The Howling

Мэл вжалась в угол клетки, затравленно глядя в пол; желтые глаза девушки лихорадочно блестели, но в расширенных зрачках метался отголосок отчаяния. Как она могла так глупо попасться? Посмотрев на руку – на сгибе локтя хорошо виднелись следы недавних инъекций – девушка бессильно стиснула зубы. Было мерзко и унизительно служить донором для тех, кто ее поймал. Лучше бы ее убили – по крайней мере, между смертью и ролью лабораторной крысы она выбрала бы первое. Ногти девушки, некогда ровные и отличающиеся тщательным маникюром, сейчас слегка заострились, свидетельствуя, что организм нуждается в хорошей порции еды – желательно, животного происхождения. Впрочем, сейчас Мэл была бы рада чему угодно – хоть вегетарианскому салату, но кормить похитители ее не торопились. Вернее, Мэл подозревала, что иногда они кормили её внутривенно, когда она была в отключке, иначе она давно умерла бы от голода и потери крови. За эти две недели у неё уже несколько раз брали кровь. В самый первый они пробовали сделать это без снотворного, но чуть было не лишились одного из своих, и теперь всегда перестраховывались. Мэллори чувствовала, что если бы она была ещё человеком, то непременно уже умерла бы от передозировки. Впрочем, когда девушка думала подобным образом, она быстро одёргивала себя – будь она человеком, никто не стал бы хватать её на улице и держать в каком-то грязном подвале, в клетке, где даже встать в полный рост было невозможно. Мэл чуть пошевелилась, в который раз оглядывая толстые прутья клетки – даже в волчьем облике ей с ними не справиться, слишком крепкая сталь. Да и не смогла бы она превратиться в волка. Её создатель говорил, что она сможет полностью перекинуться в зверя лишь на первое полнолуние. С этой мыслью Мэл вспомнила про Рассела, и её сознание затопило чувство злобной радости. Если Расс поймёт, кто её похитил, от них и места мокрого не останется. За каждую каплю её крови они заплатят литрами своей. Но вдруг Рассел не найдёт её? Мэл было противно от того, для чего охотникам нужна кровь. Расс рассказывал, что охотники колют себе кровь оборотней, чтобы становиться физически более сильными и выносливыми. С точки зрения Мэллори, это было просто мерзко. Особенно то, что её кровь, возможно, используют, чтобы убить кого-то из тех, кто теперь стал её сородичами. Девушка прислонилась спиной к прутьям клетки, стараясь не обращать внимания на боль в животе, куда ударил её охотник, и кружащуюся от большой кровопотери голову. Из-под полуопущенных ресниц Мэл оглядела подвал, непроизвольно задержавшись на одном из её похитителей. Девушка слышала, как кто-то называл его «Мик» или «Микки». Высокий, темноволосый, загорелый – он непременно привлёк бы её внимание и на улице. Этот мужчина был другим. Что-то в нём было отличное от остальных охотников – что-то мягкое, вроде жалости или сочувствия. Мэл пока ещё не могла толком управлять своим чутьём, поэтому ориентировалась только на свои ощущения. Именно этот человек оттащил от неё своего приятеля. Не вмешайся он – и боль в теле была бы куда сильнее. А вот второй мужчина – похожий на Мика, как две капли воды, вызывал у девушки сильнейшее отвращение. От него исходила жажда крови, её крови. Он любил мучить других, убивать. И будучи в таком незавидном положении, Мэл ни за какие блага не согласилась бы остаться с ним наедине. - Может, ее покормить надо? – внезапно спросил Мик, небрежно кивая в сторону клетки с безмолвной пленницей, - после такой-то кровопотери. Она кони не двинет? Все охотники как по команде уставились на Мэллори. Её дыхание сбилось от такого нежелательного внимания. - Что, понравилась? – без особого интереса хмыкнул его близнец, - слышишь, Штефан, нашу собачку надо покормить. В подвале раздался дружный взрыв хохота. Мэл сжалась, исподлобья ненавидяще глядя на охотников. - Я просто хочу, чтобы она не умерла раньше времени! – чуть более резко, чем следовало, отозвался Мик и, потеряв к разговору интерес, отошел в угол подвала, где курил в одиночестве Роланд. Мэл судорожно вздохнула и обхватила себя руками за плечи – с момента ее обращения прошло не так много времени, около месяца, поэтому некоторые эмоции девушки были еще вполне человеческими. У старых же оборотней палитра эмоций с возрастом тускнела и меркла, оставляя всего одну-две самых необходимых. Пока же Мэл могла наслаждаться всеми своими чувствами, из которых на первый план в данный момент вышел страх. Одновременно с этим ей стало любопытно, чем руководствуется этот Мик. «Неужели, ему меня жалко? – низко опустив голову, неверяще подумала Мэл и сама себе тут же возразила, - он охотник, он ничем не отличается от других». С другой стороны, если этот мужчина окажется милосерднее и жалостливее остальных охотников, ему же хуже. Мэл просто использует его, чтобы сбежать. Волосы Мэллори упали на лицо, но погруженная в свои мысли пленница этого даже не заметила, лишь непроизвольно провела рукой по шее, где болью пульсировал след от дротика со снотворным. Внезапно девушку посетила идея. Она резко вскинула голову, но тут же, опомнившись, снова опустила её, стараясь не привлечь внимания. Украдкой следя за охотниками, Мэл нашарила тот самый дротик, который небрежно валялся в дальнем углу клетки, и подтянула к себе, спрятав в кармане джинсов. *** Мэл легла на каменный пол, лишенный даже самой простой подстилки и, положив руку под голову, притянула колени к животу – голова продолжала кружиться. Кровопотеря и длительное отсутствие мясной пищи, так необходимой для зверя, которым Мэллори была наполовину, делали свое дело – девушка слабела с каждым днем. Ей не хотелось уже драться, кусаться, убегать – только лежать и смотреть в стену перед собой. Мэл уже было всё равно, умрёт она или нет, а если да, то от чего. «Я должна перестать думать о своей смерти, - тоскливо подумала девушка, чутким слухом улавливая перемещения своих мучителей по периметру подвала, - я выберусь отсюда. Рассел меня вытащит…» Мысли о своём создателе успокаивали Мэллори. Расс казался ей всемогущим – он не может не найти её, просто не может на свете быть того, на что он не способен. Мэл лихорадочно искала выход из своего положения, но все больше убеждалась, что если не рассчитывать на помощь других оборотней, вариант остаётся только один – дождаться, пока в подвале останется Мик. Тогда у девушки будет хоть какой-то шанс попытаться сбежать – остальные охотники чересчур умны и осторожны, оборотни в них не вызывают ровным счетом ничего, кроме отвращения. Мик же, несмотря на то, что был, по сути, таким же охотником, показался девушке более… человечным, что ли. Это и было её шансом. Мэл понимала, что времени у нее не так уж много – неизвестно, как скоро эти типы поймают еще кого-то из оборотней, следовательно, надо действовать сейчас. Но как действовать, если остальные похитители тут же пресекут все попытки хоть к какому-то диалогу? «Посплю немного, там видно будет…» - блондинка постаралась устроиться поудобнее и, облизнув потрескавшиеся искусанные губы, начала погружаться в сон, больше похожий на потерю сознания, где-то на грани реальности и фантазии ловя отрывистые реплики охотников, устроившихся на продавленном диване. Носа достиг отвратительный сигаретный дым, отчего Мэл непроизвольно поморщилась, но усталость взяла своё, и девушка затихла, дыша практически бесшумно. Проснулась она от отчетливого хлопка входной двери – возможно, сам звук был негромким, но чуткая Мэл все равно встрепенулась, сонно оглядывая подвал сквозь прутья клетки. Освещение было слегка приглушенным, погружая дальние углы в полумрак, но девушка безошибочно остановилась взглядом на сидящей на диване чуть ссутулившейся мужской фигуре. Глаза Мэллори слегка сощурились, узнавая единственного охотника, который остался ее сторожить – это был один из близнецов, но вот кто? Мэл несколько секунд сидела неподвижно, позволяя глазам привыкнуть к темноте, а потом по ее губам скользнула едва заметная улыбка – на диване сидел Мик, она узнала его куртку, чёрную с красным. У второго брата куртка была синей. «Мне просто чертовски везет», - сама не веря в свою удачу, подумала пленница, осторожно поднимаясь на ноги и потягиваясь, чтобы размять затекшее в неудобной позе тело. Но вот надолго ли ушли остальные? В любом случае, попытаться стоило. Пошатнувшись, Мэллори схватилась рукой за прутья, медленно сползая на пол и краем глаза отмечая, что сидящий на диване парень бросил в ее сторону настороженный взгляд, выдающий в нем бывалого охотника. Мэл замерла на полу, бессильно уронив голову на руки – ей следовало притвориться, что чувствует она себя намного хуже, чем на самом деле. Мик некоторое время буравил взглядом замершую на полу клетки девичью фигурку, пытаясь себя убедить, что состояние девчонки его волновать не должно. Она ведь оборотень, не человек. Она сильнее и выносливее – не умрёт от потери крови. Подумаешь, пару дней не ела. С другой стороны, умереть сейчас ей было нельзя – они ещё не получили из неё столько крови, сколько могли. Если умрёт она, то придётся искать другого оборотня, и вряд ли следующий попадётся так же легко. Помедлив, Мик поднялся на ноги, подходя к клетке, и замер в двух шагах от прутьев. - Эй, - позвал охотник полушёпотом – атмосфера к громкому голосу не располагала. Блондинка приподняла голову. - Пожалуйста, - девушка всхлипнула, - что я вам сделала? Я умираю. - Ты, может, и ничего не сделала, а твои сородичи… - не договорив, Мик отошел от клетки, похоже, потеряв к пленнице интерес. «Дура, ну кто тебя за язык-то тянул?» - мысленно застонала Мэл, но тут шаги раздались в обратном направлении. Что-то тихо упало на пол клетки; к ногам блондинки подкатилась бутылка воды. Это было так невероятно, что девушка вскинула голову, впиваясь глазами в лицо безразлично замершего охотника. Мэллори, не теряя времени, и не дожидаясь, пока мужчина передумает, схватила бутылку. - Ты?.. – начала девушка, и сама плохо представляя, что собирается сказать. - Пей, - коротко бросил Мик, отвернувшись. Девушка, даже не задумываясь о возможном наличии в воде яда или снотворного, сорвала крышку с горлышка, жадно глотая показавшуюся удивительно вкусной жидкость. Конечно, это была не еда, но опустошив бутылку Мэл сразу почувствовала себя немного лучше. - Забирай, - переведя дыхание, она просунула руку с бутылкой сквозь прутья клетки. Молодой охотник присел на корточки и взял бутылку, неосторожно дотронувшись до ладони Мэллори своей. Он мгновенно отдёрнулся; позабытая бутылка откатилась куда-то в угол, а Мик торопливо отошёл к своему дивану.