Дракон и демон

Конечно же. «Шеллак». Маджима мог бы догадаться сразу, а не обходить половину баров в Чемпион-дистрикт. Логичнее было бы, конечно, искать Кирю в «Серене»… но не после того, как та опустела. Не после всего того, что случилось в клане Тоджо. Серый пиджак уже снят и отложен в сторону, на один из свободных барных стульев. Рукава закатаны. Рядом — три бокала с полурастаявшим льдом. В руках у Кирю — четвёртый, и он осушил его как раз в тот момент, когда Маджима зашёл в «Шеллак», раздражённо цокая каблуками ботинок. О, он был не просто раздражён. Ещё немного — и он будет в бешенстве. Но пока этого «немного» не хватало, обернувшегося Кирю встретила ехидная ухмылка. — Нечестно, Кирю-чан, ты мог бы позвать меня, — Маджима плюхнулся рядом с ним, отмахиваясь от бармена, сделавшего шаг в их сторону — того как ветром сдуло. Кирю не ответил — отвёл взгляд, не выпуская из рук бокал, чуть нахмурил брови. Цокнув языком, Маджима потянулся к бутылке виски, которую предусмотрительный бармен оставил неподалёку, и плеснул в один из свободных тумблеров. — Тебя и звать не надо, — наконец отозвался Кирю, забирая у него бутылку и подливая себе. — Ты сам приходишь. — Как грубо, — присвистнул Маджима. — Зато честно, этого не отнять. Мне только интересно, почему -ты- сюда приходишь. Опять. Кирю снова промолчал, пригубливая виски и не глядя на него. Раздражение начало закипать. Маджима прекрасно знал, почему. И это его невероятно бесило, но ещё сильнее — то, что Кирю не мог признать этого. Не мог сам выплыть из мутного хмельного омута, куда он нырял, чтобы не задохнуться в другом, ещё более горьком и зловонном. И чёрт возьми, смотреть, как легендарный Дракон Доджимы уничтожает сам себя, было просто невыносимо. Раздался звон стекла. Кирю резко развернулся к Маджиме, который в ответ на это довольно оскалился: три бокала, сметённые со стойки — не такая уж и большая цена, чтобы на него наконец обратили внимание. — Кончай с этим, — протянул он, и в голос вместо игривых высоких ноток прокрались опасные низы. — Вставай и убирайся вон. В ответ Кирю, глядя на него немигающим взглядом, демонстративно допил то, что оставалось в его бокале. Это стало последней каплей для Маджимы. Ощерившись, он рывком отнял у Кирю тумблер и с размаху грохнул об пол — новые осколки, разлетевшись, смешались со старыми. Схватил Кирю за ворот рубашки, поднимаясь с места и встряхивая его — насколько хватало силы. — Кончай! Мир не вертится вокруг тебя! «Хватит думать, что только тебе было под силу решить все проблемы этого загнивающего клана. Хватит думать, что только от тебя зависело, кому выжить, а кому умереть. Ты многих потерял, ты имеешь право скорбеть — но хватит винить себя за то, что было вне твоей власти, и вину свою топить в виски. Ты просто жалок, когда позволяешь вине взять верх». Кирю поднялся вслед за ним, взгляд его оставался непроницаемо-тёмным. — Не здесь, — буркнул он. — И так уже навели беспорядка. Они вышли в узкий переулок, которыми был оплетён Чемпион-дистрикт. Не лучшее место для драки, слишком тесное, но выбирать не приходилось. Первые два удара прилетели Кирю по челюсти. Следующие три — Маджиме по корпусу. Тот, взвыв, отпрянул и, когда Кирю чуть ослабил бдительность, смог, протиснувшись между ним и стеной, зайти ему за спину. Идеально для его любимого удушающего захвата. Только вот, прильнув к Кирю сзади и обхватив его руками, Маджима замер. Тот, не понимая, что Бешеный пёс задумал, сделал пару неуверенных попыток вырваться, но, поскольку ни удара, ни болевого приёма не последовало, тоже притих. — Кончай с этим… — в голосе Маджимы, вдруг будто бы выцветшем, больше не было угрозы. Он никогда не умел утешать. Для тех, кто был ему дорог, он мог сделать только две вещи: или положить свою жизнь к их ногам, или оставить их в покое, чтобы не доставлять ещё больше проблем. Первое в случае Кирю могло сделать только хуже. А второго не хотел сам Маджима. Ни за что не хотел отпускать хотя бы его. И не хотел терять из-за его глупых сожалений. Вдруг он ощутил, что на его ладони, вцепившиеся в красную рубашку, легли чужие, широкие, тёплые. И вместо того, чтобы уже почти привычно отстранить, благодарно сжали. — Спасибо, — так же тихо выдохнул Кирю. — Спасибо, что приходишь. — Не могу упустить шанс застать тебя врасплох, — хмыкнул Маджима. Если уж другие — те, о ком он думал, опустошая четвёртый бокал, — больше не могли прийти к нему, кто-то же должен?