Chapter 14: yoonseok bath bombs
14 декабря 2024 г., 22:27
Примечания:
Бомбочки для ванны от Хосока и Юнги
✵✵✵
Стук эхом отражается от стен их подвала, и Хосок покачивается на носочках, зажав нижнюю губу между зубами в ожидании ответа Юнги. Но ответа нет, даже когда Хосок решает постучать во второй раз, и хотя он знает, что это, скорее всего, просто, потому что Юнги надел наушники, он не может не волноваться. Юнги весь день просидел в своей студии, лишь дважды высунувшись из неё, чтобы сходить в туалет, но отказался задержаться, когда Хосок попросил его присоединиться к нему за обедом. Так продолжалось последние несколько дней, Юнги появлялся лишь на несколько минут, после чего снова закрывался в студии. Хосок знает, что это потому, что приближаются дедлайны для альбома, над которым он работает, видел, как он поступал так пару раз за те годы, что они были вместе, но это всё равно никогда не облегчало задачу, желание убедиться, что его бойфренды хорошо ели и заботились о себе, постоянно присутствуя внутри него. Именно это беспокойство и желание заставляют его рыться за парой горшков с растениями рядом со студией Юнги. Когда его пальцы наконец-то сомкнулись вокруг запасного ключа, с губ сорвалось маленькое торжествующее да так. Он осторожно поворачивает ключ и открывает дверь, не желая спугнуть Юнги, вдруг тот действительно не услышал его из-за наушников, но то, что он видит перед собой, задевает его сердце, и с губ срывается печальный вздох. Юнги расположился за столом, положив голову на руки, а с его губ срывается тихое похрапывание. Единственный свет в комнате исходит от ярких жирных букв заставки Юнги. Первым делом Хосок включает маленькую лампу рядом с дверью, а затем осторожно подходит к Юнги и мягко встряхивает его. — Хён… давай… хён, проснись, — тихо шепчет он, снова прикусывая губу, наблюдая за тем, как Юнги начинает ворочаться и медленно моргать открытыми глазами. — Хоби? Что ты здесь делаешь? Сколько уже времени? — бормочет Юнги, его голос был низким и хриплым, как всегда, когда он просыпается. Обычно Хосоку нравится это слушать, но сейчас это напоминает ему о том, как давно он не просыпался. — Семь вечера, хён, ты уже пару часов не выходил из своей студии, так что я уже начал волноваться, — говорит Хосок, изо всех сил стараясь не звучать строго и грустно, оглядываясь на Юнги, но он знает, что ему никак не скрыть беспокойство на лице и в голосе. Юнги определённо замечает это, слегка морщась, когда смотрит на Хосока, а потом и вовсе вздрагивает, пытаясь сесть, и его мышцы явно протестуют от долгого пребывания в таком сгорбленном положении — О, чёрт возьми, моя спина убивает меня, — шипит он, поворачиваясь то влево, то вправо, и его позвоночник громко хрустит в маленькой комнате-студии. — Хён, пожалуйста. Я знаю, тебе не нравится это слышать, но тебе нужно сделать перерыв. Позволь мне набрать тебе приятную расслабляющую ванну и разогреть для тебя остатки еды. А сегодня тебе лучше спать в кровати, этот крошечный диванчик только убьёт твою спину ещё больше, — почти умоляет Хосок, помогая Юнги подняться с кресла, и его руки крепко обхватывают его, когда его колени почти подгибаются. В ответ на это с губ Юнги срывается небольшой покорный смешок, а его взгляд становится извиняющимся, когда он снова смотрит на Хосока. — Хорошо, да, ты прав, Хоби, ванна и еда — звучит очень хорошо прямо сейчас. Мне жаль, что я позволил этому зайти так далеко, — вздыхает Юнги, опираясь головой о плечо Хосока и позволяя себя обнять. — Всё в порядке, я знаю, насколько напряжёнными могут быть дедлайны и как легко можно потеряться в работе. Но мы здесь для того и собрались, чтобы напомнить тебе, что нужно заботиться и о себе. Позволь мне позаботиться о тебе сегодня вечером, — шепчет Хосок в макушку Юнги, успокаивающе поглаживая Юнги по спине и целуя его в висок. — Ты говоришь обо мне как о маленьком, Хоби, — хнычет Юнги, пытаясь вырваться из хватки Хосока, но Хосок лишь крепче обнимает Юнги, мягко смеясь, и его сердце теплеет. Ему очень не хватало игривости Юнги в последние пару дней. — Ты — малыш-хён, наш малыш, — говорит Хосок, заливаясь смехом, когда Юнги издаёт сдавленный звук при слове малыш и ещё глубже зарывается лицом в плечо Хосока, вероятно, чтобы скрыть румянец, который проступает на его щеках. — Давай, хён, я тут на днях купил для тебя пару бомбочек для ванны, может, попробуем их, м? — спрашивает он пару мгновений спустя, нежно обхватывая лицо Юнги ладонями и оттягивая его назад, чтобы посмотреть на него; на его губах появляется небольшая улыбка, когда он видит, что щёки Юнги всё ещё окрашены в слабый розовый цвет. Глаза Юнги расширяются, когда он снова смотрит на Хосока, и его взгляд превращается в нечто иное, что заставляет Хосока сглотнуть глоток воздуха. — М-мы? Ты примешь ванну вместе со мной? — удивляется Юнги, его голос едва превышает шепот, не сводя глаз с Хосока. Только тогда Хосок осознаёт, что он сказал, и теперь наступает его очередь немного краснеть и заикаться, пытаясь сохранить зрительный контакт с Юнги. — Я-я… хм… я н-не хотел сказать мы, но если ты хочешь, чтобы я присоединился к тебе, то я не против. Юнги с ласковой улыбкой наблюдает за тем, как он заикается, дожидаясь, пока он закончит, и быстро целует его в губы, заставая Хосока врасплох, когда его румянец становится всё ярче и ярче. — Ты милый, Хоби. Давай, пойдём, ты уговорил меня на бомбочки для ванн, — говорит Юнги, отстраняясь, и с небольшой ухмылкой пару раз похлопывает Хосока по груди, а затем берёт его за руку и выводит из студии. Хосок позволяет увлечь себя за собой, всё ещё слишком ошеломлённый тем, что только что произошло, чтобы отреагировать должным образом. Он выходит из этого состояния, только когда они доходят до ванной комнаты, трясёт головой, чтобы прочистить сознание, и останавливает Юнги, прежде чем тот успевает зайти внутрь. — О-о, ты принеси нам удобную одежду, чтобы переодеться, а я пока приготовлю ванну, — говорит Хосок, разворачивая Юнги и подталкивая его к их спальням, и быстро проскальзывает в ванную, прежде чем тот успевает запротестовать. Хосок сразу же приступает к работе: включает кран в ванной и проверяет температуру, после чего наполняет её, достаёт пару свечей и зажигает их, а затем кладёт на край ванны бомбочки для ванны с рождественскими мотивами, которые он купил для Юнги. Он только что подключил свой телефон к маленькому динамику, который они держат в ванной, и запустил расслабляющий плейлист, когда в ванную вошёл Юнги с кучей одежды в руках, его глаза широко раскрылись, когда он осмотрел окружающую обстановку. — Ты действительно постарался на славу, Хоби, вау! — выдает Юнги, в его голосе звучит благодарность и любовь, когда он бросает одежду на закрытую крышку унитаза, а затем обнимает Хосока руками и целует его в щёку в знак благодарности. — Это не так уж и много, ты не дал мне времени подготовиться, — фыркает Хосок со смешком, но его улыбка так же ласкова, когда он смотрит на Юнги. — Мне нравится, Хосок-а, — шепчет Юнги, одаривая его ещё одной яркой улыбкой и прижимая к себе, а затем отстраняется и начинает раздеваться. Хосок быстро следует за ним, улыбаясь про себя, когда слышит одобрительные звуки, издаваемые Юнги, когда он опускается в ванну. — Ну как, приятно, хён? Вот ещеё бомбочки для ванны, я не знал, какую ты хочешь использовать, поэтому достал их все, чтобы ты мог выбрать, — говорит Хосок, жестом указывая на три бомбочки для ванны, которые он купил для Юнги, прежде чем погрузиться в ванну следом за ним. Юнги несколько минут рассматривает их, берёт в руки каждую и нюхает, а затем выбирает розовую с маленьким Санта-Клаусом на верхушке и опускает её в воду, после чего ложится спиной на грудь Хосока и наблюдает за тем, как она кружится и шипит. Пару минут они просто сидят так, погрузившись в тёплую воду, которая расслабляет их мышцы, и Хосок чувствует, как с каждой минутой напряжение всё больше и больше уходит из Юнги. — Хочешь, я помою тебе волосы, хён? — шёпотом спрашивает Хосок, как только чувствует, что Юнги полностью расслабляется, и мягко улыбается, когда Юнги почти сонно кивает в ответ. — Тогда подвинься немного вперёд, — негромко смеёется Хосок, и его смех переходит в хихиканье, когда Юнги на мгновение замирает, словно ему не хочется покидать тепло тела Хосока. Тем не менее, в конце концов, он всё же двигается, немного подаваясь вперёд и откидывая голову назад, и на его лице появляется сонная ухмылка, когда он смотрит на Хосока вверх ногами. — Привет. — Хэй, хён, тебе уже лучше? — спрашивает Хосок, ласково качая головой и подхватывая душевую лейку и любимый шампунь Юнги. Он проверяет воду и ждёт, пока она не станет нужной температуры, после чего начинает осторожно мыть волосы Юнги, одной рукой загораживая воду от попадания в глаза, а другой рукой бережно перебирая их. — М-м-м, Хоби, очень приятно. Уже лучше, спасибо тебе за всё это, — бормочет Юнги, уже снова становясь сонным. — Не стоит благодарности, ты же знаешь, что мы всегда рядом с тобой, детка, — не смог удержаться Хосок от того, чтобы не повторить любимое прозвище, когда он втирал шампунь в волосы Юнги, и на его губах заиграла ухмылка, когда он увидел, как дыхание Юнги на мгновение сбилось. И он знает, что это правда, знает, что все они готовы выложить всё, что угодно, в тот момент, когда один из их парней попросит об этом, но он также знает, что некоторым из них сложнее попросить о таких вещах, отпустить всё, что их сдерживает, и позволить кому-то другому позаботиться о них. Поэтому он также благодарен за такие моменты, когда его парни позволяют ему заботиться о них, помогают им расслабиться и отпустить все заботы, которые у них на уме, даже если это происходит ненадолго. Он благодарен им за доверие, которое они оказывают ему, за доверие, которое они испытывают друг к другу, и знает, как редко это бывает. Хосок так же осторожно смывает шампунь с волос Юнги, следя за тем, чтобы он не попал ему в глаза, а затем мягко побуждает его встать, чтобы вытереть их обоих; вода уже начинает становиться холодной. Это, вероятно, показывает, насколько устал Юнги, но он не протестует, пока Хосок вытирает его тело полотенцем и помогает ему одеться. Улыбка появляется на его губах, когда он замечает, что Юнги выбрал для себя одну из футболок Хосока. Каким-то образом Хосоку всё же удаётся заставить Юнги съесть пару кусочков остатков пищи, которую он разогревает, прежде чем Юнги слишком устанет, и он едва успевает вернуться в спальню и лечь в кровать, прижимая Хосока к себе, прежде чем тот засыпает в следующую секунду.
