Извалейская полукровка

Раэш, наступив на пороге в малоприятную лужу, окончательно разгневался и приказал командиру Фроэ вытащить из таверны ее хозяина и высечь. Пока хозяина выволакивали, к Ито подобрался парнишка-полотер из таверны и сунул ей в руку листок. Ито развернула листок и очарованно замерла — нарисованные на ней кошка с котятами были словно живые. Котята сидели и лежали около взрослой кошки, которая довольно сощурившись облизывала переднюю лапку. — Ишь ты какие, — с восторгом сказала Виви, тоже посмотревшая на рисунок, — так и хочется погладить. — Да, — согласно кивнула Ито и перевела взгляд на парнишку. — Ты рисовал? — Я, — подтвердил парнишка. — У меня много рисунков, не желаете купить, недорого отдам. — Куплю, — сказала Ито. — Почему ты с таким талантом работаешь в этом убогом заведении? Почему не пошел в художественную артель? — У моего отца долг перед хозяином таверны, вот он меня и отправил его отрабатывать. А в артель меня не взяли, туда только с шестнадцати лет берут, а мне только четырнадцать. — Ты бы в артель сходил, показал свои рисунки, думаю они оценят твой талант и возьмут тебя на работу. — Ходил я туда, сказали приходить через два года. — Похоже ваши артельщики балованы талантами, — произнесла Ито. — Сколько твой отец должен этому, — девушка кивнула на хозяина таверны, которого вытащили наружу и бросили на землю. — Двадцать золотых, три я уже отработал. — Сколько времени ты их отрабатывал? Пару дней? — Два месяца, — парнишка скривился, а затем испуганно дернулся, когда на спину хозяина опустилась плеть и тот истошно взвизгнул. Ялинь забрала из рук Ито рисунок и уставилась на него с восхищением. — Красота какая! — выдохнула она. — Вот именно, — кивнула Ито. — Ваши артельщики либо дураки, либо у вас в Ти Хине и впрямь рождается слишком много талантов, что народ ими так спокойно разбрасывается. — Судя по картинам в таверне, талантов немного, — сказала Виви. — Это рисовал сын Главы гильдии ткачей. Глава ткачей очень любит своего сына и выполняет любые его капризы, вот уже полгода его сын мнит себя великим художником и отец развешивает его картины во всех мало-мальских посещаемых местах. Картины эти с удовольствием разбирают хозяева этих мест, ведь глава платит за то, что те висят на видных местах и о них рассказывают посетителям, — сообщил парнишка. — Повезло ему с отцом. — Повезло, — согласилась Ито. — И тебе повезло, — Ялинь вытащила кошель, достала оттуда двадцать золотых и протянула их парнишке. — Держи, расплатишься с долгом. Я забираю тебя во дворец, будешь моим личным художником. — Благодарю, госпожа, — парнишка, взяв деньги, низко поклонился и захлюпал носом. — Меня зовут Ро Яс, госпожа. — Почему ты так долго отрабатываешь долг? Хозяин платит тебе гроши? — спросила Ито. — Оплата обычная, просто отец делает новые долги. — Пьет? — уточнила Ито. — Нет, любит хорошо покушать. Ужинать сюда ходит. — Вкус у него весьма непритязательный, — произнесла Ито, вспомнив вонь пропитавшую таверну. — Почему он не питается дома? — Дома ему скучно. Компания мамы и двух моих младших братишек ему не интересна, он предпочитает компанию посторонних людей. Прется сюда после работы, сам ест, а еще других угощает, из-за этого мне приходится работать без выходных. — Больше не придется, — произнесла Ялинь. — Иди домой и предупреди мать, что теперь ты будешь жить во дворце. С тобой пойдет один из стражей, чтобы тебя пропустили на территорию дворца. Ро Яс снова поклонился, благодарно глядя на Ялинь, потом подбежал к стонущему хозяину, сунул ему в руку деньги, сказал: — Я с тобой в расчете, — и посмотрел на стражников. — Я с тобой пойду, — вперед вышел молодой воин. Довольно сияя Ро Яс кивнул. Влетев в дом, он выкрикнул: — Матушка, я теперь буду личным художником Ее Величества, — умчался в комнату, которую делил с братишками и начал торопливо собирать свои рисунки, аккуратно складывая их стопочкой. Братишки, играющие на полу, удивленно уставились на суетящегося брата. — Как же ты умудрился получить такое место, сынок? — ахнула мать, прибежавшая следом. — Рисунок свой показал госпоже, — Ро Яс прижал к груди листы. — Не зря я тебе бумагу и краски покупала, — мать подошла к сыну и крепко его обняла. — Не зря, а отец пусть теперь утрется! Как он орал, что ты напрасно переводишь на мою блажь деньги и кто теперь прав? Вон как я взлетел! Получу первую зарплату подарков вам накуплю, — Ро Яс поцеловал матушку в щеку. — Мы будем скучать по тебе, — мать погладила сына по голове, радуясь его удаче. Братишки усиленно закивали, вызвав у Ро Яса улыбку. — Скажешь отцу, что я больше не буду кормить его и его друзей, теперь он будет сам за себя и за них платить. Теперь свою щедрость сам будет отрабатывать, хозяин вряд ли станет в долг его кормить. Кончилась сладкая жизнь у отца, — Ро Яс злорадно улыбнулся. — И еще, матушка, если отец начнет возникать не по делу, напомни ему, что я теперь личный художник Ее Величества и в любой момент могу ей пожаловаться. — Обязательно напомню, — мать поцеловала сына в лоб. — Беги. Ро Яс пообнимал братишек и радостно бросился во двор навстречу своему прекрасному будущему, мысленно благодаря Ее Величество за вмешательство в его жизнь, давшее ему шанс многократно улучшить ее. — Есть у вас в Ти Хине что-нибудь необычное? — поинтересовалась у Ялинь Ито. — Русалка была, а потом она исчезла. — Русалка ваша у меня в реке поселилась, — сообщила ей Ито. — Чему мы бесконечно рады, она нас очень выручила. — Есть у нас вырезанное в скале помещение, там на каменном постаменте лежит странное квадратное блюдо, оно время от времени светится. Ходит молва, что раньше там появлялась еда, но скорее всего это легенда, — сообщил Командор Фроэ. — Алтарь духов-хранителей? — поразился Раэш. — Похоже на него, — сказала Ялинь, удивившись не меньше мужа. — А никто не пытался положить на него еду или что-нибудь? — Нет. — Надо попробовать, вдруг он связан с нашим алтарем и тогда можно будет отослать записку моим и твоим родичам, — Ялинь посмотрела на мужа. — Обязательно попробуем. Я думаю этот алтарь точно связан с нашим миром, ведь алтарь Лу Циша перебросил Траэ в этот мир, — Раэш взял жену за руку. — Вряд ли он связан с вашим миром, — сказал шаман. — Траэ я нашел в Накийском лесу, к тому же по твоим словам ваши драконы постоянно носят к вашему алтарю дары, а на алтаре Ти Хина еда не появлялась давно. — И все же мы проверим, — произнес Раэш. — Вот прямо сейчас и проверим. Прямо сейчас не получилось — стоило им выйти на площадь, как перед ними возникли два стражника, между которыми стоял заплаканный парень. — Ваше Величество, убийство у нас, — заявил стражник преданно глядя на Раэша. — У вас что, судей нет? Почему вы предлагаете разбираться королю в таком простом деле? — спросила Ито. — Судьи-то есть, главного нет, а без него они права не имеют приговор выносить, — ответил стражник. — Понятно, ваш главный судья боялся, что взятки мимо него пролетят. Рассказывай! — приказала арестованному Ито. — Я в порыве ревности убил жену, — устало признался парень. — Толкнул ее, а она головой об печь… случайно вышло… — Твоя жена не мертва, — произнес шаман. — От тебя не пахнет смертью. — Оиц жива? — недоверчиво вскинулся парень. — Но там столько крови было и она не шевелилась. — Надо немедленно идти к ней! — воскликнула Ито. — Шаман, ты сможешь ей помочь, если она жива? — Смогу, — шаман кивнул и обратился к арестованному парню: — Показывай куда идти. Шаман стремительно кинулся к лежавшей на боку девушке, перевернул ее на спину, достал из своей сумки два зеленых листка и приложил их к ранке на виске. — Говорил же, что девка жива, — кивнул шаман, когда девушка застонала и, открыв глаза, села. Оиц удивленно оглядела толпившихся на ее кухне людей, некоторые из них судя по богатым одеждам и украшениям были из высшего сословия. — Что происходит? — робко спросила она, не понимая причины появления в их доме знатных людей. — Мужа твоего судить пришли за то, что он тебя убил, — сказал шаман, сидевший подле нее. — Тром меня убил? Тогда ясно откуда это нашествие аристократов. Вы тоже все мертвы? Привидения, да? — Нет, мы живые, — Ито улыбнулась. — Вы просто не осознали, что мертвы, — возразила Оиц, глядя на ее корону. — Вряд ли королева, будь она жива, когда-либо захотела зайти в наш скромный дом, не того мы полета птицы. Мне жаль, что вы умерли, Ваше Величество, вы очень красивая. — Благодарю, — Ито хмыкнула. — Я не королева, мой титул — герцогиня. Я принцесса. — Я могу подойти к жене? — попросил Тром. — Иди, — шаман встал. Тром кинулся к жене и, притянув, прижал к груди, судорожно вздыхая и шепча: — Прости, прости меня, прости… — А ты как умер? — спросила Оиц. — Я не умер. — Ты тоже этого не осознал? А ты видишь эти привидения? — Они все живы, а тебя я чуть не убил, — Тром всхлипнул. — Ты меня сильно толкнул, у меня наверное голова треснула, боль такая ужасная была, а потом все померкло, я точно умерла. — Девица, ты живая, хватит глупости болтать, — веселясь произнес шаман. — Я тебя вылечил. — А к кому ты жену приревновал? — поинтересовалась Виви. — И с чего вдруг? Она дала повод? Невесту для своего сына родители Трома сосватали из соседней деревни. Оиц была красива, скромна и трудолюбива. Тром остался очень доволен выбором своих родителей и не просто доволен, он пришел от него в восторг — невеста была идеальной со всех сторон! На свадьбе, сидя за столом, Тром нежно сжимал ладошку жены и не сводил с нее сияющих глаз. Оиц новоиспеченный муж тоже понравился, она смущенно румянилась от его горячих взглядов и радовалась, что тот настолько явно выказывал ей свою симпатию, значит и любовь не за горами. И жить они будут счастливо и в согласии. Приглашенный на свадьбу друг детства Трома Кюач, едва увидев Оиц, сразу же влюбился в нее до потери сознания — до того та была хороша. Он смотрел, как молодожены улыбаются друг другу и злился, ему нестерпимо хотелось быть на месте Трома и иметь право целовать Оиц, и чтобы ее взгляд с зарождающейся в нем любовью был направлен на него. Долго страдал Каюч, что Оиц принадлежит не ему, а потом решился на подлость. Посчитал — в любви все средства хороши, что за свою любовь надо бороться. И стал он нашептывать другу, что жена его слишком красива, чтобы быть верной. Тром поначалу отмахивался от слов друга, но потом стал прислушиваться и подозрительно приглядываться к жене. Накрученному другом Трому в каждом движении жены начал чудиться подвох. Каюч постоянно намекал Трому на развод, но тот влюбленный в жену до умопомрачения не хотел отдавать ее никому. Тром скандалил с женой, обвинял в измене, но расстаться с ней не мог, боялся даже представить, что не будет видеть ее каждый день. И вот сегодня чуть не случилось страшное. В очередной раз заведенный другом Тром, разъяренно орал на жену, с болью в сердце представляя ее в объятьях другого, а Оиц устало оправдывалась: — Я никогда не изменяла тебе, — говорила она, наверное в сотый раз, пытаясь успокоить мужа, но понимала, что это бесполезно. — Каюч тебя видел с другим! — С кем? — Он не знает имя того мужика, с которым ты обнималась! — к боли Трома от предательства любимой примешивалась обида, ведь он все для нее, ничего не жалел: ни подарков, ни денег, а она с ним так подло! — Каюч врет! Не знаю зачем, но он врет! — закричала Оиц, но осознавала, что мужа не переубедить, ведь слова его друга весомее, чем ее. — Не наговаривай на Каюча! — еще сильнее разозлился Тром. — Он, в отличие от тебя, честный! — А я получается лгунья? — Чем твой любовник лучше меня, а? — Нет никакого любовника! Как же ты мне надоел со своей ревностью и скандалами, — выкрикнула Оиц. — Все нервы мне измотал! Я устала от этих скандалов, все! Я возвращаюсь к родителям! — Оиц повернулась к мужу спиной, намереваясь пойти в спальню, собирать вещи. — Никуда ты не пойдешь! — Тром взъярился и хотел схватить ее за локоть, чтобы продолжить выяснять отношения, он резко дернулся вперед и столкнулся с женой. Оиц, потерявшая равновесие от толчка, полетела головой в угол печи. Врезалась в нее и кулем свалилась на пол. Тром в ужасе смотрел на кровь, расползающуюся вокруг головы жены. Отчаянно взвыв, он бросился к Оиц, упал на колени и трясущейся рукой прикоснулся к ее лицу, то было неестественно холодным. И пришло к Трому понимание, что он убил жену. Что было дальше он помнил плохо, вроде выскочил на улицу и начал кричать, чтоб позвали лекаря, потом сам побежал к дому лекаря, но тот ему на беду уехал в соседнюю деревню. А затем рыдающего Трома схватили стражники и повели судить. — Найдите и приведите этого Каюча, расспросим его подробно, где и с кем он видел жену Трома, — приказала Ито. Стражники выскочили из дома, но далеко бежать им не пришлось — Каюч, узнав о случившемся, сам примчался. Ито оглядела запыхавшегося парня и процедила: — Из-за тебя Тром чуть не убил жену. — Я не хотел, — парень разрыдался, с ужасом глядя на потеки крови на лице девушки. — Не хотел! — Хватит каяться, поведай нам с кем изменяла Оиц, сейчас его найдут и предъявят Трому, — произнесла Ито. — Я не видел его лица, — начал юлить Каюч. — Сдается мне ты врешь, что, вообще, видел Оиц с кем-то, — глаза Ито почернели, налились недобрым, злым, и Каюч испуганно сжался. — Быстро признался, зачем ты на нее наговаривал! — рявкнула она. — Я думал Тром разведется с Оиц и она станет моей. Я люблю ее! Я хотел, чтобы она стала моей женой! — перепуганно выдал Каюч. — Ишь, какая паскуда, — сказал шаман. — Ты врал мне? — Тром шокировано уставился на друга. — Ты собирался отнять у меня жену? — Не думаю, что Оиц пошла бы за этого подонка, — Ито не удержалась от презрительной гримасы. — Никогда в жизни не вышла бы, я его терпеть не могу, — сказала Оиц. — Вечно таращится на меня маслеными глазами, аж противно. — Я доверял тебе, — Тром разочарованно покачал головой. — Лучшим другом считал. Убирайся из моего дома! И больше не подходи ко мне, тварь ты подлая! — Он никуда не пойдет, пока не отведает плетей, — сказала Ито. — Ну, он не так уж и виноват, — неуверенно произнес Раэш. — Его можно простить, любовь отняла у него разум. — Прощение для подобного ему — это позволение для совершения новых подлостей. И не любовь двигала им, а желание обладать, когда любишь, не сможешь любимому причинить никакого вреда, — произнесла Ито. — Тридцать плетей, пусть проболеет подольше, зато в следующий раз хорошенько подумает, прежде чем решится сделать еще кому-нибудь гадость. — Я согласна с Ито, — кивнула Ялинь. — Подлая тварь должна быть строго наказана. — Тридцать ударов слишком много для человека, — Раэш с сомнением посмотрел на Ито. — Расскажи это Оиц, которая чуть не лишилась из-за него жизни. Кстати, ее мужу тоже не мешает отведать плетей, это хорошо прочищает мозги, — ответила ему она. — Этому идиоту хватит десяти ударов. Стражники, полностью согласные с герцогиней, выволокли бывших друзей во двор. Оиц поспешила за мужем, умоляюще оборачиваясь на принцессу. — Даже не проси, — сказала Ито. — Твой муж будет наказан. — Но он не виноват! — вскричала Оиц. — Это все из-за Каюча. — Виноват, — произнесла Ито, идя за ней. — Свою голову надо иметь, а не слушать чужие наветы. Теперь умнее станет. — Я прошу вас, отмените наказание! — Оиц с ужасом в глазах смотрела, как с ее мужа снимают тунику. — Не надо его бить! — Надо, — твердо произнесла Ито. — Этот урок он запомнит на всю жизнь. И когда ему в следующий раз взбредет в голову приревновать, напомни ему про это наказание. Оиц беспомощно разрыдалась. — Не плачь, голубка моя, — попытался успокоить ее Тром. — Я заслужил, — после он улегся на землю. Каюч же не захотел принять наказание спокойно — он начал вопить, чтобы его отпустили, но стражник молча влепил ему пощечину и толкнул на землю. И если Трома побили плетью без всякого усердия, то Каюча отходили от души — до потери сознания. — Пожалели дурака, да? — насмешливо поинтересовалась Ито у стражника. — Жену его пожалели, — смущенно признался мужчина. — Ей же теперь пару дней одной по хозяйству колготиться из-за глупости мужа. Оиц, горестно вздыхая, кинулась к мужу и помогла ему встать, успокаивающе шепча: — Сейчас намажу спину мазью и легче станет. — Прости меня, голубка моя, за все прости, — прохрипел Тром болезненно морщась. — Не держу я зла, — Оиц осторожно повела мужа в дом. — Я бы на твоем месте эту ревнивую скотину в сарай отвел, ему там самое место, — сказал ей один из стражников. Оиц сердито покосилась на него, но ничего не ответила. — Я не буду больше ревновать, — торопливо поклялся Тром. — Да, уж лучше придержи язык, а то без жены останешься, — посоветовал другой стражник. — Оиц любит меня, — проскрипел Тром. — Любовь легко убить, сегодня у тебя это почти получилось. Тром испуганно вздрогнул и виновато посмотрел на жену. — Это была случайность, — успокоила его Оиц. — Хватит его оправдывать, а то он в следующий раз тебя добьет. — Следующего раза не будет, — сказал Тром. — Время покажет, — хмыкнул стражник. — А с этой падалью что делать? — стражники кивнули на Каюча. — За ворота выкиньте, — отозвалась Виви. — Может, кто сжалится и отведет домой, а нет, так нет. — Отец, подлечи его, — попросил Траэ, глядя на набухшие кровью полосы на спине парня. — Нет, — отказался шаман. — Твоей невесте это не понравится. Да и у меня самого нет желания. Траэ повернулся к Ито и наткнулся на ее внимательный взгляд. — Жалость — это хорошо, — произнесла Ито. — Но не все ее стоят. И ты должен научиться сдерживать свою жалость, иногда она наносит вред. — Я попытаюсь, — кивнул Траэ. — Я рада, что ты понимаешь меня, — Ито улыбнулась и Траэ решил, что это неплохой повод поцеловать невесте руку. Ито смущенно зарделась, когда ее ладонь обожгли горячие губы жениха. Кэ Зи был среди тех лоточников, которые принесли пироги для беженцев. Стал свидетелем, как королева приказала забрать во дворец двух оборванцев — мальчишку и его ни на что не годную бабушку. А в таверне повезло еще одному голодранцу! И Кэ Зи решил — чем он хуже них? Ему тоже хочется жить во дворце, а для этого оказывается нужно всего лишь рассказать слезливую историю! Кэ Зи едва дождался, когда высокородные господа покинут двор преступника, подошел к Фроэ и предложил купить пироги. Командор вопросительно посмотрел на Раэша. — Думаю, мы с удовольствием отведаем их, — сказал Раэш и жестом подозвал подростка. Едва тот приблизился, как к ним скользнул шаман и обнюхал пироги. — Разбирайте, — разрешил он. Все взяли себе по одному. Траэ показал парнишке золотую монету: — Хватит? — Да, господин, — подтвердил тот и забрал монету. — Вкусные, — Ито одобрительно заурчала и перевела взгляд на парнишку. — Мамка пекла? — Нет у меня мамки, — жалобно произнес Кэ Зи, приступая к своему плану. — Отец только, но он пьет. Мне приходится с утра до вечера ходить, торговать, чтобы не умереть от голода. Ито оглядела его с головы до ног. Одет в чистую серую рубашку и зеленые штаны. — Одежду сам стираешь? — спросила она. — Нет, мне ее в пекарне выдают чистую каждое утро, — Кэ Зи удивился неожиданному вопросу. Ито кивнула и продолжила есть. — Тяжело мне без мамки, — тяжко вздыхая и всхлипывая, Кэ Зи начал рассказывать, как нелегко ему приходится в этой жизни. Траэ стало невыносимо жаль бедного паренька, он повернулся к Ито, чтобы попросить ее помочь ему, но к его удивлению, та смотрела на несчастного с каким-то холодным равнодушием и спокойно ела пирог. Почувствовав его взгляд, Ито обернулась и вопросительно приподняла брови. — Я опять не должен жалеть? — неловко пробормотал Траэ. — Хочешь — жалей, твоя воля и право, а мне ответь на вопрос — почему я не жалею, — Ито улыбнулась. — Всех не пережалеешь? — выдвинул версию Траэ. — Нет. Еще варианты. — Ну… — Траэ задумался, ему ничего не приходило в голову. — Я тебе подскажу, — Виви весело блеснула глазами, глядя на потуги Траэ. — Ито он не понравился. — Личная неприязнь не должна мешать благому делу, — выдал Траэ. — Неправильно! — Виви усмехнулась. — Ты должен был подумать, отчего вдруг возникла эта неприязнь. Траэ перевел взгляд на подростка и недоуменно нахмурился, не понимая, что с ним не так. Самый обычный, вполне симпатичный. — Ты смотришь на него и не видишь, — сказала Ито. — А вот я вижу, что он манипулятор, неискренний и себе на уме. У него есть цель, полагаю, это желание попасть во дворец, я видела его, когда Ялинь позвала жить Уюса с бабушкой к себе и теперь он делает все, чтобы оно осуществилось. Посмотри, как театрально он заламывает руки, морщит лицо, старательно давит на жалость. Траэ посмотрел и опять ничего не увидел. — Мне кажется ты ошибаешься, — осторожно произнес он, опасаясь обидеть любимую. — Нет, я, конечно, иногда ошибаюсь, но здесь не тот случай, — произнесла Ито. Траэ опять перевел взгляд на подростка, тот все так же вещал о тяжкой своей доле со слезами на глазах. И тут того внезапно перебила женщина средних лет. — Сам виноват, — резко произнесла она. — А вот и свидетель моей правоты, — Ито с любопытством взглянула на нее. — Год назад его отец позвал меня замуж. Я согласилась, сразу же и поженились. А спустя месяц я узнала, что у него есть сын от первого брака — Кэ Зи, — женщина указала пальцем на подростка. — Жил он со своей матерью, но после свадьбы мой бывший муж решил забрать его к нам, отцовские чувства внезапно взыграли, хотя до этого он не особо сыном-то и интересовался. Кэ Зи возненавидел меня с первого дня, он почему-то считал, что брак его отца и матери распался по моей вине, хотя они развелись задолго до нашего с ним знакомства. Уж как я только не старалась — и одевала его хорошо и кормила разносолами, все впустую. Кэ Зи постоянно мне пакостничал, портил мою одежду, разбрасывал мусор, обзывался, а после жаловался отцу, что это я над ним издеваюсь. Мы с мужем начали ссориться. Муж принимал сторону сына, он же маленький, а я взрослая дура его обижаю. А то, что портил мои вещи, так он не специально, случайно все это. В конце концов мне надоело жить с этими двумя и я их выгнала. Для Кэ Зи стало шоком, что прекрасный дом, в котором они с отцом жили, принадлежал мне, он думал дом отцовский и оказывается рассчитывал выгнать меня и жить в нем с отцом и матерью. Я развелась с мужем, тот так сильно расстроился из-за развода и из-за того, что остался без жилья и бесплатной кормушки, что запил, а Кэ Зи побежал к мамашке, но та ему дала от ворот поворот, сказала ему, что он уже взрослый и неча на мамкиной шее сидеть и укатила в деревню с новым мужем. Кэ Зи прибежал ко мне с повинной головой, разжалобить пытался, я засмеялась ему в лицо и прогнала. Они с отцом теперь снимают крохотную коморку и Кэ Зи, которого не устраивала моя забота, нынче приходиться самому зарабатывать на еду и одежду. Козни, которые он строил против меня принесли результат, правда, неожиданный для него, — женщина насмешливо оглядела бывшего пасынка. — Ишь ты, такой молодой, а уже насквозь подлый, — сказала Виви, смерив парнишку неприязненным взглядом. — Согласен. — Траэ с нескрываемым восхищением обернулся на любимую, пораженный ее проницательностью. — Вот только не надо думать, что я сверхумная и ясновидящая, это всего лишь опыт, — улыбнулась Ито. — Мне с подросткового возраста приходилось общаться со многими людьми, решать их проблемы. С очень разными людьми, и я просто запоминала кто как себя ведет. Кроме того, разбираться в людях меня учила и моя нянюшка Эдра, именно ее советы и подсказки помогли мне стать такой. — А еще ты Изначальный, — добавил шаман. — Далась тебе эта древняя ерунда, — отмахнулась Ито. — От Изначального во мне только необычная для оборотня внешность и все. — Ты Изначальный? — встрепенулся Раэш. — У вас в Лу Цише тоже легенда про него есть? Тоже небось герой, искрошивший полмира в капусту? — ухмыльнулась Ито. — Нет, он был прародителем ллосов, — сказал Раэш. — Точнее их создателем. Мне, как раз перед отлетом сюда, мой брат рассказал, что в стародавние времена наш мир был на грани катастрофы — у нас стали разрушаться артефакты поглощающие магию. Без этих артефактов драконы бы вымерли от переизбытка магии. Так вот этот Изначальный создал ллосов, которые впитывали в себя избыток магии. — Как он их создал? — заинтересовалась Виви. — Я точно не знаю, он был магом, возможно при помощи магии как-то и исхитрился создать, — Раэш посмотрел на жену, вдруг ей известно больше. — Знаешь сказку о Тех, Кто из-за Грани? — В ночи темной появляются Те, Кто из-за Грани. Тенями черными просачиваются из скал. Ищут того, кто душу готов отдать в обмен на помощь в делах мерзких и помыслах подлых да за кошели полные золота. Но нельзя им верить — имя им Обман. Вскружат голову пустыми посулами, заберут душу, да и убегут с добычей прочь, вспугивая тишину ночную смехом злорадным, — процитировал Раэш. — Няня частенько меня этой сказкой пугала, когда я ее не слушался. — Это не сказка, Те, Кто из-за Грани вполне себе реальны, они и есть ллосы. — Откуда тебе это известно? — спросил Раэш удивленный этой новостью. — Я как травница получила доступ к хранилищу тайных письмен, ну и покопалась там вволю, — лукаво улыбнулась Ялинь. — Там каких только книг не было! Наткнулась и на труд этого мага, звали его Генихэ, писал он, надо сказать, очень нудно, его явно одолевала страсть к витиеватым выражениям. Но я сумела продраться сквозь все его словесные изыски! И поняла, что Грань эта находится в мире Лу Циш и жили предки ллосов там под землей. Изначально они были обычными людьми, но после какой-то катастрофы, в то же время, кстати, появился и разлом, стали меняться, терять благообразный вид, и драконы, придя в отвращение от их внешности, загнали тех в пещеры и поставили какой-то заслон. Заслон этот со временем истончился и ллосы начали проникать наружу. Маг Генихэ из любопытства отловил парочку и начал ставить над ними эксперименты. Случайно обнаружил, что твари поглощают магию. Потом это знание помогло ему стать героем среди драконов. За это ему дали звание — Изначальный, он им очень гордился. Заслон убрали, ллосы вышли наружу, начали успешно поглощать магию, проблема была решена. — Да уж, — произнесла Ито. — А почему драконы не изменились? — спросила Виви. — Об этом я не нашла упоминаний. — Я, вообще, об этой катастрофе первый раз слышу, — сказал Раэш, когда Виви обратила на него свой взгляд. — Плохо быть не любопытным. — Мне это жить не мешает, — весело ответил Раэш. — Теперь будет мешать, — сказала Ито. — Почему? — Ты не будешь в курсе, что и где происходит и тебе будет легко задурить голову, а это ведет к неправильным решениям, — произнесла Ито. — Значит, мне стоит проявлять интерес к досужим сплетням? — насмешливо улыбнулся Раэш. — Обязательно, и вычленять из них здравое зерно. Хочешь пример? — Хочу, — так и не убрав насмешку из голоса, кивнул Раэш. — Мне передали слух, что баронесса Теско купила для сына двух породистых скакунов по пять тысяч золотом каждого. Вот казалось бы, обычная на первый взгляд покупка, коняшки ведь в хозяйстве нужны, но! Десять тысяч довольно внушительная сумма для баронессы, у которой в активе всего лишь две деревни да парочка пахотных и выпасных полей. И сразу же возникает вопрос: откуда она взяла деньги? — Скопила? — предположил Раэш. — Баронесса и ее сынок живут ни в чем себе не отказывая, можно ли при таких обстоятельствах что-либо скопить? — Получила наследство от дальнего родича? — Единственный ее родич — это сестра ее мужа, живет она с ними, больше никого не осталось. — А родители? — Ее родители давно покинули этот мир, они были уже в возрасте, когда у них родилась единственная дочь и были они не очень богаты. Теско, кстати, сразу же разбазарила их имущество, накупила себе и сыну нарядов и украшений, что характеризует ее как никудышную хозяйку. Родители мужа тоже недолго прожили после женитьбы сына. — А муж ее где, что-то не пойму? — спросил Раэш. — А муж отправился развеяться в Ятседан и там погиб в пьяной драке, лет примерно десять назад. — Ты про всех своих подданных знаешь такие подробности? — Да и даже больше, — ухмыльнулась Ито. — Так на что они скакунов купили? — не удержалась от любопытства Ялинь. — Теско продала принадлежащее ей стада овец и коров. А у нее почти все деревенские работали на сыроварне и маслобойке. Разом лишила источника дохода не только обе деревни, но и себя. — Вот дура! — не удержался шаман. — Согласна, — кивнула Ито. — Мне пришлось ехать туда на разборки, чтобы узнать причину этой бессмысленной покупки. Причина оказалась проста — сынуля захотел выпендриться перед друзьями. — И как они теперь? Разорились? — Нет, лошадей продали, скот выкупили назад, а баронесса и ее любимый сынок отведали плетей, — сказала Виви. — Ито их лично поучила уму-разуму. Сынуле досталось больше, Ито сильно распсиховалась. Больше он не капризничает и не требует идиотских подарков. — У тебя есть право бить знатных людей? — удивилась Ялинь. — Да, у меня есть право наказывать тех, кто подвел хозяйство под разорение, — ответила Ито. — Это прописано в законе. — В законе написано — бить плетью? — оторопела Ялинь. — Написано — виновный подлежит наказанию соразмерно преступлению, — сказала Ито. — Возможно тогда можно было бы обойтись без битья, я собиралась ограничиться внушением, но как увидела перепуганных крестьян лишившихся работы, представила в каком они все ужасе, то так взбесилась, что не сдержалась. Еще сынуля этот и его мамашка начали мне предъявлять, что я лезу не в свое дело, имущество-то их и они могут с ним делать, что хотят! Ну и нарвались на объяснения, очень доходчивые объяснения, как не следует поступать. Вот так сплетня помогла не обнищать баронству. У меня есть еще несколько случаев, когда сплетни принесли пользу. — Но кроме сплетен нужно еще и знать почти всю подноготную подпавшего под подозрение, иначе ничего не выйдет, — сказал Раэш. — Необязательно знать все, основы достаточно — его доход и расход. Сопоставил, нашел разницу и сразу на разборки, — ответила Виви. — С плетью. Ито рассмеялась и кивнула. — Ито у тебя умница, — обратился к сыну шаман. — Как она ловко учит тебя, не напрямую, а исподволь готовит в консорты. — С чего ты взял? — удивился Траэ. — А ты не понял что ли, что тебе преподают уроки? — шаман ошеломленно глянул на сына. — И как я умудрился воспитать тебя таким наивным? — Уроки? — Траэ посмотрел на Ито, та лукаво улыбнулась, в ответ Траэ благодарно прижал руку к груди. — Ты права, я как оказалось, действительно, нуждаюсь в них. — Я тоже, — сказал Раэш. — Мне шестьдесят лет, а я мало в чем разбираюсь. — Научишься, — успокоила его Ялинь. — Придется, мне аж неудобно за себя — девочки в три раза моложе умнее меня. Ито с Виви рассмеялась. Траэ загляделся на невесту, ее искрящееся веселье передалось ему и он тоже засмеялся. — Надо отыскать Главу города, узнать, чем он занимается, — сказала Ито и пошла в сторону ратуши. Вся компания потянулась за ней следом. Кэ Зи с надеждой смотрел на Ялинь, ожидая приглашения во дворец, но та прошла мимо словно его не существовало. — Не видать тебе легкой жизни, зря старался, гнилушка. Это тебе наказание за мои слезы и испорченную жизнь отца, — бывшая мачеха смерила его довольным взглядом и ушла. Кэ Зи понурился и двинулся в сторону пекарни. Диарунд не стал церемониться с Главой города, приказал ему взять золото, приготовленное для бала и показывать, где находится скотный рынок. Глава перечить ему побоялся и сундук с золотом незамедлительно выволокли из ратуши два дюжих стражника. По пути на рынок, Диарунд, проходя мимо лавок с продуктами и тканями, раздавал заказы. Глава, идущий следом, лишь горько вздыхал, мысленно прощаясь с балом. Выйдя на поле, где располагались загоны с домашними животными, Диарунд увидел немалое количество клеток, опоясывающих загоны как забор. — Чьи клетки? — обернулся он к Главе. — Есть возможность их арендовать? — Так наши они, то есть принадлежат Его Величеству. — А зачем ему столько клеток? — оторопел Диарунд, даже примерно не представляя для чего они могли понадобиться королю. — Так преступников сажать, — ответил Глава. — Недавно вот повар Его Величества сидел два дня, суп недосолил. Много таких вредителей бывало, в иной день клеток на всех не хватало, приходилось по двое сажать в одну. — Смотрю особо опасных преступников у вас пруд пруди, аж страшно, — съязвил Диарунд. — А остальные чем провинились? На две капли больше вина в бокал налили или ложку к обеду подали недостаточно золотую? — Он ведь королю недосолил, а не абы кому, — пробормотал Глава. — А что, у вашего короля рука бы отвалилась, если бы он сам досолил свою еду? Или он у вас совсем немощный был? — Ну, так король ведь. — И значит, ему было позволено творить, что хочет, — хмыкнул Диарунд. — Ладно, это дела минувших дней, у нас свои заботы. И клетки эти так кстати. — Зачем вам клетки? — Глава боязливо покосился на них, видать решил, что советник хочет его туда посадить. — Народ перевозить в деревню со скотом и скарбом, — пояснил Диарунд. — А зачем в клетках? Они же не преступники. В телегах-то им удобнее будет. — Вряд ли, из телег они повылетают. — Как повылетают? — не понял Глава. — Думаю с душераздирающими криками, падать с высоты не очень весело, — сказал Диарунд. — С какой высоты? — совершенно запутался Глава. — С высокой высоты — драконы низко не летают. — Какие драконы? — оторопел Глава. — Здесь же только Его Величество Раэш и господин Траэ драконы, вы хотите сказать, что они будут перевозить простолюдинов? Король — каких-то оборванцев? — Ты мне больше нравился, пока не открывал свой глупый рот и если ты его сейчас не захлопнешь, я его так заткну, что больше он тебе никогда не понадобится! — злобно прорычал Диарунд. — Радуйся, что тебе повезло и ты не оказался на месте этих оборванцев! Глава испуганно съежился. — Какой же ты дрянной человечишка, ни души, ни сердца, — Арой гневно нахмурилась. — Так и хочется тебя прибить! — Не тебе одной, у меня тоже руки чешутся, — произнес Диарунд и отвернулся от Главы. — Торговцы! — выкрикнул он. — Мне нужна домашняя скотина! Золотом плачу сразу. На скотном рынке поднялся ажиотаж — купцы, поняв, что появился серьезный покупатель, наперебой начали предлагать свой товар. Клетки начали довольно быстро наполнятся живым товаром: курами, гусями, утками, овцами, коровами, собаками. Подошел и хозяин тягловых коней, ведя на поводах сразу четырех. Диарунд восхитился тяжеловозами с черной блестящей шкурой. — Какие вы красавцы, — одобрительно похлопав по шее ближайшего, он сказал хозяину: — Заведешь в клетку, положи на пол и завяжи глаза. — Глаза без надобности завязывать, не пугливые они у меня, — ответил хозяин. — До чего же хороши! — Диарунд ласково погладил шелковистую шкуру на шее. — Огромные, — сказала Арой. — В моей деревне битюги помельче были. — Рост согласно породе, госпожа, — произнес хозяин. — Все молодые и здоровые. — Они прекрасны, — Арой была очарована величественными животными. Диарунд щедро расплатился с хозяином красавцев. Начали подтягиваться и подводы с продуктами. Диарунд незамедлительно расплачивался с купцами под тяжкие вздохи Главы города. — Ой, а вот сейчас я отдал сумму, на которую должны были купить вино для бала, — съиронизировал Диарунд, расплачиваясь за мешки с мукой. — Теперь из-за наглых беженцев не пожелавших сдохнуть от голода, господа остались без выпивки. — Господин, картошку брать будете? — спросил купец. — Обязательно, а семенная у тебя есть? — Есть. — Загружай все, что привез в клетку, — Диарунд достал из сундука мешочек с золотыми. — А теперь господа распрощаются с мечтой полакомиться берунджи. Ах, какая досада! А все эти поганые беженцы! Не могли поступить как порядочные люди и дать себя сожрать ллосам, из-за них теперь приходится страдать прекрасным господам, оставшимся без праздника! Глава города поежился и еще больше ссутулился. — Диарунд, там телегу с тканями привезли, брать будем? — подошла к мужу Арой. — Обязательно, у беженцев даже панталон запасных нет, про остальное даже говорить не стоит, — кивнул Диарунд. — Скажи купцу, чтобы к тканям добавил нитки с иголками. Пусть будут на всякий случай. — Хорошо, — Арой выхватила из сундука мешочек с золотом, который Глава города проводил тоскливым взглядом. — Ах-ах, — насмешливо воскликнул Диарунд. — Добрые господа только что лишились возможности полакомиться деликатесами. Вот досада-то! — Откуда столько клеток? — оторопело спросила Ито, едва подъехав к дяде. — У прошлого короля была забава, он любил всех не угодивших ему сажать в клетки и выставлять на всеобщее обозрение, вот повар недавно суп не досолил, негодяй такой, пришлось его вразумлять клеткой на пару дней, — сообщил Диарунд. Глава города, бледной тенью стоявший подле него, торопливо закивал подтверждая. — Таких не угодивших было много, отсюда и клеток такое количество. Пригодились вот нам. — Ну, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не вешалось, — произнес шаман. — А король тем еще затейником был, — сказала Виви. — Еще каким, мне тут Глава поведал, что в иные дни в клетках попарно сидели, мест на всех не хватало. И ведь причины для наказания серьезные были напрочь — то трава недостаточно зелена, то поклонились не слишком низко, то у короля настроение плохое и виноваты в этом те, кто попался на глаза. — Ничего себе, — ошеломленно пробормотала Ито. — А еще меня называют злобной, да я по сравнению с ним кроткая голубица. — Да уж, — оторопела Виви. — Я сейчас готова согласиться с Траэ в том, что ты милая и добрая. — Вот, а вы мне не верили, — Траэ засмеялся. — Наконец-то у тебя получилось доказать свою правоту, сын, — шаман ухмыльнулся. — И впрямь, — произнесла Виви со смешком, Ито рассмеялась вместе с ней. — Раэш, — обратился к королю Траэ. — Прикажи отряду выделенному беженцам, загружаться в клетки, их повезем первыми. — Согласен с тобой, — одобрил Раэш и повернулся к Фроэ. — Приказ услышан, — Фроэ кивнул и обратился к командиру Эшону. — Начинайте загружаться в клетки, Его Величество Раэш и господин Траэ отвезут вас в ближайшую деревню. — А наши лошади как же? — спросил Эшон. — Лошадки с вами полетят, их класть на пол, стреножить и завязывать глаза, — сказал Траэ. — Думаю, за пять перелетов мы ваш отряд перевезем. — Народ, пока вы здесь, подумайте, что вам еще понадобится, — обратился к беженцам Раэш. — Как только мы перевезем отряд, следующими полетите вы, чтобы могли принимать живность. Беженцы радостно покивали и Раэш с Траэ пошли к клеткам, куда грузились стражники со своими конями. — Нас повезет сам король? — начали изумленно переговариваться беженцы. — Да, а еще вас повезет принц-консорт герцогства Извалейского, — развеселилась Виви. — Мой жених, — добавила Ито. Беженцы с почтением уставились на ее корону. — Интересно, в Ти Хине кто-нибудь запомнит мое лицо? — улыбнулась Ито. — Все смотрят только на корону. — Ну, кто-то наверное запомнит, — с сомнением произнесла Виви. — Обязательно запомнят, особенно ее прекрасные синие очи, — заухмылялся шаман. — Очень смешно, — Ито задорно блеснула зелеными глазами. — Госпожа, — обратилась к ней Са Лэ, новоиспеченная староста деревни. — А можно нам кожи немного, кузнеца и сапожника? — Кузнец есть в отряде стражников, которые будут жить с вами в деревне, — ответил ей Фроэ. — Есть среди них и сапожник и столяр. И кожу уже закупили. Са Лэ благодарно поклонилась и довольная рванула к клеткам. К шаману подошла молодуха и неловко кланяясь попросила взглянуть на ее матушку. — Дышит она странно, как задыхается, господин лекарь. — Расслабилась, видать, твоя матушка, когда помощь пришла. Вот и начался у нее откат, — сказал шаман. — Сейчас много таких будет. Пойдем, всем помогу. Шаман отправился с молодухой. Суматоха и испуганные крики животных начали утомлять Ито, хотелось тишины и присесть где-нибудь, чтобы хоть немного отдохнуть. — А не сходить ли нам к вашему алтарю? — предложила она Ялинь. — Отличная идея! — подхватила Виви. — Я вас провожу, — вызвался командор Фроэ, затем обернулся и махнул кому-то рукой. Через пару минут к ним подвели лошадей. — Отсюда до Одинокой скалы недолго ехать, — сказал Фроэ. — А мы не торопимся, — ответила Ито. — Везти нас домой некому — Траэ еще нескоро освободится. Скала и впрямь была одинокой — она одиноко торчала перед небольшой рощицей и была похожа на остроконечную крышу. — Какая-то она странная, — оценила Ито. — Неестественная. — Ага, будто дом под землю провалился, одна крыша осталась, — кивнула Виви. Доехав до скалы, все спешились и направились ко входу. Помещение, в которое они вошли, оказалось огромным с высоким потолком, камень его стен и пола был настолько тщательно отполирован, что в нем отражались светильники попарно закрепленные в стенах. В конце зала виднелся алтарь и несколько скамеек. — Пустоватенько, — произнесла Виви. — Здесь никто не живет, поэтому нет нужды в мебели, — сказала Ито и пошла к алтарю. Алтарь выглядел волшебным — блестящее квадратное серебряное блюдо, испещренное загадочными знаками, лежащее на вершине полупрозрачного голубоватого столба, внутри которого время от времени вспыхивали и истаивали красные искорки. Ито восхищенно поцокала языком. — Сказочный какой, — произнесла она и провела пальцем по краю блюда трогая знаки. Внезапно знаки вспыхнули, напугав Ито. Она резко отдернула руку и отпрянула от алтаря. — Связь с миром Дэкнно отсутствует, — внезапно прозвучало непонятно откуда. — Что это было? — оторопела Ито. — Не знаю, — Виви посмотрела на Ялинь. — Ваш алтарь тоже разговаривал? — Нет, светился только и все, — Ялинь была поражена не меньше их. — Ито, сделай так еще раз, — попросила Виви. — Ви, вот чего тебе спокойно не живется? — проворчала Ито. — Боюсь от скуки сдохнуть, — рассмеялась Виви. — Начинай. — А вдруг это опасно? — Первый раз ничего не случилось и второй раз так же будет. — Посмотрим, — Ито шагнула к алтарю и повторила свои движения. Алтарь снова вспыхнул. — Связь с миром Дэкнно отсутствует, — сообщил все тот же голос. — Почему? — заинтересовалась Ито. — Заблокирована точка входа. — Хотелось бы знать, что все это означает, — Ито озадаченно нахмурилась. — Сигнал не проходит, — ответил алтарь. — Ага, теперь понятно, — съязвила Ито. — Не проходит и ладно, — сказала Виви, подойдя к алтарю. — Плевать нам на этот мир. — Наверное там алтарь разрушился, — предположила Ито. — Может и так, — Виви прошлась пальцем по знакам расположенным сбоку. — Неправильно набран адрес, — выдал алтарь. — Адрес? Этот алтарь почта что ли? — Виви ткнула в значок напоминающий половину пятиконечной звезды. Значок вспыхнул и погас. — Так, значит надо жать на несколько, — что она и проделала, проведя по внутреннему краю блюда. — Запрет на связь с миром Врайц, — ожил голос алтаря. — Почему? — Враждебные действия по отношению к расе эльфийцев, — ответил алтарь. — Какие конкретно действия? — заинтересовалась Виви. — Со стороны врайцев было отправлено несколько партий ягод, начиненных неизвестным веществом, вызвавшее у эльфийцев необратимое бесплодие. Действие было расценено как диверсия, направленная на уничтожение расы. — А как узнали об этом? — Магистр Ниоромм вычислил, что именно пересланные ягоды стали причиной разразившейся катастрофы. — Что-то я не припомню, чтобы у эльфийцев были проблемы с деторождением, — сказала Ито. — Когда произошла катастрофа? — Девятьсот тридцать шесть лет назад. — Ничего себе, какая бездна времени прошла, — оторопела Ито. — А зачем этим врайцам понадобилось уничтожать эльфийцев? — У эльфийцев произошла смена власти и новый король наотрез отказался поставлять врайцам младенцев. — Эльфийцы торговали младенцами? — Ито шокировано переглянулась с подругой. — Да, младенцы были весьма востребованным товаром. — Это же работорговля! — вскричала возмущенно Виви. — Нет, детей покупали бездетные семьи. — А сами врайцы не могли нарожать для своих бездетных? — У них не было такой возможности, рождение детей стало редкостью для всех врайцев. — Получается они замещали свою расу эльфийцами? — Жители Врайца тоже эльфийцы. Различия между ними незначительны. Кожа темнее на пять оттенков. — Алтарь получается разумный? На вопросы отвечает, — Ялинь прикоснулась к краю блюда. — Я магический голосовой помощник четырнадцатого почтового портала с объемом памяти второго класса, — отозвался алтарь. — А почему не первого класса? — заинтересовалась Ито. — Доступ к первому классу есть только у головного портала. — А где этот портал находится? — Местонахождение неизвестно. — А вы разве не связаны между собой? — удивилась Ито. — Связь односторонняя — от головного портала к стандартному почтовому. Внезапно алтарь вспыхнул и на блюде появились два мешочка. — Что это? — спросила Ито. — Не твое дело, подстилка гаремная, — прозвучал злой голос от входа. Ито обернулась и увидела входящих в помещение людей. — Это ты меня обозвал? — нехорошо сощурилась Ито. — Тебя, дура, — мужчина начал приближаться. — Зря вы сюда пришли. — Остановись! — скомандовал Фроэ. — Убить всех, свидетели нам не нужны, — в ответ произнес мужчина и резко вынул саблю из ножен. Ито взъярилась — мало того, что ее оскорбляют да еще и убить собираются! Это уже совершеннейшая наглость! Стремительно перекинувшись, она бросилась к негодяю, покушающегося на их жизни и распорола ему глотку когтями. А нечего было стоять столбом да еще и рот разинув! Следующего за ним, она тоже прикончила с легкостью, а вот остальные решили не расставаться с жизнями так же просто и ощетинились саблями, собираясь искромсать тварь, в которую превратилась безобидная на вид девица. Сабли Ито не впечатлили, она знала, что намного быстрее и сильнее людей. Ито подобралась и прыгнула, выставив когти — полоснула ими по одному противнику, потом сразу же порвала глотку другому. Победно рыкнув, бросилась на другого — воткнула ему в грудь когти и отбросила от себя обмякшее тело. Следующему прошлась когтями по шее, разорвала ее и повернулась к последнему. Быстро расправившись с ним, она кинулась на помощь Фроэ, который сумел прикончить одного, но на него, уже раненного наседали еще двое. Ито зарычала привлекая внимание. Один из незнакомцев обернулся и выставил вперед саблю. Ито насмешливо оскалилась, но самоуверенность подвела ее, она не подумала, что кто-то может оказаться хитрее и быстрее ее, она и глазом моргнуть не успела, как ей в грудь воткнулся кинжал, ловко брошенный противником. Бешено взревев, Ито бросилась на негодяя и оторвала ему голову, а затем, ее тело внезапно ослабело и перестало слушаться, теряя сознание, она начала опрокидываться на спину и возвращаться в облик человека. После падения с нее слетела корона, утянув с собой плат. Вскрикнув, Виви сорвалась с места и кинулась к Ито, быстро осмотрев ее и убедившись, что подруга жива, она подняла взгляд и посмотрела на Ялинь и Фроэ. Ялинь, сидевшая около алтаря находилась в полуобморочном состоянии, Фроэ получивший ранение выглядел не лучше. Помощи от них ждать не приходилось. Виви вскочила и рванула к выходу, выскочив из помещения, подбежала к лошадям, торопливо отвязала ближайшую и, вскочив в седло, понеслась к городу, нещадно подгоняя лошадь. Какое счастье, что скотный двор находился неподалеку и не пришлось потратить много времени, чтобы добраться до него, да и шаман оказался тоже рядом. — Шаман, Ито ранили! — заорала Виви, увидев его. — Умирает она! В храме! Мгновенно перекинувшись в волка, шаман рванул по следу запаха Виви, еще не успевшему истаять в воздухе. До храма добрался за несколько минут, влетев внутрь, он быстро огляделся и, увидев Ито, кинулся к ней. Перекинувшись в человека, присел подле нее и облегченно перевел дыхание, поняв, что девушка жива. Надорвав тунику Ито около горла, открывая место ранения, он, выхватив из сумки горсть зеленых листиков, растер их в ладонях и, резко выдернув нож, посыпал на рану получившийся порошок. — Держись, Ваша Светлость! — прошептал он, холодея от страха за жизнь девушки. — Держись! Ты не можешь позволить себе умереть! От тебя слишком многие зависят! Траэ без тебя умрет! Держись! Всего пять минут надо продержаться и не умереть, а потом лекарство начнет действовать! Шаман, с дико колотящимся от страха сердцем, замер, тревожно вглядываясь в совершенно белое лицо девушки. Как только лицо Ито перестало пугать его мертвенной бледностью, он сходил подлечил командира Фроэ и вновь вернулся к Ито. Ито попыталась открыть глаза и не смогла — сил не хватило. Разозлилась на свою слабость и усилием воли смогла ее преодолеть. Глаза открыла и увидела над собой радостно заулыбавшегося шамана. — Молодец, девочка, не подвела нас, — сказал шаман. — Я верил в тебя. — Меня ранили, — прохрипела Ито. — Больно было и сейчас больно. — Еще бы не больно, эта тварь тебя чуть не убила. — Кажется я разгадала секрет неуязвимости Изначального, — сказала Ито. — У него был личный шаман, который не давал ему умереть. — Не было у него шамана, — возразил шаман. — А Ялинь с Виви живы? — внезапно всполошилась Ито. — Да и Фроэ тоже, я его подлатал. Ему тоже неплохо досталось, вон сидит около Ялинь и восторгается твоей мощью и силой. — Я прав, — сказал Фроэ. — если бы не ты, нас бы всех прикончили. Я в одиночку десятерых не одолел бы. Я с двумя-то еле справился. — Мне дурно, — прошептала Ялинь и судорожно вздохнула. — Ну, так воняет здесь мерзко, любому дурно будет, — ответил шаман и полез в сумку. — Мне не от запаха дурно, а от всего этого… — Ялинь вяло махнула рукой. Шаман посмотрел на разбросанные трупы. — Неплохо их Ито уделала, убивала с одного удара. Это хорошая экономия времени и сил. Ито отличный боец, — похвалил шаман. — Ага, настолько отличный, что чуть не дала себя прикончить, — скривилась Ито. — От случайности не застрахован даже опытный боец, — шаман, встав, подошел к Ялинь. — Держи, — подав ей голубенький шарик, он сообщил: — Это тебя успокоит. — Ито! — в помещение вбежала Виви и помчалась в подруге, перепрыгивая через трупы. — Жива! — приземлившись около нее, прохрипела она и осторожно ухватилась за руку. — Жива! Я так боялась, что не успею позвать шамана… что он не успеет спасти. — Я в порядке, только слабость еще мучает, — Ито улыбнулась. — Так нож тебя насквозь пробил, что неудивительна твоя слабость. — Виви, молодец, не растерялась, быстро сообразила на помощь позвать, — шаман одобрительно посмотрел на девушку. — А мы с детства вечно во что-то вляпывались, вот и приучилась не теряться, — Виви улыбнулась. — Ага, промедлишь мгновение и от розг не увернешься, — Ито издала хриплый смешок и обессиленно закрыла глаза. — Тебе надо отлежаться, — сказал шаман, — рана была слишком серьезной. — Помоги мне дойти до лошади, — Ито шевельнулась. — На лошади ты не доедешь. Фроэ, сгоняй за телегой. — Ее Светлость везти на телеге? — ужаснулся Фроэ. — Ну, постели туда шелковое покрывало, чтобы не оскорбить Ее Светлость столь низменным транспортом, — пошутил шаман. Фроэ поспешно покинул помещение, а шаман, пряча беспокойство, порылся в своей сумке, достал из нее небольшой флакончик и, подойдя к Ито, опустился на колени. — Сейчас выпьешь микстуру и уснешь, — сказал он ей. — Так тебе будет легче перенести дорогу. Подсунув руку под голову девушки, он ее слегка приподнял и влил настой в рот, после засунул флакон в сумку и осторожно опустил голову девушки на пол. Снова вспомнился обуявший его ужас при виде безжизненно раскинувшейся невесты его сына, а уж когда он увидел ее рану, то у него чуть не остановилось сердце. Его опять затрясло, но он подавил дрожь усилием воли. — Почему эти твари напали на вас? — спросил шаман, желая отвлечься от пережитого страха. — Я толком не поняла, — Виви рассказала про неожиданное появление незнакомцев. — Глянь, что там в этих мешочках. Виви подошла к алтарю и забрала мешочки. Развязала шнурок на горловине и заглянула внутрь. — Камни драгоценные вроде, блестят хорошо, — произнесла она и подошла к шаману. — Вот, поглядите. Шаман забрал мешочек и вытряхнул на ладонь пару камней. — Обманки, — сказал он. — Фальшивые? — уточнила Виви. — Да. — И стоило из-за этого дерьма нападать на нас? — Виви недоуменно нахмурилась. — В Ти Хине любая подделка карается повешением, — сказала Ялинь. — Мотив убить нас у них был, а от кого они их получали? — Виви ринулась к алтарю. — Э-э-э, как тебя там? А! Магический голосовой помощник четырнадцатого почтового портала с объемом памяти второго класса, кто прислал сейчас посылку? — Информация конфиденциальна, — последовал ответ. — Развели секретов тут, — проворчала Ито. — Никогда не встречался с говорящими предметами, — шаман заинтересовавшись подошел к алтарю и начал его разглядывать. — Волшебный артефакт сохранившийся с древних времен. Я читал, что до катастрофы их было полно. — А что за катастрофа? — спросила Виви. — Никто уже не помнит про нее, так, только какие-то невнятные упоминания о расколовшихся небесах и бесцветном огне, сжигающим все на своем пути. Магический голосовой помощник четырнадцатого почтового портала с объемом памяти второго класса, ты что-нибудь знаешь о катастрофе? — Назовите дату катастрофы, — раздался голос из алтаря. — А их было много? — Назовите дату катастрофы. Шаман посмотрел на Виви. — Скажите две тысячи назад, — подсказала Ялинь. — Катастрофа в моем бывшем мире Лу Циш произошла примерно в это время. — Магический голосовой помощник четырнадцатого почтового портала с объемом памяти второго класса, какая катастрофа произошла две тысячи лет назад, — шаман повернулся к алтарю. — Назовите код доступа. — Что это еще за херня? — оторопел шаман. — Ваш цифровой код доступа. — Скажи несколько любых цифр, — посоветовала Виви. — Вряд ли я угадаю, это просто нереально, там столько вариантов может быть, что мне жизни не хватит перечислить все, — шаман покачал головой и прикоснулся рукой к рунам, те красиво запереливались в ответ. — Ишь ты, волшебство. Жаль мы не узнаем всех твоих секретов. — Я привез телегу! — в зал стремительно забежал Фроэ. Шаман подошел к Ито и поднял на руки ее крепко уснувшую. Виви подхватила с пола и повесила на свое предплечье корону Ито. — Ялинь, пошли, — скомандовала она. Ялинь, прижав к лицу свою косу, направилась к выходу, осторожно обходя трупы и стараясь не упасть в обморок.