Вишнёвый сад

Иной раз в некоторых местах задаются такие характеры, что, как бы много лет ни прошло со встречи с ними, о некоторых из них никогда не вспомнишь без душевного трепета. Вот и Саймон сейчас чувствует тот самый трепет, но уже не где-то в груди, а своей горящей правой щекой. Врачи уверяли, что он частично потерял чувствительность из-за ожогов третьей степени всего тела, только вот, след чужой руки считал по-другому и мигом возвращал жуткую пульсирующую боль с каждой пощёчиной.

Сокомандники считали, что сердце Райли соткано из камня и покрыто льдом, но никому из них и в голову не пришло, что любой лёд можно растопить, камень расколоть, ну а само сердце – разбить.

Он валится с ног, ударяется затылком о дерево, мысленно проклиная его за то, что недавно дарило надежду, укрывая своими розовыми лепестками, заставляя характер солдата падать на колени. Теперь на коленях стоит и сам Гоуст, отхаркиваясь собственной кровью и осколком, кажется, переднего зуба.

***

Помнится, когда Шепард выстрелил в грудную клетку, пуля проскочила сквозь рёбра и задела левое лёгкое, дышать стало совсем невозможно. Видимо мозг, дабы огородить организм от боли, стал прокручивать картинки воспоминаний: вот, например, Саймон находится в компании своего отряда-141 и посмеивается с догадок Роуча по поводу маски с челюстью. " - Наверное, ты очень стесняешься своего лица, сэр.. Признавайся, у тебя заячья губа? Большой нос? Или же в общем не выдался мордой? " " - Скорее наоборот, пацан. " " - Ага.. – саркастически протянул Гарри. – Парни, он просто слишком красив для этого мира. " Стало даже как-то жалко, что всё так быстро закончилось для этого паренька. Гоуст едва старше его самого, но натворил больше, оттого и было тошно – Роуч не заслуживал смерти, он должен был вернуться домой. " - Что за имя у тебя такое дурацкое – Гоуст? Гоуст.. Гоуст, Гоуст.. " Позывное стало для него вторым именем, гордостью, проклятьем. Гордостью потому, что каждый содрогался при его упоминании. Проклятьем потому, что история создания серьёзно пошатнуло самого Райли, превращая его из защитника в призрачного убийцу. Оба пункта противоречили друг другу, но в том и был вкус. " - Саймон.. " Но в некоторые моменты собственное имя перечеркивало достоинство клички жирными линиями, и моменты эти состояли в том, чей именно голос окликает Райли. " - Лейтенант Саймон.. " Голос принадлежал старшему по званию, капитану всея ОТГ-141 – Джону Соупу МакТавишу. - Охх, он в самом деле очнулся? И почему его лицо опять закрыто? Что ни маска, то бинты.. – доносился хриплый голос Сандерсона неподалёку. Осознание пришло не сразу. Гоуст по началу искренне верил о местонахождении где-нибудь в раю, хотя, если вместе с ним Гарри, да ещё и жалуется на закрытое лицо сержанта, то вероятно, находились они под землей. Серьёзно, этот парень его и в аду достанет. - Нет, Лейтенант. – донёсся тяжелый смешок поблизости. – Вы всего лишь в госпитале, но можно сказать, поварились в кипятке. - Да и к тому же, если бы наши котелки стояли рядом, я бы стащил эту чертову балаклаву! – совсем не обиделся Роуч на колкую шутку напарника.

Приоткрыв глаза, их тут же ослепил дневной свет из окна – палящее солнце было направлено прямо на палату Райли, что его совсем не радовало. Немного поморщившись, тот сразу же повернул голову в бок, присматриваясь к источникам диалога. Помятая больничная постель, на которой лежит перебинтованный Сандерсон и в оба разглядывает Саймона, а на стуле напротив, скрестив руки, сидит улыбающийся в своей манере Джон. - Так я что.. Не умер? – от собственного голоса мурашки проходят по спине. - Не дождёшься, Гоуст. Признаться честно, вы оба в рубашках родились, хоть и в дырявых.. – как то сочувственно бросил взгляд Соуп на Роуча. – Вас не было месяц. Очнулись в один день, если интересно. - Как сказал Гоуст, я его из-под земли достану. Вот, видимо, при пробуждении схватил его за нимб и притащил с собой. Не круто ли? – усмехнулся Сержант, на что получил приглушенный смешок Капитана.

Если существовал Бог, то Саймон мысленно благодарил его. Благодарил не за то, что вернул их на пару с Сандерсоном. Благодарил за то, что оберегал Джона и позволил вот так бесстыдно рассматривать его уставшую улыбку и рельефное тело, восседающее на скрипучем стуле. Саймон давно понял, что Капитан не только был близок ему, но что он теперь не знает, где кончается Джон и начинается Райли. - Прошу прощения, что прерываю Вас, но мужчинам требуется отдых. Мистер МакТавиш, можете подойти чуть позже. – послышался нежный голос рядом с Соупом. Девушка, лет двадцати-семи с огненно-рыжими волосами собранными в замысловатую косу, стояла неподалеку от постели Саймона, немного робко сжимая в руках небольшую стопку бумаг и бросая мимолётный зеленоглазый взгляд на Соупа, когда тот почти что сразу поднялся на ноги. - Да, конечно. Это я у Вас прошу прощения. – в уважительном тоне кивнул головой Джон. – Солдаты, вам приказ как можно скорее подняться на ноги. Еще увидимся. Мужчина с девушкой вместе вышли из палаты и закрыли за собой дверь, ещё что-то обсуждая за ней не громким тоном. - Знаешь, если она будет приходить к нам чаще и колоть что-нибудь в зад, то я ослушаюсь приказа.– присвистнул Гарри с ухмылкой, разглядывая закрытую дверь. - Ты с головы до ног перебинтован, Роуч. Куда что колоть? – закатил глаза Саймон.

На душе остался приятный осадок после недолгого разговора с МакТавишем. Райли трепетно перевёл взгляд голубых глаз обратно к окну, привыкая к солнечному свету. Их палата находилась примерно на этаже так втором, потому что вид открывался на какую-то чудесную картину. Райли разглядел небольшой природный сад с деревьями необыкновенным окрасом листочков – они были розовыми, кое-где виднелся и белый цвет. Интересно, Соуп бывал там?