liberation.

Джисон выдыхает горячий пар из лёгких, устало шагая по пустой улице. В преддверии новогодних каникул, в девять часов утра большая часть спального района ещё спит. Поэтому можно насладиться морозным солнечным утром в полной тишине. Джисон бы обязательно насладился, если бы не накопившаяся усталость. Его решение ходить на миллион курсов, работать и учиться одновременно, конечно, было хорошим для его общего развития и для максимального избегания родителей, но три месяца в таком режиме выкачали из него все силы. Даже общение с друзьями Хану даётся сейчас тяжело. И вроде бы, всё не так плохо, ему всё нравится, да и с переездом к Хенджину, который вроде как состоится официально через пару дней, можно будет снять с себя какую-то часть нагрузки. Только вот какую? Джисон делает всё и сразу, чтобы найти себя хоть в чём-то и создаёт кучу запасных вариантов и аварийных подушек, но на кой черт эти варианты, если у него так и нет плана «А»? Просто путешествовать и веселиться, конечно, прекрасный план, только немного утопичный: а деньги на путешествия он откуда будет брать? План несовершенный. Ещё и все его друзья... почти все знают, чего хотят от себя и от жизни или хотя бы от другого человека. А Джисон как не знает, чего хочет от себя и своей жизни, так и не знает, чего хочет от других людей. Конечно, про его друзей всё понятно: он сильно гордится собой, понимая, что собрал вокруг себя настолько разных и по-своему замечательных людей. Он рад, что смог немного раскрепостить Минхо, и очень счастлив, что сам Джисон может быть собой и не считать себя не в своей тарелке. Парень опять вздыхает, останавливаясь перед дверью кофейни, в которой работает Минхо. Конечно же сейчас его там нет, и Джисон не будет врать, что не скучает, но ходит он туда не только из-за Ли, но и потому что соотношение цена-качество его очень устраивает. Ко всему прочему, Джисон не плохо так сдружился с Наён, которая стажировала Минхо и работает сейчас в его смены. Эта девушка очень дружелюбная и милая, а ещё очень заботливая и внимательная, так что не удивительно, что Минхо её недолюбливает. Парень открывает дверь и чуть не врезается в выходящего из кофейни мужчину. Джисон поднимает глаза, чтобы извиниться, но впадает в ступор, когда смотрит на его главного и единственного кумира. Он немедленно кланяется в девяносто градусов и извиняется, пока Чанбин ошарашенно поднимает его и просит не кланятся, а когда видит лицо Хана, то удивленно поднимает брови: — Ты же тот парень.., — мужчина хмурится, вспоминая имя. — Джисон, — напоминает студент, — Хан Джисон. — Точно, — кивает Со, — Джисон. Какая встреча. — Да, — парень неловко чешет затылок, — я сюда часто хожу. Мужчина усмехается, — меня надеешься встретить? — Что? — Джисон мотает головой, — нет-нет. Просто тут мой друг работает, и я привык ходить сюда. Да и кофе тут хороший. Чанбин хмыкает, — я шучу, не волнуйся. Я знаю, Чан мне о вас рассказывал. Хан кивает и незаметно вздыхает, размышляя, что бы такого сказать. Совершенно не хочется упускать возможности поговорить со своим кумиром. — Как вы познакомились с учителем? Мужчина улыбается как-то криво, пожимая плечами, — мы просто встретились в правильное время. Думаю, иначе мы бы сейчас с ним не общались. — Это звучит прекрасно, — улыбается парень, — я рад, что у вас есть такой хороший друг, а вы — у него. — Да, — Чанбин кивает и смотрит на время, — куда ты собрался в такую рань? Разве у студентов сейчас не каникулы? — Каникулы, да. Но у меня много дополнительных курсов и подработок, так что я не отдыхаю. — Зачем столько всего? — удивляется Со. — Ищу, что по жизни делать, — пожимает плечами Хан, — я вроде как не знаю, чего от неё хочу, кроме как оборвать контакты с семьёй и путешествовать. Чанбин хмурится, а Джисон раскрывает широко глаза и закрывает себе рот рукой, он сказал лишнего да? Он точно сказал лишнего. — Извините, я не хотел вас напрягать, — поспешно говорит парень, вновь норовясь отвесить поклон, но мужчина его вовремя останавливает. — Ты ничего такого не сказал, всё в порядке, — задумчиво отвечает Со, — почему ты так фанатеешь от того, что я делаю? — Ну.., — Джисон смущается, — потому что несмотря на то, что у вас не получилось быть баскетболистом, вы не опустили руки и шли вперёд и теперь даёте надежду таким же потерянным, как я. Ну а ещё у вас правда классные видео. И музыку вы крутую подбираете. Качает. — Вот оно что. Что ж, — Чанбин смотрит на парня и взвешивает все «за» и «против», прежде чем всё же сказать, — в таком случае, если будешь хорошо учиться, я покажу тебе свой зал для тренировок, хочешь? — Хочу! — без раздумий отвечает Джисон, — конечно хочу. Чанбин улыбается, — отлично. Но для этого мне нужно услышать от Чана, что у тебя за второй семестр отличные оценки. — Я не всегда успеваю учиться с таким плотным графиком. — Именно поэтому тебе надо хорошенько подумать о том, как правильно распределить время. Если ты будешь перегружать себя всем чем ни попадя, быстро сдуешься и не достигнешь ничего. А вот английский тебе в жизни уж точно пригодится. — А что если я пойду на курсы менеджмента и потом приду к вам в качестве вашего менеджера? — шутит Джисон и мужчина подхватывает. — Вот окончишь и приходи, — подмигивает Чанбин и уходит, дружелюбно махая парню рукой. Из его уст это звучало так просто, а у Джисона без шуток появилась новая цель.

***

Ed Sheeran — Castle on the hill Сегодня в программе за весь день было только выспаться аж до одиннадцати утра, а не подорваться, как Крис этого любит, в девять. Не торопясь собираться и поехать в торговый центр в очередной раз, потому что у Минхо нет плавательных шорт. Ли конечно не стал спрашивать очевидное «а зачем они мне?», но невзначай спросил «мы что будем купаться?» и получил уверенный кивок в ответ, от которого нехило так запаниковал. Минхо, конечно же, не против никаких активностей, которые предлагает Бан, просто он не учёл, что боится плавать и Крис об этом ни сном ни духом. И как это вообще сказать? А стоит ли? Лучше промолчать... Но тогда он будет выглядеть как дурак, хотя если он откажется от такого романтичного свидания, будет ещё большим дураком. Нет, он всё же промолчит. Ли старался не думать об этом, ни когда увидел вдохновленный взгляд Бана, ни когда вместо пляжа, на который ходят все, Кристофер повёз его куда-то в область, куда-то за город, где, по словам старшего, почти нет людей. Тем более на закате. Тем более во вторник. Минхо просто высунул руку из открытого окна машины и наслаждался ветром, гуляющим по салону, и солнцем, греющим кожу. На ветру белая рубашка парня колышется и иногда щекочет, попадая на кожу; волосы разлетаются в разные стороны, а глаза прищурены, ведь даже солнцезащитные очки не помогают до конца защититься от яркого солнца. Губы в слабой улыбке, а на своей ноге он чувствует руку старшего, во всё горло подпевающего песне с широкой улыбкой и совсем без стеснения. Одной рукой держит руль машины и выглядит просто прекрасно в обычной чёрной футболке и такой же чёрной кепке с ещё слегка опухшим лицом. Голос мужчины, кстати, нежный до потери пульса. Его бы слушать и слушать, но Минхо об этом вслух ни разу не говорил, только невзначай делал музыку потише, чтобы лучше слышать его пение. Кристофер не возражал. Наверное, рай примерно так и ощущается. Минхо бы назвал и ситуацию райской и наслаждение райским, если бы не несколько насущных проблем: Ли все ещё боится плавать и он всё ещё не осмелился спросить, что с их отношениями. Вроде бы ничего серьёзного, всё легко решаемо — словами, но на деле куда сложнее, чем в голове. Минхо плохо спит ночами, размышляя о том, как ему вообще завести этот разговор. Он думает не только о правильно поставленном вопросе но и о том, что если его захлестнут эмоции, он вряд ли сможет изъясняться на английском. Хотя за эти дни в Австралии, когда на корейском Минхо писал только редкие сообщения друзьям, парень сильно привык к английской речи и периодически даже не замечает, что думает на английском. — Дай угадаю, ты был тем самым, кто в пятнадцать лет курил самокрученые сигареты? — перестаёт петь Бан, когда в песне мелькает похожая фраза, и бросает взгляд на парня, выводя того из размышлений. — Да, — хмыкает Минхо, — тем самым, кто делал это показательно прямо на крыльце школы. — Ого, даже так? И тебе ничего не было? — Было конечно, но меня это не останавливало. — Так ты был бунтарь в школе, — поднимает вопросительно одну бровь мужчина. — Вроде того, — кивает Ли, — а ты? — А я был прилежным студентом и даже старостой. Минхо бросает косой взгляд на Кристофера, заставляя того смеяться. — Ну что? — Хорошо, что мы не встретились в то время. Это утверждение оспаривать никто не торопился. Через несколько минут машина наконец-то останавливается в своего рода поле с проезженной дорожкой и лестницей вниз, на пляж. Судя по состоянию лестницы, за этим местом и правда никто не следит. Минхо выходит из машины и встаёт прямо возле спуска, наблюдая сверху за раскачивающимися на теплом ветру пальмами и спокойным морем, которое уже через полчаса станет оранжево-розовым, отражая закатное небо. — Ну как тебе? — спрашивают сзади, подходя всё ближе. — Красиво, — улыбается парень и оборачивается на Криса, — и очень спокойно. — Я обещал тебе спокойное безлюдное место, исполняю долг, — улыбается мужчина, — пойдём, мы обязаны искупаться на закате. И Бан начинает спускаться по шаткой лестнице, хватая Минхо за руку и утягивая за собой. Ли улыбается, потому что в такие моменты мужчина ведёт себя совсем как ребёнок. И это, наверное, самое лучшее, что его серьёзный, деловой и манерный преподаватель английского языка Кристофер Бан может делать в присутствии Минхо. Парень не может соврать о том, что ему не льстит факт того, что только Минхо видел Бана таким. Они подходят к самой кромке воды и вдыхают свежей морской бриз, ненадолго прикрывая глаза. Руки всё ещё переплетены. — Крис, — спустя несколько минут приятной тишины всё-таки заговаривает Минхо. Мужчина открывает глаза и вопросительно смотрит на парня, — я боюсь плавать. Да, Минхо умеет портить романтику в самый удачный момент. И что? Зато он сказал, это многого стоит. Осталось только надеется, что он не сильно испортил общее настроение. — Ты очень своевременно, — хмыкает мужчина совершенно беззлобно, — почему? — Когда я был маленьким и родители возили меня на море, папа учил меня плавать. И когда папа отправил меня плыть без его поддержки впервые, я заплыл, сам того не заметив, очень глубоко, а папа отвлёкся и тоже не заметил этого. Он даже вышел из воды. Я начал паниковать, когда не смог достать ногами до дна и из-за этого чуть не утонул. Папа спас меня и потом очень сильно наругал за то, что я далеко уплыл. Но это он должен был следить за мной вообще-то, — фыркает Минхо, закатывая глаза на собственные воспоминания. — Ну, здесь нет твоего папы, — жмёт плечами Крис, — только я. И уж я-то точно не спущу с тебя глаз. Мужчина отпускает руку Ли и снимает свою футболку и обувь, оставаясь только в плавательных шортах. Он заходит в воду по колено и поворачивается лицом к парню. — Попробуешь? — Чан протягивает руки к Минхо в ожидании ответа, — обещаю не отпускать. На такое возможно ответить нет? Вполне возможно, но не для всех. И в эти «не для всех» Минхо тоже входит. Ведь Крису правда можно доверять. Он правда не отпустит. В каком плане? Кажется, во всех. Но это надо проверить. Минхо и проверяет, не будет же он всегда только мыслить и гадать о том, как будет. Да и как можно вообще осознанно отказаться от чего-либо, что предлагает Бан? Минхо не представляет. Он тоже снимает с себя лишнюю одежду и подходит к мужчине, берет за руки. Крис улыбается и медленно спиной двигается дальше, смотря только на Минхо. Минхо, в свою очередь, смотрит только на Бана. Чувствует чужие руки, крепко держащие, и тёплую воду, приятно обволакивающую ноги парня с каждым шагом всё больше и больше. — Вода такая тёплая, — тихо говорит Ли, продолжая смотреть в чужие глаза. — А ты очень красивый, — без толики застенчивости. Ну хоть пожалел бы разок! — Ты тоже, — младший всё же прерывает зрительный контакт, опешивший от комплимента. Когда они заходят в воду по грудь, мужчина останавливается. Минхо поднимает на него благодарный взгляд. — Если буду тебя держать, сможешь нырнуть? — Только если будешь держать. Обещание исполнено, они ныряют вместе и уже через несколько минут пребывание в воде становится куда проще. Потому что, что бы они ни делали — рука в руке. Плескались вместе и даже брызгали друг друга только лишь одной рукой. Потом Минхо учился лежать на воде, сначала придерживаемый Крисом за спину, потом и без опоры. Когда Ли смог уверено лежать на воде больше полусекунды и не вставал обратно на ноги, гонимый ложной мыслью о том, что тонет, под добрдушный смех старшего и заботливые «осторожно», они лежали на воде уже вместе, наблюдая за оранжевым закатом, который отражается в воде и в чужих глазах. — Поцелуешь меня? — внезапно спрашивает Крис, когда оба выдыхаются плескаться и встают друг напротив друга. Минхо смотрит удивленно кажется целую вечность, прежде чем прикоснуться к чужим губам поцелуем. Это их второй поцелуй. Поцелуй со вкусом солёной воды на губах, поцелуй, когда голая кожа к коже, когда, кажется даже мелкие песчинки где-то во рту, но от этого поцелуй не становится хуже. Это поцелуй на закате с любимым человеком, полный чувств, но не тех, что в первый раз: тут нет отчаяния, тут вера, что сказка продлится дольше одного поцелуя. Хотя бы несколько дней. Минхо хочется улыбаться и плакать одновременно, и он не понимает, чего больше. Хочется верить, что Крис чувствует себя так же, но за всё время, что они здесь это — первый поцелуй. Первый раз напоминание о том, что они друг к другу чувствуют. И, если честно, без этого напоминания было куда проще, ведь мысли «кто мы друг для друга?» окутывали червями мозг не так активно. Теперь, кажется, все мысли только об этом. А, казалось бы, такое прекрасное место, такая комфортная компания. Сиди на ещё не остывшем песке и наблюдай, как последние лучи солнца окунаются в море на горизонте, держась с любимым человеком за руки. В конце концов, можно было бы просто наслаждаться видом Криса: лежит такой весь себе красивый с голым торсом на песке, как звезда. — Можно задать вопрос? — тихо подаёт голос Ли, не сводя взгляда с горизонта. — Конечно. — Что..., — парень замолкает, всё ещё неуверенный в том, как стоит построить вопрос. Но тянуть с этим смысла больше нет. Голову к мужчине он не поворачивает, потому что смотря на горизонт кажется, что он говорит сам с собой, — что между нами? Кристофер отвечает не сразу. А если точнее, не отвечает вообще. Не услышав никакой реакции, Минхо всё же поворачивается, чтобы взглянуть на мужчину. Он хмуро смотрит на небо, поджав губы. Это и парня заставляет нахмуриться. — Крис? — А ты уверен в том, чего хочешь? — В смысле? — Ли непонятливо моргает. Бан сомневается в его чувствах? Кристофер вздыхает, поднимаясь с песка, и усаживается ровнее, — Минхо, не пойми меня неправильно. Ты мне нравишься, мне нравится проводить с тобой время, и я очень хочу тебя в роли своего возлюбленного. Одна из главных причин, по которым я привез тебя сюда, это то, что я хотел побыть с тобой как просто Крис, а не как твой преподаватель. Но в Корее мы так не сможем, ты это знаешь. Минхо кивает, но он всё ещё не понимает. — Ты уверен в том, что хочешь быть со мной? Ты уверен в том, что сможешь разделять нас, как пару и нас, как студента и преподавателя? Ты уверен, что это не временное увлечение? Ты можешь без сомнений сказать, что достаточно хочешь меня, чтобы перетерпеть все трудности? Ты готов нести ответственность за себя и за меня? Быть со мной честным? Впустить меня в свой мир? Ты захочешь спустя время следовать за мной до концов земли? Парень сглатывает комок. Доходчиво. Опасения вполне оправданны: не удивительно, что Крис хочет длительных и серьёзных отношений, а не интрижки на стороне. Но почему всё равно так паршиво? Как будто Минхо не может правильно опознать то, что чувствует. Как будто Минхо здесь просто потому что по-детски влюбился, а уже через месяц уйдёт. — Я даже не знаю, что ответить, — по-грустному хмыкает Ли, — ты правда сомневаешься в моих чувствах. А в своих нет? Думаешь, ты не можешь передумать? Правда считаешь, что я все ещё ребёнок, который не может разобраться в чувствах? Был бы я тогда сейчас здесь? Доверился бы рассказать о своих страхах и чувствах? Как ты сам можешь утверждать, не попробовав? — Минхо, ты заводишься, — вздыхает Чан, — пожалуйста, успокойся. Я сомневаюсь, это правда, но не потому, что я сомневаюсь в тебе в силу возраста. Я сомневаюсь в себе так же сильно, но я готов нести ответственность, я готов полностью пустить тебя в свой мир и не жалеть в случае чего. Парень мотает головой. Хочется чего-то такого.. накричать или расплакаться. Он сам не понимает. Крис ведь и правда не сказал ничего такого, но осадок-то.. осадок есть. Нельзя это продолжать, не сейчас. — Да, я завожусь. Я думаю, что ты оскорбляешь меня, когда выражаешь сомнение в моей ответственности. Ты вообще задел меня: взял меня сюда с собой, чтобы потом сказать: «а ты хочешь? я не уверен». Поэтому я больше не хочу говорить об этом сейчас, — он встаёт, — давай поедем в отель. Мужчина смотрит на него тяжёлым взглядом и кивает. Минхо не умеет переживать всё на месте, ему нужно время, хорошо. Чану тоже нужно время. Этот диалог он откладывал на последнее, чтобы здесь и сейчас — просто наслаждаться, но раз Минхо захотел потрепать им нервы заранее, пусть так. Может так даже лучше.

***

— У тебя очень красивая футболка, — Хенджин улыбается, но прячет улыбку за кружкой. А Феликс не утруждается, он широко и солнечно улыбается, показывая футболку лучше. — Это футболка из коллекции моей мамы. — Твоя мама шьёт одежду? — Да, — Ли горделиво улыбается и поднимает одну бровь, — у неё свой бренд, правда не особо популярный за пределами Австралии. Но я даже участвовал в создании некоторых дизайнов. — Правда? Покажешь? Парень кивает и встаёт, пропадая за пределами камеры. Он шумно роется в шкафу, что-то бубня под нос, отчего Хенджин хихикает. Феликс и правда сдержал обещаение: закидывает его кучей сообщений, далеко не всегда наполненных хоть малейшей смысловой нагрузкой, и звонит чуть ли не по три раза на дню. Пару раз Хвану даже пришлось сбросить его, потому что он был занят. Хотя будь воля Хенджина, он бы просто не сбрасывал никогда и говорил с Феликсом вечно. — Вот, — парень растягивает в своих руках белую футболку с принтом Тома и Джерри, которые стоят по разные стороны зеркала. Джерри стоит перед зеркалом и видит Тома, а Том в своём отражении видит Джерри и надпись «the perfect one for you is me». — Я обожал этот мультик в детстве и думал, что отношения этих двух на самом деле очень романтичные. — Романтичные? — старший прыскает, вопросительно поднимая одну бровь. — Нет, серьёзно! — дуется Феликс, откидывая футболку на кровать и усаживаясь обратно на стул, — если бы они хотели, они бы давно друг друга поубивали, но они этого не сделали, только цапались, потому что они на самом деле очень дополняют друг друга. Да и сколько раз они друг о друге заботились. Хенджин хмурится задумчиво. — Ты не замечал? — абсолютно серьёзно спрашивает Феликс. — Нет? Я не так уж много смотрел этот мультик. — Значит, есть причина посмотреть вместе Тома и Джерри, — улыбается парень, — они мне нравятся. И их взаимоотношения — тоже, не всегда ведь нужно говорить «я тебя люблю» или вести себя как-то по-особенному, чтобы выразить эти чувства. Хван ещё раз вспоминает фразу на футболке и улыбается. Феликс, наверное, всегда был таким. Понимающим и чувственным. Хенджин когда-то тоже таким был, но опыт показал, что это не лучшая черта характера. — Главное, правда чувствовать, а как выражать свои чувства — уже вторично, — кивает Ли сам себе. — Очень красивая футболка, — улыбается всё же старший. Это вызывает улыбку и у Феликса. — Я так соскучился по тебе, Хенджин, — внезапно, — если честно, уже хочу в Корею. Так несправедливо, что я перестал чувствовать себя одиноко там только перед отъездом. — Если бы не уехал, не понял бы, что ты не одинок и здесь, — жмет плечами Хван, — наслаждайся и развлекайся там, а мы ещё наверстаем. Может показаться, что Хенджину было очень легко это сказать, но на самом деле это далось крайне сложно. Хван хочет давать Феликсу то, чего он заслуживает — любви и заботы, но в то же время он не хочет ему врать, потому что опять же — Феликс этого не заслуживает, а Хенджин, сколько бы нежности не имел по отношению к нему, не может быть уверен в том, как долго это продлится. Потому что ему — подавай скандал. Хенджин вообще чувствует себя ужасно и не считает, что достоен внимания от кого-то, как Ликс, но это был его, Феликса, выбор и вполне осознанный. По крайней мере, Хван хочет в это верить. И ещё он очень не хочет грузить Феликса своими проблемами и переживаниями, поэтому иногда говорит то, что ему даётся тяжело. Тяжело не потому что это неправда, а потому что это может стать ей. Глупо. В любом случае это проще чем позволить парню залесть в его душу. — Хенджин. — Да? — Давай сегодня ты отключишь голову, и мы посмотрим вместе фильм? По нему опять заметно? Или Феликс и правда гадалка? Хотя какая разница, если в любом случае это ужасно. Хенджину нужно стараться лучше, чтобы не проявлять слабость. — Моя голова перестала работать сразу же после последнего экзамена, — фыркает парень, — конечно, давай посмотрим фильм сегодня. Выбираю я. — Хорошо, — Ли улыбается, — узнаю, что тебе нравится. — Ты выберешь в следующий раз. — Безусловно.

***

Это первый день пребывания Минхо в Австралии, когда он почти не вставал с кровати. Разве что до туалета дойти или встать попить воды. Сегодня Крис не будил его сутра пораньше и не подгонял, чтобы они успели всё увидеть и посетить. Оно и не удивительно: вчерашний разговор повлиял явно не только на Минхо. Им обоим нужно время и в этом, пожалуй, нет ничего такого. Парень уже перестал судить ситуацию под гнетом эмоций и понимает, что и правда не было сказано ничего такого. Возможно, Крису вообще эти ночь и день дались куда тяжелее, ведь не просто так он это сказал вчера. Да и он не пытался ссориться, это всё Минхо со своей эмоциональностью. Только подтвердил своим поведением, что всё ещё не настолько зрелый, каким пытается казаться. Минхо думал пойти извиниться, но что-то останавливало, да и Крис не заходил, так что может он не готов говорить сейчас. Таким образом Ли и провалялся в кровати весь день. Это даже неплохо, потому что он понял, что за последние несколько месяцев он ни разу не провел день вот так: отдыхая физически и морально. Морально, правда, под вопросом, но тем не менее. Под вечер, когда Минхо решил сходить в душ, он услышал стук в дверь. Парень открыл сразу же и, конечно, увидел именно Кристофера. — Занят? Парень хмыкает, — я весь день занят поиском занятия. Мужчина улыбается, Минхо обращает внимание на его внешний вид: уличная одежда, уложенные волосы. Собирается куда-то или где-то был? — Давай съездим кое-куда. Хочу показать тебе одно место. Он выглядит очень серьёзно и Минхо сомневается, что это очередная туристическая прогулка. Парень кивает и говорит, что ему нужно пять минут, Крис не спорит, обещает ждать в машине и удаляется. Уже через несколько минут они выезжают с парковки в полной тишине, каждый думает о своём. Минхо вот решает, что раз Бан решил с ним сегодня заговорить, то извинения не будут лишними. — Крис, — тихо говорит он, — извини, что вспылил вчера. Я понимаю твою позицию, и это вполне нормально. Просто я не был готов к тому, что мне зададут подобный вопрос. Даже не задумывался о чем-то подобном. — Я понимаю, Минхо, — кивает мужчина, — будь я на твоём месте, я бы тоже не задумывался о подобном. Эти мысли — скорее последствие неудачного опыта, и я надеялся, что без объяснения причин ты сможешь меня понять, но я ошибся. Поэтому я хочу тебе объяснить. — Мы едем в какое-то место из твоего прошлого? — понимает парень, на что Бан лишь кивает. Его профиль выглядит очень серьезно: брови слегка нахмурены, глаза сосредоточенно смотрят на дорогу, а костяшки руки, которая сжимает руль, побелели от того, насколько сильно мужчина сжимает руль. Это, кажется, и правда что-то очень серьёзное и тяжелое для Криса, поэтому Минхо успокаивающе кладет свою руку поверх чужой, лежащей на подлокотнике. Не сразу, но мужчина всё же переплетает их пальцы и крепко сжимает руку младшего. Спустя некоторое время машина останавливается возле старого обшарпанного пятиэтажного дома, и старший проводит Минхо в сам дом, поднимаясь на четвертый этаж, открывая ключом квартиру. Ключ? Квартира? Это квартира его родителей? Но Минхо же не готов.. он же одел что попало, и они ведь даже ещё не в отношениях официально! Какие родители? Бан пропускает Ли первым зайти в квартиру и говорит без эмоций: — Можешь не разуваться, здесь давно уже никто не живёт. Минхо терятеся в догадках ещё больше и поворачивается на Криса, глядя на него вопросительно. — Проходи, осмотрись, — жмёт плечами тот и указывает рукой пройти внутрь квартиры. А голос всё ещё холодный, Минхо никогда его таким не видел.. Именно поэтому он слушается и проходит в гостиную без лишних вопросов. Гостиная окзывается просторной, светлой комнатой, но очень пустой. В дальней стене большое окно, через которое в комнату проникают лучи солнца, постепенно уходящего вниз к горизонту. Лучи падают на обшарпанный диван, рядом с которым, почему-то, стоит большой баллон, как тот, через который надувают шарики с гелием, он украшен лентами и рисунками. В другом углу на пыльном журнальном столике стоит ваза для цветов с зелёным налётом, явно многолетним. Некогда белый и пушистый ковёр потерял свой манящий облик и больше стал похож на коврик для обуви. Минхо заходит на кухню, тут тоже всё так и кричит о том, что эту квартиру не посещали уже давным-давно: холодильник не работает, на столешницах, стульях и обеденном столе — пыль. Записки на холодильнике пожелтели, а магнитики — выцвели. Но, судя по неоткрытым бутылкам с алкоголем, оставшимся не на своих местах кружкам, по пустой бутылке вина, стоящей в гостиной у дивана, дом покидали быстро, ничего не убрав, не забрав. Крис оказывается за спиной Ли и наблюдает за тем, как парень тут всё осматривает. — Ты здесь жил раньше? В ответ кивают и идут в гостиную, намекая, что Минхо тоже стоит вернутся туда. — Жил и не один, — мужчина встаёт возле полочек, которые находятся слева от входа в гостиную. Минхо обращает на них внимание и подходит ближе, рассматривая содержимое. На полках куча фотографий в рамочках, где Крис и какой-то другой парень европейской внешности. Красивый, с длинными блондинистыми волосами, милой улыбкой, ярко-голубыми глазами и кучей веснушек. Фотографий много и на каждой парень — улыбается скромно, немного сдержанно, а вот Кристофер лыбится во все тридцать два и смотрит с безграничной нежностью в глазах на парня рядом. Из других украшений на полке — стеклянная рамка с названием и обложкой какой-то песни, видимо, некогда мужчиной любимой, а внизу маркером «Нам уже четыре года. Я тебя безумно люблю. Вечно твой медвежонок». И ещё куча атрибутов, так и кричащих о прошлых отношениях, плюс какие-то книги, гирлянды и разное-разное. Парень вопросительно смотрит на Бана, а тот вздыхает. — Его звали Натаниэль. Мы познакомились ещё в средней школе. Как я уже говорил, я в школе был ботаном и старостой, он — примерно как ты: прогуливал, учился на одни двойки. Как староста, я получал за него по голове стабильно по нескольку раз в день и в один из разов, когда меня в очередной раз отчитывали из-за него, я не выдержал и пришёл к нему домой. Очень хотел выбить из него всю дурь и наглядно показать, почему не стоит испытывать моё терпение. Но когда пришёл, то увидел, как вместо меня это делает его отец. Конечно, мне стало его жалко. Я помог ему, обработал раны, поговорил. Оказалось, отец бил его очень часто, именно поэтому он не приходил в школу — синяки вызовут вопросы. Он тогда расплакался, и у меня что-то ёкнуло в сердце, я обнял его и почему-то решил, что раз уж я теперь храню его секрет, то должен защищать и самого Натаниэля, — ненадолго мужчина замолкает и как-то устало хмыкает, смотря на их совместную фотографию. — Сложно было не влюбиться в такого как он. Он оказался очень милым и чувствительным, скромным и с большим сердцем. Оказалось, что он очень любил учиться, но не мог себе позволить ходить в школу. Поэтому я ему помогал с учёбой, носил еду и воровал его из дома как можно чаще, чтобы он не виделся с отцом. В один раз, он рассказал мне, что его отец ненавидит его и бьёт за то, что он гей. И вся семья его ненавидит. Это сопровождалось не только физическим, но и моральным абьюзом. Это разбило мне сердце, потому что мои родители всегда понимали и принимали мою ориентацию. Тогда я окончательно понял, что не могу оставить его одного. Мы начали встречаться, когда нам было по четырнадцать. Я начал часто ссориться с его отцом и защищать от него Натаниэля. В шестнадцать я пошёл на подработку и начал откладывать деньги на квартиру, чтобы увезти его от его семьи. В восемнадцать мы переехали в эту квартиру. Я готовился к поступлению, он решил взять год отдыха от учёбы, потому что не определился со специальностью. Я видел, что ему не очень хорошо, что он всё ещё не может принять себя и чувствовать себя счастливым и в безопасности. Поэтому я делал всё, что мог: готовил его любимую еду, старался как можно меньше оставлять его одного, заваливал подарками, никогда ничего не требуя от него взамен, и отдавал всю свою любовь. Но лучше ему почему-то не становилось, а когда я спрашивал, что с ним, он говорил, что всё в порядке и ему просто нужно время. Ну я давал ему время, не позволял себе расслабиться, работал, учился, делал всё, чтобы ему было хорошо, верил, что совсем скоро ему станет лучше, и мы вместе сможем быть счастливыми. Планировал наши поездки во все страны мира, планировал даже дом загородом с тремя собаками. Минхо хмурится. Вся эта история звучит слишком литературно. Крис кажется правда любил этого парня. И наверняка Натаниэль любил в ответ. Они были вместе так долго. Что же такого могло произойти? — В один вечер он даже сам позвал меня на свидание. Это был первый раз, когда он позвал меня. Я был безумно счастлив, думал, вот наконец-то, ему становится лучше. В тот день я ушёл раньше с работы, купил ему букет и побежал домой, потому что он сказал, что хочет выпить со мной в приватной обстановке. Мне, — мужчина прыскает, — если честно, было плевать где будет свидание, главное, что оно было. Крис отталкивается от стены и подходит к дивану, останавливается прямо на против и смотрит на него. Кажется, в его голове сейчас всплывает большое количество картинок из прошлого. Минхо тоже подходит и не знает, будет ли это правильным, но всё же рискует: берет мужчину за руку, успокаивающе поглаживая большим пальцем по тыльной стороне ладони. Через несколько секунд Бан отмирает и вновь заговаривает. — Он сидел здесь, когда я пришёл, — кивает на диван, — в новом костюме. Синего цвета, он знал, что я люблю, когда он надевает синее, потому что я всегда ему об этом говорил. Рядом с ним стояла пустая бутылка вина, и пару шариков. Минхо смотрит на мужчину и не понимает, к чему он клонит. Что не так? — На голове был пакет, он отравил себя газом из баллона, — Ли сразу переводит взгляд на украшенный баллон и хмурится. Это сейчас не шутка?.. — А на столе в вазе были цветы и записка, — Бан кивнул на стол, — я её не убирал, можешь прочитать. Минхо с недоверием отпускает его руку и подходит к столу. Записка и правда там лежит и гласит: «Спасибо, что пришёл, медвежонок. В холодильнике стоит виски и лёд, выпей со мной и отпусти меня. Таких как я больше не ищи, будь любимым. Некогда твой Натаниэль». Парень держит бумажку трясущимися руками. Верится в то, что Крис рассказал, очень тяжело. В уголках глаз собираются слёзы, он поворачивается на мужчину, тот всё так и стоит молча и смотрит на диван безразличным взглядом. Таким, что аж страшно становится. — Что ты чувствовал? Парень походит к окну и не без сложностей открывает его, чтобы закурить. Наверное, стоило бы спросить, но так как тут никто не живёт, вряд ли это кому-то навредит. Ну или хотя бы навредит больше, чем то, что тут уже произошло. Чан и не возникает, когда чувствует запах сигарет, лишь встаёт рядом и опирается плечом на стену, устремляя взгляд на улицу. — Сначала я не поверил, — жмёт плечами, — думал, это розыгрыш. Но когда понял, что это правда, выпал из жизни на неделю, не меньше. Я не помню, как его увозили, как я оказался в доме родителей. Вообще ничего не помню, я как-будто тоже тут умер. Мама говорила, что я днями просто смотрел в стену и плакал. У Минхо сердце обливается кровью, когда он представляет, как этот солнечный человек с самой заразительной улыбкой и с самым чудесным смехом, плачет. — Потом я очень злился. Я думал: «почему он оставил меня, когда я давал ему всё? Как он посмел?» и злился, когда возвращался сюда. Смотрел на украшения, цветы, записки и понимал, что он готовился. Понимал, что единственное событие, к которому он готовился с такой педантичностью, это показать мне то, как он умрёт. И ведь он сделал это умышленно, хотел, чтобы я увидел. Это выводило меня из себя: насколько наплевать ему было на меня и на всё, что я сделал, что он ушёл так? Крис ненадолго замолкает, переводя дух и продолжает: — Потом я начал винить себя. Как я мог злиться на него, когда ему было так тяжело? Если он всё же ушёл, значит, я недостаточно старался, недостаточно следил за ним. Ведь вместо учёбы и работы я мог быть с ним. Парень поджимает губы. Теперь все вопросы о том, почему Крис так внимательно относится к состояню Минхо, отпали сами по себе. Ну, конечно, Ли не всегда заботится о себе и может немного перерабатывать собственную норму, но всё же у него всё не настолько.. плохо. — К тому моменту нужно было поступать в университет, но мне было очень плохо. Я ни морально, ни физически не был на это способен. Да и на улицу было тяжело выходить, всё напоминало о нем. Минхо выбрасывает бычок в окно и снова берет руки мужчины в свои. — Родители предложили мне съездить в Корею к родственникам, я так и поступил. Там же принял решение пойти к психологу, — Крис наконец-то переводит взгляд на парня и нежно улыбается, сжимая его руки крепче в своих, — весь год я потратил на проработку всего того дерьма, что осталось у меня в голове из-за него. Это было удачно, плюс, именно тогда я и встретился с Чанбином. Он подсказал мне, какую профессию выбрать. Сейчас я чувствую себя вполне счастливым и довольным жизнью. А недавно тебя встретил и стало ещё лучше, но некоторые привычки из прошлого остались. Кристофер вновь замолкает на пару секунд, делает глубокий вдох и продолжает: — Именно поэтому я боюсь, Минхо. Я очень боюсь, что не смогу сделать тебя счастливым, как бы ни старался, потому что твои проблемы будут затмевать любовь тех, кто рядом с тобой. Я больше не хочу терять кого-то. Имеется в виду, не терять из своей жизни, а терять из жизни вообще. Минхо тяжело вздыхает и кивает, укладывая ладонь на щеку мужчины и поглаживая. Крис очень сильный, раз смог пройти через подобное и не потерять веру и умение улыбаться. Минхо сомневается, что был бы способен на что-то подобное. Он так им гордится и так расстроен, что кому-то настолько чудесному пришлось пройти через подобное. — Прости, что заставил тебя ковырять такую глубокую рану, — шепчет Ли, всё ещё на грани слёз. Крис отрицательно мотает головой, — я должен был быть готов к этому, если хотел сблизиться. Просто это было чуть раньше, чем я планировал. Минхо оглядывается вокруг вновь и делает глубокий вдох, чтобы успокоиться, но после рассказанной истории, не то что смотреть на комнату сложно, но и дышать здесь невозможно. Страшные события, произошедшие здесь, давят на грудную клетку. А Ли ведь даже этого не испытал, только выслушал. Если ему уже так плохо, то какого же Крису? — Почему ты не продал эту квартиру? — тихо спрашивает он, смотря на Бана с сочувствуем, — разве так не было бы.. проще? В ответ Кристофер лишь грустно хмыкает, — я бы хотел. Находиться здесь тяжело, да и мне говорили, что для своего же блага лучше избавиться от этого места, но я всё ещё выплачиваю деньги за эту квартиру. Думаю, как только выплачу, сразу выставлю её на продажу, даже ремонт делать не стану. Минхо убирает руку с чужой щеки и понимающе кивает. Он бы тоже хотел избавиться от этого места и никогда о нём не вспоминать, если бы такое произошло. Может быть, звучит это ужасно, но.. Минхо считает, что нужно избавляться от того, что заставляет сердце болеть. Именно поэтому он без лишних размышлений говорит нежно: — Поехали отсюда? Мужчина улыбается и берет Ли за руку, выводя из квартиры. Они решают не ехать куда-то ещё, едут обратно в отель. В тишине, но не такой как вчера: в тишине раздумий — кто о чем. По приезде они даже не обсуждают ничего, сразу вдвоём идут в номер Криса и остаются там на всю ночь. Сначала они заказывают ужин в номер и смотрят какую-то дурацкую комедию, после болтают о чем-то отвлеченном: Минхо рассказывает о Феликсе и Хенджине, а Чан — о Чанбине. — Я надеюсь, у Хенджина получится справиться со своими травмами от бывших отношений. Феликс кажется очень заботливым, но, — мужчина подкладывает руки под голову, удобнее устраиваясь на кровати, и смотрит в потолок, — Хенджина может это испугать. — Испугать? — То, что Феликс пытается его понять и принять. Хенджин привык, что он всегда непонятый и всегда тот, кто подстраивается. Привык, что его чувства не принимали и не слышали, так что он может испугаться, когда поймёт, что Феликс хочет понять его. — Ужасно. — Ну, у них есть ты, поможешь им, — хмыкает Бан и подмигивает Минхо, заставляя того смеяться, кивая. — А как вы познакомились с Чанбином? — Мы с ним ходили к одному психологу и часто пересекались в комнате ожидания. В один момент он просто заговорил со мной, ну а я поддержал разговор, оказалось, что у нас много общего, — жмёт плечами мужчина и обнимает Минхо, когда тот осторожно укладывает свою голову на грудь старшего, — он говорит, что я ему во многом помог, и именно он был тем из-за кого я решил пойти на преподавателя. — Ты хорошо с этим справляешься, думаю, быть учителем у тебя в крови. — Может быть и так, но я хочу попробовать много нового. А быть преподом значит быть прикованным к одному месту. — Да ладно тебе тоже, сказал, что заболел и уехал по своим делам, а студентам только в радость, — хмыкает Ли, на что Бан смеётся. — Эй, я ответственный, я не брошу своих детей из-за своих хотелок. И ещё полночи они болтали обо всем. Чан впервые почувствовал себя так свободно и спокойно. Наверное, поделиться всем было правда хорошим решением для него, ведь теперь у него — гора с плеч. Минхо в свою очередь счастлив, что ему доверили что-то столь серьёзное, и тоже чувствует себя лучше, зная прошлое мужчины. Только вот ответ всё ещё нужно дать, поэтому, когда они ложатся спать, Минхо долго не может заснуть — размышляет обо всём, что произошло, а потом он тихонько спрашивает: — Ты спишь? — Нет, — так же тихо отвечают сзади, и Минхо поворачивается лицом к мужчине. Он понимает, что Крис смотрит на него и, видимо, уже давно, когда встречается с его взглядом. — Я..., — парень запинается и делает короткую паузу, прежде чем продолжить мысль, — я хотел сказать, что в моей голове никогда не возникала мысль покинуть жизнь. Поэтому вряд ли со мной может произойти что-то подобное. Да и, если честно, я настолько нуждаюсь в том, чтобы мои любимые люди чувствовали себя комфортно и спокойно рядом со мной, что вряд ли я буду делать это, зная, что это... как минимум неприятно. Скорее, если уж я и решусь, я пропаду, уйду, но не заставлю видеть это. Понимаешь? Бан смотрит на мальчика, сверкая глазами от устаревшей, но все ещё ноющей боли. — Я знаю, это звучит глупо, но я просто хочу сказать, что если ты всё же хочешь дать нашим отношениям шанс, то о подобном не стоит волноваться. Я и без этого непростой и всё такое, найдется о чем поволноваться, но не об этом.., — Минхо неловко замолкает, и, не выдерживая взгляд мужчины, опускает глаза, смотря куда-то на одеяло, — ты прав, я не могу быть уверен в том, что мои чувства достаточно сильны, чтобы продлиться вечно, но мои чувства достаточно сильны, чтобы сейчас я был уверен, что я готов стараться и работать ради нас. И я тоже готов взять ответственность за свои чувства, защищать их настолько долго, насколько потребуется. Я понимаю, насколько это будет тяжело, пока мы с тобой в роли преподавателя и студента, но я не нахожу слишком много проблем в том, через что мы должны пройти. Точнее, я не считаю, что это настолько проблематично, когда на кону — мы. Вот мой ответ на твой вопрос. Несколько долгих секунд проходит, прежде чем Крис заговаривает: — Тогда давай будем думать о том, что будет потом — потом, — мужчина находит руку Минхо под одеялом и сжимает в своей, — а пока мы тут и всё выяснили, будем просто наслаждаться остатком отдыха и компанией друг друга, м? Парень вновь смотрит на Бана и кивает, улыбаясь, когда видит нежный взгляд напротив. — Поцелуешь? — спрашивает Крис и Минхо хмыкает. — Почему ты всегда спрашиваешь меня, но не целуешь сам? — Делаю видимость того, что ты решил меня поцеловать, — жмет плечами Бан. Минхо смеётся, прижимаясь ближе к мужчине. — Тебе нравится, когда я тебя целую? — почти шёпотом спрашивает парень. — Мне нравится всё, что ты делаешь, — так же тихо отвечают и Минхо быстро целует, до того как почувствует, как его дыхание учащается из-за сказанных слов. Крис улыбается в поцелуй, дразнится, кусается, кладет руку на талию и прижимает Минхо ближе, который, в свою очередь, не отстаёт, перебирает волосы старшего на затылке и тоже кусается, впервые узнавая о том, что же в этом такого приятного. И вновь Минхо замечает, что их поцелуй — не такой как предыдущий. Каждый раз добавляется новая эмоция, и с каждым разом их поцелуи всё свободнее и свободнее. Каждый раз всё больше поцелуев, и меньше проблем.