Отражения

Тим медленно выплывал из забытья, из уютной темноты, где ничего не болело, где никто не обижал, не обливал равнодушием или презрением. - Ты сошел с ума, братец! – прорвалось сквозь вязкую тишину. – Теперь половина гостей в курсе, что ты избиваешь мужа, а вторая узнает об этом к утру, когда Рамней покажет уже свои синяки. Не мог его просто выставить из поместья? - А что мне было делать? Смотреть, как эта шлюха подставится? - Болван, и это мой сын! Ты сам виноват, вместо того чтобы быть рядом с мужем ты развлекал эту… леди Ингрид. А потом не сдержался. Если тебе так хотелось проучить мужа, не мог подождать до спальни? Будто я не знаю, что его частенько прикладываешь кулаком. А уж избиение лорда Рамнея… теперь нужно решать, что нам делать. - Я… - Замолчи братец, - властно перебил его Кайн и продолжил, – отец, не стоит выносить этот позор. Ты сам знаешь наше положение, вассалы и так недовольны, что нам пришлось ослабить Семейный алтарь из-за Дирана. - Знаю. И радуюсь тому, что успел официально ввести в Род Алиша. Хоть наследник теперь есть. Осталось только воспитать его лучше, чем этого… не будь вы близнецами, решил бы что одного из вас подменили! - Отец, я… - начал, было, Диран. - Молчи! Ты уже все сказал, Диран, и все сделал. Сейчас, после того как ты избил мальчишку и Рамнея, тебя не примут ни в одном доме. Не мог его вызвать на поединок и убить? Никто бы слова не сказал, ты был в своем праве. А теперь Рамней может подать жалобу в Королевский Совет. Тебя обвинят в нанесении урона чести, и ты знаешь, чем это грозит. И счастье будет, если они поверят в твою великую любовь к мужу и нападение из ревности. - Учитывая то, что все лето в поместье прожила твоя любовница, я бы на это не рассчитывал, – заметил Кайн. - Ты уедешь, по меньшей мере, на год. По крайней мере, пока не забудется скандал. Так что вместо Эльсада и столичных развлечений, тебя ждет Орлиный приют. - Что?! Отец, ты не можешь со мной так поступить! Это же… дыра! - На ближайший год, это твое место проживания. Вы уедете туда сразу, как только твой муж будет в состоянии перенести дорогу. Тим тихонько вздохнул, значит впереди целый год почти наедине с мужем. И кто его знает, чем он закончится. На внезапную любовь со стороны Дирана надеяться уже нет смысла. А он теперь сам не хочет этой любви. Глупый наивный мальчик, мечтающий о счастливой семье, умер в гроте под ударами супруга. Кайн спускался следом за отцом и думал, как исправить положение. Сейчас, когда оно особенно шаткое, такое происшествие могло еще больше ухудшить ситуацию. Легкомысленный брат своим поведением сначала почти вывел Род из права наследования, не понимая, что не проведи они тогда обряда кровного родства, лишились бы поместья сразу, после смерти отца. А теперь еще дал дополнительное оружие в руки Высшим лордам. Лорд Вирт и так висел на волоске в Королевском Совете. Теперь придется уже ему, Кайну искать возможных союзников. Хорошо еще, что Рамнея удалось подкупить, чтобы он не подавал жалобу в Совет. Об этом они с отцом решили не говорить Дирану, пусть думает, что над ним висит обвинение, меньше будет нос высовывать из замка. Оставалось только убрать с глаз глупого братца и попытаться спасти, что возможно. И Кайн не собирался больше закрывать глаза на выходки брата. Отныне к нему будет приставлен преданный ему лично человек. Молодой мужчина, недавно окончивший Академию с Медным браслетом, которого Кайн спас от приговора за убийство, доказав, что маг этого уровня не мог совершить выброс такой силы. На самом деле, парень был виновен: у него случались от сильного волнения спонтанные увеличения до серебряного уровня. Другое дело, что жертва сама спровоцировала мага. Но одаренные своих не бросают и Кайн прикрыл симпатичного ему лично парня. - Диран, входи. Я хочу познакомить тебя с моим подопечным. Ан-лорд осмотрел этого… подопечного и поморщился, братец мог бы выбрать и получше. Типичный простолюдин, соломенные волосы, курносый нос, веснушки. И зачем он ему? - Это Юс, маг третьей ступени. Он будет сопровождать вас до Орлиного Приюта и жить там. - Мой тюремщик, – скривился Дарин. - Да, если тебя это устраивает. Он присмотрит за тобой и Тимейном. - И будет доносить о каждом моем шаге. - Да, о каждом. - Ну, скажи братец, что никто из этих не изменяет своим супругам? - Это не выносится на публику, – отрезал Кайн. - А теперь отец разозлился и отправил меня, Духи знают куда! - У него нет выхода. Наше положение из-за смены прав наследования пошатнулось. Еще и с обрядом пришлось поторопиться, не выждав положенный срок. - Ну и зачем спешили? - Затем, что провести его мог только отец. Ни я, ни теперь уже ты, провести обряд кровного родства не могли. - Ну и что? Отец еще крепок, мог и отложить на пару лет! - Ты дважды болван. Неужели не видишь, что отец умирает? - Что? – растеряно спросил Диран. – Почему? - Он болен. Даже я не в силах помочь. Отцу осталось в лучшем случае год. Диран смотрел на брата, это не укладывалось в его голове. Год! Он мог не соглашаться на брак, подождать всего год, и вместо ненавистного мальчишки жениться на ком хотел. А теперь придется всю жизнь терпеть его рядом с собой и все из-за того, что отец еще жив. Он вылетел из комнаты брата, думая только о том, что осталось потерпеть совсем немного и он, не Кайн, а он будет распоряжаться всем имуществом Рода. И тогда уже надменный братец будет унижаться, и выпрашивать у него деньги на свое содержание. Перспектива скорого вступления в наследство примирила даже со ссылкой в дальнее поместье. Кайн наблюдал за отъездом брата и тихо говорил Юсу: - Следи за ним, постарайся не допустить походов в деревню. Горцы не потерпят, если он обесчестит их девушек. Под любым предлогом выпускай из замка как можно реже. – Я все понял, – кивнул Юс, – докладывать буду, как договорились. Юноша легко сел на коня и выехал следом за каретой. Тим смотрел в окно, упорно не поворачиваясь, чтобы не встретиться взглядом с мужем. Местами у него еще болело, то рука, то ребра. Но Тимейн упорно молчал. Он слишком хорошо осознал, что оказался разменной монетой в игре Высших, ненужная обуза. Орлиный Приют старый замок, давно не перестраивался и не ремонтировался и Тим очень быстро это понял. Комната, выделенная ему, оказалась маленькой, сырой и холодной. Так что почти все время он проводил внизу, в холле у камина. Там, же где в большом кресле часто сидел его супруг. Зимы в горах холодные и снежные, часто из замка невозможно было даже за ворота выйти, мело так, что не видно дороги. Вот и приходилось проводить время втроем. Диран ненавидел это, навязанный муж раздражал, а Юс, которого он упорно называл тюремщиком, откровенно бесил. Злобу Диран срывал на Тиме, каждый вечер раскладывая того на ложе. В ту зиму, юноша ни разу не получил удовольствие от близости с мужем, а синяки от побоев не успевали сходить. Тиму было все равно. Безропотно принимал побои, так же покорно ложился на ложе. Даже читать он больше не мог: от описания сказочных далеких стран еще темнее становился замок, еще меньше комната. Так и жил в каком-то оцепенении, ни о чем не думая, проводя долгие зимние дни, глядя в огонь. - Надоело!!! Все надоело! Этот замок, зима… все надоело! В стену полетела бутылка, разлетаясь осколками и добавляя новых потеков к уже высохшим. Невозмутимый слуга, молча, убрал осколки, принес новую бутылку и поставил ее перед уже почти пьяным хозяином. Слуг Диран не трогал. Зачем они ему, когда рядом безропотный муж? Тим даже не вздрогнул. С тех пор, как от скуки супруг стал заканчивать вечер с бутылкой, такое повторялось часто. В таких случаях он научился сидеть тихо, не попадаясь лишний раз на глаза. И тогда, быть может, Диран уснет и не тронет его. Тим знал, что маг, приставленный следить за ними, не станет вмешиваться, что бы не происходило. Еще бы, ведь ему-то ничего не грозит. Хватило одной демонстрации силы и ан-лорд понял, что дурное настроение лучше срывать на безответном муже. Вот и срывал, да так, что иной раз Тим чуть не ползком уходил в свою комнату. Зима тянулась бесконечно, но все проходит, закончилась и она. Весна пришла со звоном капели, ярким солнцем и теплыми ветрами. И новыми проблемами. Как только дороги стали проходимыми, Диран уезжал, бывало на весь день. Иногда он возвращался довольный и расслабленный, в такие дни, Тим спал спокойно. А в последнее время, Диран стал брать с собой корзинку с едой. Говорил, что проводит время, гуляя по окрестностям. Куда он уезжал, Юс не мог проследить, как ни пытался. Пока однажды это не принесло беду в замок. Сначала на взмыленной лошади в ворота влетел Диран, соскочил на ходу и закричал паре разленившихся стражников: - Закрывайте!!! Быстрее… Стражники еще суетились у ворот, задвигая засов, когда их отшвырнуло лавиной всадников. Несколько десятков разъяренных мужчин кружили по двору, требуя вызвать ан-лорда на суд. Юс сначала поспешил к шару связи и сообщил о нападении своему покровителю и только потом спустился вниз. Тимейн уже спустился и сейчас остановился у дверей, подальше от мужа. Диран стоял на крыльце, надменно оглядывая горцев. - Ты! Подлый шакал, ты обесчестил мою сестру! – орал прямо ему в лицо молодой мужчина. - Я лорд и сын лорда. Я в своем праве! Здесь каждый принадлежит мне и если я прикажу, то ты, вонючий ублюдок, спустишь штаны и подставишь мне задницу! – надменно ответил Диран. – Убирайтесь, или я прикажу высечь вас на заднем дворе. Юс только покачал головой, неужели этот глупец не понимает, что перед ним не безропотные равнинные селяне, уже много лет жившие под властью лордов, а гордый народ, всего одно поколение назад принявший власть его Рода? Теперь договор об этом может быть вообще забыт. Тем более, что Юс разглядел длинный окровавленный сверток на одной из лошадей. - Ты не лорд, ты нарушил законы гостеприимства, когда украл мою сестру и изнасиловал ее, – рявкнул горец. - Почему я не вижу этой девицы? Где она? Нет? Тогда уходите. Я не собираюсь выслушивать бредни, приснившиеся после бутылки вина. - Она умерла! Ее тело прибило к камням у деревни. Юс заметил тень удовольствия промелькнувшую на лице ан-лорда и всерьез заподозрил того в убийстве. Ведь так просто попользоваться девушкой, а затем сбросить со скалы в реку. Все следы скрыты, доказательств нет. Это не супруг, смерть которого в подобном случае, будут расследовать дознаватели, а простолюдинка. Кого волнует ее смерть? Оказалась, было кого. И доказательства этого сейчас бесновались у крыльца. Маг только надеялся, что сможет прикрыть ан-лорда, до прибытия его брата. Хоть и не хотелось. - Вот ее тело, вот доказательства твоей вины! Седой мужчина принял сверток и опустил его на землю, разворачивая мокрую ткань. Юс услышал сдавленный всхлип и, оглянувшись, увидел Тимейна. Юноша стоял, прижимая ко рту руки, и смотрел огромными глазами на изломанное тело девушки. - И что? Ваша девка сама кинулась в реку, а вы пришли ко мне с обвинениями? – брезгливо спросил Диран. Видимо это оказалось последней каплей: горцы взревели и бросились на него. Юс машинально сотворил щит, прикрывая ан-лорда, Тима и себя. Но вдруг понял, что не может удержать его. Щит прогибался, дрожал, и Юсу стоило огромных усилий вообще сохранять его. Он не знал, что происходит, почему не может сотворить привычные заклинания, пока из-за горцев не вышла статная седая женщина. Она держала в руках круглый отполированный диск и негромко, речитативом проговаривала какие-то слова на своем языке. Внезапно диск полыхнул пламенем и щит, тонко зазвенев, лопнул. Откат силы волной прошел по двору замка, круша все на своем пути. Юс пытался снизить поток силы, но все зря. Он еще увидел, как медленно падают камни разрушенного замка, погребая под собой ан-лорда, как летит к стене Тимейн и сползает, оставляя кровавый след. Как открывается портал, и выходит оттуда отряд во главе с Кайном. Как мечутся от ужаса кони, сбивая уцелевших с ног. Как надвигается обломок стены, и наступает темнота.