Совсем, как в альбоме...

      Поездка в больницу под покровом ночи — не самое лучшее дело, которым можно когда-либо заняться, но сейчас это было обязательно. Руки уже и так чертовски болели, а если бы они ничего с этим не сделали, Дрим просто отгрыз бы себе кисти от страданий, что ему приносили ожоги. Благо, врач попался хороший, по взгляду понял, что лучше не спрашивать парня о том, где он заработал такие повреждения, спокойно всё обработал и дал несколько указаний по этому поводу, абсолютно не налегая. Его грубые пальцы, скрытые от глаз парня под резиновыми перчатками, мягко касались сильных, жилистых и необычайно бледных для такого жаркого климата рук Дрима, до получения ожогов кое-где покрытых небольшими пятнами неравномерного загара, а сейчас местами заставленных алеющими участками обожжённой кожи, и обрабатывали их, немного охлаждая и сразу после заматывая бинтом. Теперь ладони Клэя выглядели так, словно он занимается боксом и периодически повреждает свои руки во время состязаний. Зеленоглазый мысленно помолился за врача, но вслух лишь поблагодарил его за оказанную услугу и, стянув рукава пониже на забинтованные кисти, попрощался, выходя из кабинета. Голова разболелась, поэтому выражение лица у парня было далеко не самым жизнерадостным. Сапнап ждал его у входа в кабинет; дверь помещения закрылась, старший оказался в коридоре и, увидев заинтересованное лицо друга, поднял вверх руки. Ник лишь фыркнул, сдерживая смех. — Ты только не обожги себе всё остальное, а то в мумию превратишься, экстремал недоделанный, — проговорил он, явно без злого умысла, но немного обидно. — О, точно, я же как раз собирался снова что-то поджечь! — юноша закатил глаза и надул губы, голосом подражая какой-то самовлюблённой девчонке. Николас на это промолчал, ведь уже содрогался от беззвучного смеха.       Несмотря на то, что Дрим слишком странно вёл себя в последнее время, Сапнап всегда вызывался ему помочь, поддержать при необходимости, при чём делал это бескорыстно, оправдывая свои действия дружеским долгом или чем-то вроде этого. Старший был премного благодарен ему и всегда старался отплатить той же монетой.       Итак, время позднее, а парни только возвращаются домой. Руки всё ещё болят, но художник уже привык к этому неприятному ощущению, поэтому особо не жалуется. Николас, что странно, не подтрунивает юношу, иногда спрашивает о его самочувствии и настроении. В итоге, спортсмен оставляет юношу одного, обеспечивая и себе, и ему заслуженный отдых, а Дрим садится за стол, тут же сжимая корпус своего мобильника в пальцах и быстро включая гаджет, в который раз проверяя, не разблокировал ли его Джордж. Убедившись, что его надежды не увенчались успехом, художник переходит из мессенджера в заметки и создаёт одну маленькую запись: Я люблю тебя, Джордж. <3       Приятно осознавать, что для выражения своих тёплых чувств, которые может лицезреть лишь один, ты избрал самого потрясающего человека на земле, но больно, потому что не можешь ему в этом признаться. О, нет, снова мысли... Он точно простил меня? Он и в звонке был холоден. Он только проснулся. Проснулся из-за меня... Ему позвонил Сапнап. Но виноват я. Из-за того, что я проебался, он проснулся, и теперь он, скорее всего, плохо себя чувствует. Из-за меня. Он не простил. Я это чувствую. Я точно испоганил свою жизнь. Избавьте меня от этого кошмара.       Юноша очнулся, глядя на забинтованные руки и вздыхая. Может, перестать страдать чепухой и жить по-новому? Без страха, без проблем, без боли, без него.       В попытках отвлечься, Дрим неторопливо переключился на свой второй аккаунт, о котором Джорджу не рассказывал. Да, он молчал об этом, но теперь такие открытия всё равно ни для кого не важны, тем более, все его друзья прекрасно знают, что там твиты опубликовываются немного чаще, чем на основном его аккаунте, и были подписаны. Но во всём Твиттере никто и никогда не мог увидеть его лица. Допустимым максимумом была фотография его руки, держащей очередной карандаш, которую он сделал несколькими месяцами ранее. Где-то три дня назад он лаконично заявил, что пропадёт, и только Сап знал, по какой причине это произойдёт. Сегодня самое время вернуться и посеять смуту, почему нет? Нужно и поразвлечься немного, меланхолия уже ужасно надоела. @dreamwastaken - не спрашивайте что со мной произошло, я просто веселился лмао       К такому простому тексту была прикреплена фотография руки, где между широких полос белого бинта была видна его в основном бледная кожа. По мнению абсолютно отчаявшегося американца это было... Смешно. Возможно. Юноша устало хихикнул, прикасаясь тыльной стороной ладони к своему лбу, и решил наконец встать из-за стола. Пора бы и уснуть наконец. Перебороть все сомнения, страхи и опасения и погрузиться в сладкий сон... Кто эта девушка? Она такая противная... А если она в отношениях с Джорджем? Она живёт в его доме, ухаживает за его собакой во время отъезда, с ней точно что-то не так. Нет, пора прекратить, Дрим, нужно спать. Художник стянул с себя одеяло, небрежно свернул его и обхватил получившийся ком руками, словно обнимая. Он сам создал для себя иллюзию, словно обнимает кого-то со спины. Мы все знаем, даже он сам, кого Клэй представлял на месте одеяла. Было немного прохладно, но этот факт не волновал парня, и он заснул, чувствуя себя относительно хорошо. Хотя бы во сне он чувствует себя любимым. Или нет.

***

      Семь часов утра. Обычно в такое время Сапнап выходит на пробежку, или чем он там занимается на улице, но сегодня Дрим сквозь сон слышал, как он топчется на втором этаже, будто что-то ищет. Недовольно нахмурившись, старший спрятал лицо в складках ткани одеяла, которое за ночь так на себя и не накинул, и уже снова заснул, переставая слышать и чужие шаги, и свист быстрого ветра за закрытым окном, как дверь в его комнату с чудовищно громким стуком открылась, врезаясь в стену дома. Ник, так бесцеремонно открывший дверь ногой, явно был чем-то встревожен и, судя по улыбке приятно удивлён, это Клэй понял, когда от страха сел в кровати и протёр не привыкшие к бодрствованию глаза. Из груди юноши вырвался громкий усталый стон, но спортсмену было, мягко говоря, плевать на это. Сап держал в руке свой мобильный и с видом самого успешного человека во всём мире энергично потряхивал им в воздухе. Со всем этим он тяжело часто дышал и широко улыбался. — Проснись и пой, мой дорогой! Этот придурок в Британии всего на неделю, шансы есть! — Что?! — парень сию секунду проснулся окончательно, тоже начиная скованно улыбаться. — Ты не шутишь ведь?.. — Ты меня за идиота держишь? Не в этот раз, о, Ромео! — Николас наконец опустил гаджет в карман и, пританцовывая, продолжил. — Я могу предложить лишь подумать о том, что ты скажешь своей Джульетте по этому поводу. — Заткнись! — Дрим мгновенно зарделся от смущения. О, да, Сапнап уже изначально видел в этой парочке потенциал, поэтому так открыто говорил о подобных вещах. — Всё-всё, а то сейчас снова бумажками в меня швыряться начнёшь, не дай Бог, ещё снова подожжёшь что-нибудь!       Клэй угрожающе шикнул на младшего, потянувшись в шутку к зажигалке, и тот юркнул за дверь. Боже, а что, если все его опасения напрасны, и юноша просто накручивает себя, как обычно, портит свою жизнь своими же глупыми мыслями и идеями? Звучит, как что-то весьма правдоподобное, но перестраховаться стоит. Хоть бы эта девушка не встречалась с Дэвидсоном, хоть бы она была всего лишь его подругой...