На крыше

Успокоительный сбор все же сморил Антона — забористая вещь! Но спал он недолго: часа три, не больше, а в девять прозвенел будильник. Его трель вырвала из сна — продолжения этой ночи, где снова были клуб, Дима и его брат. Арс. С по-вампирски завораживающими голубыми глазами. Очнувшись, Антон пару минут еще сидел на кровати и пытался понять, где сон, а где реальность. Затем покосился на телефон, валяющийся рядом на полу, и провод наушников. Точно, аудиокнигу перед сном слушать не стоило! И вовсе глаза у Арса не завораживающие, а обычные голубые, у Димки такие же. Теряя еще несколько минут, он даже проверил: забил в поисковик «МС Ars, город…» и получил в ответ на запрос сотню его фоток. Размытые — из клубов, забавные — из соцсетей и даже с личного сайта. Портрет, который смотрел в самую душу. А цвет… Он шумно выдохнул, вдруг понимая, что на минуту задержал дыхание. Нет, не аудиокнига о вампирах виновата. Совсем не она. Глаза у Арса действительно оказались невероятного голубого оттенка. Опомнился Антон, записывая номер на огрызке бумаги. Зачем? И сам не знал. Но когда в коридоре послышался приглушенный голос, пришлось и себя сорвать с кровати. Отец собирался уезжать, хоть кто-то же должен был его проводить! Антон знал: мачеху будить папа не станет, никогда лишний раз ее не трогал, позволяя отдохнуть, пока есть возможность. Оставался только он. Оказалось, не только. — Антоон, — услышал Антон, когда его поперек груди обхватили тонкие, но крепкие руки. — Как же я соскучилась! У его плеча виднелась только светлая макушка, волнистые волосы укрывали спину, а Антону и видеть не нужно было, потому что он узнал голос и тут же обнял в ответ, подхватывая девушку и кружа по кухне. Та пискнула от детского восторга. — Ира, ты какими судьбами? — запоздало спросил он, уже ставя гостью на пол. Ира Шастун, любимая и единственная двоюродная сестра, дочка дяди, была всего на пару лет старше, а потому именно к ней из всех кузин и кузенов Антон прикипел с самого детства. Именно благодаря ее книжным полкам он впервые заинтересовался фэнтези, взял томик «просто полистать», а вернул через пару дней с мыслью, что обязан почитать продолжение (кажется, это была серия Емца или Асприна). Именно с ней они играли в глупые детские словесные квесты, придумывая невероятные истории и героев, еще до того, как узнали о существовании вселенной D&D. Господи, да даже по гаражам Антон в детстве прыгал именно с Ирой, а не с младшим братом, хотя с ним тоже разница была всего в два года. И ногу ломал, а потом ревел, пока она тащила его до дома. Ира могла, она вообще в детстве той еще пацанкой была. Давно уже изменилась. Теперь перед Антоном стояла симпатичная девушка с небесными глазами, светлыми волосами и ямочками на щеках. Замученная, невыспавшаяся, но родная. — Принесла бумаги от папы. — Она кивнула на стопку, занявшую ближайший стул. — Он только ночью вспомнил, что не передал, а дяде Андрею уезжать. Угадай, кто единственный живет в вашем городе, а потому с утра распечатывал тонну бумаг и ехал на окраину? — Владимир Максимович? — задумчиво протянул он, прекрасно зная, что дядя живет в сотне километров. — Ага, если бы… — проворчала Ира. — Но суть ты уловил. Она отступила и недовольно пнула стул. Бумаги зашуршали, покачнулись… — Зато до дома тебя могут подбросить на рабочей машине, все равно туда едут, — попытался Антон сменить тему. — Выспишься еще, тебе стоило бы. Ляпнул и осознал, что прозвучало сомнительно. Это и подтвердила Ира, скептически изгибая бровь: — Умеешь ты с утра пораньше сделать шикарный комплимент, но увы, мне с дипломной к руководителю ехать. Опять. Антон помнил историю с дипломом, из-за которой они с Ирой последнее время вовсе не виделись. В начале лета была предзащита, а там оказалось, что руководитель Ирины… неправильно записала тему. В итоге ей пришлось переделывать почти готовую дипломную с самого начала. То еще удовольствие. — И кстати, тебе тоже не мешало бы выспаться, — заметила она. — Выглядишь… — замялась, подбирая слова. — Усталым? Антон развел руками, признался: — Я спал три часа, с Димой гуляли. — Попов тебя в могилу сведет с этими клубами, стопроцентно говорю. А Антону вдруг вновь вспомнился Арс. Тоже, к слову, Попов, который приоткрыл кулисы творческой клубной жизни, заставляя на все взглянуть по-новому. На самом деле Ира была права: пару дней назад, в очередной раз не выспавшись, Антон уже хотел послать к черту Диму с его тягой к вечеринкам, но рискнул пойти в «последний», а затем и в «самый последний» раз… когда самый-самый внезапно этой ночью не превратился в первый. Новый, необычный, интересный. Вот так он готов был погулять еще пару недель! — Не знаю, пока весело. — ответил Антон с улыбкой и заслужил тихий вздох от слишком правильной Иры. — Тебе что-нибудь приготовить? Она тут же оживилась: — Чай! С душичкой. И чем-нибудь фруктовым. — Сейчас будет, шеф. Кроме чая Антон выудил из тумбочки пакет с цукатами, в который сестра тут же зарылась с головой, а сам задумчиво принялся рассматривать бумажные ярлычки, которые заботливо прикрепил к каждому мешочку. Фруктовое с душичкой… Итак, зеленый чай за основу, к нему лист смородины, малины, мята и немного сушеных ягод клубники. Все это залить кипятком — и готово. — Чем так вкусно пахнет? — спросил отец, когда минут через пять уже при полном параде ввалился на кухню. Бросил сумку у двери, втянул носом воздух, неосознанно закатывая рукава, словно собирался завтракать. Антон аккуратно наклонил френч-пресс, разливая заварку на три чашки. — Фирменным чаем, — охотно пояснила Ира и тут же, пододвинув ближе свою порцию, попыталась сделать глоток, но зашипела — было слишком горячо. — Возможно, еще яичницей, — спохватился Антон. — Время же терпит? Я быстро. Отец остановил его коротким взмахом руки, мгновенно становясь суровым и деловым. Настроился на рабочий лад. В мыслях Антон досадливо стукнул себя по лбу: черт, не успел. Вроде бы понимал, что и не должен, но старая привычка давала о себе знать. Кто, если не он? — Не нужно, по пути поем, там на трассе часа через два шашлык вкусный, — прокомментировал решение отец. Антон кивнул, но в холодильник все равно полез. Он не успел проголодаться после ночного ведерка курицы, съеденного на пару с Арс, но руки стоило чем-нибудь занять. Первые пару минут он ощущал на себе внимательный взгляд отца, а потом резко отпустило: Андрей Максимович — уже не папа — деловито поинтересовался: — Ну что, племяшка, все дописала? Готова к работе с малышней? Настроилась? Антон услышал, как Ира шумно выдохнула, и, встряхнув сковородку с плавящимся маслом, бегло оглянулся. Отец иногда бывал чертовски прямолинеен, отчего все в семье подстраивались под него, учились быть текучими, как вода, обдумывать каждое действие сотню раз. Учились… либо сбегали. Как сделала мама, когда поняла, что с нее хватит. Антон в их семье оказался самым терпеливым. Однако Ира стиснула кружку с чаем так, что побелели пальцы, — она терпеть не могла напоминания о скором выпуске и тем более о дипломе, с которым и так настрадалась. Но если раньше Ира вспыхивала по любому поводу как спичка, то за годы института постигла адский дзен, а потому каждый раз повторяла, что… — Я не планирую работать с малышней, дядь Андрей, ты же знаешь, — пропела она, не выказывая раздражения, хотя вряд ли оно было для отца тайной. Антон увидел, значит, и папа заметил. — Либо пойду преподавать в старших классах, либо останусь репетитором, либо буду работать по профессии. — А как же школа выживания? Детвора? Пришла бы вон с мелким понянчилась? — не отставал отец. Ира скрипнула зубами, и это Антон тоже услышал отчетливо. Она училась не на преподавателя, а на переводчика, но почему-то вся семья упорно отправляла ее работать в школу. Антону вдруг вспомнилось, что Дима когда-то — казалось, вечность назад — смеялся, что Арс с его профессией мог бы пойти работать учителем, а не ведущим, у него половина группы именно так и разбрелась кто куда. Сейчас эта мысль настолько остро впилась в сознание, что Антон ухватился за нее, раскручивая и накладывая на ситуацию Иры. Пусть они с Арсом по-настоящему общались всего одну ночь, Антону казалось, на ее месте он бы оправдываться не стал. Либо отшутился бы, либо послал куда-нибудь пешим ходом. Правда? — Но разве тебе самой не хочется поработать с детьми? — услышал Антон следующую (или очередную, смотря сколько он пропустил, уйдя в мысли) фразу отца. Пора было спасать сестрицу. — Па-ап, ну хватит. Ирочка у дяди Володи одна, она не привыкла «нянчиться». Вот станет крутым переводчиком, тебе потом помощь нужна будет, а ты ее заешь сейчас настолько, что тебя потом лесом отправят, — вклинился он, отворачиваясь от жарящейся на сковородке яичницы. Отец перевел взгляд с Иры на него, замолчал. На кухне повисла тишина, прерываемая лишь ворчанием кипящего масла и тихим звоном стекла. Это Ира, сама того не понимая, барабанила ноготками о кружку. Пауза затягивалась. — Ох, сын… — наконец выдохнул отец. Поднялся с табурета, шагнул к нему почти вплотную, обхватил рукой за шею и прижался лбом ко лбу. — Какой ты у меня! Настоящий мужик! — И уже тише, совсем шепотом, добавил: — Ты только смотри, пока меня не будет, присматривай тут за всеми. За Ирой в том числе, а то она совсем осунулась. Кто, если не ты? Антон кивнул, тут же косясь на двоюродную сестру. «Присматривай»… В памяти вновь ожила ночь в клубе, когда не было ощущения ответственности, когда он просто веселился, а если и делал что-то, то чисто по собственному желанию, без наказов. Но да, правильно. Кто, если не он? Та же мысль кольнула его и через полчаса, когда отец и Ира уже уехали, а мачеха с братом выбрались на кухню завтракать. Антон понаблюдал за ними пару минут и ретировался в комнату, где наткнулся взглядом на клочок бумаги с номером на столе. Арс. Кто, если не он? * * * Забавно, но в без пятнадцати три Арс только и думать мог о том, придет все же Тоша или нет. Отвлечься он пытался подготовкой к свадьбе: облазил все кафе, проверил каждую деталь интерьера, каждую скатерть, тарелочку и шарик; перечитал сценарий, который всякий раз составлял и никогда не использовал. Даже успел доколупать ди-джея, за что заслужил обещание больше с ним не работать. — Ну-ну, бросай меня, изверг, — ворчал Арс, получив звонкий подзатыльник и едва ли не пинок под зад. Нет, он понимал, что в отличие от вчерашнего недоразумения верный Тарас Белов, работающий с Арсом в команде уже несколько лет, ни за что и ни в чем не подведет, но нервы брали свое. Гости уже потихоньку прибывали, а это означало, что церемония в ЗАГСе окончилась и жених с невестой уехали третировать Окси. Через полчаса или даже раньше начнется программа, а Антон… Арс нахмурился, ловя себя на этой мысли. И что? Логично было, что Тоша может не прийти. Арсу помощники не нужны, проверяли — только под ногами зря путаются. Что ни случается, все к лучшему. — Слышь, ведущий, тебя тут искали, — окликнул его Тарас, распахивая дверь комнатушки — видимо, бывшей гардеробной, — которую в кафе выделили под гримерку. — Впускать или гнать навязчивого поклонника в шею? — Я не навязчивый, — раздался еще один голос. Задрожали пальцы, во рту пересохло. Арс тут же вскинул голову, отрываясь от созерцания сценария. И действительно, за спиной гигантского Белова, перекрывающего размахом плеч весь дверной проем, маячил Антон. — Он не поклонник, — пробормотал Арс. — Мое дело предложить, — не стал спорить Тарас. — Если вышвыривать не нужно, ты уж сам разбирайся с не навязчивым не поклонником. Только жениха с невестой не пропусти, они уже скоро должны быть. Многозначительно покачав в воздухе рукой с часами, Белов затолкал Антона в гримерку, захлопнул за ним дверь и удалился на законное рабочее место. — Местный секьюрити? — с улыбкой предположил Тоша, ткнув большим пальцем себе за спину. — Мой ди-джей, — усмехнулся Арс. — Но в хорошем настроении играет иногда и роль секьюрити. — А, то есть это он в хорошем настроении? — В наилу-учшем… — протянул Арс. — Он сегодня просто лапочка. Антон с сомнением покосился на дверь, за которой скрылся Белов. «Лапочкой» ему ди-джей точно не показался. Тарас вообще мало кому казался милым — широченные плечи и огромные кулаки обещали адские мучения любому, кто посмеет сунуться ближе. Но черт, как же охренительно он пел! Да и мужиком был просто замечательным: верный своему слову, всегда готовый помочь. Доблестный рыцарь, спаситель девочек-танцовщиц от всяких пьяных субъектов. Но Арс не стал навязывать лишнюю информацию о своем ди-джее, лишь приглашающе махнул рукой. Антон оглядел полупустую комнату, всю мебель которой составляли одинокий стул, грубо сколоченный стол и крупная вешалка, и подошел ближе. Мобильник его завибрировал. Антон вытянул его из заднего кармана джинсов, внимательно посмотрел на экран… Арс, чтобы не смущать излишним вниманием, сделал вид, будто нашел в сумке что-то ужасно важное. — Что ж, два пятьдесят восемь, — буквально секунду спустя возвестил Тоша. — Я не опоздал, так что, как кое-кто пообещал, выгонять меня не будут. — Но и держать не станут, если найдутся более интересные дела, — заметил Арс, кивнув на мобильный. Антон разблокировал экран, демонстрируя напоминалку. Ни звонков, ни сообщений — только будильник, который жаждал вновь зазвонить через пять минут. — Дома сидеть было скучно, так что я пришел чуть раньше и прогулялся по парку, — пояснил он, — завел, чтобы не опоздать. — Настолько скучно, что вызвался поработать с братом друга? — прищурился Арс. На языке так и крутился вопрос: а чего не позвонил Диме? Братец вроде бы поехал домой и никакого досуга кроме долгого, но нифига не здорового дневного сна на сегодня не планировал — разве что еще во что-нибудь сыграть. А сам Арс точно собирался упросить его испечь свой любимый мясной пирог, пока никто не сможет запалить, как нагло он использует младшего. Батя в офисе, мама занята на банкете — в их ресторане тоже свадьба, — а мелкий, блин, пошел в предков и офигенно готовит. Хотя может ну его, этот пирог? Зачем эксплуатировать брата, если можно просто заказать пиццу? Или вообще не есть, а сразу упасть в кровать. Арс вздохнул. В предвкушении встречи он совсем забыл, что ни черта не спал. — Орущий мелкий, которому еще даже года нет, и ревущая с ним в унисон молодая мачеха сойдут за высший критерий скуки? — предположил Антон. — Не сказал бы, что скуки, — шокировано протянул Арс, — но да, как повод сбежать из дома — самое то. Он и не знал, что у Антона молодая мачеха и новорожденный брат. Хотя, что уж греха таить, он вообще ничего не знал — Дима мало рассказывал о друге, кажется, в детстве еще приглашал к ним на дачу, а сейчас чаще всего упоминал только имя. Пока не решился впервые потащить с собой в клуб. Так что теперь придется добывать сведения самому. И кое-что Арс уже добыл. — Младший на все лето сбежал к маман с отчимом, а я не рискнул, — добавил Антон. Арс замер, сжимая в руках планшетник со сценарием и не зная, что сказать. Спросить еще о семье? Наверное, это личное. Сменить тему? Но это будет слишком очевидно, словно ему неловко. Нет, ему действительно неловко, но… — Итак, чем я могу быть полезен? — поинтересовался Антон, когда молчание затянулось. Спасенный Арс тут же встрепенулся и посмотрел на часы. Не так уж много времени прошло, но Тарас был прав: скоро приедут молодожены, нужно поторопиться. И если неудобств Антону он создавать не собирался, попользовать внезапного помощника был обязан. Почему нет? Арс окинул Антона взглядом: широкие джинсы, белая приталенная рубашка, уложенные каштановые волосы — он не просто натянул первую попавшуюся майку и драные штаны, явно готовился. В таком виде его можно спокойно выпускать к гостям, и никто не выделит его из толпы приглашенных. Хорошо. Очень хорошо. В голове медленно вырисовывался план. — Что ж, для начала разбери вот это. — Арс подал ему пакет с ленточками. — Пригодятся в конкурсе. А я пока подготовлю каравай к встрече молодоженов. — Легко. А потом? — А потом начнется торжество, — хмыкнул Арс. Конечно, это подло, но… раз Антон сам согласился и неплохо одет, его можно утаскивать в зал. Возможно, даже использовать для пары конкурсов. Для номеров с переодеванием точно! Гостей всегда приходится заставлять из-под палки, а тут… Увы, Арс забыл, что, находясь в обществе Тоши, периодически чувствует себя бесконечно неловко. А в таком случае строить планы — просто гиблое дело. * * * Во-первых, Антона заметила Окси. Явившись следом за молодоженами с фотоаппаратом наперевес, она смерила неожиданного помощника Арса многозначительным взглядом и тихонько присвистнула. Антон, к счастью, не принял это на свой счет, спокойно стоял в сторонке с «жертвенным» фужером в руках и ждал, когда понадобится реквизит. Однако сообразительная Оксана могла стать проблемой. Во-вторых, как бы стыдно Арсу от этого ни становилось, он действительно суетился. Запинался, что-то ронял, смеялся натянуто и ощущал себя дураком. Потом, конечно, спохватывался, давал себе мысленную оплеуху и на время превращался в обаятельного и уверенного парня. Стоило оказаться в зале, так флер неловкости и вовсе рассеивался, являя свету сценического Арса. Настоящего актера, который всегда знает, что ответить, играючи отреагирует на любую ситуацию и всякий конфликт сгладит шуткой. Он даже голубей спокойно выпустил, не позволив этим красивым пернатым монстрам себя загадить. Но наедине с Тошей… — Может, чаю? — предложил Арс, падая на единственный стул в гримерке. — Или поешь что-нибудь? Родители невесты по доброте душевной решили вдобавок к гонорару накормить ведущего и его команду. Тарас свою порцию водрузил рядом с ди-джейским пультом, Окси ела на ходу, а вот Арсу накрыли в гримерке. И пока все гости упоенно ели, отдыхая от поздравлений и конкурсов, можно было тоже немного расслабиться. Минут пятнадцать точно имелось. Главное, выглядывать иногда и следить, чтобы излишне активные дуралеи не попытались стащить туфельку или саму невесту. — Еду принесли ведущему, — заметил Антон и, аккуратно подвинув все тарелки, за неимением других поверхностей присел на самый краешек стола. — А крыльями сегодня ночью подкармливали тебя, но это не помешало мне украсть последнее, — фыркнул в ответ Арс. Он потянулся к френч-прессу и разлил по чашкам заварку. Внимательный, изучающий взгляд Антона Арс чувствовал кожей, каждым нервным окончанием. Пара секунд — и руки ощутимо задрожали от напряжения, кипяток плеснул мимо чашки, на деревянную поверхность стола. — Устал? — тут же отреагировал Антон, аккуратно, но настойчиво забирая чайник и сам наливая воду во вторую чашку. Арс мысленно застонал. Ну вот опять! Даже здесь выставил себя идиотом… Не стоило вообще соглашаться, чтобы Антон приходил. — Нет, я привык подолгу работать, — торопливо отозвался он. — Просто нужно больше отдыхать, а я уже неделю сплю максимум часа по четыре в сутки. Словно в подтверждение глаза отчаянно зачесались, точно в них насыпали песка. Арс зажмурился и помассировал веки подушечками указательных пальцев, очень-очень аккуратно, чтобы не смазать гребаную подводку. Иногда образ требовал жертв — например, легкой аллергии. Блин, он вообще брал с собой сегодня карандаш или решил, что так сойдет? — Чего так? — поинтересовался Антон. — Что-то или кто-то мешает? — Сегодня брат… — пробормотал Арс, так и не открывая глаз. А потом вдруг резко дернулся и уставился на Антона. Тот как ни в чем не бывало сидел на краю стола и медленными глотками пил горячий чай. Пар поднимался над чашкой, витал у самых губ, нежно касаясь кожи, и Арс почему-то зацепился за него взглядом. Вернее, вполне ясно, почему, но… Тоша вздернул бровь, словно спрашивая: «Чего это ты встрепенулся?» — а взгляд такой наивный-наивный, простой и прямой. Этот вопрос… С намеком, или Арсу показалось? Можно принять его за флирт? Кто-то мешает? — А в основе своей только работа, — закончил Арс, решив не дергаться раньше времени. Антон всего лишь поинтересовался, почему не удается много спать, а не спросил в лицо: «Есть ли у тебя кто-нибудь?» Но если бы спросил… Нет. У него, черт побери, никого нет! С месяц назад была о-очень красивая девочка, с которой они хорошо провели пару вечеров и даже трахнулись в коридоре ее квартиры, так и не дойдя до спальни, но на этом все. Девочка через неделю выскочила замуж, а Арс шикарно провел всю церемонию. Да, для них. Как оказалось, жених заказал его на торжество чуть ли не за полгода. Конечно, в тот день Арс чувствовал себя отвратно. Не потому что девочка понравилась, нет! Наоборот, он был рад, что все вот так разрешилось, но понимать, что девица, с которой ты спал, изменяла вполне симпатичному жениху… Эй, это же мерзко! Вот только настоящий паяц умеет всегда улыбаться, а мерзкого он за время работы видел немало. К счастью, романтичного тоже — и гораздо больше. — …чтоб высыпался, — сквозь пелену мыслей раздался голос Антона. — Что? — Говорю, следить кому-то надо за тобой, чтоб высыпался, — понимающе хмыкнув, повторил он. — Отрубаешься посреди рабочего дня. — Я просто задумался, — проворчал Арс и повернулся к тарелке с ароматной отбивной. Взяв нож и вилку, принялся методично нарезать мясо. — А спать по четыре часа вполне реально: главное, вовремя восполнять энергию той же едой. «Ну, или держаться на адреналине», — добавил мысленно. За дверью что-то грохнуло, Арс лишь краем глаза успел заметить, как, отреагировав на шум, Антон соскочил с насиженного места. В следующее мгновение плечо опалило жаром — так близко он оказался. Рука, сжимающая нож, дрогнула, локоть задел чашку с чаем… — Твою мать! — взвыл Арс, вскакивая со стула в надежде спастись от хлынувшего во все стороны потока. — Осторожней! — Тоша ухватил его за предплечье и дернул на себя. Но не тут-то было. Какой бы отменной ни была реакция, вода текла быстрее. И полилась она прямо на синие брюки, которые Арс старательно отутюживал с утра. Брюки, которые даже удалось спасти от голубей! И вот очередная картина маслом: заливший столешницу чай, недорезанная отбивная, остывающая порция картофельного пюре, на другом углу — полупустая чашка… а рядом — Арс с огромным темным пятном на брюках. На том самом месте, которым он, видимо думал, когда рядом оказался Антон. Вот так чертовски близко. Прямо как сейчас. В следующее мгновение Арс осознал, что не просто застыл столбом, он стоит, практически прижимаясь спиной к груди Антона. А этот мелкий… он… он что, ржет? — Кажется, если у тебя в руках жидкость, нужно драпать со всех ног, — подтверждая догадку, выдавил Антон и наконец-то громко расхохотался, перестал вежливо сдерживаться. — Иначе можно попасть под удар. Арс хотел возмутиться, но тут Антон, вновь заржав, отцепил сжимавшие предплечье пальцы и закинул руку ему на плечи, возможно, неосознанно, но крепче прижимая к себе. Сердце екнуло, двигаться стало страшно — отчаянное, незнакомое ощущение. Смесь досады и радости. «Бля-я-ять, кажется, я реально вляпался. Всего за одни долбаные сутки», — мысленно вздохнул Арс, а потом просто прикрыл глаза и едва заметно откинул голову на грудь Шаста, позволяя себе насладиться моментом, а ему — вдоволь насмеяться. — Вообще-то, чай был горячий, — мрачно сообщил Арс, когда смех Антона начал затухать. — И-извини, — всхлипнул тот. — Просто реально чертовски смешно получилось. — И уже серьезнее добавил: — Не обжегся? Место-то… деликатное. — Не настолько горячий, — пробормотал Арс, почти физически ощущая, как взгляд немного отстранившегося Антона метнулся к этому самому «деликатному» месту. — И я чаще всего не настолько неуклюжий. Он и сам опустил голову, осматривая последствия катастрофы. Что ж, все не так отвратительно, как показалось. Выглядит, конечно, паршиво, но если прикинуть, что… — Верю, но с брюками все равно нужно что-то делать, — раздался шепот почти у самого уха. …что этот голос вызывал у него предоргазменное состояние, пролитый чай выглядел весьма символично. Арс надеялся только, что сквозь влажную ткань не слишком заметно, как кровь рванула совсем не к мозгу. — Сушить, что еще? — отозвался он тоже почему-то шепотом. — Но вообще, в машине есть запасные. Он хотел уже скинуть руку Шаста, которая до сих пор лежала у него на плечах, но тут дверь резко, чуть ли не с пинка, распахнулась, являя Окси с висящим на груди фотоаппаратом. Светлое каре она стянула в забавный хвостик, отчего выглядела еще более растрепано. Но главным был не ее внешний вид, а реакция. Мгновенная. Окси умела выплевывать пошлости, даже не подумав. — Ешки-матрешки, мальчик мой, я, конечно, уверяла, что ты потек, но не настолько буквально! — выдохнула она, хлопая глазищами. — Хорошо тебя зацепило. Напомни, сколько там тебе лет? — Оксана… — пробормотал Арс. Он, умеющий любую неловкость повернуть в шутку, сейчас неистово краснел. Жар панически приливал к лицу, обещая спалить дотла. Как? Как шутить в этой ситуации? Особенно когда Антон, словно заразившись Оксаниным любопытством, вновь уставился на… в общем, на мокрое пятно. — Ты бы закончил с воздержанием, малыш, — не унималась Окси, а потом — Господь всемогущий! — обратилась уже к Шасту: — Ты знай, обычно наш Арс так быстро не сдувается. Я, конечно, с ним не спала, но… — Оксаанаа! — рыкнул Арс, но заткнуть эту извращенку было практически нереально. — …но о похождениях знаю. И если вот так получилось, это просто ты слишком охренительно сексуальный. — Фролова!!! — взревел Арс, выскальзывая из-под руки Антона, который вновь начинал смеяться, и раздраженно бросаясь к столу. — Это чай! Только тут Окси наконец-то услышала его. Резко замолкла, повернула голову и уставилась на лужу, медленно стекающую со стола. — А! — коротко воскликнула она. Всплеснула руками, посмотрела на Арса, на Антона, вновь на стол. — А-а-а-а… — протянула уже понимающе. — Ну, блин, не знала. Я захожу, а вы тут третесь, что еще я должна была подумать? Если Окси думала, что это все исправит, то ошиблась: прозвучало в сотню раз более неловко. Они тут… терлись? Серьезно? — Но ты, малыш, действительно охренительно сексуален! — добила она, бесцеремонно указав пальцем на Шаста. — Тут любой бы не сдержался. Сама непосредственность, блять! Арс почувствовал, что градус охватившей его температуры прыгнул выше доступной для человека отметки, а пульс застучал в ушах. Но в одном Окси была права: Антон, черт возьми, ходячий секс. Какого хрена мироздание позволило ему стать таким офигительным? Рубашка сидела как влитая, демонстрируя и широкие плечи и даже чертов пресс. Чем нужно заниматься вообще, чтобы иметь такой? Хотя Арс старался пару раз в неделю выбираться с братом в бассейн и не забрасывал тренировки по рукопашке (почти не забрасывал, когда не подыхал от работы), но похвастаться таким не мог. Он сам был… стройным, жилистым. Пока он замешкался, Окси, эта белобрысая кикимора, вскинула руки и щелкнула затвором. Вспышка озарила комнату, осветила смущенного и раздраженного Арса, а когда потухла, Фролова довольно запищала: — На память в альбом неловкостей. О-о-о, на ту же страничку, где у Тараса встал на танцовщицу! — Она вывела изображение на экран и стала любоваться. — Окси, твою мать, удали сейчас же, — рыкнул Арс, бросаясь к ней с кровожадными планами, но Антон его перехватил. Это мгновение Окси тоже решила запечатлеть. — Удалить не могу, это МОЯ коллекция, — надулась она. — Но могу снова дать фен. Нужен? — Нет! У меня джинсы в машине! — рявкнул Арс. Он все еще пытался вырваться, но Антон держал крепко, практически обнимал со спины поперек грудной клетки, и если сильно рваться, захват становился удушающим. — Да, не помешает, — одновременно с ним заметил Антон. Оксана заверила, что фен «сейчас будет», и ретировалась, махнув ручкой. Почему-то Арсу казалось, что нести она его будет черто-овски долго, пока не удостоверится, что друг и коллега успокоился. А приходить в себя после такого он будет бесконечно. Почему? Да потому, что Арс никогда — никогда! — не выходил из себя настолько. НЕ стеснялся, НЕ краснел, НЕ попадал в ситуации, достойные «альбома неловкостей» Фроловой. Окси собирала этот талмуд, сколько Арс ее помнил, но сам он ни разу туда не вляпывался. — Ты чего? Она ж стебется, — тихонько рассмеялся Антон, разжимая руки. Арс даже сообразить не успел, насколько интимной выглядела эта поза: Шаст уже отошел на пару шагов. Смеяться он перестал, но кривая ухмылка все еще играла на лице. Правый уголок губ лукаво изгибался. — Пусть стебется в другом месте, — проворчал Арс. От взгляда на Антона вкупе со всем этим недавним цирком становилось больно. Так что Арс прикрыл глаза, стараясь отдышаться и успокоиться. Получалось сложно. Окси, конечно, не будет припоминать ему эту историю каждую секунду, но когда-нибудь, когда они останутся наедине, обязательно заведет разговор. О, и тогда Арс так ее отчитает! Мало не покажется! — Но она забавная. — И зубастая. Как акула, — Арс поджал губы, тяжело выдохнул и добавил: — Слушай, извини. Обычно Окси безвредная, но может молоть всякую чушь. Боже, она реально намекала, что они тут… занимались непотребствами и Арс кончил в штаны? Как же стыдно-о. — Да ладно, расслабься. — Антон пожал плечами. — Непосредственная девчонка. Приятно знать, что такие считают тебя «охренительно сексуальным», даже если это неправда. «Тоша, это чистая правда! Я тоже так считаю», — так и хотелось выпалить Арсу, но это бы еще сильнее накалило атмосферу. Как там сказал Дима? Шаст никогда не заглядывался на парней? Отлично, если шуточки Фроловой не заставили его задуматься и не убили наповал, то подобное заявление станет контрольным выстрелом. «Ты, черт возьми, невероятно притягателен», — почти признание в том, что Арс втайне пускает на него слюни. — Ну, и шутит она иногда тупо… — вместо этого пробормотал Арс. — Гейские шуточки никого еще не сделали геем, — Тоша развел руками. Арс несколько секунд всматривался в его лицо. Он имеет в виду, что Окси угадала? Или успокаивает его, Арса, что шутки Фроловой не поменяют ему ориентацию? Правильно, не поменяют. Потому что менять нечего. Но Шаст считает иначе, так ведь? — Да, это точно… — Арс торопливо отвернулся и, опять принявшись рыться в своей сумке, перевел тему: — Принесешь джинсы из машины? В пакете на заднем сидении должны валяться. Не глядя, он протянул брелок Антону. И едва заметно вздрогнул, когда теплые пальцы на мгновение коснулись его, забирая ключи. * * * Сколько бы ни прошло времени, уютнее в мокрых штанах не становилось, а Антон, как назло, задерживался. Где он там потерялся? Пакет должен найтись быстро — обычная прозрачная майка за три рубля, в которую Арс с утра второпях запихнул сменные джинсы и рубашку. Нет, он, конечно, не всегда так тщательно готовился, но на этот раз постарался предусмотреть все. Стоило бы, наверное, снять брюки, чтобы хоть белье не промокло, но Арсу было не по себе от этой мысли. Вот явится Тоша обратно, а он тут что, в трусах щеголяет? То ли нелепая попытка соблазнить, то ли окончательный позор. И серьезно, даже не в эстетически офигенных боксерах, брифах или транках, а в гребаных плавках — не видны под тонкой тканью брюк, зато выглядит он в них как-то не очень. Так что вариант с «опозориться» вероятней. Он возможен и в том случае, если Антону будет до него хоть какое-то дело, и если он просто решит поржать — так, чисто по-мужски. В итоге, старательно загнав идиотские сомнения подальше, Арс просто расстегнул пояс и ширинку и оперся бедрами о край стола. Замер в ожидании спасения, которое никак не желало приходить. В таком виде его и застал Антон, торопливо открывший и закрывший гребаную дверь. Вид у него был напряженный, а в руках… — Там ничего нет! — заявил он, демонстрируя пустые ладони. — В смысле? — опешил Арс. — Пакета. Я всю машину облазил, но ничего не нашел, — пояснил Антон. Арс нахмурился. Мысль не желала укладываться в голове. Он ведь собрал с утра вещи, аккуратно сложил, а потом поставил пакет у порога рядом с рабочей сумкой. Или даже на сумку. — Как нет? А в багажнике? Там в салоне кнопка есть… — Я нашел, — прервал Антон. — Кнопку. А вот джинсы — нет. Твою ж мать! Неужели он второпях все же забыл долбаный пакет у порога? — А под… — Под сидениями, на задней панели и даже в ногах на пассажирском я проверил — нигде ничего нет. — Твою ж ма-ать! Арс со стоном откинул голову и уставился в потолок. Да как можно быть таким дураком, а? И что теперь делать? Ну, не мог же Антон просто прикалываться. Он же прекрасно понимал, что Арсу еще работать. Работать… Арс снова застонал, на этот раз отчаянней. — Так, мальчик мой, если не хочешь, чтобы я вновь попыталась все опошлить, вот эти возбужденные крики ты прекрати, — разнесся по комнате звонкий голосок Окси, сопровождаемый хлопком двери. — Или вы тут в «Тридцать три оргазма» решили сыграть? Арс был вторым, я — третья? Арс хмуро посмотрел на нее, с трудом вернув голову в нормальное положение. Окси развела руками, мол, чего ворчишь, я дело говорю. А вот Шаст промолчать не смог. — Во что сыграть? — искренне удивился он. Окси, как раз принявшаяся распутывать шнур фена, едва воздухом не подавилась. Замерла, сжимая провод, посмотрела сначала на Шаста, потом на Арса и вновь на Шаста. Если что-то и могло заставить Арса смутиться сильнее, то именно вот такое напоминание о возрасте. И о гребаной разнице в нем. — Бо-оже, Арс, уже ощутил себя стариком, а? — пропела Окси. — Где ты откопал этого милашку и почему он не из нашего поколения? — Фролова, я готов изобразить еще один оргазм, если его можно объединить с фейспалмом, — проворчал Арс, прикидывая, как лучше заставить Окси замолчать и не подходить больше — вообще, никогда! — к Антону. Зато Шасту стыдно не было. Он улыбался от уха до уха и, кажется, был вполне рад компании Окси, которая на предложение Арса отреагировала строгим взглядом. Антона тут же настиг новый приступ смеха. — Нет, зайчик, третий нельзя. Ты-то помнишь, что играем по кругу, — она покачала головой и вновь взялась за фен, по ходу объясняя Антону: — В общем, игра из далеких девяностых, ну, или начала двухтысячных, там как раз в России пошла сексуальная революция и все такое… неважно. Все играющие садятся в круг и по очереди изображают стоны удовольствия. Один, потом два, три и далее по списку. Почти что оргазмический снежный ком для уютной компании. — Надо сыграть, звучит весело, — сквозь смех выдавил Антон. — Да, особенно когда ты тридцать третий, — согласилась Окси. — Как будто кто-то в нее реально когда-то играл, — фыркнул Арс. И только потом осознал, что подписал себе этим смертный приговор. И Окси, и Антон одновременно замолчали и во все глаза уставились на него: она — пристально и с прищуром, а он — с любопытством и чуть насмешливо. Арс постарался принять более уверенный вид, но как тут выглядеть уверенно, когда ты сам словно только после оргазма? Растрепанный, раскрасневшийся и с расстегнутой ширинкой. Слава богу, хоть брюки не снял. — После такого заявления я готова устроить тур сразу после работы, ты со мной? — поинтересовалась Окси у Антона. — Почему бы и нет? — улыбнулся он. Арс промолчал. Кое-как сдержал очередной стон, который точно вызвал бы новую волну дурацких обсуждений, и в пару шагов преодолев расстояние до двери, выхватил у Окси фен. — Уважаемые игроки, — проворчал он, подойдя к ближайшей розетке, — а не свалить ли вам строить дебильные планы в коридор? Во-первых, сообщите Тарасу, что еще минут десять как минимум я не выйду, так что развлекать публику придется ему; во-вторых, позволите несчастному ведущему без посторонних глаз высушить брюки. Но Окси отставать не желала: — Блин, ты что, реально никогда не играл? В наши годы все успели хоть раз, но попробовать. — Правда? — перебил ее Шаст. — Я начинаю жалеть, что родился позже.