх книги прямо на Панси.       Гермиона готова была поклясться, что видела как ее охватил гнев. — Извини, что расстраиваю тебя, Паркинсон, но это не ложь, — вздохнула Гермиона, у которой не было сил на этот разговор. — О, правда? Тогда где же твое кольцо? — Пэнси ухмыльнулась, глядя на безымянный палец Гермионы. Гермиона побледнела, глядя в сторону в поисках выхода, она знала, что ей нечего объяснять этой корове, но ей тоже не хотелось быть высмеянной. В любом случае, ничто из того, что она говорила, не могло ее убедить. — Мерлин, честно говоря этот разговор буквально разрушает клетки моего мозга Пэнси, она вела кровавую войну весь этот год, пока ты отсиживалась в школе с Кэрроу, совершая зверские поступки и получая за это вознаграждение, ты действительно думаешь, что у них было время сходить за кольцами? — девушка в зеленом заговорила вкрадчиво, опуская книгу, чтобы впервые показать свое лицо.       Гермиона громко ахнула… Она была, вероятно, самой красивой ведьмой, которую она когда-либо видела. У нее были высокие скулы, хорошо очерченные в центре ромбовидного лица, а губы были полными и красными. Ее фиолетовые кошачьи глаза, которые ранее поразили Гермиону, все еще хранили в себе тот гнев, и сузились прямо на Пэнси в отместку. — Ты из тех, кто только говорить и умеет Астория, разве не ты скрывалась здесь, во Франции, со своей сестрой и родителями? Ожидали окончания войны, как трусы, которыми вы и являетесь, — огрызнулась Панси, ее лицо покраснело от брошенного вызова. — Мне нравится, как вольно ты используешь термин «трусливые» Пэнси, как будто это слово вообще не применимо к тебе, — огрызнулась Астория, бросая книгу на стул рядом с собой и вставая на своих высоких черных каблуках. — Дамы, у вас здесь какие-то проблемы?» — спросила стилист Гермионы, заскакивая внутрь и переводя взгляд с Астории на Панси. Астория моргнула, затем тепло улыбнулась ей. — Non Lezzette, désolé si nous étions trop bruyants. Лизетт улыбнулась ей в ответ, затем неодобрительно подняла бровь, глядя на Пэнси. — Мадемуазель Паркинсон, ваш муж ищет вас. Настала очередь Пэнси побледнеть. — Извини меня, — прорычала она сквозь зубы, кивая Астории и полностью игнорируя Гермиону, когда вышла из комнаты. После этого Лезетт повернулась к Гермионе, проверяя внутреннюю сторону ее шапочки. — Почти готово! — Она взглянула на Асторию, — Как дела у мадемуазель Гринграсс? — Отлично, — кивнула Астория, беря свою книгу со стула, затем посмотрела на Гермиону, — Надеюсь, мы встретимся снова, при лучших обстоятельствах, Грейнджер. Гермиона оторвала язык от неба и выдохнула, задержав дыхание, как только Астория грациозно покинула комнату, ее черные туфли на шпильках цокали по мраморному полу.       Гринграсс? Гермиона помнила Дафну Гринграсс со своего курса. Она сидела рядом с Драко на уроках зелий, хихикая над чем-то, что он прошептал ей на ухо, а позже повисла на руке Блейза Забини на рождественской вечеринке Слизнорта на шестом курсе, но в остальном она не помнила, чтобы замечала ее младшую сестру. Кроме церемонии распределения, когда она была на первом курсе. Она была уверена, что запомнила бы, что видела ее, и она была уверена, что Драко знал ее по тому, как она так небрежно назвала его по имени. Гермиона сглотнула, когда лицо Астории снова всплыло в памяти.       Драко должен быть помолвлен с кем-то вроде нее… не со мной. Так же быстро, как пришли эти мысли, внутренний голос закричал ей, чтобы она прогнала их, от напряжения в груди у нее перехватило дыхание.       Драко принадлежит ТЕБЕ! Ее разум взбрыкнул, ругая ее даже за то, что у нее возникли такие мысли. — Мадемуазель Грейнджер, если вы готовы, пожалуйста, пойдемте со мной, — объявила Лизетт, ласково улыбаясь ей. Гермиона кивнула и медленно встала, все еще чувствуя усталость от участия в битве всего день назад.

ОхОхОхОхОхОхО

      Блестки переливались на белых обоях маленькой круглой комнаты, в которой сидела Гермиона после того, как Лизетт вносила последние штрихи на ее прическу. Ей еще не разрешили увидеть себя, и даже зеркала, окружающие платформу в центре комнаты, были покрыты матовым покрытием, чтобы она не испортила себе сюрприз. Она понятия не имела, что здесь делает, но была благодарна тишине и уединению. Она не знала, выдержит ли еще одну ссору с Панси, она слишком устала. — Здравствуйте, мадемуазель Грейнджер, — сказала Марго, вежливо постучав в дверь, — вы готовы принять нас? — Да! — позвала Гермиона, выпрямляясь на стуле, — Да, входите! Марго вошла в комнату, ее рыжие волосы были собраны в прическу на макушке, серебряной мантии на ней не было, вместо нее было серебряное платье с запа́хом без рукавов. Две другие девушки стояли позади нее, управляя большой вешалкой с одеждой. Швея внимательно изучала лицо Гермионы, в ее глазах было довольно серьезное выражение, а губы оставались поджатыми, прежде чем она одобрительно кивнула. — Прелестно. Красавица, от которой захватывает дух. Ты будешь светочем этого салона. Марго хлопнула в ладоши, и девочки вошли внутрь, передвинув стеллаж влево от платформы, в то время как Марго протянула руку Гермионе. — Пожалуйста, поднимитесь на платформу, мадемуазель. Гермиона сделала, как ей сказали, глядя на окружающие ее матовые зеркала, чтобы увидеть, сможет ли она хоть мельком рассмотреть как она выглядит, и нахмурилась, когда это не сработало. — Поднимите руки, пожалуйста, — сказала Марго, взмахнув палочкой, когда рулетка слетела с ее шеи и обернулась вокруг груди Гермионы. — Джеральдина, сделай заметки, пожалуйста, чашка «Си», обхват тридцать четвертого размера, — позвала Марго, одна из девушек с тугим каштановым пучком выбежала вперед и достала блокнот и зачарованное перо из своего голубого одеяния. Рулетка взлетела к ее талии, сначала сильно сжавшись, затем ослабев. — Талия двадцать четыре, — рулетка скользнула к бедрам, — бедра тридцать пять, — быстро отсчитала Марго, схватив рулетку и проведя ею от бедра к краю лифчика, ее зелено-голубые глаза делали мысленные пометки. — Почему мы снимаем с меня мерки? Я думала, что просто возьму несколько вещей? — спросила Гермиона, в замешательстве глядя на Марго, пока та обматывала лентой ее бедро. Марго остановилась, как и две девушки, та, что не делала записей, раскладывала какую-то одежду на вешалке, и все трое посмотрели на нее со странным выражением лица. — Нет мадемуазель Грейнджер, мадам Малфой ясно выразилась, — медленно произнесла Марго, выпрямляясь во весь рост и отступая от ног Гермионы, — Мы закажем вам новый гардероб из моей летней и эксклюзивной предстоящей осенней коллекций, — она сделала паузу и зашла за спину Гермионы, — Джеральдина, не забудь оставить записку, чтобы оставить больше места в области бедер, у нее довольно большая попка… — Подожди минутку! Новый гардероб? Но я не соглашалась на это! — Мадемуазель, вы будете новой леди Малфой… Вам лучше привыкнуть к этому, — протянула Марго, ее английский томно слетал с губ, легкий акцент подчеркивал ее слова, когда она подошла к вешалке и достала кремовые шелковые брюки и блейзер в тон, держа в другой руке черную атласную пуговицу. — Ваш новый гардероб доставят через неделю, но вам нужно будет вернуться домой с чем-нибудь, что можно надеть сразу, — она повесила костюм и блузку на крючок рядом с одним из зеркал, — Время раздеваться, мадемуазель, нижнее белье тоже нужно заменить, — деловым тоном сказала Марго сходя с платформы. — Прелестно, — прошептала Гермиона, начиная расстегивать джинсы, не обращая внимания на наблюдавшие за ней глаза.

ОхОхОхОхОхОхО

      Драко нырнул в частную ювелирную мастерскую, которой его семья пользовалась сотни лет, но о которой почти ничего не слышали в волшебном мире. Она работала только с самыми богатыми семьями по всему миру. Гарри и Билл ушли после обеда. Поттер мимоходом упомянул, что он улизнул от Уизли, придумав предлог, что Билл помогает ему с некоторыми предметами из хранилища Сириуса. Когда Драко упомянул о газете, Гарри поклялся, что никогда никому не рассказывал о помолвке, как и все остальные. Но когда Драко заговорил о Роне, Гарри заколебался, сказав, что спросит его, как только они останутся наедине. Очевидно, Лаванда Браун все еще лечилась в больнице Святого Мунго, и Рон проводил большую часть своего времени с ней. Остались только Блейз и Тео, который все еще был сердит на него за то, что он ранее зашил ему рот. — Он примет нас без предварительной записи? — спросил Блейз, изучая свои ногти, когда задняя дверь лифта открылась, как только Драко нажал невидимую магглам кнопку. — Я Малфой, — беспечно ответил Драко, его оксфорды постукивали по бронзовому мраморному полу, ведущему в золоченое фойе в конце коридора. — Он никогда не принимает маму без предварительной записи, — фыркнул Блейз, засовывая руки в карманы брюк. — Это, вероятно, потому, что он пытается защитить себя от того, что его заставят жениться на ней. А еще я думаю что он не хочется что бы его нагрели на деньги, Блейз — усмехнулся Драко, украдкой взглянув на него. — Предположительно, Драко, предположительно. В любом случае, ее никогда не бывает рядом, чтобы я мог по-настоящему это выяснить, — протянул Блейз, придерживая позолоченную дверь открытой, чтобы они могли пройти, — Она обычно присылает мне сову, когда переезжает. В прошлом месяце была Прага, в этом Вануату. Секретарша взглянула на них поверх очков, держа в руке маленькую лупу и изучая большой синий сапфир, выглядывающий из-за решетки на ее столе. — У вас назначена встреча? — с любопытством спросила она, откладывая свою работу. — Я же говорил тебе, — передразнил Блейз певучим голосом, в то время как Тео хихикнул рядом с ним. — Нет, — вежливо ответил Драко, бросив на Блейза мрачный взгляд. — Нет, я здесь, чтобы поговорить с Ауриком Халиконом, если он сможет уделить мне минутку. — Могу я спросить, кто его беспокоит? — спросила неряшливая ведьма, поправляя очки на носу, чтобы получше рассмотреть Драко. — Драко Малфой. Ведьма помолчала минуту, нервно разглядывая его, затем кивнула. — Подождите здесь, Лорд Малфой. После того, как она исчезла, Блейз закатил глаза. — Лорд Малфой, боже, это ужасно, — выдавил он, ударив Драко кулаком в плечо. — Они бы не назвали тебя Лордом, если бы увидели тебя на той вечеринке в общей комнате на пятом курсе, пьяным в стельку, пытающимся выпить медовуху из промежности Милисенты Булстроуд.       Драко почувствовал, как у него дернулся глаз. — Этого никогда не было. — О да, так и было! Потом ты влез в доспехи рядом с нашей спальней и схватил Пэнси за руку, она клялась, что после этого у вас в течение нескольких месяцев был волшебный секс! — расхохотался Тео. К этому времени Блейз и Тео уже выли от смеха, и Драко почти был готов применить к ним Обливиэйт. — Интересно, что же должно было быть сказано, чтобы вы, джентльмены, так искренне рассмеялись, — объявил Аурик, и улыбка исказила его лицо.       Мужчине, должно быть, было около двухсот лет, но выглядел он не старше шестидесяти. Драко помнил его таким с детства: бронзовая кожа, длинные седые волосы, собранные сзади в аккуратный хвост, и седая борода, почти такая же длинная, как у Дамблдора. Но вместо того, чтобы носить классическую мантию волшебника, как большинство пожилых волшебников, он всегда носил классические костюмы. — Ничего особенного, здравствуйте, мистер Халикон, — поприветствовал Драко, не обращая внимания на продолжающийся смех своих друзей. Аурик улыбнулся, крепко пожимая руку Драко. — Мистер Малфой, рада вас видеть, или мне следует обращаться к вам Лорд… Вы так сильно выросли. Мне было так приятно, когда я прочитал о вашей храбрости на войне, я всегда знал, что видел в вас что-то особенное. Драко почувствовал, как покраснели кончики его ушей. — Спасибо, сэр. Драко немного поколебался, сунув руку в карман. — У вас есть комната, где бы мы могли остаться в более приватной обстановке? Аурик приподнял бровь, затем посмотрел через плечо Драко на дверь, примыкающую к главному входу. — Конечно, прямо сюда. Комната была полутемной и от стен до пола устлана красным ковром. В центре стоял хорошо освещенный стол, огромное увеличительное стекло и другие приспособления, которые Драко не смог разглядеть. Когда они подошли ближе, он вытащил кольцо из кармана и передал его Аурику, который нахмурился, изучая его, затем положил в центр стола прямо под увеличительное стекло. — Чем я могу помочь вам сегодня, милорд? Наступила пауза, как будто Аурик перестал дышать, наклоняя камень во все стороны, фракталы света сталкивались со светом от стола, окрашивая комнату в темно-фиолетово-синий цвет. — Где вы его нашли? — выдохнула Аурик, не поднимая глаз на Драко. — Оно было в моем хранилище… — ответил Драко, уставившись на поблескивающее кольцо, чувствуя себя сбитым с толку тем, как оно светилось.       Оно казалось почти… живым. — В хранилище семейных драгоценностей? — спросил Аурик, наконец-то подняв глаза на Драко с очень задумчивым выражением лица. — Фамильные драгоценности…? — Да, это хранилище Малфоев, где хранятся каждое обручальное кольцо, диадема, ожерелье, запонка, все официальные драгоценности семьи, предназначенные для использования на важных мероприятиях. У меня и моих сотрудников есть эксклюзивный доступ к этому хранилищу и уход за ним… уже несколько сотен лет. — Это было бы приятно узнать, черт возьми, несколько часов назад… — пробормотал Блейз, закатывая глаза в сторону Драко. Драко покачал головой. — Я не знал об этом… — Вы спрашивали свою мать? — спросил Аурик, его взгляд снова метнулся к кольцу. — Нет. — В каком хранилище вы его нашли?       Драко скрестил руки на груди. — Первое случайное хранилище, в которое мы забрели. Отец постоянно им пользовался. — Тогда это главное хранилище… Самое защищенное… — Аурик снова прервал его, перевернув кольцо. — Да… — с опаской ответил Драко, не уверенный, к чему он клонит. Некоторое время Аурик молчал, полностью сосредоточившись на драгоценном камне в своей руке. — В моей семье много лет говорили об этом кольце. Его можно найти только тогда, когда оно взывает к волшебнику… — словно выйдя из транса, он посмотрел на Драко пристальным взглядом — Что вы хотите с ним сделать? Драко уставился на мужчину, гадая, как много тот знает. — Я хочу подарить его своей возлюбленной… Это обручальное кольцо. Его нужно обновить. — Средневековье, 1094 год, если быть точным… — прошептал Аурик, — Выковано гоблином, но стилизовано под стиль работ моего предка по отцовской линии.       Драко начинал раздражаться. — Есть что-то, что я должен знать об этом кольце? Раз уж вы в явном восторге от него. — Это не та история, которую я должен рассказывать милорду… И я сомневаюсь, что правильно понял все детали. Все, что я скажу, это то, что на правом пальце оно заставит своего владельца расцвести. — …а на другой руке? — спросил Тео, которому было так же любопытно, как Драко с Блейзом.       Аурик поджал губы, затем положил кольцо в центр стола, покачав головой. — Когда вы хотите, чтобы оно было готово?

ОхОхОхОхОхОхО

      Гермиона уставилась в зеркало, не уверенная, что человек, смотрящий на нее в отражении — это она сама. Девушка в зеркале не была похожа на нее. На самом деле она выглядела как самая утонченная женщина, которую она когда-либо видела. Эта женщина могла легко влиться в общество чистокровных. Она выглядела как невестка Нарциссы Малфой, как женщина которой положено стать леди Малфой.       Эта девушка могла бы с лихвой соперничать с Асторией Гринграсс.       Но… Она совсем не была похожа на Гермиону. — Я так не выгляжу… Марго нахмурилась. — Но, конечно же это вы… Это вы, мадемуазель! Гермиона уставилась в горящие золотистые глаза, изучая себя в зеркале. Под макияжем она могла видеть что ее губы стали полнее, а тело наконец-то избавилось от того худощавого плоского мальчишеского облика, который, как ей казалось, она носила слишком долго. Она мельком заметила это в ночь вечеринки Слизнорта и на свадьбе Билла, а затем скрывала в течение года.       Теперь ее тело было выставлено на всеобщее обозрение. — Я… я… — Гермиона заметила, что заикается, взглянув вниз на платье-слип цвета шампанского, которое заканчивалось выше кончиков ее пальцев, затем снова на голову, — Мои волосы… Марго подняла один из своих шелковистых локонов, нежно перебросив его через плечо. — Мы не меняли цвет, лишь нанесли гель. Гермиона уставилась на распущенные локоны, ниспадающие по ее спине подобно шелковистой львиной гриве, яркие оттенки золота и карамели контрастировали с светло-оливковым оттенком ее кожи. Она никогда не видела их такими уложенными. Никогда не замечала насколько они мягкие. Даже ногти были другими. Миндалевидная форма с лаком оттенка нюд… Никаких чернильных пятен или ожогов от заданий по зельеварению. Раздался стук, и Гермиона чуть не упала с платформы. Ее нога подогнулась, а лодыжка подвернулась. — Ой! — вскрикнула она, ухватившись за зеркало прежде, чем успела вывихнуть лодыжку. — Все в порядке? — позвала Нарцисса из-за двери. — Да, мадам Малфой, входите! — проворчала Марго, подтягивая Гермиону на платформу. Нарцисса открыла дверь и зашагала так, как она ходила по поместью, целеустремленно и уверенно, выглядя совершенно отдохнувшей, когда она на мгновение остановилась, встретившись взглядом со стоящей на платформе Гермионой. — Боже, вы действительно неплохо справились, — промурлыкала она, окидывая Гермиону взглядом с головы до ног, — Прелестно, моя дорогая, просто восхитительно, — затем она вздохнула, выглядя немного обеспокоенной, — Драко определенно не устоит, как только увидит тебя…       Гермиона почувствовала, как ее лицо вспыхнуло. Если я не устою первой. — Не то чтобы это имело большое значение, он увидит тебя, нравится нам это или нет, — Она повернулась к Марго, — Значит, шесть месяцев, моя дорогая? — Да, шесть месяцев. Должно быть, замешательство Гермионы было заметно, потому что Нарцисса пояснила. — Шесть месяцев до того, как мы переснимем мерки, и зимние коллекции Марго будут готовы. До тех пор Марго будет присылать девушек, чтобы они каждое утро помогали тебя одеваться. — Но мне не нужно… Нарцисса замолчала на полуслове и ее голубые глаза сверкнули. — Ты будешь леди, Гермиона… баронессой. Это всего лишь одна ступенька на пути к вашей неминуемой судьбе. Я помогу тебе и научу всему, что тебе нужно знать, так что, когда придет время передать эти навыки невестке твоего сына, ты будешь более чем готова к выполнению этой задачи. Гермиона снова почувствовала, как у нее скрутило живот при этом слове. Дети. Почему все происходит так чертовски быстро? — Не смотри так испуганно, дорогая, это не так страшно, как ты думаешь, — засмеялась Нарцисса, подходя и становясь рядом с платформой Гермионы, — А теперь пойдем, я умираю с голоду, и уже почти обед, твои вещи будут отправлены в поместье. Ты хочешь, чтобы Пози приготовила нам ужин, или чтобы я отправила сообщение Драко, чтобы он пригласил нас на ужин здесь, в Париже? Гермиона уставилась на Нарциссу, испытывая противоречивые чувства не только по поводу ужина, но и по поводу всего остального. Если ей суждено было стать леди Малфой, что бы осталось от нее самой? Хотела ли она быть леди Малфой? Словно уязвленная, ее связь натянулась, давая ей ясный ответ, который она без колебаний признала. Конечно, она хотела быть леди Малфой. Потому что Драко был Лордом. И она бы стала всем чего бы он попросил, потому что без него она не была цельной, ничто не имело значения, если он не мог принадлежать ей. Но маленькая часть ее все еще стремилась к своим старым мечтам… Она никогда не рассказывала Джинни, Гарри или Рону, но она всегда стремилась стать Министром магии, это одна из причин, почему она так усердно работала, чтобы быть лучшей, сдавать все экзамены, так прилежно учиться, пока Рон и Гарри всегда валяли дурака. Даже Джинни иногда. Почему у нее не могло быть и того, и другого? — Гермиона? С тобой все в порядке? — обеспокоенно спросила Нарцисса, когда Гермиона все еще не ответила. — Да… Париж звучит чудесно. Я бы с удовольствием поужинала здесь… если возможно, — ответила Гермиона слабым голосом.