Совсем, как в альбоме...

      Николас не понимал, что происходит. Просто представьте, как всё это выглядело с его стороны: Дрим, как обычно, уходит на пленэр, снова набросать пару эскизов, которые, кстати, у него получались просто отлично, а потом приходит и заявляет о парне, которого рисовал раньше, но неожиданно встретил сегодня в парке. Окей, это ещё можно оправдать, но через три недели общения с этим парнем старшему будто голову сносит: он всё сидит и рисует до поздней ночи, словно на принтере эти рисунки печатает, а в какой-то момент прямо перед Ником у горе-художника случается истерика, где он говорит о том, что без памяти любит этого самовлюблённого британца. Сапнапу это незнакомо, он не знает, как поддержать, но всё равно пытается успокоить, уверяя в том, что всё будет нормально, в жизни определённо наступит белая полоса. Главное бы самому в это поверить...

***

      Итак, Клэй собирается наведаться на дом к своему объекту обожания и поговорить. Как только входная дверь за парнем закрылась, голова Сапа превратилась в огромную кастрюлю с мешаниной из переживаний и навязчивым мыслей. В какой момент он вдруг стал переживать за чужие отношения больше, чем за свои? Кошмар. Так этот большой ребёнок ещё и не звонит ему... На время юноша залип в телефоне, успел покормить кошку и снова погрузиться в виртуальный мир, а через полчаса его отвлёк звук открывающейся двери. Сапнап метнулся ко входу, расспрашивая старшего о произошедшем диалоге, но слова «он уехал» резанули по ушам, и он обомлел. Ну как можно было так отвратительно поступить? Дрим принял успокоительное, но тут же закрыл лицо руками и, упираясь в дверь спиной, соскользнул по ней вниз, изредка потряхивая плечами. Спортсмен опустился на корточки рядом с ним, укладывая свою ладонь на его ногу — единственное, до чего он смог бы дотянуться сейчас, и попытался ненавязчиво заговорить. — Я уверен, всё нормально. Он одумается. Так... Что произошло? — Он... У него... — Старший попытался закончить фразу, но закричал навзрыд, что-то невнятно бормоча. Чтож, придётся найти другой способ выпытать хоть что-то и привести Клэя в нормальное состояние.       Взгляд парня упал на телефон, который зеленоглазый уложил рядом с собой, и Сапнап незамедлительно поднял его с пола, но понял, что не помнит пароля. Тогда... Распознавание лица? Нет, вряд ли система способна различить лицо пользователя, если оно закрыто. И у Дрима нет распознавания лица, он считает его ненадёжным. Остаётся только отпечаток пальца... Но какого? Парень вовремя отнял руки от лица, уже покрасневшего и не по годам усталого, по которому было видно, что человеку в принципе плевать, что с ним сейчас будут делать, а Ник осторожно взял его за запястье и по очереди проверил сначала указательный палец, затем средний, безымянный... Он хотел было сменить руку, но решил проверить остальные два. Распознавание отпечатка пальца сработало на мизинце, и юноша усмехнулся: Блокировать гаджет мизинцем? Серьезно? Художники...       Уже уверенно он взял телефон в свои руки. Там он зашёл в приложение с контактами и быстро нашёл некоего Гоги, к имени которого был приписан смайлик простого красного сердца. Банально, но сразу ясно, с кем будет вестись диалог. Ник поспешно достал из кармана свой мобильник, сразу разблокировал его и ввёл номер, отобразившийся ниже. Телефон друга больше не был ему нужен, поэтому осторожно отправился на прежнее место на полу. Сапнап поднялся на ноги и набрал номер, прижимая телефон к уху, и отошёл ближе к лестнице. Гудков прозвучало много, казалось, что он и не ответит вовсе, а Ник досидел до конца, до того момента, когда Джордж соизволил ответить на звонок. — Ало? — голос со странным британским акцентом зазвучал с неким волнением. — Ну, здравствуй, Джордж. — Что- Вы, собственно, кто? — тут парень начал напрягаться, в голосе зазвучал холод. — Я, собственно, Сапнап. Тот самый. — О... Доброго... Что у вас там?.. — День. — Добрый день. По какой причине звонишь? — Тут такое дело, — Парень прижал телефон к уху плечом, стараясь как можно тише хрустнуть пальцами на руках, — я уже не знаю, что делать с этим моим художником. Ему... Плохо. Это мягко сказано. — А мне какая печаль? Не я ведь себя угробил, — в голове Ника пронеслось «Самодовольный ублюдок», но он промолчал, сглотнув слюну. — Нет, ты, видимо, не совсем меня понимаешь. Он буквально на грани. Твоё «Прости» решит большую часть всех его проблем сейчас. Тебе стоит лишь выслушать. — Так пусть он сам звонит и вымаливает у меня прощение. — Как ты себе это представляешь, мистер Мозг? — теперь уже и голос американца стал натянут, будто струна. — Ты отправил его номер прямиком в чёрный список. — А это уже должно волновать не меня, — и звонок оборвался на этом слове. — Чёрт! Кретин... Два кретина, блять, — больше Сап ничего сделать не мог, это была его последняя идея. Остаётся следовать чужим требованиям. Он со злобой опускает телефон в карман и слышит дрожащий голос друга. — Он не собирается меня прощать, так?.. — М... — думай, думай, думай. — Нет, нет, он сказал, что подумает над этим. Нужно просто немного подождать. — Не простит. Я чувствую. — Всегда знал, что чуйка у тебя хреновая, — Ник с улыбкой опустился рядом с парнем, опираясь спиной на стену, и толкнул его в плечо своим. — Буду знать, — кудрявый хихикает, немного пошатываясь после толчка, но тут же мрачнеет снова, уставившись в пол. Младший погружается в свои мысли в поисках нужных слов и идей. — Предлагаю отдохнуть немного. Успокоительное хоть действует? — согласный кивок. — Отлично. Я к себе, ты к себе. Могу принести тебе что-нибудь, если хочешь. Ты только отписывайся, что там с тобой происходит, — парень опять поднялся на ноги, оправляя одежду. — Договорились. Сап... — он обернулся на голос, Дрим явно не знал, как продолжить мысль. — Э... Спасибо. Огромное спасибо. — За что? — За то, что терпишь мои выходки. — Оу... Это ведь что-то типа моего долга, как твоего лучшего друга, не так ли? — Хах, и то верно, — опустевшие зелёные глаза закрылись, а после открылись и будто снова загорелись той прежней радостью, присущей Клэю. — Вот и всё тогда. Давай, поднимайся уже, — Ник протянул собеседнику руку, намекая на то, что тот должен воспользоваться его помощью, кудрявый понял намёк и, подцепив с пола гаджет, схватился за руку младшего и встал на дрожащие с непривычки ноги. Постояв где-то минуту друг напротив друга, парни взаимно кивнули, Клэй снова получил долю поддержки со стороны Николаса, и они разошлись. Всё пройдёт, всё будет хорошо.

***

      Спортсмен улёгся на кровать и случайно заснул, конечно же, поняв это только в момент пробуждения. Прекрасно осознавать, что тебе больше не мешает спать то, как дождь барабанит по крыше дома, а где-то внизу раздаётся тихий треск... Стоп, что?! Продирая ещё не успевшие приспособиться к бодрствованию глаза, юноша спустился из своей комнаты на первый этаж дома. Пахло чем-то неприятным, треск стал громче. Сапнап принюхался: запах гари? Это не к добру. Мгновенно придя в себя, он наугад открывает дверь комнаты старшего и вскрикивает от ужаса: Клэй пытается чем-то затушить стопку бумаги, лежавшую до этого на столе, на полу валяются несколько подгоревших рисунков, на лице зеленоглазого читается немая истерика от боли и страха одновременно. Руки Дрима лезут прямо в огонь, откуда он пытается достать ещё хотя бы немного своих работ, кожа уже покрыта многочисленными ожогами. Нет времени думать, что произошло. Нужно действовать, чёрт бы этих дебилов побрал!