Гермозатвор

Я дёрнул за ручку и сам немного пошатнулся, не понимая, что происходит. Спустя пару секунд дверная ручка сначала немного проскрипела, издав противный звук, а затем дёрнулась в ответ, но дверь не открылась. — Артём, это ты? — послышался женский голос. Все эти слова будто прошли насквозь. Пропустив весь смысл вопроса, в моей голове закрепились только звуки. Появилось несколько сочетаний голосов, а затем и образ женского голоса, который я слышал чаще всего. Он был очень похож... "Очень похож на мамин", — пронеслась мысль. И на уровне какого-то инстинкта и, возможно, полубредового состояния, я попытался произнести только одно слово. — Ма... Но на полуслове остановился. В воздухе остался лишь звук, как и тот, что витал у меня в голове. — Николай Сергеевич? — переспросил звук. Нет, голос. Но в этот раз он уже не был похож на мамин. Просто напоминал женский и почему-то довольно мягкий и убаюкивающий, будто это бабушка читает тебе колыбельную в детстве, перед тем как ты заснёшь. "Николай Сергеевич? Нет, я не Николай Сергеевич", — переспросил себя я, чтобы удостовериться. То, какие мысли были у меня в голове, и действия, которые их сопровождали, навели меня на странные выводы. Но эти странные мысли закономерно сопровождались и странным поведением. Потому я пару секунд простоял перед дверью, пытаясь вспомнить голоса, которые слышал. Сопоставив со всеми, которые мне приходилось слышать, я наконец-то узнал голос одноклассницы. Голос Лианны. Немного очнувшись и посмотрев на дверь, я заметил замок, который был закрыт. "Странно, я вроде бы не закрывал его. Или закрывал... Ничего не помню". Повернув фиксатор на 90 градусов, я ещё раз дёрнул за ручку. В этот раз дверь легко поддалась, несмотря на то, что замок повторно издал тот противный скрипучий звук. На пороге, в темноте коридора, стояла Лианна. Её глаза будто изучали меня пару секунд, удостоверяясь, кто перед ней стоит. Она смотрела на меня спокойным взглядом, но спустя секунду её выражение лица изменилось на вопросительное. — У тебя всё хорошо? — послышался вопрос. В этот раз я на пару секунд подольше ухватился за саму суть вопроса, но снова он растворился в звуках, которые прозвучали глухо, будто издали, хотя она была, наверное, в двух метрах от меня. Я почувствовал ту самую обманчивую лёгкость в ногах и голове, когда у тебя заканчиваются силы или ты теряешь сознание по каким-либо иным причинам. Однако это чувство было мне мало знакомо, потому что своё сознание я пару лет точно не терял, да и не помню, чтобы в обморок падал. Передо мной немного помутнело, но стоило мне только моргнуть, как эта плёнка пропала. Растворилась, как и мои мысли. А вместо неё осталось только слегка тусклое изображение. Ещё более тусклое, чем когда ты вглядываешься в темноту, чтобы разглядеть что-то. Хотя свет из моей комнаты и так горел слабо, почти не доходя досюда, всё было куда темнее обычного. Что меня только что спросили, я уже забыл. "Вроде бы вопрос был про имя... Или нет, не так. Всё ли хорошо", — вот о чём меня спросили. — Вроде... — ответил я, немного покачнувшись. — Ты как-то странно выглядишь, — подметила она, ещё раз осматривая меня. Но тут же поменяла тон к, видимо, основной теме: — Можно я войду? Я по поводу той новости. — Можно, — задумчиво пробормотал я, приоткрывая дверь. Уже поворачиваясь в сторону комнаты, возник вопрос: "Какой новости?". В глазах ещё раз немного помутнело, и я услышал звук закрывшейся двери. — Тебе плохо? — спросила Лианна. Она было хотела взять меня за плечо, но передумала. Да и я бы не дал этого сделать. Так она и осталась стоять в незавершённой позе, смотря на то, как я отреагирую. Я сжал зубы, отчего прямо в голове послышался скрежет. Но на какое-то время это вернуло меня в более сознательное состояние, благодаря чему у меня получилось сделать пару шагов к двери и закрыть её. В этот раз замок решил пощадить меня и не издал никаких противных звуков. "Надо будет смазать или сделать что-то ещё". — Артём, — с большим рвением произнесла Лианна. — Что? — спросил я. — Тебе плохо? — повторно спросила она. В этот раз выделив оба слова, она снова попыталась разглядеть ответ на моём лице, но, видимо, не получила его, встав в позу ожидания. Почему-то именно в этот момент мне хотелось твёрдо сказать "нет". Даже если бы мне было плохо как никогда. Но куда больше хотелось, чтобы стало лучше и никто не видел меня таким. Это вроде пошло ещё с детства, когда мне бывало плохо. Я не признавался в этом, пытался как-то дождаться момента, когда мне станет лучше и не нужно будет говорить, что стало плохо. Ведь отчасти мне становилось неловко при попытке сказать об этом, особенно чужим. Я вдохнул полной грудью, чтобы развеять это помутнение, и, чтобы не нужно было показывать себя слабым. Но показать себя слабым в этот раз пришлось. Я не почувствовал, как начал падать, и, покачнувшись на ногах, начал наклоняться назад. Падая на тумбочку, я ощутил небольшое прикосновение рук в районе подмышек. Но всё же яблочный пирог вкусный. Мне всегда нравилось, когда в субботу, приходя после школы, в духовке я обнаруживал его. Потому что перед каждой субботой просил маму, чтобы в добавок ко всей еде шёл яблочный пирог. Это был мой мини-праздник, после очередной учебной недели. Да и мне всегда нравилась суббота, не смотря на то, что тогда приходилось учиться. Уроки были довольно лёгкие, домашнего задания на них обычно не задавали, и можно было со спокойной душой перетерпеть утренние часы, чтобы прийти домой и отдохнуть. Правда, странно было то, что пирог был вкуснее всего зимой, когда возвращался с красными щёками и кистями рук, потому что не хотелось надевать перчатки. Открывая глаза, вокруг всё было размыто. Получилось только нащупать руками постель, это я понял уже по давно знакомому покрывалу, на моей кровати. Мягкое и слегка шероховатое. Закинув правую руку за голову, у меня получилось найти выключатель от лампы, стоявшей на столе. Половину комнаты залило тёплым светом, благодаря чему, моё зрение стабилизировалось и я мог видеть комнату.  Первая мысль, когда я открыл глаза, была о том, что я что-то забыл. Вот только что - никак не приходило на ум. Зато приходил отголосок забытого аромата яблочного пирога.  Было странно просыпаться вот так, в темноте, обычно всегда автоматически включался свет, когда наступало "утро" по часам в бункере. Я на память потянулся за проводом и, еле как его нащупав зажал пластиковый выступ. Нижняя часть комнаты вновь окрасилась в тёплый жёлтый оттенок, пытаясь прогнать тени как можно выше, к потолку. Рассматривая эти тени вместе с комнатой, я попытался вспомнить, как здесь оказался, но все попытки были тщетны.  Спустя несколько секунд, после того, как я включил свет, послышался шорох и шаги из другой комнаты. А вместе с ними появилась  и Лианна, которая уже открыла дверь, прижав её к стенке напротив. Она встала в дверном проёме, прищурив глаза так, как будто она только что дремала, а я её разбудил. Может, так и было. - Ты как? - произнесла она, будто я в сотый раз оказывался в подобной ситуации. Не знаю, почему так подумал, но в первые же секунды создалось такое впечатление. - Николай Сергеевич ещё не приходил, - сказала Лианна, не дождавшись моего ответа. - Я позвала медика, чтобы он помог, когда ты упал. Он "настоятельно попросил", чтобы ты сходил к нему, когда тебе станет легче, а ещё принял таблетку на столе. Это "настоятельно попросил", она выделила так, словно пыталась повторить интонацию.  После чего, она махнула головой, в сторону таблетки, которая и вправду лежала с салфеткой на столе. Зелёная круглая и ровная. Подобную таблетку мне ещё ни разу не приходилось видеть, обычно это были белые. Наверное, нужно будет уточнить, почему доктор решил поменять таблетки. Медленно привстав с кровати, я дотянулся до салфетки с таблеткой и сжал в руке. Вернувшись в обратное положение, моя рука разжалась, после чего таблетка слегка покрошилась. Идти самому за водой ни капли не хотелось, как и просить Лианну, чтобы она сходила за ней.  "Сам справлюсь", - подумал я, набрав в рот немного слюни и закинул таблетку. Белый цилиндр противно пролазил в горло. Без воды всё же получилось не очень. Всегда было противно, когда таблетки подобным образом проталкивались, а не сразу падали мне в желудок, однако мою лень было не перебороть, потому и подобное превратилось, скорее, в привычку.  Расправившись с эффектом последствий подобного принятия медикаментов, я снова обратил свой взор на человека а моей комнате. Она точно так же стояла и смотрела на меня, что было весьма странно, а через пару секунд уже превратилось в неловкую паузу и взгляд. Но почему-то никто из нас так и не нарушил её, потому жребий выпал двери в мою комнату. Она немного проскрипела под давлением, нарушив тишину и Лианна несколько раз моргнула.  - Ты скоро спать? - спросила она, и перевела взгляд в сторону лампы. - Не знаю, а что? - Просто, ну, вдруг ты ещё раз свалишься. Так что лучше не вставай, - пояснив, свой вопрос, Лианна немного надавила на дверную ручку. - Да я вроде и не собирался, как видишь. Даже лень было за водой идти. - А... Вода же... - шёпотом спохватилась она, но поняв, что опоздала, снова остановилась около дверного прохода. Спустя некоторое время последовал ещё один вопрос. - А Николай Сергеевич скоро придёт? Я по поводу той ситуации спросить хотела. - Тогда жди что-то типо мини-допроса и инструктажа. Он что-то такое точно устроит, как никак ты первый кандидат на нового агитатора. - Агитатора? - не понимая спросила Лианна. - Ну, чтобы подготовить людей там, чтобы паники потом не было, все дела. - А, поняла. - У тебя как с даром красноречия? Прекрасно? - Не знаю, но раньше любила стихи читать. - Значит подойдёт, - заключил я и лёг на бок, устремив свой взор на дверцу тумбочки.