няня-оппа

      Наконец настал тот самый день, когда карман старой осенней куртки потяжелеет на несколько тысяч вон. Скорее даже не буквально, но на душе станет чуточку легче, хотя ждать придется до вечера и в этот раз Бомгю не удастся сбежать (он и сам себе этого не позволит, иначе не простит).       Однако до этого момента еще полдня, а вместо зарплаты карман жжет груз ответственности за покупку продуктов. Кто же знал, что с утра пораньше Ёнджун с таким серьезным видом повесит на него это дело? Этот манипулятор заговорщически намекнул, что постарается прийти пораньше и, чтобы не тратить время, не будет заезжать за продуктами (хотя парню терять нечего, он мог бы и подождать, но возражать не стал, денег хочется до жути и как можно раньше).       В общем, бедный нянь решил сходить в магазин после обеденной прогулки. В этот раз малышка созванивалась с Суён, а может они и раньше это делали, только он не замечал. За всем не уследишь, оно и не удивительно.       – Суён, давай вы будете искать духов в пределах нашего поля зрения, солнышко моё! – Голос Госпожи Пак звучал заботливо, хотя легкая нотка строгости в нем определённо присутствовала. Обе девочки похихикали, а младшая показала большой палец, на самом деле даже не собираясь слушать маму своей подруги. Йерим, может, и умная девочка, но она всего лишь ребенок. Естественно ей не хочется слушаться каких-то там взрослых, если это не папа или няня-оппа (хотя тут тоже спорно). – Так что ты говорил, Боми?       – В общем, Господин Чхве дал мне список покупок, но я не уверен, что смогу выбрать нужные продукты. Домой все необходимое в основном покупал хен или присылала мама, так что я правда не знаю, – парень шуршал оберткой чупа-чупса и думал о своем. Зная малышку Йери, за ней нужен глаз да глаз, тем более, что он всё-таки Ёнджуна побаивается (совсем немножко).       – Давай тогда сходим вместе, нам с Суён всё равно надо прикупить кое-что домой, – с улыбкой женщина вздохнула, слегка посмеиваясь в кулак с забавного паренька, – у тебя есть еще один? Сотню лет не покупала чупа-чупсы.       – Да, конечно, – порывшись в кармане, парень нашел еще три леденца, – есть два со вкусом юдзу и один с колой.       – С юдзу? Давай, как раз попробую что-то новенькое, – с улыбкой Госпожа Пак вернулась к наблюдению за детьми, – со времен школы не ела леденцы. Давно это было, а радостно как в первый раз.       Стоило Бомгю отвлечься на секунду, как раздался грохот и громкий плач. Подорвавшись с лавочки, парень помог малышке встать, отряхивая её пыльную бежевую курточку.       – Йери, малышка, что случилось? Ты упала? – Обеспокоенный нянь сидел на корточках перед ребенком, разглядывал пораненные ладошки под шумные всхлипы девочки. Подхватив на руки, он отнес ее на лавочку и ласково вытер слезы с детских пухлых щек. – Ну как так вышло? Я же отвернулся на пару секунд.       Женщина предложила влажные салфетки взволнованному парню. Снисходительная улыбка на лице Госпожи Пак выдавала её умиление, когда Бомгю ласково и осторожно стирал с маленьких ладошек грязь, при этом внимательно слушая ребенка. Он выглядел так, словно в ту же секунду встанет и пойдет бить землю за то, что она периодически делает больно Йери.       – Я, – более-менее успокоившись, девочка забормотала дрожащим голосом, пока подруга держала ее за здоровую руку, – я бежала, а там… Не знаю… Дурацкий камень…       Чтобы не пришлось лишний раз бегать в магазин, Госпожа Пак также одолжила растерянному няню свою маленькую аптечку. С такими детьми она всегда должна быть под рукой, иначе больше мучиться придется.       – Спасибо, я верну в следующий раз, – благополучно обработав рану, парень заклеил ее пластырем и смущенно взглянул на добродушную женщину, – я как-то не подумал, что мне пригодится аптечка.       – Да не волнуйся, с кем не бывает? – Еле заметные морщинки тронули уголки глаз, когда женщина широко улыбнулась. – Ты молодец, быстро соображаешь, что нужно делать. В юности, когда у моей старшей сестры только появилась дочка и меня оставили присматривать за ней, я думала, что умру, – посмеиваясь в кулак от воспоминаний о былых днях, Госпожа взглянула на Бомгю, – я была в такой растерянности, когда она упала с велосипеда. Я совершенно не знала, что делать и носилась вокруг нее в панике, как перепуганная курица!       – Да ладно? Да ну, я не верю вам! Ни за что не поверю!       – Но это так, – женщина пожала плечами, с улыбкой предложила начать собираться и отчаливать в магазин. На самом деле, ей в удовольствие вот так беззаботно болтать с милым заботливым пареньком.       Со стороны Бомгю производит впечатление необщительного робкого человека, абсолютно закрытого и некоммуникабельного. В их первое знакомство ей даже стало интересно, как такой парень может приглядывать за ребенком, он же сам еще подросток. Однако, говорят, что первое впечатление обманчиво, а в случае с ним это правило сработало как никогда четко. Жутко милый, заботливый и во всех смыслах лучезарный молодой нянь – мечта любой семьи с детьми-сорванцами. И где только Ёнджун нашел такое золото? Госпоже Пак определенно стоит поинтересоваться, ну или предложить Бомгю за двойную оплату посидеть сразу с двумя девочками.       Уже в магазине бедный нянь разворачивает список покупок и жалеет, что не сделал это раньше. Листок оказывается жутко длинным, исписанный с двух сторон, как если бы у него была машина для такой кучи продуктов. Если честно, Бомгю стало страшно, а Госпоже Пак даже жалко бедолагу. Она решила взять всё в свои руки, пока парень не словил экзистенциальный кризис прямо в магазине.       – Так, бери тележку, а я продумаю маршрут, – женщина убрала волосы за ухо и принялась изучать список продуктов, держа Суён за руку. Ей и правда немного смешно с того, как этот парень смотрит на нее. Выглядит как щеночек, лепечет преждевременные благодарности и много кланяется, он явно видит в ней своё спасение. Бомгю быстро вернулся с тележкой, в которой уже сидела Йери, – первым будет отдел с химией и бытовыми средствами, а потом уже к еде пойдем. Суни, держись рядом и будь в поле зрения.       – С вами я пойду куда угодно, Госпожа Пак, – парень готов был разрыдаться от радости, самостоятельно он вряд ли справился бы, а нагоняй от хенов получить не хотелось.       В ответ на это женщина расхохоталась и бросила краткое: «ловлю на слове, Бомгю». Уже в первом отделе она дала четко понять, чтобы парень не вмешивался и следил за девочками, но запоминал марки на случай, если еще раз нужно будет что-то купить.       – К слову, раз уж прогулка затянулась, – не отвлекаясь от выбора, Госпожа завела стороннюю тему, – ты постоянно сидишь с Йери, у тебя вечерняя учеба или заочная форма?       – Ммм… Ни то и не другое. Я взял академический отпуск на год, – внутри кольнуло чувство стыда за откровенное признание. По крайней мере, молодой нянь ощущал неловкость из-за этого, – сомневаюсь, что вернусь к учебе.       – Погоди, а на кого ты учился?       – На журналиста.       – Серьезно? И ты взял академический отпуск? Разве там не должно быть интересно? – Ее тон не звучал осуждающе, скорее заинтересованно.       – Там и правда было интересно, даже весело. У меня были личные причины, да и я перегорел к этой профессии, – глядя на то, как девочки развлекаются игрой в «тюремное заключение», парню стало немного смешно. Суён драматично держалась за решетку тележки, бормоча, что будет ждать свою подругу сколько угодно и никогда не забудет, а крошка Йерим (не менее драматично) обещала вернуться из Азкабана как можно скорее, накрыв ее ладошку в ответ. – В общем, мне стало скучно учиться.       – Почему-то мне кажется, что дело далеко не в том, что тебе стало скучно, – проверяя состав соуса, женщина хмыкнула и печально улыбнулась, – я не стану настаивать на том, чтобы ты рассказал подробности, Бомгю.       – И я безумно благодарен вам за это, – даже с каким-то облегчением выдохнул парень.       С улыбкой непривычно тихая Йери показала пальцем на батончики, лежащие на пару стеллажей выше, чем она могла дотянуться. Оказывается, ей не хотелось перебивать разговор старших, так что и попроситься вылезти она не могла, а Суён вежливо и застенчиво убрала руки за спину. Она надеялась, что ее подругу выпустят из заточения раньше, чем через двенадцать лет.       Естественно няня-оппа поддался безмолвным просьбам и дал подружкам свободу (с разрешения мамы Пак, конечно). И не забыл прихватить те самые шоколадки, их он и сам оплатить может, потому что хочется.       – Так, а вы кем работаете? – Глядя в след крадущимся девочкам, продолжил разговор молодой нянь. Дети сейчас в своем мире, а тут главное, чтобы его границы были в пределах досягаемости.       – По образованию – психолог, а по факту на данный момент работаю домохозяйкой и мамой замечательной девочки.       Разговор и вправду был довольно продуктивным, Бомгю узнал много нового об этой прекрасной добродушной женщине. Даже если между ними разница аж в девятнадцать лет, никто не чувствовал себя неловко, скорее даже комфортно. Может, причина крылась в мягком характере Госпожи Пак, а может и в ее образовании (а она читала его как открытую книгу и даже не скрывала этого). Всё-таки, она действующий консультант в сфере психологии и в принципе врач (он, если честно, не силен в этом).       – Няня-оппа, дай телефон! Пожалуйста, оппа! – Вроде бы они уже приближаются к концу списка, а девочки только разыгрались.       – Няня-оппа, ну пожалуйста! Клянусь своим коренным зубом, что телефон будет цел, – даже Суён присоединилась к уговорам. Бомгю не мог противостоять слишком долго, это был не равный бой… Его атаковали с двух сторон, сковали маленькими ладошками за края осенней куртки.       – Ладно, но зубы держите при себе. Особенно коренные, они вам обеим еще пригодятся, – он пал жертвой двух детей и отдал им свой телефон, совершенно поверженный умилительной настойчивостью. С радостными победными воплями они унеслись фоткаться, но крепко держали гаджет.       – Меня удивляет, насколько ты хорошо понимаешь Йерим, да еще и всецело доверяешь ей, – складывая в тележку упаковку риса, Госпожа Пак с улыбкой обернулась к младшему.       – Не знаю, просто оно как-то само получилось, я тоже удивлен не меньше вашего, – когда они направились на кассу, к Бомгю внезапно снизошло озарение. Окинув взглядом тележку, полную продуктов, он не мог прийти к осознанию, что всё это ему придется тащить в одиночку, еще и следить за малышкой. Как всё совместить, он еще не придумал, но уже на пути к этому.       На самом деле, парнишка молился за сохранность своего телефона, но не сильно. Всё-таки, если что-то случится с детьми, то по шее получит он, да и не только от Ёнджуна, так еще и от брата, Госпожи Пак и себя. А это уже страшно. Тем не менее, беспокоиться было не о чем, девочки и сами были целы, и телефон вернули в идеальном состоянии. Так еще и громко благодарили его за батончики.       – Я бы с радостью тебе помогла добраться до дома, но нам немного не по пути.       – Огромное вам спасибо, вы и так сделали для меня очень много! В следующий раз я куплю кофе для вас, хотя бы так отблагодарю, если вы не против! – Уже на выходе из магазина парень низко поклонился ей.       – Да ладно, только возьми для меня самое лучшее и с кокосовым сиропом, – со смехом женщина похлопала Бомгю по плечу, когда он выпрямился. Мама Пак заглянула ему в глаза с понимающей улыбкой, – ты милый парень и хороший нянь, Бомгю. Я рада, что мы с тобой поладили, так что, если захочешь поговорить или высказаться – заглядывай в гости.       От такого прощания молодой нянь даже опешил. Загадочно ухмыльнувшись, женщина оставила его с ребенком и тремя огромными пакетами продуктов, а еще с багажом мыслей. Как-то и об учебе поговорили, и о работе, и о рандомных вещах в психологии и сфере медиа. Удивительно приятная беседа стала бы отличным началом вечера, вот только стоило Бомгю с малышкой пройти всего один дом, как ни с того ни с сего хлынул дождь.       – Да что ж такое, – когда что-то идет не по плану, парень ворчит ровно так же, как и старший брат, – Йери, видишь впереди кафе? Беги туда, я догоню.       – Дай пакет, я помогу, – малышка Йери даже попыталась поднять самый тяжелый, но сдвинула его на пару миллиметров. Присев на корточки, оппа натянул ей на голову капюшон с ушками и весело улыбнулся.       – Беги в кафе, пока злые феи не добрались туда первыми. Если успеешь на базу раньше меня, тебя ждет награда и шанс защитить планету!       – Мы там разработаем план? – С серьезным прищуром отцовских карих глаз, малышка приняла правила игры.       – Естественно.       Уже в кофейне парень отряхнулся, занял столик у окна и повесил куртки на стойку для вещей. Внутри оказалось очень мило: белые и светло голубые нежные тона в сочетании создавали атмосферу уюта и бесконечного спокойствия, а сам интерьер во многом был посвящен белым кроликам. Малышка качала ножками, с любопытством изучая картинки в меню, у нее сегодня уйма приключений.       – Уже выбрала что-нибудь? Я куплю тебе любой десерт, но только один, – пока оппа приводил себя в порядок, лежащий на столе телефон шумной вибрацией оповещал о новых сообщениях. Ему даже заглядывать не нужно, чтобы догадаться, кто ему пишет в такое время. Тут два варианта: либо это старший брат предсказуемо скучает на работе, либо молодой отец, что было бы не удивительно.       – Любой? – Задумчивый взгляд Йерим бегал по меню. Выбор и правда был сложным, слишком много всяких вкусных картинок. Так и не определившись, малышка сползла с высокого мягкого диванчика и поспешила к витрине с десертами. На глаза тут же попал милый маленький торт с мультяшным кроликом в праздничном колпаке и надписью «Happy birthday!». Широкая хитрая улыбка озарила детское лицо, – оппа, обещаешь купить любое сладкое, какое захочу?       – Обещаю, конечно, – опрометчиво согласился Бомгю, изучая ассортимент напитков. К его удивлению, ни один работник кофейни их не потревожил.       – Тогда давай закрепим договор.       Протянутая ладошка для рукопожатия застала бедного няня врасплох. Он, конечно, знал, что Ёнджун учил малышку жизненно необходимым вещам, но чтоб с малых лет приучать ребенка к честным сделкам – это, конечно, сильно. Бомгю, вот, такому не учили, а сам он не на столько сообразительный, чтобы прочитать «мелкий шрифт» и «условия» их договора, так что парень незамедлительно пожал ее руку.       – Тогда хочу вот этот торт, только большой!       Стоило дьявольской улыбки озарить детское лицо, как растерянный нянь в полной мере осознал свою ошибку. И как в таком милом ребенке может быть столько хитрости и сообразительности? Кажется, ему стоит быть куда более внимательным, заключая сделки с Йери.       – Добрый день, уже готовы сделать заказ? – Девушка за кассой выглядела растерянной, словно впервые кто-то зашел в это уютное место. Видимо новенькая, он по опыту знает.       – Дайте, пожалуйста, два бабл ти: один «голубой кролик», а второй - классический, – парень посчитал купюры в кошельке и еще раз сверился с ценой в меню, – а еще можно этот торт, только большой? Сколько он будет стоить?       К разочарованию Бомгю, кошелек опустел слишком быстро. Конечно, его успокаивала мысль о скорой зарплате, даже если она будет не большой, этого всё равно достаточно. По его просьбе от целого торта отрезали кусочек, чтобы малышка Йери перекусила сейчас, а остальное завернули с собой. Вот так и закончилась поучительная история о том, что хитрым детям доверять нельзя, а ещё стоит читать условия договора до того, как ставить ниже свою «подпись».       – Няня-оппа, смотри сюда!! – Сумев привлечь внимание оппы, девочка сделала несколько фотографий и даже подсела к нему рядом, чтобы сделать селфи. Ужасно дурашливые позы и смазанные снимки, в том числе и те, что девочки сделали в магазине тут же отправились в личные сообщения с папой малышки.       Няня-оппа не сильно торопился забирать свой телефон, в прошлый раз он убрал из него всё личное и (опасно) непристойное, так что теперь он был, считай, полностью пригоден и для ребенка. Если честно, Бомгю никогда не был материалистом и в этом есть уйма плюсов, кроме тех моментов, когда он был ужасно неаккуратен (за что, предсказуемо, получал по шее от окружающих).       Ребёнок: Папапапапапаппапапаово       Ребёнок: А мы с опой в кфе седим!       Ребёнок: Опа купил мне тррртик              Папака с файлами: Какой милый       Папака с файлами: Ты сказала оппе спасибо?       Ребёнок: Дааа              На самом деле, за несколько недель Ёнджун переименовывал контакт Бомгю раз шесть, не меньше. Вариантов было много, но «ребёнок» звучит куда более лаконично и точно (хотя «очаровательный» легло бы очень гармонично, если бы, конечно, он мог позволить себе это).       Среди целой сотни фотографий молодой отец выбрал несколько действительно четких: на одной две подружки дурачились у стеллажей с длинными шоколадками Тоблерон, которые использовали как длинные зубы (было похоже на саблезубого тигра); на другой они позировали на фоне больших пакетов с продуктами рядом с кассой, где парень оплачивал покупки, а Госпожа что-то ему говорила. Было еще много интересных фотографий, но привлекла его внимание одна единственная – милое селфи его счастливой Вишенки и улыбчивого парня. С легкой расслабленной усмешкой Ёнджун даже не заметил, как поставил ее на заставку главного экрана.       – Милая фотка, дочка твоя? А это кто? – Вездесущий сонбэ заглянул ему в телефон. Не специально (определенно без какого либо умысла), ему просто нужна была новая порция кофеина, а Ёнджун завис около кофе машины так не кстати.       – Тонсен Субина. Он присматривает за Йерим, пока я на работе.       – Ого, младший? Не слышал, что у него есть брат, – Тэхен задумчиво хмыкнул и пожал плечам, сделав для себя какие-то выводы. По крайней мере, Ёнджуну казалось, что он сказал достаточно, чтобы удовлетворить интерес старшего коллеги. – Ладно, иди уже куда-нибудь, мне нужно кофе.       Прихватив свой стаканчик, молодой папаша отчалил в «тихую гавань», надеясь остаться там в относительном одиночестве, пока его друг не вернется из бухгалтерского отдела. На сегодня большая часть работы была закончена, так что практически любой сотрудник мог позволить себе перевести дух в зоне отдыха. Самое страшное, можно сказать, начнется завтра. Для всех первое декабря – день Х.       – Я думал они меня с потрохами съедят, – с шумным вздохом Субин взял стаканчик старшего и сделал пару глотков. Переведя дыхание, парень щелкнул пальцами, направив указательный в его сторону. – Я попросил Чимин-хена прикрыть нас перед боссом или уговорить отпустить пораньше. Он ломался, глаза закатывал, но согласился.       – Что ты ему предложил? – Всем известно, за любую услугу надо платить.       – В том-то и дело, что ничего. Он сегодня добрый.       – Значит ты ему пригодишься позже, – хмыкнул мужчина, отнимая у друга стаканчик с кофе. Он бросил взгляд на телефон, оповещающий о новых сообщениях. На экране высветилось краткое «Ребёнок», а Ёнджун невесомо мягко улыбнулся. Почему-то он даже был уверен, что младший скинул какой-нибудь забавный мем, а не новые приколы его дочки.       Субин эти перемены заметил также четко, как и новую заставку на его телефоне, не первый же год дружат, верно? Тем не менее, для него всё это выглядит даже как-то некомфортно, но поспешных выводов он делать не стал, лишь хмуро наблюдал за непривычно улыбчивым другом.       Впереди их ждет адский месяц, и, что-то ему подсказывает, он не обойдется одним только завалом на работе.

      __________________________________

      Как и планировал, Ёнджун вернулся домой раньше (еще никогда он не был так благодарен Паку). Он громко хлопнул дверью, от чего-то торопливо стянул пальто, небрежно скидывая его на первый попавшийся крючок. Вылетевшая из-за поворота Вишенка застала отца врасплох и сбила его с ног до того, как он успел стянуть первый ботинок.       – Я выиграла дело! Папа! Я выиграла целый торт! Огромный! Представляешь? – Девочка радостно обнимала отца, слегка перекрывая бедняге кислород.       – Ой! Ой! Малышка, Вишенка моя, ты меня задушишь, – как только девочка ослабила хватку, до него внезапно дошел смысл ее слов, – торт? В смысле?       – Ваша дочь – истинный адвокат. Я не поставил конкретные условия, а она воспользовалась этим, – стоя в дверях, парень дулся и складывал руки на груди. Его волосы снова были заплетены в косички, но, кажется, Бомгю совсем забыл об этом, как и о двух заколках с бабочками на висках.       – Что? – Даже младший удивился, такой не свойственной Ёнджуну растерянности, – Чхве Йерим, радость моя, ты серьезно заключила выгодную сделку, воспользовавшись неосмотрительностью и лазейками в договоре?       – Ага, – малышка гордо подняла нос, словно поняла всё, что сказал ее папочка.       – Ты молодец, но в отношении близких людей стоит быть более честной. Я всё равно горжусь тобой, моя хитрюля.       Тихо посмеиваясь, Бомгю поправил пальто на крючке и ушел на кухню. Слишком теплая семейная атмосфера для него. Вообще-то, это несправедливо - в его сторону ни капли жалости, хотя он (именно он!) стал жертвой обмана! Нет, Бомгю совсем не против покупать для нее любые десерты, какие ей захочется (конечно, в пределах его кошелька). Просто как-то обидно, что его даже элементарно не пожалели. Единственное, что остается, так это уйти собираться.       – Бомгю! Ты же никуда не торопишься, да? – Мужчина оперся о стену плечом, держа в другой руке малышку поперек живота. Йери висела и хихикала, пытаясь даже раскачаться на нем, как на качелях. Ребенку весело, а папочке –не трудно. К удивлению молодого няня, Ёнджун выглядел таким спокойным, словно ничего не происходит.       Бомгю хотел было что-то сказать, даже слегка нахмурился, рот открыл, указывая на его руку. Однако сосредоточенный взгляд и приподнятые брови старшего заставили бросить попытки хоть что-то спросить (да и спрашивать было не о чем).       – Нет, я планировал сразу пойти домой, а что?       – Останься, выпьем чаю, – это прозвучало скорее как утверждение, – разогрей чайник, я скоро вернусь. И не смей убегать, зарплату отдам после перекуса.       Вообще-то Бомгю хотел возмутиться, но не успел. Ёнджун слишком быстро покинул кухню и скрылся за дверью детской комнаты с веселой девочкой на руках. Да что ж это такое? Его даже смутило не столько приглашение на чай, сколько внезапное условие. Это манипуляция! Не справедливо!       Может он и ворчал, но все равно включил электрический чайник и принялся ждать, сидя за столом и подпирая голову ладонью. Ну как так можно? Может Ёнджун и крутой хен, но сегодня он ведет себя особенно странно и нагло! Бомгю – не прислуга. Он – честный и серьезный нянь, а им крутят-вертят, как хотят! Еще и делают это с помощью денег, а зарплата – святое, вообще-то!       – Тц, что брат, что начальник, – хмуро заворчал парень и пальцами стал крутить высокий стеклянный стакан с водой.       – Надеюсь, ты имел ввиду что-то хорошее, – с улыбкой хмыкнул Ёнджун, тихо и неожиданно оказавшись на кухне. Бедный нянь аж подпрыгнул на месте с испугу.       – Хен, нельзя же так пугать! Я чуть в штаны не наложил!       – Чай или кофе? – С тихим смехом Ёнджун достал две кружки, глянул на новую банку кофе. Другая марка. Дорогая, но хорошая. Сразу видно, чьих рук дело.       – Кофе, конечно! Я жутко устал, мне нужно взбодриться, – чуть помедлив, Бомгю добавил, – со сливками, если можно.       В тишине квартиры шуршал кипяток, песочным звуком ссыпались на дно кружки легкие гранулы растворимого кофе. Украдкой парень наблюдал за крепкой спиной Ёнджуна, подмечая, как спокойно и четко он двигается. Настолько серьёзный мужчина, что не делает ни одного лишнего действия. Наблюдать за ним – одно удовольствие, можно узнать столько интересного. Например… Например… Бомгю еще не придумал, но обязательно придумает и узнает что-то интересное. Честное слово!       – Я бы предложил кофе по-ирландски, но тебе еще домой идти, – стоя в пол-оборота, старший расслаблено улыбнулся, – а вот мне – можно.       – Хен, вы тот еще засранец.       – Прекрати выкать, мелкий, – с тихим стуком кружка и стеклянный молочник со сливками оказались на столе прямо перед парнем, – я уже говорил, что не намного старше твоего брата. Статус отца еще не делает меня стариком.       – Но вы же мой начальник!       – Это еще не делает меня страшным боссом, – опираясь спиной о столешницу, Ёнджун сделал глоток кофе, глядя Бомгю прямо в глаза. Этот ребенок еще и надулся, чем вызвал у него расслабленный смешок, – мне казалось, что в тот раз нам удалось расставить все точки над «И». Только не говори мне, что ты побаиваешься моего гнева или типа того.       – Не то, чтобы побаиваюсь, просто…       – Забей и расслабься. Я в жизни и мухи не обидел, – от чего-то общаться с младшим даже легче, чем ему казалось (или это виски в кофе посодействовал?), – так что там с мангой? Ты нашел двенадцатый том?       Если честно, Бомгю как-то растерялся. Он даже забыл, что пару дней назад писал в чате о новой манге, которую нашел совсем недавно. Ему казалось, что старшему не особо интересно, потому что в общем чате в основном отвечал только Субин.       – Нет, я хотел на выходных сходить в магазин на центральной улице, – он почти подавился кофе и растерянно захлопал глазами, – погоди, так ты читал переписку? Почему тогда ничего не ответил?       – Увлекся немного, манга была интересной, а через пару часов решил, что отвечать уже поздно, – старший пожал плечами, а потом и глоток сделать не успел, заметив косой взгляд, – что? Думал, я мангой не интересуюсь? Нет, ты, конечно, частично прав. Обычно у меня нет времени на это, но ты выглядел взволнованным, и мне стало любопытно.       – Тебе понравилась манга? – Из чистого любопытства поинтересовался младший, скептично глядя на него, на что получил утвердительный кивок, – тогда кину тебе еще несколько с похожими жанрами.       Минута за минутой и мирная тихая беседа стала еще более расслабленной, а время ощущалось совершенно по-другому. Может младший и хотел уйти пораньше, но уже минул целый час бессмысленной болтовни абсолютно обо всём на свете.       Как ведается, разговоры после захода солнца приобретают особый шарм, любые темы плавно перетекают в более интимный план. Кружка за кружкой, слово за словом, у Ёнджуна щеки слегка розовые от небольшого градуса, а у Бомгю – от обилия вопросов в сторону его жизни, увлечений, интересов. Столько внимания, он даже не готов.       – Да ладно, ни за что не поверю, что ты бросил универ только потому что перегорел, – внимательный взгляд Ёнджуна словно заглядывал в глубокую бездну его души.       – Конечно было кое-что еще, но это не так важно, – Бомгю совершенно точно не лгал, просто не договаривал и менял приоритеты. Говорить об этом не хотелось, – а ты-то почему универ бросил? Мне тоже интересно, ты о себе не так много говоришь.       – А тебе Бин не рассказывал? Серьезно? – Старший был удивлен, а Гю скептично хмыкнул (будто раньше ему было интересно, как там живут коллеги его брата). – Ну, ты и так знаешь, что у меня была семья. Ты же понимаешь, что из воздуха она не появляется, да?       Кто же знал, что разговор зайдет не в самое позитивное русло. В прошлый раз он был скуп на подробности, но сейчас молодой отец не против поделиться короткой печальной историей. Хотя и не сильно хочет.       – Я был на втором курсе, когда познакомился со своей бывшей женой. Соён тогда была потрясающей балериной, как сейчас помню ее выступление! Её движения были такими плавными, красивыми, она словно пёрышко на ветру летала по сцене, – Ёнджун сел напротив и мечтательно вздохнул, подпирая голову кулаком и что-то очерчивая пальцами в воздухе, – я не мог не влюбиться в эту потрясающую девушку. Не знаю, чем я привлек ее внимание, но искра между нами сожгла бы целую деревню. Всё было идеально, даже родственники были довольны. Но любая сказка имеет свой печальный конец…       – Вы расстались?       – Нет, конечно. Просто через год Соён узнала о беременности и это стало началом конца. Естественно, родители были против аборта, а мы вдвоем были элементарно не готовы ко всему этому! – Старший взял небольшую паузу, пытаясь собраться с мыслями. – Получилось - как получилось, так что я взял всю ответственность на себя. Наши семьи не особо богатые, так что у нас не было той самой свадьбы, о которой она так мечтала, а впереди нам «солнце не светило». Учиться, работать, содержать семью – очень выматывает. Так что пришлось бросить университет и любые надежды на большое будущее, о чем бы мы там не мечтали.       Бомгю стушевался, снова ему неловко за свои вопросы. Старший теперь выглядит ужасно грустным, а его история отдается в животе ощущением, словно все органы сжались в один комок. Вечер не был испорчен, никто неиспытывал дискомфорта (кроме Бомгю). Вот только у младшего возникло больше вопросов, но вот где найти ответы? Спросить напрямую – грубо и, вообще-то, лезть в чужое дело некрасиво. А другого шанса может и не представиться. Однако истории не суждено получить свой конец, повисшее молчание разрушил тихий скрип двери.       – Няня-оппа? – Сонно пошатываясь и обнимая плюшевого динозавра, малышка вышла из детской. – Дай водички, пожалуйста.       Пока оппа искал нужный стакан, Йерим забралась на его нагретое местечко и терпеливо ждала. Если честно, Ёнджун не мог понять, почему его собственная дочь не попросит об этом его, отца. Казалось, будто она использует возможность провести время с Бомгю по максимуму.       – Кстати, тебе идут косички, – сидя в пол-оборота к парню, Ёнджун смерил его насмешливым взглядом. Бомгю стремительно краснел со стыда, пока наливал воды для крошки Йери. Портить прическу при ней – преступление. Старший словно специально стремился смутить его, поставить в неловкое положение, лишь бы посмеяться!       Ёнджун пытался скрыть широкую ухмылку (на самом деле, безуспешно). Милые, торчащие в разные стороны, пушистые хвостики и совершенно растерянный смущенный вид незаметно оседали в памяти. До чего же забавный ребёнок, ну как так?       – Па, тебе тоже нравится? Почему оппа каждый раз их расплетает? – Возмущенно дуя губки, девочка поставила пустой стакан и сползла со стула. Ей и правда не нравился такой расклад дел, она считала своим долгом спросить у оппы напрямую! – Няня-оппа, почему?       – Ну, например, – он дал себе немного подумать и присел на корточки, чтобы быть с малышкой на равных, – например, мне иногда нужно мыть голову. А еще… Если слишком долго носить такие тугие косички, голова начнет болеть. Да и после сна они перестают быть такими красивыми.       На самом деле, Бомгю звучал очень убедительно, но ей хотелось, чтобы это было не так. Заплетать косички - это, конечно, интересно и весело, но быстро надоедает. И всё же, малышка никогда не была капризной, особенно при папе, так что быстро согласилась с мнением оппы.       А парень в ответ лишь нежно улыбнулся крошке Йери и погладил ее по пушистым мягким волосам на макушке.       Очаровательно. Ёнджун понять не может, отчего младший так улыбается? Нет, понятно, от чего. Но почему так… Мило? Приятно? К этому вопросу стоит отнестись серьезно, но не сегодня. Может и не завтра. Или никогда?       Если честно, у старшего немного шумно в голове, а на лице - широкая ухмылка и легкий прищур сонных глаз. Он даже не заметил, когда сумел расслабиться так сильно, что на мгновение забыл о всех проблемах на его плечах.

      __________________________________

      Первый день зимы, а у Бомгю ни грамма новогоднего настроения. Почему-то в последнее время он просыпается раньше своего будильника, а это печалит даже сильнее, чем удивленный старший брат, заставший его на кухне с зубной щеткой во рту. С чего они вообще поменялись местами? Это младший должен спать до посинения! А старшему положено уставать на работе и будить его каждое утро! Не наоборот же, верно? За прошлый месяц мир достиг предела в своей несправедливости, иначе объяснить всё это было невозможно.       И пусть Бомгю физически хорошо себя чувствует, морально он все равно разбит (ничем ему не угодить). Единственное, что греет душу – приличная сумма в кошельке. Ну как деньги могут не радовать? Особенно, когда их платят за посиделки с самой милой девочкой во всём мире.       На самом деле работать няней не так уж и плохо. С Йерим не соскучишься, так что у Бомгю нет ни одной лишней минуты на апатию. Печаль остается на вечер, это время суток ей полностью подвластно.       – О, ты как раз вовремя, – младший даже не заметил, когда успел преодолеть расстояние от дома до квартиры Ёнджуна, а тот уже с бодрой улыбкой встречает его на пороге, – заходи, мне нужна помощь.       – И тебе доброе утро, хен, – закрыв за собой входную дверь, Бомгю зашел в зал. Кажется, старший торопится, хотя по времени вроде успевает.       – Я бы попросил приготовить завтрак, но Субин сказал тебе не доверять, потому что кроме острой курочки на кухне ты полный ноль, – мужчина даже не обернулся, знал, что этот ребенок цокнет и закатит глаза. Субин тоже так делает, когда о нем говорят что-то неприятное, но правдивое. А вот Бомгю ни капли не удивлен. Для брата он теперь не просто часть семьи, а такой же друг Ёнджуна. Это значит, что их разговоры успели пополниться еще одной темой - постыдное детство (и не только) младшего Чхве. – Погладь мою рубашку, я не успеваю. Надо было еще вчера это сделать…       – Зато это доказывает, что мы весело провели время.       На самом деле, Бомгю даже рад быть полезным, ему не сложно погладить одежду, постирать или пыль протереть (а если б так уборкой дома занимался – цены бы ему не было, Субин гарантирует). Зато сборы в тандеме с младшим прошли куда быстрее, и уже через десять минут молодой отец был полностью готов. Осталось единственное дело, о котором Ёнджун чуть не забыл.       Оставив пиджак на спинке стула, папа зашел в детскую. Его дочь всё также мирно спит, но в этот раз в обнимку с голубой книгой. Он не мог просто взять и разбудить свою маленькую фею, такого страшного крошечного динозавра, правящего двумя враждующими кланами.       – Доброе утро, Вишенка, – Длинные пальцы молодого отца ласково сжали хрупкое детское плечо, но такая незаметная попытка не увенчалась успехом (или так казалось на первый взгляд). Йерим спала крепко, к тому же легла позднее обычного, так что ему пришлось приложить чуть больше усилий и поднять дочку на руки, – давай, просыпайся, дьяволенок. Я вижу, как твои уши улыбаются.       А ведь старший не слукавил, сонная девочка тут же улыбнулась и задрыгала ножками, желая вернуться обратно в постель. Каждый раз наблюдать со стороны за счастливой семьей было как-то странно, почему-то Бомгю хотелось чего-то подобного… Наверное, он желал уюта, тепла и комфорта. Он даже не знал, кому больше завидует – Йерим, из-за того, что у нее такой заботливый любящий отец, или Ёнджуну, потому что он слишком хороший папа и вообще прекрасный мужчина (откровенно говоря, Бомгю хотел бы быть таким же).       – Ладно, мне пора на работу, – ласково поцеловав дочку в макушку, Ёнджун оставил ее за столом на кухне, накинул пиджак и пальто, – на обед я ничего не готовил, так что можешь устроить день пиццы. Если что-то еще потребуется, не стесняйся, пиши. Отвечу в любое время.       – Да-да, хен, я понял. Поторопись, а то опоздаешь, – младший отдал ему сумку, подгоняя на работу. Вопреки всем ожиданиям, Ёнджун невесомо ухмыльнулся и плавным спокойным движением погладил его по макушке, мягко перебирая пряди длинными пальцами. Бомгю растерянно зажмурился, не понимая, в какой момент они стали на столько близки для подобных жестов, а старший лишь коротко хмыкнул, покачал головой и бросил краткое: «до вечера, мелкий».       Хлопок входной двери вернул его в реальность. К сожалению, Ёнджун каждый раз оставлял после себя уйму вопросов, а ответов больше не становилось.        – Няня-оппа, пошли кушать? – Сонно зевая, малышка потянула его за рукав.       После утренней рутины и сытного завтрака время текло незаметно. Всё шло по привычному веселому сценарию, а игра в фей и динозавров затянулась до обеда. Малышка весело смеялась, обсуждая с оппой стратегию боя, пока тот слушал ее план со всей серьёзностью и даже предлагал свои варианты. Дети – очень интересные создания, они мыслят нестандартно и видят то, что взору старших неподвластно. Что уж говорить о безграничной детской фантазии.       – Нет! Им нельзя через… Нельзя туда, там же может быть засада! Я видела по телевизору, как делают дырки в земле и нападают оттуда. А если феи сделают также? – Обеспокоенной девочке не пришлась по вкусу идея обойти вражеский легион через лесное ущелье туманностей. Задумчиво дуясь, Йерим разглядывала фигурки на полу. Ее бойцов осталось не много, феи были сильнее, – нам стоит заманить их к себе!       – Что? Но королевство динозавров может пострадать, – поправив диадему, няня-оппа смотрел на малышку с непониманием.       – Нужно поговорить. Я – принцесса, они должны послушать меня. Они же сильные, значит должны быть с нами!       – Отличный план, Госпожа принцесса фей и динозавров!       Игру прервал назойливый дверной звонок. Как единственный взрослый, Бомгю должен был узнать, кто это. От чего-то было не спокойно, хотя доставщик должен был принести пиццу примерно через полчаса. Ну, ради справедливости, он мог и не знать, что заказ был назначен на определенное время или прибыл раньше срока, потому что был неподалеку и еда могла остыть. Младший братец семьи Чхве много кем работал, на его счету не только должность аниматора, в конце концов.       Опрометчиво, Бомгю не посмотрел в глазок и приоткрыл входную дверь. Он даже нахмурился, видя на пороге квартиры не высокую девушку в темных очках и в стильной брендовой одежде. Она выглядела роскошно: укороченное пальто и кремовая юбка идеально подчеркивали хрупкую фигуру, а высокий хвост без намека на изъян выдавал ее дерзкую натуру.       – Бомгю? – Изящным движением длинных тонких пальцев девушка сняла солнцезащитные очки и смерила его безразличным взглядом.       – Миссис Чхве?       – Мама? – Пока растерянный оппа застыл в дверях, малышка выглядывала из-за его спины, стискивая край рубашки маленькими ладошками.       – Ты стал няней для Йерим? – Получив утвердительный ответ, девушка перешагнула порог, мягко отталкивая младшего с дороги. – Ты сегодня больше не нужен. Свободен.       – Но Ёнджун… – он хотел было возразить, но не смог сказать ни слова, когда поймал холодный безразличный взгляд из-под опущенных ресниц.       – Мама вернулась, сегодня ты больше не нужен.