На крыше

Пели птицы, расположившиеся в кронах ближайших деревьев, жужжали стрекозы, а солнце позднего июля отчаянно палило, грозя оставить ожоги на незащищенном носу. Антон сильнее надвинул на лоб шляпу — на завтра у него были планы, в которые не входило щеголять красной облезлой мордой, — и покосился на развалившегося на траве Диму. Друг уже успел загореть дочерна, так что ни капельки не боялся солнечных лучей, подставляя им и щеки, и нос, и плечи. Они расположились на берегу небольшого озерца, с той стороны, где не было ни тропинок, ни прохожих, только ровный газон, по которому даже ходить не стоило, а уж валяться на нем — тем более. Закрытая зона, куда официально ход был только у смотрителей парка. А неофициально укромную дыру в заборе не могли заделать уже три года и столько же не станут трогать. Если редкие посетители не оставляли после себя мусор, смотрители закрывали на них глаза. Ну захотелось людям, чтобы покупаться на диком бережке озера, пройти целый квест: сначала втиснуться в дыру в заборе‚ затем пробраться через густой подлесок, пропилить заросли травы высотой почти по пояс и не залезть в крапиву. Зачем мешать? Место выбрал Дима, он всегда любил озеро: и часть, открытую для посетителей, и этот малодоступный берег. Тоша же стоял у самой кромки воды и ощущал себя… не в своей тарелке? Оказалось вдруг, что последнее лоно природы, где он бывал в этот год, — огород и крошечный садик с разными травами, его личное достояние. И вот теперь озеро. В прошлом году они с Димой все лето здесь пропадали, а в этом друг как то все больше общался с этим, как его? Шастун помнил только, что мальчишка на год их младше, с фамилией на М. То ли Мазурченко, то ли Матвеев. — Кстати, Матвиенко тут понравилось, хотя от бати потом такой нагоняй получил, — послышался голос Димы. — За что? Точно, Матвиенко! Друг в последние дни чаще пропадал с ним и рассказывал потом тонну забавных историй, а Антон — с Арсом. Вот так просто. Вроде бы и никто не в обиде, но Тоше было стыдно: он так увлекся общением с Арсом, что, наверное, слегка забил на Диму. Потому сегодня он вырвался из дома с боем — отпускать его не хотели — и согласился на любой вариант времяпрепровождения. Искупаться в озере? Почему бы и нет? Вот только стоило вспомнить об Арсе, как руки зачесались проверить сообщения. Он сегодня вел корпоратив и отправлял преувеличенно бодрые селфи на фоне целого зала унылых мужиков в костюмах. Интересно, если Антон обгорит на солнце и сбежит пораньше, получится ненадолго заскочить к Арсу? Антон мыслено стукнул себя по голове. Ну какой дурак, встречаясь с другом, чтобы обсудить новости, думает о его брате? Но все же он не удержался и достал из кармана мобильный. Он в отличие от Димы раздеваться не стал, только рубашку расстегнул. — Дааа… есть там одно дело… — Дима вскинулся, поднимаясь на локтях. — Слушай, если расскажу чужой секрет, ты же не проболтаешься? — Если пообещаешь, что мои секреты впредь будут только в твоей черепушке, а не рассказываться всем с требованием неразглашении. — Антон на секунду оторвал взгляд от экрана, где успел выкрутить яркость по полной. Солнце слепило, отражаясь от стеклянной поверхности, так что приходилось справляться своими силами. Дима многозначительно улыбнулся, подобно сытому коту. Он, когда что-то задумывал, всегда ухмылялся именно так. — Твои секреты я обещаю хранить трепетно, нежно и с любовью, — промурлыкал он, улыбка стала еще шире. — Ой, блин! Антон обязан был хоть что-то швырнуть в эту нахальную физиономию. Первым подвернувшимся оказалась Димина же майка. Бросок получился метким, черная ткань впечаталась в лицо друга, многозначительно растягиваясь надписью «Баста» — то ли в честь поддержки русского рэпа, то ли потому что все, Диме действительно стоило заткнуться со своими шуточками. — Рассказывай, раз заикнулся. — Коро-оче, — воодушевился Дима. — Сереге реально всыпали по первое число за то, что он вчера со мной сбежал. Ты бы сам мог этот грандиозный скандал увидеть, если б с нами пошел. Антон отвел взгляд, утыкаясь в экран мобильного. В глуши сеть никак не желала ловить, мессенджер приходилось перезапускать уже на третий раз. — Я был занят, — попытался он оправдаться. Ага, занят. Как-то слово за слово и вместо встречи с Димой и неведомым Сережей, Антон побежал помогать Арсу, который как раз проводил свадьбу. — Да знаю я, у тебя ж... — Дима неопределенно махнул рукой, но сообразил, как логичней продолжить: — Дел всегда куча, когда батя уезжает. У Сережи тоже родственнички атас. Он был в той же аварии, что и моя Катя. Друг ненадолго замолк, а Антон вздохнул, услышав это трепетное «моя Катя». Иногда он Диме искренне сочувствовал, порой — завидовал: Это же насколько нужно привязаться, чтобы постоянно помнить? И страшно, и удивительно. С Катей Антон был знаком только по фотографиям. По фотографии, той самой, которую Дима таскал в кошельке класса с девятого — сначала с тайной надеждой, что девушка ответит ему взаимностью, а последние два года в качестве воспоминания. Он доставал ее порой, когда думал, что никто не видит, и так долго, пристально рассматривал, что Тоше становилось физически больно. Когда сидишь с другом за одной партой, все равно подсмотришь, что он делает. Девчонка была подругой детства Димы. Он не то чтобы добивался ее, просто любил, как-то так честно и безоговорочно, почти по-детски, что Антон был уверен — пройдет когда-нибудь. Не прошло. Позапрошлым летом они сошлись, а потом… Потом случилась авария, которая все развалила. Антон не знал всех подробностей, только то, что говорил Дима, тоже пересказанное по слухам. Притом варианта три за первый месяц точно поменялось, смотря какой был первоисточник — на любую проблему можно смотреть под разным углом. Но если выделить общее: компания возвращалась с дружеских посиделок, естественно, с алкоголем; машина была вроде бы брата Кати, но за руль сел самый «трезвый» из друзей. Оказалось, трезвостью тут и не пахло. Водитель отрубился прямо на оживленной трассе, автомобиль на всей скорости врезался в ограждение и... вот здесь вариантов было много, но по склону в кювет машина точно скатилась. Водитель погиб, остальные пострадали. Сколько там их было в машине? Четверо? Пятеро? Два года прошло, как бы внимательно Антон ни слушал, память плохо работала в отношении совершенно чужих людей. Теперь Диму периодически кидало из крайности в крайность: от «жизнь продолжается, мне никто не нужен, давай найдем девочек и оттянемся!» до «я люблю только ее и буду обивать пороги, пока не добьюсь взаимности». Рука об руку с первым состоянием шел нескончаемый оптимизм, а со вторым – практически депрессия. Видимо, сейчас преобладало второе. Антон опять вздохнул и посмотрел на мобильный. Ну же, давай, грузи! Дима в это время продолжал разглашать чужие секреты: — Тоже пострадал: кость на ноге по осколкам собирали, руку ломал в паре мест, до сих пор порой то ли нерв зажимает, то ли еще что переклинивает, но пальцы дергать начинает. А пацан упертый, он от этого в ужасе! Но главное, его предки рехнулись после происшедшего. Не знаю всех деталей, но Серый считает, они бомбанули именно из-за того, что тогда он тоже без спроса уехал. Дима еще что-то говорил, слова влетали в уши, но сознание их ни капельки не улавливало. Сеть заработала, страничка обновилась, и в диалоге с Арсом появилась многозначительная цифра три. Новые сообщения! Арс: «Антон, свидетелем будешь. Заявляю официально: корпоратив меня в конец зае…залюбил. Если еще раз эта фирма позовет меня что нибудь у них вести, бей, но не пускай. Вот просто тапкой меня или чем потяжелее. Главное, череп не разбить, а то обидно будет». Арс: «Ты только посмотри на это». А следом, третьим сообщением, очередное селфи. Деловые дядечки в костюмах расстелили среди блюд бумаги и что то сурово обсуждают. Арс стоит на их фоне, одной рукой держал телефон, делая снимок, в другой сжимал микрофон, показывая на уровне глаз пальцами V, а выражение лица скептичное, измученное и чертовски скучающее. Антон чуть увеличил фото, разглядывая «нестареющего вампира» в деталях. Провел по экрану пальцем, будто надеялся сгладить печать усталости с этого лица, но тут же спохватился. Забавно, вампир в лице Арса оказался совсем не таким уж нестареющим. Этот трудоголик, пусть и с веселой работой, выжимал из себя все силы, и сейчас, под конец недели, было особо заметно, насколько на Арса влиял режим. Меж бровей залегла морщинка, глаза покраснели, на губах — искусанные ранки. Что уж говорить про слегка смазавшуюся подводку? Впрочем, таким он еще больше напоминал Антону главгероя из фэнтези. Делает все, чтобы спасти мир и других, но полностью забивает на себя. Символично. В глубине души Арсом Антон восхищался. Антон: «Бить тебя отказываюсь. Но сухарей с бумагами на корпоративе стоило бы расстрелять. Забей на них, выпей чего-нибудь». — И поэтому он постоянно должен быть под присмотром, предки требуют, чтобы с него глаз не спускали... — Слова Димы вновь сложились в разборчивые предложения. — Эй, Антон, блин, ты меня слушаешь вообще? — Да. Да, конечно, — спохватился он. — А чего лыбишься так, словно в лотерею выиграл? — Дима прищурился. — Не-ет, только не говори, что играешь. Я тут… — Я слушал! — перебил Антон, торопливо блокируя экран. Что? Это он-то улыбался? Да быть не может. — И что? Этому Сереже наняли телохранителя? Круто для шестнадцатилетнего пацана. Дима успокоился, снова опустился на локти и уставился в небо. Вниманием он завладел, а значит, можно было немного потянуть время. — Если бы телохранителя. Бери еще круче и делай поправку на идиота в лице его папаши. Ему... Нанимают… — Ну? — поторопил Антон. Друг умел подогреть интригу, даже если учесть, что Антону было абсолютно плевать на какого то там Сережу. На Диму — нет, на брата его тоже. Кстати, об Арсе. Телефон призывно завибрировал в руке, но Антон выдержал, не кинулся сразу читать ответ. Пусть с начало Дима договорит. — Нянек. Антон едва не подавился: — Чего? — Ня-не-чек. Гувернанток. На полный рабочий день, — со зловещим восторгом вещал Дима. — Прикинь, пацану в конце месяца семнадцать, он отличник, спортсмен, день и ночь за учебой, семейным бизнесом интересуется. А ему нянек нанимают, дамочек лет эдак под восемьдесят, которые все как одна шамкают челюстями и даже кино громко смотреть не позволяют. И знаешь что? Антон не знал, но догадывался: дела у пацана дрянь. Нет, все, баста. (Футболка Димы все еще многозначительно валялась на траве, сверкая надписью.) Нужно терпеть. Если он когда нибудь заноет, что у него дерьмовая жизнь, то произойдет точно что-то катастрофически страшное. Рушащее основы его мироздания. А пока отец не нанимает Антону нянек, все в порядке‚ правда? — Что? — спросил Антон, телефон в руках снова завибрировал. Срочно-срочно-срочно нужно было, чтобы Дима ответил, и он смог прочитать сообщения. — Теперь из пай-мальчика мы готовим чертяку, который, как в старых голливудских киношках, избавляется от нянек. Две уже сбежали за последний месяц. — Кажется, вам там весело. — Да присоединяйся, говорю же... Да, Дима говорил, но какой к черту Серый, когда у него сообщения от Арса? Антон и сам не понимал, с чего вдруг так их ждет, но склонялся все к той же мысли, что неделю назад. Вот бывает так: раз — и понимаешь, что человек твой. Как с Арсом. Арс: «Есть, сэр, я уже выпиваю. Выглядит почти как вино». Сопровождалось сообщение фотографией винного цвета напитка в тонконогом бокале. Тоша хмыкнул. Вишневый сок, сто процентов. Антон: «Правильно, пей, хотя лучше бы это была кровь тех мудаков. А мы тут на природе сидим. Солнце жжет, словно не пять часов вечера, а полдень». Покосился на Диму, который углубился в очередной долгий рассказ. Смотрел он в небо, так что Антон попытался тоже сфотаться исподтишка. Как же без подтверждения? — Может, завтра с нами, а? Рука у Антона дрогнула, фото получилось размытым. Он мысленно выругался, но телефон опустил. — Куда? — Избавимся от новой домомучительницы Серого. Знаю, у тебя там какие-то планы были, но, может, получится перенести? Дима посмотрел на него, а затем отвернулся, что-то выискивая в сумке. Антон торопливо вскинул руку, делая-таки селфи, и спрятал телефон за спину как раз к тому моменту, как Дима вновь улегся на газоне. — Я попробую…— согласился Антон, нажимая кнопку «отправить». Хотя был на все двести уверен, что ни за что не попробует. Завтра он планировал забежать на свадьбу. Между Арсом, с которым было бесконечно легко, и каким-то неведомым пацаном с няньками он, естественно, выбирал первого. А Дима и без него не заскучает. *** Арс сам не знал, как назвать их странное общение. Дружбой? Но разве можно сдружиться за такой короткий срок? Забавной перепиской? Да, определенно что-то такое в этом было, но не только... Или, может, чем-то большим? Он периодически возвращался к этой мысли, когда отрывал очередное сообщение, а находил забавное селфи Антона с «самим мелким орущим недоразумением» или голосовое о том, как он два часа «выбирал долбаные джинсы, а они все равно какие то ублюдские», и фото джинсов. Такие сообщения Арс переслушивал раз пять, только чтобы снова и снова ощутить мягкие вибрации голоса, хотя и понимал, что это смахивает на извращение и в какой-то степени даже на мазохизм, но ничего не мог с собой поделать. А вот на джинсы лучше бы полюбовался в надетом виде, а не в качестве валяющейся на кровати тряпки. Проще говоря, когда через неделю они все же договорились заказать пиццу, Арс чертовски нервничал, не представляя, как себя вести. Самое смешное, что Тоша буквально вчера забегал к нему на работу и пару часов помогал с юбилеем, а еще недавно были две ночи в клубах, куда они с Димой, конечно же, рванули следом за Арсом. Так что общения, как сетевого, так и живого, было хоть отбавляй! Но почему-то эта встреча казалась иной. Неимоверно глупое ощущение! — Куда ты ведешь нас, Сусанин-герой? — пробормотал Арс, шагая следом за целеустремленным Антоном. — Ты решил отрубить Сусанину ногу? — хохотнул тот, на мгновение оглянувшись, но не сбавляя скорости. — Поверь, не стоит, я дорогу знаю. Они договорились встретиться возле уютной пиццерий, где можно было неплохо посидеть где-нибудь в уголке, но... что то пошло не так. Когда Арс оказался на месте, Антон уже был там — стоял на крыльце с двухлитровой газировкой под мышкой и большущей коробком пиццы. Газировку он сразу же вручил Арсу, а еду продолжал бережно сжимать в руках. И поспешил Антон не внутрь кафе, а во дворы. Свернул за ближайшим углом и двинулся напролом по тропинке между цветущими клумбами. В жарком летнем воздухе разносился насыщенный, душный цветочный аромат, а пыльца, казалось, скрипела на зубах. Арс любил растительность, но не когда она обещала вызвать аллергию. Фикус у окна и пара орхидей — ради бога, тонна неведомых ярких жителей клумб, от запаха которых кружится голова, — нет, лучше не стоит. Впрочем, раз Антон куда-то спешил, Арс упорно шел за ним, пока любопытство не победило, заставив задать вопрос. — Ты знаешь, а вот мне как-то не по себе. — Он отмахнулся от высоких стеблей чего-то, напоминающего гигантские колокольчики. — Если собираешься устроить пикник в цветах, я пас. Аллергию никто не отменял. — На цветы? — удивился Антон. — На слишком резкие запахи, — поморщился Арс. — Осенью вечно задыхаюсь от этих мелких белых цветочков, которые еще медом пахнут. Какого черта их сажают у нас в городе на каждой клумбе? Антон оглянулся лишний раз и тихонько рассмеялся. Арс его веселья не разделял: милейшие цветы с теплым названием алиссум действительно в августе и начале сентября отчаянно нервировали его скромную аллергию. Организм сопротивлялся, но каждый раз проигрывал, реагируя головокружением и тошнотой. — Понял-понял, никаких маленьких белых цветочков, — выдал, наконец, Антон и уже серьезней добавил: — Сегодня в принципе обойдемся без цветов, обещаю. — Не, так-то я люблю цветы, но когда их вокруг нормированное количество, — зачем-то заметил Арс. Точно оправдывался или выпрашивал букетик. Хотя ни о чем подобном не думал, честно! Ну, до сих пор не думал. — Расстояние до цветов в минимум двадцать метров тебя устроит? — хитро поинтересовался Антон. — Устроит... — сдался Арс. Антон и не думал останавливаться. Вскоре они выбрались из цветочных зарослей, и до нюха Арса донесся умопомрачительный аромат печеного теста и плавленого сыра. Если учесть, что с утра он успел отработать детский праздники и съел сегодня лишь кусок торта — восхитительно вкусного, но факта отсутствия иной еды это не отменяло, — неудивительно, что рот тут же наполнился слюной. Захотелось быстрее уже добраться до места назначения, каким бы оно ни было. — Прошу! — Словно услышав его мысли, Антон указал рукой на старенькую подъездную дверь обшарпанной многоэтажки. Настолько старенькую, что все еще деревянную! Без кодового замка или намека на домофон. — Похоже на портал в подпольный притон, — скептически отозвался Арс. — А бывают не подпольные притоны? — съехидничал Тоша. — Проходи, кафешки для слабаков, а здесь будет круто. — В подвале с крысами? Не сомневаюсь. Арс нервничал, а потому хохмил. Изо всех сил строил из себя шута — играл роль, в которую вживался годами. Хотя вроде бы чего тут нервничать? Просто решили по-дружески слопать пиццу, что тут такого? А разговаривать можно о том же, о чем и всю неделю в сети. Они ведь действительно обсуждали все на свете: глупые ежедневные события и более важные, серьезные воспоминания. Обычные беседы двух еще не друзей, но уже приятелей. И все равно Арс волновался. — Только пойдем мы не в подвал, — парировал Антон, в последнее мгновение перехватывая Арса за плечи и утягивая в сторону лестницы наверх. — А все выше и выше.Up, up and away! — Супермен из меня никакой, - усмехнулся Арс. — А мне он всегда нравился, - пожал плечами Антон и рванул наверх через две ступеньки. То ли комплимент и завуалированное заигрывание, то ли оскорбление. Типа: «Жаль, раз ты не супермен, ты, мне не нравишься». И как это расценивать? Арс решил просто выкинуть фразу из головы и ускорить шаг. Антон поднимался все выше, и выше, и выше... пока не замер на площадке пятого этажа. И если у Арса сбилось дыхание от беготни по лестницам, Тоша после подъема даже не вспотел. Тоша... Арс мысленно треснул себя по лбу. Вот такие дела, за неделю переписки Шастун как-то незаметно превратился из Антона в Тошу. Вслух, конечно, Арс постеснялся бы так его назвать, но за прочной защитой мыслей не отказывал себе в удовольствии. — И что мы здесь делаем? — выдохнул он, цепляясь за перила. Нет, Арс, конечно, подозревал, что здесь либо пустующая квартира, в которую они сейчас и завалятся, либо... — Пикник на свежем воздухе, но без цветов пойдет? — Антон продемонстрировал потемневший от времени ключ. Да, либо на крыше. Откуда у него ключ, черт побери? — Звучит заманчиво... Тут же Арс сообразил, что ответил словами Тоши. Именно так он написал про свадьбу в одном из первых сообщений. «Звучит заманчиво». Настолько, что в тот день Антон приперся помогать. А сегодня Арс послушно идет за ним на любые авантюры. — Где достал ключ? — усмехнулся он, все же не выдержал. — У бабушки лет пять назад, — хитро улыбнулся Антон, поставил пиццу на пол, а сам залез по металлической лестнице и принялся колупаться в замке. Тот сначала скрипел и не поддавался, но потом… — Вуаля, путь открыт! — и пояснил: — Замки здесь не меняли целую бесконечность, а на крыше уютно. — Поверю тебе на слово... — Арс подхватил коробку и привстал на носочки, чтобы передать ее Тоше. Тот приоткрыл люк, ухватил коробку и запихнул на чердак, а затем забрался туда сам. Спустя пару секунд люк вновь приглашающе открылся. Арс мысленно взмолился, чтобы его ухищрения с «носочками» не заметили. — Ну что, рискнешь подняться? — подначил Тоша, подавая ему руку. — Хочешь поспорить? — хмыкнул Арс. Императоры-завоеватели никогда не сдаются, даже если когда-то сломали зубы о непомерную Россию-матушку. Поспорить... Арс и сам не знал, почему с детства так трепетно относился к спорам, и главное, почему настолько азартно рвался выиграть любое пари. Возможно, свою роль сыграли комплексы, возможно — жажда доказать, что он круче, умнее, сильнее, и вообще самый-самый. Но факт оставался фактом. Впрочем, в этот раз никто не захотел с ним спорить. Тоша лишь усмехнулся и ухватил Арса за руку, помогая забраться наверх. На чердаке, чуть правее, нашлась еще одна лестница, а в углу, в тайнике под желобом, — объемный, крепко завязанный пакет. — Только после вас. — Тоша театрально поклонился, указывая в нужную сторону. — Ммм, все выше и выше, —проворчал Арс, но всё же рискнул подняться первым. Антон подал в ему коробку, пакет, сумку с газировкой и только тогда забрался сам. Наблюдая, как тщательно он отряхивается, Арс вдохнул полной грудью пыльный городской воздух. Хотя на высоте пятиэтажки он почему-то казался свежее. Магия! Было восемь вечера, но солнце позднего июля, даже склоняясь к горизонту, продолжало нещадно палить. Арс знал: стоит лишь прикрыть глаза, подставить лицо лучам, и на следующий день на щеках проявятся чертовы веснушки. Их было мало и, кроме самого Арса, крошечную золотистую россыпь на носу мало кто замечал, но все же... на светлой коже точно будет заметно. В отличие от братца Арс, хоть и любил пляжный отдых, не катался на курорты два раза, а потому и загар имел не столь идеально-ровный. — Ветрено тут, — пробормотал Арс. Тишина не была неловкой. Он глубоко дышал. Порывы ветра трепали волосы, а Антон копошился где-то у трубы — судя по звукам раскладывал плед и прижимал углы кирпичами. — Конечно, шестой этаж, если прикинуть, — отозвался он. — Мы с ребятами как-то раз в тринадцатиэтажке смогли наверх забраться. Офигенное ощущение, скажу я. — Любишь высоту? — Не знаю... — Антон помолчал немного, а потом добавил: — Не столько высоту, наверное, сколько ощущение свободы, которое она дает. — Угу, ощущение свободного падения целых пять секунд! — поддел Арс. Антон не ответил, но Арс был уверен – он тяжело вздохнул и покачал головой. Впрочем, в чем то он был прав. Дышалось на крыше легче. Арс приоткрыл один глаз, чтобы удостовериться в догадках, да так и замер, уставившись на Антона. О-хре-неть! Что за запасливый хомяк! Кроме пледа в пакете оказался набор пластиковых стаканчиков, вилок, ножей и...подушка. Обычная декоративная подушка, но смотрелась она сейчас точно что-то нереальное. Не от мира сего. — А ты подготовился, — присвистнул Арс. — Не слишком ли много чести для одного скромного меня? Антон, сидящий на корточках рядом с пледом, вскинулся и хитро улыбнулся: — Много чести для одного тебя, мастер вечеринок. Нет, это — мой неприкосновенный запас, раз в пару недель стирается и приносится обратно. Так что это все мое. — Тоша похлопал ладонью по подушке и упал на плед, устремляя взгляд в небо, — Но так и быть, сегодня предлагаю попользоваться и тебе. — Ка-а-ак щедро! И хоть Арс старался добавить в голос побольше скептицизма, слова прозвучали не обидно, а скорее располагающе. Точно это было ЕГО место, куда пригласили еще одного человека. Оказали, так сказать, честь. Правда? — Значит, хранишь место и пледик для свиданок? — все же не удержался Арс, хотя в следующую секунду уже искренне пожелал затолкать слова обратно. Но пришлось продолжать: — На него хоть садиться можно? С прошлой стирки ничем непотребным тут не занимались? — Господи, ну ты и извращенец! — расхохотался Антон. — Расслабься, я тут от мачехи прячусь, а не трахаюсь с кем ни попадя. — Он чуть подался наверх и, ухватив Арса за рукав, практически повалил на одеяло. — Иногда круто просто полежать вот так, особенно когда все задолбало. — Угу, — с трудом выдохнул Арс. К счастью, упасть получилось не на самого Антона, а рядом, но это не отменяло факта, что теперь они оказались плечом к плечу. И удержаться от соблазна чуть повернуть голову, полюбоваться на точеный профиль, было нереально. Более того, Арс щекой чувствовал исходящее от Тоши тепло, хотя летний воздух и так был тяжелым и душным. Супер! Просто, блять, супер! Тоша задумчиво смотрел в небо, выискивая там то ли облака, то ли следы пришельцев, а Арс во все глаза пялился на него. И никакая сила на свете не могла его остановить. — Черт, остынет же, — вдруг спохватился Антон. Да, никакая, кроме пиццы. Арс поспешно отвернулся, ощущая, как отчаянно начинают гореть щеки. Черт-черт-черт! Да что он, право слово? В любом другом случае он бы уже испробовал этот гребаный плед на прочность... с любым другим парнем или девчонкой. Но не с другом братца, в присутствии которого вместо спокойствия и привычного восторга от красоты было только смущение. — Точно, пицца... — пробормотал Арс, потянувшись за откинутой в сторону сумкой с газировкой. — Мы все же ужинать пришли, а не на небо смотреть. — Одно другому не мешает, — философски заметил Тоша, размещая коробку прямо посреди расстеленного пледа. Не мешает. Но только если ты действительно смотрел на небо. Арс же, увы, пялился на Антона и, все так же увы, не насмотрелся. Дурацкая была идея припереться на крышу. Не пикник, а свидание, честное слово. Если бы Тоша не смотрел так невинно и не впивался зубами в пиццу с таким наслаждением, Арс бы искренне задумался: а вдруг? Но он не позволял себе подобных мыслей, а просто проверил лишний раз сообщения в мессенджерах и зацепился за одну из последних фраз Антона. Приходит сюда, когда все задолбало? И какая же была причина на этот раз? *** Пицца закончилась мгновенно. Хотя, возможно, всему был разговор — с приятным собеседником легко забываешь и о времени, и о количестве поглощаемой еды. Ну хоть на этот раз за последний кусок не воевали. Пиццу удачно режут ровно пополам, хотя... Арс бы отдал, не вопрос. Сам бы поделился, если бы растущему организму Антона понадобился еще кусочек. В двадцать пять-то уже расти некуда, только если в ширь. Не дай бог! За это время успели обсудить пару последних киношек (которые Арс не смотрел, так как было некогда), недавно выпущенный шутер (а вот в него поиграл целых три часа) и животрепещущий вопрос, от чего, собственно, Тоша сбегает на крышу. — Увы, сегодня я сбежал сюда разве что от выбора хорошей пиццерии, — усмехнулся Антон, делая огромный глоток «Тархуна». — Лучшая гавайская именно там, где мы взяли, но спокойно отдохнуть там без вариантов. Слишком много детворы. Зато в паре кварталов отсюда, во-он там... — Он вытянулся, указывая рукой куда-то вдаль, Арс автоматически проследил за этим жестом, припоминая, что там за кафе. — Там отличная обстановка, зато пицца — хрень. — Резонно, — усмехнулся Арс. — И потому ты выбрал крышу. — Угу. И обстановка гуд, и пицца супер. Арс осмотрелся. Он бы не сказал, что обстановка настолько «гуд», но на крыше старенькой перестроечной панельки было чисто, свежо и вполне неплохо. Вид приятный, тоже плюс. Да и Антону здесь нравилось, чем не лучший вариант? — А что чаще всего долбает настолько, что приходится сюда убегать? — не отставал Арс. Он понимал, что вопрос, наверное, слишком личный, но ничего не мог с собой поделать. Любопытство просто разрывало. — Учеба, — ничуть не смутившись, пожал плечами Тоша. — Ко всем экзаменам готовился здесь. В дождь, в дикую жару — неважно. Здесь хотя бы не было ощущения, что система готова сожрать меня с потрохами, если не научусь давать долбаные типовые ответы на не менее долбаные ЕГЭ. — И как? Результаты, помнится, уже были. — Отлично, уже зачислен на бюджет вместе с Димой. Возможно, даже в одну группу. — Он улыбнулся, показывая пальцами V. Они чокнулись пластиковыми стаканчиками и залпом допили газировку, шутливо обмывая успешное поступление. Затем помолчали, вновь вгрызаясь в пиццу и старательно пережевывая куски. Арса опять пробило, лишь когда с едой было покончено, а сам он отошел ближе к краю — подальше от Антона — и закурил. От сильного ветра сигарета ярко вспыхивала, рассыпая искры, но это не помешало сделать затяжку и поинтересоваться: — Получается, ты здесь с самых экзаменов не был? Вот теперь Тоша замялся. Арсу даже пришлось оглянуться, чтобы удостовериться: да, его слышали, просто обдумывали ответ. — Сорри, если личное, — тут же спохватился он, — можешь не отве... — Да все в порядке, правда, — отмахнулся Антон. — Диме все равно жаловался, так почему бы и на тебя проблемы не повесить? — Он замолчал, окинул взглядом крышу. Арс не торопил, позволяя подумать, просто курил, ощущая на языке вкус дыма. Дурацкая привычка! — Короче, я в последнее время тут часто. Срусь с мачехой, пока батя в командировках, не знаю, куда податься... и иду сюда. Вот. Во время экзаменов я тут прятался даже реже, мачехе важно было, чтобы сдал хорошо, и она меня не трогала. Вроде бы можно смыться к маман, как младший, но она в другом городе, а я уже поступил и вообще... — Антон тяжело вздохнул. — Что-то держит у нас в городе? Арс не то чтобы догадался, скорее передал свои эмоции. Он сам порой задумывался: а не махнуть ли в Москву, например. Большой город, куча возможностей, масса новых знакомств. Но каждый раз что-то останавливало: семья, друзья, привычная жизнь, какая-никакая, но карьера... держало так яростно, что невозможно было сбежать. — Привык, пожалуй. — Тоже дело. Разговор начинал навевать тоску, Арс даже пожалел, что задал дурацкий вопрос, потому попытался исправить ситуацию. По крайней мере, как мог: — Часто достает? — и не дожидаясь ответа, выпалил: — Слушай, у меня почти всегда гостевая комната пустует, делали для Димы, но он как-то редко заглядывает. Если вдруг приходится сбегать ночью... ну, ты понимаешь... приходи в любое время. Крыша, конечно, хорошо, но в темноте тут и шею сломать можно. Ляпнул и сам же устыдился. Да, Тоша в принципе вызывал у него не самые адекватные мысли, но чтобы вот так открыто навязываться? Тупость в высшей инстанции. И нет, Арса испугало не то, что он позвал Антона к себе (хотя свою квартиру считал не холостяцкой берлогой, а Святой Обителью, и кроме родителей, брата и Егора никого туда не приводил), а сам факт назойливости. Будто Антону некуда больше податься, кроме как заваливаться к нему. Ага, конечно! Но Антон улыбнулся и просто ответил: — Спасибо, Арсений. Опять «Арсений». И в очередной раз вместо привычного раздражения — теплая волна, прокатившаяся по телу. Арс судорожно затянулся в последний раз и отбросил сигарету, тут же затушив ее ногой. — Да что там... — пробормотал он. Так они и замерли в тишине: Арс в метре от края, осторожно заглядывая вниз, но не рискуя подходить ближе; а Тоша — сидя на пледе и задумчиво вертя в руках пластиковый стаканчик. Пока вдруг не раздалась бодрая трель телефона. Судя по мелодии — мобильного Арса. — Бли-ин, глянешь, кто там меня пытается достать? Пароля нет, разблокировки по отпечатку тоже, — протянул он. Не хотелось уходить с идеального наблюдательного пункта, и не по себе было так быстро возвращаться к Антону, хоть предыдущую тему и удалось замять. Бросив взгляд через плечо, Арс заметил, что Тоша покорно полез к нему в сумку за мобильным. Вытащил, разблокировал, пару секунд внимательно рассматривал экран... — Черт, Арс, мчи сюда! — взволнованно воскликнул он. Тот встревожился, бросился к пледу и потянулся было за телефоном, но Тоша отдернул руку и ехидно ухмыльнулся: — Кажется, твоего внимания срочно требуют... паззлы! — Чего? — опешил Арс. — Паззлы, — заржал Тоша и повернул телефон экраном к нему, где уже успешно загрузилось приложение с мозаикой. — Ты не собрал новинку за двадцать шестое июля. Ой, ну конечно! Арс закатил глаза, попытавшись отобрать свой мобильник, но Антон лишь дальше отвел руку и продолжил упоенно хохотать. Настолько заразительно, что даже Арс не выдержал — прыснул, осознав, что над ним просто подшутили. — Серьезно? Паззлы? — выдавил Антон, отсмеявшись. Телефон он не отдавал, вместо этого принялся копаться в приложении: выбрал картинку, настроил режим, задумчиво принялся выбирать элементы с краями и уголками. В общем, смех смехом, а сам-то увлекся! — И что в этом такого? — вздохнул Арс. Антон задумчиво протянул: — Да все ок, просто не думал, что ты таким можешь увлекаться. Как-то слишком... спокойно для тебя, — А что для меня не спокойно? — Тусовки? — предположил Антон. — Их мне и на работе хватает. Арс вновь вздохнул и упал на одеяло, снизу вверх поглядывая на сосредоточенно водящего пальцем по экрану Антона. Судя по намечающимся деталям, собирал он котика. Котика, блин! — Настолько, что больше не хочется? — спустя какое-то время Тоша, видимо, обдумал мысль сквозь собираемый паззл и выдал очередной вопрос. — Угу, — пробормотал Арс. — Может, отдашь телефон? Он попытался отобрать мобильник, но встретил яростный отпор. — Да стой ты, у меня же тут кот! — возмутился Антон. — Вон, мой возьми, там раскраска есть, — и он пнул к Арсу свою сумку. Раскраска? Арс едва удержался от смеха. И этот человек насмехался над ним из-за мозаики? Очередная попытка забрать телефон — и очередной провал. Что ж, раскраска так раскраска. *** — Ты хреново спишь, Попов, — проворчал над ухом Антон. Арс, увлеченный игрой (не раскраской, а обычным «три в ряд» — гипнотически нелепым, но затягивающим), даже не сразу понял, что обращаются к нему, особенно таким тоном. Но факт был фактом: Антон покончил с собиранием котика — и кажется, вообще всех паззлов за сегодняшний день — и теперь упоенно рылся в чужом телефоне. Осознав это, Арс нахмурился, припоминая, есть ли у него там что-нибудь палевное. Компрометирующее? Только если фото, где он в одних трусах обнимается с котом Окси... но а) тема нижнего белья у них с Тошей давно уже открыта, и 6)шикарный британец, точь-в-точь как в рекламе «Вискаса», только более упитанный, привлекает там намного больше внимания, чем обнаженный торс Арса. Так что можно расслабиться. А вот сон... — Нормально я сплю, — фыркнул Арс, поднимая взгляд. — Сегодня, вообще-то, целых восемь часов. — Глубокого сна всего сорок процентов при норме «от семидесяти», — менторским тоном возвестил Тоша. — Угу, просто идеально. — Ты залез в приложение моего браслета? — уныло поинтересовался Арс. Комичная ситуация. Мелкий дружбан брата отчитывает его за недостаток сна. Мелкий, который ему нравится и из-за которого, возможно, он и не спит последнюю неделю. Хотя не-е-ет... не спит он, потому что так привык. Но мысли о Тоше последнее время действительно одолевали. — Это сегодня восемь, — и проигнорировал вопрос Антон. — Вчера пять, позавчера четыре, потом снова пять и... три? И при этом лег в семь утра. Чем ты вообще занимался, если в клуб мы в этот день не ездили? — Это тотальный контроль, товарищ диктатор? — хмыкнул Арс. С каждой секундой разбор полетов его все больше забавлял. Честное слово, Арсу хватало и братца, который постоянно пытался о нем заботиться, словно о несмышленыше, а тут еще Антон? Отличное окончание вечера! Хотя – и в этом Арс даже сам себе боялся признаться – забота Тоши меловой патокой обволакивала сердце. Неважно, искренняя или секундная, ради смеха. — Почему бы и нет? — не отставал Антон. — И диктатор требует ответить, чем ты занимался в ночь на воскресенье? — Непотребствами, — отчитался Арс, сам пытаясь вспомнить, почему лег так поздно. Или в семь утра — это наоборот рано? Кажется, в субботу его так зверски мутило после химического дыма на последнем юбилее, что спать совершенно не хотелось. Опять переустановил BioShock, решив повторить подвиг студенчества, играл половину ночи, а потом вдруг осознал, что хочет пересмотреть «Битлджус» и... да, упал только под утро, а весь следующий день еще напевал главную тему фильма. Забавная все же история, он и забыл, что она так неплохо заканчивается! Игры и кино ведь можно назвать непотребствами? — Подцепил кого-то на том юбилее? — прищурился Тоша, который почти весь день тогда помогал Арсу. — Ммм... нет, — совершенно честно отозвался тот. Если бы! Как можно кого-то подцепить, когда все мысли — о Шастуне? Определенно никак. Арс сглотнул, только сейчас осознавая, насколько много эти полторы недели думал о Тоше. Помешался. И как это называется? — Всю ночь смотрел порнушку? — еще настойчивей поинтересовался тот. — Господи, сразу видно, что тебе восемнадцать, — подколол его Арс. — Что за похабщина? — А почему нет? А потому что, дорогой червь, поселившийся в самой глубине мозга, обычная порнушка, блин, последние пару недель из-за тебя ему не заходила, а все гей-порно — даже от лучшей студии — казалось слишком пошлым. Нет, серьезно, позавчера он врубил последнее видео с Ливаем Картером и… что? А нихрена! Поцелуи, конечно, у этой парочки были потрясающими, но дальше он просто выключил. Ибо нефиг. И честно пошел спать. Но судя по тому, что браслет констатировал всего пять часов сна, а в постели Арс пролежал все девять, уснуть у него получилось не особо качественно. — Ну… — Арс лишь пожал плечами. Не рассказывать же правду. — Что вообще можно делать до утра? — ворчал он. — За тобой следить нужно, Арсений. Арс мысленно застонал, ощущая, как по телу проносится дрожь. Его имя в исполнении Тоши звучало гребаным афродизиаком. — Действуй, диктатор! — буркнул Арс и, чтобы отвлечься, вновь разблокировал телефон Антона, принимаясь за незавершенный раунд игры. — Сам напросился, — хмыкнули над головой. На что именно Арс напросился, Тоша уточнять не стал — вместо этого вновь зарылся в приложение фитнес-браслета. То ли проверял остальные бессонные ночи, то ли рылся в записях тренировок, которых последнее время было адски мало — один день в бассейне с легкой подачи Димы и две рукопашки за полторы недели. Неважно, главное, отстал с дурацкой темой и больше не пытался назвать Арса по имени, а кровь, внезапно отлившая от мозга, постепенно вновь начала прекрасно циркулировать. — Слу-ушай, Попов, ты же у нас гениальный хакер, — вновь подал голос Антон, когда мобильник ему наскучил. — Ну, не то чтобы хакер, — поправил тот. — Просто программист, и не такой гениальный, как Дима себе надумал. — Арс поднял глаза. — Я же прав, информация получена с подачи моего мелкого? — Угу-у, — с улыбкой протянул в ответ Тоша. — И Дима точно раз пять произнес именно слово «хакер». — Меня больше удивляет, что вы разговаривали обо мне, — вздохнул Арс, тоже откладывая телефон. Хотя стоит отметить, факт был приятен. — Так что насчет хакера? Действительно умеешь взламывать? — Я просто отучился на программера. Нас таких двадцать пять человек в группе было. Но я пошел работать ведущим праздников, а мог бы горбатиться каким-нибудь сисадмином. Вот и все. — И каждый сисадмин умеет ломать чужие компы и писать вирусы? — хитро поинтересовался Антон. — Вообще-то да. Арс кривил душой. Основательно так кривил, потому что иногда и сам называл себя «хакером». Он был умен, черт побери. Когда-то он точно был умен! Мог сделать все что угодно. Ставил себе невыполнимые задачи и... выполнял их. А потом эти вершины становились все выше и выше, все сложней и сложней, пока, наконец, Арс сам не сказал себе — хватит. Все, баста, а то попробуешь взломать что-нибудь слишком крепкое и столь же крепко загремишь за решетку. Лучше слушать, как бомбит бит, и заниматься делом, которое требует от тебя ежедневного челленджа, а не вот этим вот всем... — Не-ве-рю, — по слогам выдал Тоша. — Честное пионерское! — Арс, тебе двадцать пять, ты не был пионером. — Зато я целых полгода работал штатным программистом! — И? Арс рассказал бы ему, что «и». Та работенка напоминала день сурка. Одно и то же каждое утро: Катерина Семеновна шестидесяти восьми лет от роду, зачем-то сидящая в фирме бухгалтером, а не дома на пенсии, опять что-то не то щелкнула, и компьютер завис. А у Риточки с четвертого сломался ксерокс только ради того, чтобы попытаться лишний раз затащить Арса в постель, но Риточка переспала с таким количеством офисного планктона, что Арс беспокоился за свою безопасность. Ближе к обеду Станислава Михайловна, шеф по снабжению, раз в три дня случайно била коленкой по системному блоку, и компьютер устраивал новые финты... В общем, это было весело только первую неделю, а потом и Риточка, и Катерина, и Станислава, и иные обитатели фирмы начали зверски бесить. — И не понравилось, — коротко отрапортовал Арс. — А друг у меня работает в школе информатиком. Вот тебе и хакеры. Тоша замолчал, скептически его рассматривая. Затем, почти минуту спустя, он поднялся с пледа, прошелся по крыше, разминая шею и плечи. Арс упорно старался не пялиться, но Антон двигался настолько сексуально... — Отлично, а если мы поспорим? — выпалил вдруг он. — Тогда в тебе проснется тот самый пресловутый хакер? — Сомневаюсь, — усмехнулся Арс, но не смог сдержать своей гребаной азартной сущности. — А на что? И в чем спор будет заключаться? Да, блять, да! Он не мог пройти мимо спора, и Антон это откуда-то знал. Арс настолько любил челленджи, что боролся до последнего, всегда побеждая. Или почти всегда. А если на кону стояло действительно что-то серьезное... — Подумаю, — глаза Антона блеснули. — До завтра. — Не продешеви, а то во мне даже сисадмин не проснется, — пригрозил Арс. Но, блин, он был заинтригован. Раздумывал, что Антон мог бы ему предложить, все время, пока они собирали плед и спускались с крыши. Пока прощались, пока он добирался домой. Очнулся только в полпервого ночи, когда телефон призывно пиликнул, а экран замерцал. И контакт, давно переименованный в теплое «Тоша», исполнил угрозу. Тоша: «Арс, я вижу, что ты в сети! А ну быстро спать!»