Хрустальная бабочка

      Нежные лепестки изящно прогибались под тонкими пальцами, сверкая своей невинной белизной. Маленькая капля воды, словно чистый хрусталик, пропускала через себя желтоватый свет тонкого абажура. Итэр осторожно развернул небольшую вазу, украшенную легким цветочным узором у самой каемки, и с тихим восторгом продолжил разглядывать едва распустившиеся бутоны.       ...Так красиво. То, с каким изяществом белые лепестки прилегали к золотистой середине, будто дочери прильнули к матери, пробирает мурашками до самых лопаток. Как долго он не видел живых цветов? Последние полгода в его мыслях витал лишь один цветок – и тот был искусственный, ставший аккуратным дополнением к ежедневной прическе сестры.       Один из лепестков легкокрылой птицей отлетел прочь, опадая на столешницу. Итэр тут же прибрал его в карман, наказывая себе вложить его в какую-нибудь книгу. Где-то впереди зашуршала бумага, и ученик поднял взгляд. – Откуда у тебя эти цветы?- Сяо мельком глянул на него исподлобья, не отрываясь от заполнения бумаг.       Это, наверное, первый раз, когда он весь день провёл в комнате. Нин Гуан, не простившая генералу провала важной операции, отстранила его от работы на неопределенный срок – до полного выздоровления. Заместо обычных заданий ему выдали большую стопку документов и велели заполнить всё в ближайшее время. – Сян Лин хотела использовать их для блюда, но они оказались слишком горькими,- Итэр вновь вернулся к цветам, поправляя их и выпрямляя выбивающиеся бутоны.– И я предложил забрать их. – Зачем?- Сяо поднял на него взгляд, полный непонимания. – Как зачем? Они красивые,- Итэр не отвлекался от белоснежных лепестков, однако почувствовал всё тот же взгляд. Тем не менее, теплая улыбка не покидала его губ ни на секунду.– К тому же, сейчас хризантемы в самом цвету. Через пару дней они полностью расцветут и станут особенно красивы. – Но они завянут. – Все цветы когда-нибудь завянут. Но в этом есть своя прелесть,- Итэр присел за стол и уложил голову боком на скрещенные руки.– Наблюдать за их цветением здесь и сейчас – разве это не прекрасно, генерал?       Сяо не ответил. Он лишь мельком глянул на ученика, после чего вновь вернулся к документам. Тихий скрип его ручки был особенно чётко слышен сейчас, когда Итэр прижался ухом к столешнице.       Он и правда привык. Привык вставать утром, разминая плечи после сна на не самой удобной софе, привык каждый день начинать с небольшого гостинца от Сян Лин, приготовившей очередной странноватый шедевр, привык тихими вечерами слушать изысканные речи Син Цю, который любил громко, с выражением, зачитывать свои рукописи. Иногда ему даже удается расспросить Сяо о работе, разузнать об обстановке за пределами штаба.       Хотелось думать, что это не только помогает Итэру не сойти с ума, но и даёт Сяо возможность разгрузиться после тяжелого дня. В конце концов, вытаскивать его из под ледяного душа во второй раз не очень хочется.       Крепкий лёд между ними постепенно оттаивал, позволяя ярким солнечным лучам пробираться на теневую сторону.       Он даже начал понемногу обживаться здесь. Пустующий итэровский уголок со временем начали заполнять различные вещицы от его знакомых: романы и различные стихотворные сборники от Син Цю, небольшой амулет от Чун Юня в виде плетеной красной ленты, маленькая плюшевая панда (если это панда – Итэр до сих пор не понял) от Сян Лин. Всё это согревало его душу и помогало отвлечься.       Отвлечься от мыслей о ней.       Нет, не стоит вспоминать её сейчас. Он уже вспоминал её долгими, мучительно холодными ночами в собственной постели, уже захлёбывался в слезах, вспоминая тепло её рук и солнечную улыбку, уже срывал голос, пытаясь докричаться до неё сквозь неведомые километры, разделяющие их. Люмин ушла. И он тоже ушёл.       Ещё один лепесток оторвался от родного бутона, аккуратно спускаясь перед самым носом Итэра. Тот проследил за ним взглядом, рассматривая тонкие прожилки. – ...А ваза? – А?- столь неожиданный вопрос ввел Итэра в ступор. Сяо оторвал взгляд от документов и посмотрел на ученика. – Вазу ты у кого взял?- генерал оперся щекой о руку, покручивая шариковую ручку в руках.– Явно ведь не твоя. – С чего вы взяли?- Итэр улыбнулся, глядя Сяо в глаза.– Может быть, я попросил её у кого-то. Или нашёл её где-нибудь. – Не твой цвет. – ...Не мой цвет?- Итэр опешил, в миг сбросив с себя наглую ухмылку. Он поглядел сначала на Сяо, что вновь вернулся к документам, а затем на вазу. Она была фиалковой, с белой каемкой и минималистичными цветочками с краю. И она действительно была чужой. – Я одолжил её у генерала Ке Цин. – Одолжил, или она силой впихнула её тебе в руки?- как проницательно. – ...Силой. – Ясно. Вполне в её духе.       Сяо вздохнул. Что ж, Итэр действительно рассчитывал поставить цветы в один из немногих стаканов на кухне в комнате. Однако, стоило ему случайно наткнуться на Ке Цин в коридоре, как она, увидев в руках блондина помятые цветы, затащила того в свою комнату и всучила в руки аккуратную стройную вазу. И тут же, поругав за неаккуратность, выпроводила за дверь.       Да, она действительно своеобразный человек. – А...- Итэр запнулся, пытаясь задать интересующий его вопрос.– ...Почему вы решили, что это не мой цвет? – Ну...- Сяо замялся, на миг прекратив писать.– ...Она не жёлтая. – Ась?