Обман разума

Мистер Полсон, учитель математики, молодой, приятный на вид, довольно стильно для учителя одетый мужчина, к счастью, не сделал из моего появления событие века. Он быстро представил меня неотрывно следящим за мной ученикам и попросил побыстрее занять свободное место в классе. Очевидно, это один из тех крайне увлеченных своим предметом учителей, которые буквально живут своей работой и ловят настоящий экстаз от того, что они делают. Не успеваю я занять место прямо позади Ривы, он тут же пускается в объяснение новой темы. Рива наигранно фыркает, но не говорит мне ни слова, ведь все ее внимание тут же достается яро объясняющему новую тему учителю. Неужели она так любит математику? Или не математику? Я ухмыляюсь, прислушиваюсь к словам учителя, а когда понимаю, что мы уже проходили эту тему в прошлом году, принимаюсь осторожно исподтишка разглядывать своих одноклассников. В глаза мне тут же бросается группка сидящих рядом и абсолютно не заинтересованных в уроке парней. Все они, как один, одеты в те самые злосчастные красно-черные футболки, которые мне, если честно, уже изрядно надоели. Я немного успокаиваюсь, когда осознаю, что среди них нет тех парней, что надоедали мне утром по дороге в школу. Кроме парочки очевидных задротов и Ривы никто, кажется, и не слушает мистера Полсона. Я же всеми силами стараюсь не думать об обаятельной и милой улыбке Дилана Грэма, но не могу, он прочно засел в моих мыслях, и я понимаю, что это не к добру. Когда-то в двенадцать лет я строго для себя решила – никакой любви до поступления в колледж. Я уже и не помню, почему я приняла такое решение. Но долгое время я не нарушала данное себе обещание. До десятого класса. Именно тогда Джаред Терренс изменился до неузнаваемости – вытянулся, подкачался за лето, сделал классную прическу и в целом стал выглядеть просто сногсшибательно. Джаред был влюблен в меня с начальной школы, я же была слишком занята другими чрезвычайно важными для ребенка делами. Но с того момента, как я увидела обновленную версию Джареда, я просто больше не смогла не обращать на него внимания. Знаю, звучит дико поверхностно – стоило парню немного подкачаться, изменить прическу и сменить гардероб, так я тут же оценила его. Но увы, признаю, именно так и было. Джаред добился своего. Он стал моим первым парнем, украл у меня первый поцелуй, а в конце десятого класса и девственность. А летом перед одиннадцатым классом, он решил, что слишком хорош для меня, завел кучу романов на стороне, и по итогу в первый же учебный день бросил меня. Без сожалений, без боли, без жалости. Тогда я вспомнила свое обещание и тысячу раз прокляла себя за неосмотрительность. Но, кажется, я все же так и не воспылала какой-то дикой любовью к нему, ведь наше расставание не вызвало в моем сердце той жуткой боли, от которой так сильно сокрушаются подростки, я не проронила ни единой слезинки, мне был лишь неприятен факт его измен. В целом, уже через пару недель я забыла о его существовании. Погрузившись в воспоминания о беззаботных временах, я не замечаю, как урок заканчивается, ученики вскакивают со своих мест и спешат поскорее покинуть обитель скучной математики. - До завтра, мистер Полсон, - нежно лепечет Рива, глядя на сидящего за своим столом учителя из-под пушистых ресниц. - Пока, Рива, - не глядя на нее, отвечает он и еще глубже утопает в учебнике математики. - Что там у тебя дальше? История? – спрашивает Рива и выжидающе смотрит на меня. - Да. Рива, слушай, я справлюсь. Иди по своим делам. Я найду дорогу сама, - начинаю я. - Да пофиг, - махнув рукой, отвечает она, - Я не очень-то спешу на физику, так что пошли. Болезненный толчок в плечо пробуждает во мне лавину эмоций, норовящую вот-вот накрыть меня с головой. Страх, с примесью тревоги и верещащий на всю голову голос, призывающий меня бежать со всех ног. - Эй, куда ты прешь?! – грубый женский голос добавляет вишенку на торт, полностью парализовав меня. - Пошла ты, Энджи, - Рива выступает передо мной, оказавшись лицом к лицу с высокой, крепкой девушкой с короткой мальчишеской стрижкой и перекошенным от злости лицом, - Ты сама идешь прямо по середине коридора. Тебе просто захотелось сорвать на ком-то свою гребаную злость. - Рива Мартинс, - со зловещей ухмылкой произносит девушка, - Я разговаривала не с тобой, так что не лезь, куда не просят, а то… - А то что? – не унимается Рива, смело глядящая на оппонентку, которая на полторы головы выше и гораздо сильнее ее физически, - Ударишь меня? Так чего ты ждешь? Врежь! - Мелкая сучка, - рычит Энджи, сжимает кулаки и уже порывается вперед. Я содрогаюсь, когда понимаю, что Риве хватит и одного удара такой машины, чтобы уйти из жизни красиво. - Энджи, - на напряженную руку разъяренного монстра ложится аккуратная белоснежная ладонь, - Оставь ее. Ты же не хочешь снова влипнуть в неприятности, - понизив голос, произносит высокая худая девушка с длинными прямыми каштановыми волосами, сверкающими на солнце словно шелк, взгляд ее напряженных темно-зеленых глаз, жирно подведенных черным карандашом, буравит Энджи, а изящная ладонь настойчиво сжимает предплечье монстра. - Она снова нарывается, Лиз, - цедит сквозь зубы Энджи. Шатенка молча поправляет волосы, откинув их за спину, и я улавливаю, как она одними лишь глазами указывает куда-то в сторону. Я мельком пробегаюсь по образу девушки, состоящему из темно-серых скинни-джинсов, черного топа и массивных босоножек на платформе, украшенных шипами, а затем, проследив за ее взглядом, натыкаюсь на двух, идущих в нашем направлении, пока что незнакомых мне учителей. - Радуйся, ничтожество. На этот раз ты осталась в живых, - колко сообщает Энджи, круто разворачивается и уже собирается уйти. - Как и много-много раз до этого. На самом деле ты просто жалкая слабачка, Анджелина Гомес. Признай это и прими тот факт, что ты никогда не сможешь даже пальцем меня тронуть, - самодовольно провозглашает Рива, явно ни капли не боящаяся озверевшую девчонку. - Хватит уже, - предостерегающе произносит Лиз, - Ты ведь ее провоцируешь. Идем, Энджи. Не обращай на нее внимание. Лиз и Энджи в сопровождении группы парней, все это время стоявших за их спинами, больше не сказав ни слова, удаляются. - А ты не дружишь с головой, - спокойно заявляю я, смотря вслед Энджи. - Нет, - спокойно отвечает Рива, - Я просто знаю, что к чему. Я говорила тебе всеми силами избегать Скайлар Рид и ее друзей? Так вот это были друзья Скайлар Рид. Теперь ты их знаешь в лицо. Никогда не попадайся им. - Да. Но ты же дала ей отпор, а не убежала, - возражаю я. - Я? Убежала? – Рива удивленно таращится на меня, словно я сказала какой-то невероятный вздор, - Девочка, я слишком крута, чтобы хоть кого-то здесь бояться, - победоносно заявляет она, однако я все же замечаю легкую тень неуверенности в ее взгляде, - И да. Если ты решила, что я за тебя заступилась, забудь. Мне плевать на тебя. Я просто… не выношу несправедливости. Вот и все. - Ага, так и запишем, - нарочито серьезно говорю я, - Но спасибо и на этом. - На здоровье, - едко улыбнувшись, отвечает она, - Пошли, провожу тебя до твоего кабинета. Теперь я, кажется, просто обязана это делать. Если я отлучусь хотя бы на пару минут, тебя точно побьют. Рива доводит меня до очередного кабинета, и я действительно сталкиваюсь с мыслью о том, что я пока что не запомнила ни одной, показанной мне дороги. На уроке истории в отличие от урока математики мне пришлось несладко. Яркая и довольно активная учительница мисс Стэнфорд завалила меня вопросами, провела целую презентацию относительно моего появления в их школе перед остальными учениками и всеми силами попыталась показать мне, что она очень рада мне как самому дорогому гостю. Я поблагодарила ее, хотя мысленно мне хотелось провалиться сквозь землю от чрезмерно уделенного мне внимания. Не обращать внимания на урок здесь не получилось, ведь красочно рассказывающая о реформах Теодора Рузвельта мисс Стэнфорд действительно увлекла темой весь класс, и даже меня, которая опять-таки уже проходила эту тему в прошлом году. Тем не менее, мне все же удалось кинуть пару ненавязчивых взглядов по сторонам. Кажется, мисс Стэнфорд привлекает к себе ровно таких же ярких и неугомонных учеников, от чего я впадаю в ужас. Но несмотря на ее добродушие и дружелюбный нрав, она каким-то образом умудряется держать эту ораву в узде и не дает им спуску до конца урока, четко и строго пресекая любые попытки нарушить дисциплину. Без моего внимания не остаются поминутно поправляющие прическу и яркий мерцающий макияж девочки в красно-черной форме чирлидерш – все как на подбор стройные, красивые и до жути самовлюбленные. Одна из них, особенно выделяющаяся высокая девушка с покоящимся на плечах каскадом золотисто-русых волос и статным силуэтом настоящей королевы кидает на меня презрительный взгляд, усмехается, когда видит мою толстовку и отворачивается, словно не желая больше даже и думать о моем существовании. Настоящая дива. Урок заканчивается, как ни странно, очень быстро, и пока что я довольна таким раскладом. Кажется, учителя здесь действительно увлечены своим делом и отлично выполняют свою работу. Я выхожу из класса и не успеваю и шагу ступить, как передо мной буквально из-под земли вырастает маленькая яркая уже отлично знакомая мне фигурка Ривы. - Куда собралась? Привет, Табита, - Рива натянуто улыбается той самой статной блондинке. - Привет, Рива, - размеренным тоном, словно она действительно потомок знатного рода, отвечает девушка, - А где твоя форма? - Я переоденусь потом, - все с той же улыбкой отвечает Рива, - Не хочу испачкать достояние школы. - Не забудь, тренировка в четыре, - оповещает ее блондинка. - Да, конечно, - отвечает Рива. Табита смеряет ее надменным взглядом и, не говоря больше ни слова, уходит в сопровождении своей красно-черной свиты. - Ох, - скривившись выдыхает Рива, - Терпеть ее не могу. - Так ты чирлидер? – спрашиваю я. - Угу, - мычит моя проводница, ведя меня к новому пока что незнакомому мне зданию, - А что? Не похожа? - Я не знаю, - я пожимаю плечами, - Ты не форме, я бы не смогла догадаться. - Не хочешь к нам? Нам не хватает одной девушки, а наш ежегодный смотр не увенчался успехом. Лучшие девчонки ушли, когда выпустились из школы в прошлом году, а девятиклассницы вообще деревянные. Ужас просто. - Ни за что, - четко отрезаю я, - Если девятиклассницы деревянные, то я вообще камень. - А что, - Рива останавливается и исследует меня заинтересованным взглядом, - Для поддержек сойдешь, раз такая каменная. Будешь меня подкидывать и ловить. - Подкинуть могу, - отвечаю я с тенью улыбки на лице, - А вот ловить не обещаю. - Придется, - шипит Рива, - Иначе я тебя прибью. - Так. Стоп. Я же сказала, что нет. Я не стану скакать по футбольному полю в коротенькой юбочке, сверкая задницей направо и налево, рвать губы в широченной улыбке и трахаться с футболистами. - Воу, - звучит позади меня удивленный возглас, не давая Риве вставить и слова, - Неплохо ты все расписала, - передо мной возникает та самая яркая вспышка по имени Мелисса и с озорной улыбкой смотрит на меня, - Первые два пункта – да. Но вот третий. Не все спят с футболистами. Это по желанию. - Фух, - я театрально вытираю воображаемый пот со лба, - Ну тогда я, конечно же, в деле. - Правда? – на меня устремляются два вспыхнувших карих огонька, утопающих в розовых блестках. - Не тупи, Мел, - отзывается Рива, - Она шутит. Юмор у нее такой. Дурацкий. - Вот черт, - не успокаиваюсь я, - Я то думала, тебе нравится. - Конечно. Я вся твоя, - ехидно улыбнувшись, отвечает Рива, - Пошли, а то застрянем в очереди в столовке. Мы заходим в просторное помещение, по стенам которого ровными рядами располагаются школьные шкафчики, проходим через двойные двери и оказываемся в большой школьной столовой, которая, впрочем, ничем не отличается от любой другой школьной столовой. Вопреки опасениям Ривы мы оказываемся у длинной стеклянной витрины с едой, устроенной в виде шведского стола как раз вовремя, потому что уже через пару минут вваливается толпа школьников и спешит занять очередь. Я беру себе овощной салат, картошку фри, апельсиновый сок и яблоко, пробиваю свою еду на кассе по личному номеру ученика и спешу занять место за столом рядом с Ривой и Мелиссой. Несмотря на дерзкое поведение Ривы, она, кажется, абсолютно не против, чтобы я к ним присоединилась. Однако я свой порыв самой себе объяснить оказалась не в силах. По логике я должна была найти какое-нибудь свободной отстойное место около туалета или мусорки, где обычно сидят аутсайдеры или таки же новенькие, как и я, но я почему-то решила насладиться компанией двух самодовольных размалеванных барби. - Ты бы видела Табиту, - начинает Рива, прожевав кусочек маленькой морковки, - Мнит себя королевой. После того, как Кортни закончила школу и передала ей титул капитана, ее корона просто выросла до небес. Полная жесть. Думаю, мы с ней еще намучаемся. - Я знала, что так будет, - безразличным тоном говорит Мел, - Не зря же она целых два года целовала Кортни задницу. Было очевидно, что Кортни никого другого никогда и не выберет. - И где справедливость в этом мире? – сокрушенно возмущается Рива, всплеснув руками, - Я объективно гораздо лучше Табиты. Я четче выполняю трюки, я пластичнее, я лучше слышу музыку. А в итоге она становится капитаном, а я вынуждена подчиняться ее дурацким приказам. - Ой, ладно тебе, - успокаивает Мел подругу, - Есть же тренер. Мисс Кирби справедлива, она увидит, что Табита не справляется и устроит голосование. Вот тогда и увидим. - Ну конечно, - ерничает Рива, - Все бы ничего, если бы Табита не была любимой доченькой директрисы. - Да… облом, - с грустной миной соглашается Мелисса, - А еще меня бесит…, - глаза Мел устремляются за мою спину и тут же наполняются самым искренним щенячьим восторгом, - Боже, Джимми Вудс, - пищит она и закрывает рот руками. Я нехотя аккуратно оборачиваюсь и тут же понимаю, кому посвящен приз зрительских симпатий. В столовой, мгновенно погрузившейся в немое восхищение, прокатившееся по всем поверхностям помещения восторженными шепотками, появляется группа парней, одетых в привычные красно-черные футболки. Возглавляет эту группу высокий коренастый брюнет, вальяжно и горделиво вышагивающий по идеально отполированному полу столовой. Не стану скрывать, я и сама выпала из реальности, пока мои глаза жадно исследовали его идеально-мужественное лицо и играющие под футболкой налитые силой мышцы. Парень словно только что вышел из съемочного ангара Голливуда, отыграв там пару серий в сериале про красавчика-футболиста, перетрахавшего полшколы. - Мел, уймись уже, - шипит на нее Рива, пытаясь привести подругу в чувства. Парень проходит через всю столовую до противоположного конца помещения, не удостоив и взглядом ни одну яро пускающую на него слюнки девчонку, и выходит сквозь еще одни двойные двери, кажется, ведущие на улицу, где, как я успела разглядеть, тоже расставлены столики для обеда. Как только за его спиной закрываются створки дверей, столовая, словно очнувшись от глубоко забвения, возвращается к жизни и наполняется энергичным гулом. На данном этапе я уже почти не верю в реальность происходящего. Я словно попала в какой-то типичный сериал или фильм про американских подростков, в котором обязательно есть главная стерва школы, самовлюбленные красотки-чирлидерши, королева школы ну и, конечно же, сексуальный капитан футбольной команды – король школы. Ему остается только влюбиться в какую-нибудь серую мышку, чтобы история действительно стала полным клише. Я усмехаюсь себе под нос и нехотя пережевываю абсолютно безвкусный овощной салат, в то время как мои пока что самые близкие знакомые бурно обсуждают предстоящую футбольную игру, открывающую сезон. - Аврора, - Рива обращается ко мне, - Ты идешь на игру в пятницу? - Я не знаю, - неуверенно отвечаю я, - Я не любительница таких мероприятий. - О да, - парирует Рива, - Судя по твоему мрачному видочку, ты любишь только кладбищенские мероприятия. - Рива! – возмущается Мел, - Ненавижу разговоры про кладбище, ты же знаешь. К тому же, Аврора не выглядит как неформалка. Ты выглядишь круто, Аврора, - с добродушной улыбкой обращается она ко мне, - Вот только боюсь, ты сваришься заживо в своей толстовке. - Спасибо, Мелисса, - мягко отвечаю я, вдруг почувствовав искреннее тепло, исходящее от этой казавшейся мне недалекой девчонки, - Я в порядке, мне не жарко, - вру я, ведь на самом деле я почти умираю от жары. - Ну так что? – не успокаивается Рива, - Ты придешь? - Только ради тебя, - язвлю я, - Я очень хочу посмотреть на то, как ты будешь задирать ноги и трясти задницей. Я мечтала об этом всю жизнь. - В таком случае, - нисколько не смутившись моему ответу, отвечает она, - Знай, каждый мах моей ноги будет принадлежать только тебе, а мой зад будет трястись в такт твоему сердечку. - Бог ты мой, - не выдерживает Мел, удивленно таращась на нас, - Может быть, мне оставить вас наедине? - У нас еще будет время уединиться, - спокойно отвечаю я. - Я серьезно, Аврора. Я буду ждать тебя. И если ты не придешь, я больше не стану с тобой возиться, - стерев ядовито-сладкую улыбку с лица, заключает Рива и возвращается к поеданию крошечных морковок. - Заметано, - спокойно отвечаю я, мысленно прорычав от раздражения по поводу того, что мне придется посетить одно из самых дурацких, по моему мнению, мероприятий в школе. Не понимаю, зачем я иду на поводу у этой девчонки, но факт остается фактом – меньше чем за минуту она уломала меня пойти на футбольную игру уже в эту пятницу. С каждой проведенной вместе с ней минутой я начинаю все отчетливей понимать, что она тот еще фрукт, и, как ни странно, ранее сделанные мной отрицательные выводы начинают стремительно угасать, уступая место довольно интересным соображениям относительно нее. Она яркая, дерзкая и абсолютно бесстрашная. Жаль, мы не подружимся. Остаток обеда проходит спокойно. Мелисса увлеченно рассказывает Риве о каком-то парне, с которым познакомилась на выходных, когда они с родителями ездили в торговый центр. Рива в свою очередь бесится по поводу того, что мама запретила ей гулять допоздна на выходных из-за того, что та в прошлую субботу не взяла трубку ни разу из двадцати трех пропущенных. Мы нехотя вываливаемся из столовой и бредем в сторону одного из корпусов. - Ладно, я скоро приду, - произносит Рива, и я понимаю, что у них сейчас, кажется, общий урок, - Только провожу эту язву. - Окей, увидимся в классе, детка, - Мел подмигивает Риве, а затем обращается ко мне, - Надеюсь, еще увидимся, Аврора. - Взаимно, - коротко отвечаю я и следую за своим провожатым, - Джимми Вудс тоже собственность Скайлар Рид? - из чистого любопытства спрашиваю я. - Хуже, - мрачно произносит Рива, - Ее парень. - Ого, - не удержавшись, восклицаю я, - Уже не терпится на нее взглянуть. - Взглянешь. Она будет в пятницу на игре, будет размахивать ногами в разные стороны прямо рядом со мной. Так что ты ее не проглядишь. К тому же, есть вероятность, что вы пересечетесь до пятницы. Она в двенадцатом, как и мы. Возможно, у вас даже будут общие уроки. И тогда мне будет искренне жаль тебя, Аврора Гилмор. Ну вот. Доставила в целости и сохранности, - заявляет она, остановившись перед одним из кабинетов в самом дальнем корпусе школы, окна которого будто назло мучающимся ученикам выходят прямо на соблазнительно яркую зеленую лужайку, залитую золотистыми лучами жаркого солнца, - Ты остаешься здесь на целых два урока подряд, так что увидимся на шестом. У нас с тобой общая физкультура, не забыла? - А разве чирлидерши ходят на физкультуру? – недоверчиво спрашиваю я. - Я да. Мне огромных усилий стоило это тело, - Рива проводит кончиками пальцев от точеной талии до оголенных стройных ног, - Так что я не хочу все это потерять из-за своей лени. Ну все, мне пора. Она машет мне рукой на прощание и быстрым шагом уходит, стремительно покидая поле моего зрения. Учитель английского, имя которого я даже не запомнила пока, даже не заметил моего присутствия и никак не обратил на меня внимание. Этот седовласый, монотонный полноватый мужчина в очках с затемненными стеклами разрушил цепочку, попадавшихся мне до сих пор деятельных и откровенно влюбленных в свое дело учителей. Его размеренная, напрочь лишенная эмоций речь вкупе с видом на умиротворяющий пейзаж за окном подействовали на меня словно мощное снотворное, и весь остаток урока я провела в ожесточенной борьбе с накатывающей на меня мощными волнами сонливостью. Вот бы пригласить его к нам на ночь, чтобы он поболтал со мной перед сном, тогда я бы навсегда забыла о проблемах со сном. Урок заканчивается, ученики, довольные тем, что выдержали эту пытку, словно бабочки вылетают из класса, а я с грустью осознаю, что мне придется остаться. Выйти из класса я не решаюсь, ведь шанс свариться в своей толстовке заживо не кажется мне привлекательной перспективой, в конце концов в классе хотя бы работает кондиционер. Я остаюсь с учителем наедине. Он смеряет меня безразличным взглядом и молча возвращается к чтению книги. Кажется, он даже и не понял, что я новенькая. А даже если и понял, то для него эта информация стала не более важной, чем раздавленный на дороге муравей. В следующий момент в кабинете появляется он, выпуская из ржавой клетки моей души тревожную стайку взволнованных птичек. - Здравствуйте, мистер Бартон, - словно в пустоту говорит обладатель милейшей улыбки, Дилан Грэм. Черт. Нет. Хватит, Аврора. Не пялься на него. Ты должна отвести взгляд. Срочно. Титаническим усилием воли я заставляю себя отвернуться, но краем глаза вижу, как Дилан уверенно приближается ко мне. - Привет, - через пару мгновений прямо надо мной раздается его мягкий голос. - Привет, - нервно сглотнув, говорю я, ругая себя всеми возможными словами за то, что мне так и не удается взять себя в руки перед ним. Дилан усаживается за соседнюю парту слева от меня, вешает рюкзак на спинку стула, затем достает из него толстую тетрадь и кладет перед собой. Несколько секунд он просто смотрит на нее, словно вот-вот примет решение убрать ее обратно, а затем все же открывает, перелистывает несколько хрустящих страниц, останавливается на чистом, еще не тронутом развороте, берет в руки карандаш и принимается рисовать. Уже через минуту я понимаю, что отрывистые карандашные линии складываются в силуэт собачки. - Круто получается, - тихо произношу я, сама не зная, зачем. - Спасибо, - смущенно улыбнувшись, отвечает Дилан, а затем устремляет на меня задумчивый взгляд, - Ты ведь новенькая, верно? - Да, так и есть, - утвердительно кивнув головой, говорю я, тая под внимательным взглядом его синих глаз, - Аврора, - глухо отзываюсь я. - Что? – переспрашивает он, а на его губы пробирается легкая улыбка. - Аврора. Меня зовут Аврора, - чуть громче произношу я. - Аврора – задумчиво произносит он, словно смакует каждую буковку моего имени, - Красиво… Ой. Очень приятно, Аврора. Я Дилан, - вдруг спохватывается он и спешит представиться. - Я зн… кхм… взаимно, - вовремя осекаюсь я. Мой мозг начинает разогревать свои заржавевшие шестеренки в попытках сгенерировать какую-нибудь тему для разговора, чтобы нарушить повисшее между нами неловкое молчание. Дилан возвращается к своему рисунку, а класс начинает постепенно заполняться новыми учениками, среди которых я тут же узнаю ту самую зеленоглазую девчонку, что не дала Энджи убить Риву. Лиз, кажется. Она устремляет на меня мрачный, словно осеннее туманное утро в дремучем лесу, взгляд и, похоже, тоже узнает меня. На ее губах, накрашенных черной помадой, вспыхивает язвительная усмешка, однако уже в следующий миг она переключает все свое внимание на подбежавшего к ней блондина, в котором я моментально узнаю того самого Митчелла, что на пару со своим другом испортили мне утро. Его образ становится той самой ядовитой каплей раздражения, растекшейся по моим венам и заставившей меня напрячься до предела. Он что-то живо рассказывает шатенке, а когда замолкает, они оба буквально покатываются со смеху. Лиз качает головой и аккуратно, чтобы не размазать тушь и черный карандаш, вытирает выступившие от смеха слезы. Они усаживаются рядом друг с другом на противоположной от нас стороне класса и продолжают бурно что-то обсуждать. Звучит второй звонок, и мистер Бартон вяло приступает к своим обязанностям. Он четко следует своему учебному плану, не тратя время на излишние эмоции и обсуждения. Я пытаюсь прислушиваться, но очень скоро мне надоедает такой урок литературы, хоть я и в восторге от книги, которую мы изучаем. Опять же я прочла ее в прошлом году, но решила перечитать снова раз уж выдался шанс. Я исподтишка гляжу на Дилана, который все еще увлечен своим карандашным шедевром. Он резко переводит на меня сосредоточенный, все еще затуманенный легкой дымкой задумчивости взгляд и ловит меня с поличным, ведь я даже не успеваю сделать вид, что смотрела в окно, а не на него. - Семестр обещает быть веселым, - с сарказмом шепчет он мне, - Если так пойдет и дальше мы все жутко влюбимся в литературу. - Я думаю, именно эту цель он и преследует, - отвечаю я, - Не дать нам зациклиться на его предмете. Что очень благородно с его стороны по отношению к другим преподавателям. - О да, - едва сдерживая улыбку, отвечает Дилан, - Безумно. Пока ты не сказала, я и не предполагал, что он настолько великодушен. - У нас получится, - спешу я поддержать шутку, - Мы сможем противостоять его обаянию и живому характеру. Я понимаю, насколько это сложно. Но мы должны держаться. Дилан закусывает губу и опускает игривый взгляд на свое творение, дав мне возможность полюбоваться его очаровательным профилем. - Только не бросай меня, - шепчет он, и от его слов меня прошибает словно током. - Что? – переспрашиваю я, слегка наклонившись в его сторону. - Будь со мной на этом непростом пути, - добавляет он. - О, - мысленно я раздаю себе отрезвляющие пощечины, - Конечно, без проблем. Можешь на меня рассчитывать. Дилан дарит мне свою очередную милую улыбку и многозначительный взгляд, который до конца урока все никак не выходит у меня из головы. Больше мы не разговариваем. Дилан возвращается к своему творчеству, а я пытаюсь делать вид, что слушаю учителя, хотя на самом деле все мои мысли заняты лишь Диланом. Я проклинаю себя за то, что никак не могу украдкой на него не глянуть. Пару раз он все же ловит мой взгляд, но отвечает теплой улыбкой и все тем же многозначительным взглядом, смысл которого я так и не смогла понять. Урок подходит к концу, и я наконец вырываюсь из плена монотонности. - Увидимся, Аврора, - Дилан проходит мимо меня, подарив мне напоследок лучезарную с едва уловимой ноткой грусти улыбку. - Мда, - раздается за моей спиной знакомый голосок, - Я тебя предупреждала. Не водись с ним, иначе ты влипла. - Боже, - глухо отзываюсь я, - У нас просто общая литература. Вот и все. - Ну да, конечно. Пошли, - Рива не медлит больше ни минуты и ведет меня в противоположный конец школьного кампуса, где я вижу вальяжно расположившийся большой школьный стадион с сочной зеленой лужайкой, разметками для бега и пустующими трибунами. К последнему уроку я понимаю, что дико устала от новых эмоций и ярких впечатлений. Как бы я ни убеждала себя в том, что для меня переход в другую школу не станет каким-то грандиозным особенным событием, этот день все же вымотал меня. Я надеялась, что стану призраком, серой мышкой, сольюсь с массой, но увы, мне досталась Рива. Физкультура проходит мимо меня. Я нехотя пробегаю пару кругов, затем делаю вид, что выполняю упражнения, а мысленно умоляю время пойти чуточку быстрее. Наконец, и этот урок подходит к концу. Я выхожу из раздевалки и бреду к парковке. Очень быстро я нахожу свой велосипед, отцепляю его и качу рядом с собой к главным воротам школы. - Аврора, - слышу я оклик позади себя. Я поворачиваюсь и вижу машину, за рулем которой сидит симпатичный смуглый парень, а на пассажирском сидении вальяжно расположилась Рива, положив ноги на панель перед собой. С заднего сидения выглядывает Мелисса и еще двое парней. - В общем и целом, - кричит Рива, пытаясь перебить громко играющую музыку, - Ты мне нравишься. - Ого, - я делаю удивленный вид, но потом быстро перехожу на уверенный и дерзковатый тон, - Давно не новости, Рива. Я поняла это с самого момента нашего знакомства. - Да, да, - закатив глаза, говорит Рива, - Майк, да убавь ты уже эту гребаную музыку! – взрывается она, а затем снова обращается ко мне, - В общем… Будешь держаться меня, выживешь в этой дыре. Поняла? Я собираюсь пошутить, но осекаюсь, видя ее максимально серьезное выражение лица. О чем она говорит вообще? Не слишком ли серьезно она все воспринимает? - Увидимся завтра, Аврора, - все таким же серьезным тоном говорит она, - Гони, Майк, мы опаздываем. Майк безапелляционно трогается с места и красный Хаммер быстро скрывается за поворотом, а я так и остаюсь молча стоять на месте, обдумывая ее слова.