Under the blanket, i waited for you all day

✵✵✵

      Всё начинается с небольшого трепета, едва заметного, такого, который не заметишь, если только не обратишь внимания, и Чонгук не обращает внимания, по крайней мере, не полностью, пока этот небольшой трепет не превращается в сильный вихрь в течение пары секунд, их обычный вид расплывается и исчезает всё больше и больше за снежинками, которые продолжают падать с неба.       — Хён, хён, хён, смотри, — выдыхает Чонгук, когда в его сознании всё встаёт на свои места, его ладонь торопливо постукивает по руке, которую Тэхён обнял его. Они обнимались на диване после розыгрыша Тайного Санты, у обоих был выходной на весь день, и они были более чем готовы провести его, обняв друг друга, ничего не делая. Юнги и Намджун решили весь день поработать дома, но пока Юнги спустился в свою студии, Намджун свернулся на диване рядом с ними калачиком с книгой, которую он читает для исследования.       Вздох и постукивание Чонгука настораживает не только Тэхёна, но и Намджуна. Оба парня смотрят на него широко раскрытыми любопытными глазами и на мгновение замирают, прежде чем отвести взгляд, чтобы проследить за его взглядом, и с их губ срывается двойной вздох, когда они видят толстые снежинки, которые начали покрывать улицу тонким белым слоем снега.       — Это действительно происходит? Мои глаза не играют со мной злые шутки, верно? На улице правда идёт снег? — с благоговением шепчет Тэхён, его глаза устремлены на шквал снежинок, которые, кажется, становятся всё плотнее и плотнее, продолжая падать с неба.       — Это реально, хён, — отвечает Чонгук так же потрясённо, Намджун упоминает что-то о возможном снегопаде, но в то же время он не ожидал, что он будет таким сильным.       — Чонгук-а… — Тэхён внезапно поворачивается к нему, широко распахнув глаза, и смотрит на Чонгука. За годы совместной жизни с Тэхёном научили Чонгука понимать каждое выражение его лица, так что он уже знает, что будет дальше, прежде чем Тэхён снова откроет рот.       — Нам нужно выйти на улицу, пожалуйста. Кто знает, как долго будет идти снег, мы должны пойти, пока ещё можем, пожалуйста, — Тэхён умоляюще смотрит на него, но Чонгук уже кивает, не успев закончить, ему так же не терпится выйти на улицу и воспользоваться возможностью поиграть в снегу, пока есть возможность.       — Да, да, мы могли бы попробовать сани, которые не успели опробовать в прошлом году, хён, — нетерпеливо выдаёт Чонгук, его тело уже начинает вибрировать от возбуждения. — Намджун-хён, ты тоже поедешь с нами? — обернувшись, он уставился на Намджуна расширенными глазами, и хотя он не видит его, он знает, что Тэхён делает то же самое.       Намджун какое-то время смотрит на них, пытаясь осмыслить происходящее, но затем с его губ срывается тихий смешок, и он мягко качает головой.       — Боюсь, я не могу, мне действительно нужно закончить это сегодня, — говорит он, поднимая книгу, которую ранее бросил на колени. — Но вы двое, идите и развлекайтесь, но убедитесь, что вы оделись потеплее.       Он извиняюще улыбается им, но Чонгук и Тэхён понимают это, и только требуют от него пару поцелуев, чтобы загладить свою вину, тихонько хихикая, когда Намджун смотрит на них так, будто знает, что они используют это только как предлог, чтобы получить от него поцелуи. Тем не менее он всё равно подчиняется, заставляя Чонгука и Тэхёна понимающе улыбаться друг другу. Они действительно обвели своих хёнов вокруг пальца.       Они быстро одеваются, закутываются в свои самые плотные свитера и штаны, некоторое время копаются в шкафу, пока не находят варежки и несколько вязаных шапок, прежде чем надеть утеплённые куртки и выйти на улицу.       Шквал снежинок немного замедлился, слой снега уже покрыл небольшой сад перед их домом, достаточно толстый, чтобы трава под ним исчезла.       — Ты помнишь, куда мы поставили санки, Чонгук-а? — спрашивает Тэхён спустя несколько секунд, которые они вдвоём просто провели, глядя на своё окружение, с благоговейным трепетом на лицах наблюдая, как снежинки медленно опускаются на землю.       Чонгук слегка качает головой, выходя из транса, и слова Тэхёна, наконец, прозвучали в его голове, когда он оглядывает их сад, нахмурив брови.       — Они должно быть в сарае, кажется, я помню, как Юнги-хён положил их туда, — отвечает он, направляясь к маленькому сараю, спрятанному в углу их сада. Требуется пара минут на то, чтобы порыться и переставлять вещи, прежде чем он, наконец, может схватить сани и вытащить их обратно на открытое пространство с торжествующей улыбкой.       Тэхён ярко улыбается ему в ответ, а затем он подходит к Чонгуку, притягивая его для поцелуя. Чонгук издаёт удивленный вздох, когда губы Тэхёна впервые встречаются с его губами, но он быстро начинает целовать его в ответ, как только приходит в себя, наслаждаясь тем, как губы Тэхёна всё ещё кажутся такими тёплыми и мягкими, что приятно контрастирует с окружающим их суровым холодом.       — Первый, кто доберётся до парка, получит санки, — говорит Тэхён, отрываясь от Чонгука, уже выхватывая санки из рук Чонгука и выбегая через парадные ворота, оставляя Чонгука ошеломлённым во второй раз за несколько минут, пока он смотрит вслед Тэхёну, пока его мозг обрабатывает то, что только что произошло.       — Эй, так нечестно, — кричит Чонгук, бросаясь за ним, и восхищённый смех Тэхёна эхом разносится по улицам, когда он бежит и пытается его догнать.              Парк находится недалеко от их дома, их разделяет всего пара улиц, и он не такой уж большой, но в нём есть небольшая горка, которая идеально подходит для катания на санках. Они надеялись попробовать это в прошлом году, когда получили сани, но всякий раз, когда в прошлом году у них выпадал снегопад, никогда не было достаточно холодно, чтобы он не растаял, как только упал на землю.       Чонгук догоняет Тэхёна, когда они достигают входа в парк, они оба уже немного запыхались, переводя дыхание.       — Я был здесь первым, так что санки мои, — фыркает Тэхён с лёгкой ухмылкой на губах и поворачивается, чтобы посмотреть на Чонгука.       — Это был нечестный матч, ты использовал отвлекающие приёмы, — фыркает в ответ Чонгук, пытаясь дотянуться до санок в руках Тэхёна, но Тэхён отдёргивает их как раз перед тем, как Чонгук успевает обхватить их рукой, почти заставляя его спотыкнуться.       — Наверное, можно сказать, что я играл немного грязно, — говорит Тэхён, немного смеясь, когда видит, как Чонгук равнодушно поднимает на него брови. — Ладно, ладно, позволь мне загладить свою вину, ты можешь поехать вместе со мной. Этих саней должно быть достаточно для нас обоих, — предлагает он с лёгкой улыбкой на лице, протягивая Чонгуку руку.       Чонгук делает вид, что на мгновение задумался об этом, пытаясь сдержать своё веселье, когда Тэхён медленно начинает ёрзать, но он решает спасти Тэхёна, пока это не стало слишком серьёзным, протягивает руку, чтобы взять Тэхёна за руку, прежде чем хмурый взгляд успевает застыть на его губах.       — Хорошо, но после каждого раунда мы будем меняться, кто будет сидеть впереди.       Тэхён расхохотался от серьёзного выражения лица Чонгука, и этого достаточно, чтобы внешний вид Чонгука тоже разбился, его собственный смех смешался со смехом Тэхёна, когда они медленно начали пробираться внутрь парка.       В парке есть ещё пара человек, в основном семьи, у которых была такая же идея, как и у них, и они воспользовались снежной погодой, чтобы вывести своих детей поиграть. Несколько детей гоняются друг за другом, устраивая снежный бой, несколько детей лепят снежных ангелов, и, конечно же, несколько человек мчатся с горки, за ними выстраивается небольшая очередь, ожидая своей очереди.       Как оказалось, их сани на самом деле едва ли достаточно велики для них обоих, Чонгуку практически приходится обвиваться вокруг Тэхёна, чтобы они могли поместиться, и они спускаются вниз с холма горки на удивительно быстрой скорости.       Они хихикают и кричат вместе с детьми и родителями, а иногда и с другой парой, по очереди спускаясь с горки. По крайней мере, до тех пор, пока Тэхён не решает быть игривым, внезапно накрыв Чонгука, когда они едут вниз с холма, заставляя их кувыркаться и падать с санок, когда они достигают подножья.       — Что это было, хён? Я мог бы нас во что-нибудь врезать, — прохрипел Чонгук, как только приходит в себя, хватая небольшую горсть снега и бросая его в лицо Тэхёну, который безудержно смеётся в снегу рядом с ним.       — Ну, ты и заставил нас разбиться, — пытается сказать Тэхён сквозь смех, вскрикивая от удивления, когда Чонгук в отместку швыряет ему в лицо ещё больше снега. — Кто такой адреналиновый наркоман, Чонгук-а? Я думал, тебе понравится идея мчаться вниз с холма с закрытыми глазами.       — Не тогда, когда я мог причинить тебе боль, — парирует Чонгук, ненавидя то, что румянец на его щеках вызван не только холодным воздухом, обжигающим его кожу, но и тем фактом, что Тэхён тоже это видит. Его хёны всегда хорошо умели видели его насквозь.       — Оу, Чонгук-а… — тихо произносит Тэхён, пытаясь притянуть Чонгука к поцелую, тот сначала протестует против этого, отталкивая Тэхёна с ворчанием и хмурым взглядом, но Тэхён настойчив, не отступает, пока Чонгук не позволяет себя втянуть в поцелуй.       Это длится недолго, их губы потрескались и похолодели из-за того, как долго они уже были на улице, и на лице Тэхёна ещё есть немного снега, но этого достаточно, чтобы Чонгук снова растаял рядом с Тэхёном, чтобы забыть обо всём — почему он был зол в первую очередь.       — Очень мило, что ты беспокоишься обо мне, Чонгук-а, я ценю это. Я бы не сделал этого, если бы не знал, что это безопасно, что ты защитишь меня, — шепчет Тэхён, когда они отстраняются друг от друга, его лоб упирается в лоб Чонгука, тёплые порывы дыхания обдают Чонгука и заставляют его слегка дрожать от желания снова прижаться к губам Тэхёна.       Так что Чонгук поддаётся этому страстному желанию, снова прижимаясь губами к губам Тэхёна, на мгновение ухмыляясь в губы Тэхёна, когда слышит удивлённый вздох, который тот издаёт, прежде чем быстро проглотить звук и начать двигаться навстречу ему.       — Что ж, тогда давай посмотрим, хватит ли у тебя смелости сделать то же самое, хён, — говорит Чонгук, как только они расходятся, не позволяя Тэхёну обдумать свои слова, прежде чем он хватает его за руку и тянет вверх, таща его на холм, пока он держит сани в другой руке.       Тэхён, конечно же, отказывается это делать, отказывается сесть впереди саней, как бы часто Чонгук ни обещал ему, что будет держать Тэхёна за талию и не будет пытаться его разыграть.       Чонгук не возражает против того, чтобы он сидел впереди до конца оставшегося времени, которое они проводят в парке, ему очень нравилось ощущение рук Тэхёна, крепко обнимающих его за талию, его подбородок на его плече и громкий яркий смех раздаётся рядом с ним рядом с ухом, пока они продолжают мчаться вниз по склону.       Они, спотыкаясь, возвращаются к своему дому, бросая друг в друга снежки и медленно промокая, пока почти не замерзают к тому времени, когда наконец достигают входной двери, смех наполняет коридоры, когда они зовут своих хёнов.