Между мечтой и реальностью

Ангелы зовут это небесной отрадой, черти — адской мукой,

а люди  — любовью.

Прошло два дня, я по-прежнему не говорила, но двигалась. В его доме мы были вдвоём, поскольку, по его словам, родители уехали за границу по работе. Роберт рассказывал мне всё, начиная с того, как прошёл день и заканчивая тем, что происходило на работе, которую я давно не посещала. Причина тому была известна Лили, поэтому проблем с работой не возникло. Любопытно, что чувствует Роберт все эти дни? Он, вероятно, не понимает меня. Ещё не понял, что ничего хорошего от меня ожидать не стоит. От меня одни проблемы когда-нибудь он это поймёт, а может быть в тот момент, когда я решу сбежать от себя, от него, от всех. - Как ты? – врывается в кухню парень, на нём пижамные клетчатые шорты, а торс полностью оголённый. В ответ я киваю. Задавая вопрос, ему уже было известно, что он останется без ответа. Янг наливает себе холодное молоко, я же уже налила себе кофе. Мы завтракаем в тишине, у Роберта, похоже, не хватает сил говорить, да я и не жалуюсь. Мне не нравится, что он со мной нянчится, а я даже не могу сказать спасибо за это. Всё то, что я говорила о нём, считала его плохим, всё это стали пустые слова. Слова – вода, по сравнению с действиями. - Лорэл, всё в норме? – спросил парень, не замечая за мной реакций, я вновь кивнула. – Когда же ты начнёшь говорить со мной? – продолжил задавать вопросы он, смотря в мои глаза, после обнял меня. Его объятия – моё утешение. Спустя несколько минут он отпустил меня, сообщил, что ему срочно нужно уйти и ушёл, оставив меня здесь в домике схожем с дворцом. Кухня в этом доме напоминала мне каюту, стол и стулья вокруг, шкафы и холодильник. Однако, хоть она и напоминала каюту, на самом деле была меньше, чем в нашей с отцом маленькой квартирке. Подсознание напоминает, что стоит позвонить папе, но я не смогу пообщаться, поэтому просто отписываю смс, что всё в порядке. Сама я до сих пор не разобралась, что происходит. Мне не хочется говорить, не хочется вставать с постели и жить. А я, по сути, и не живу. Возвращаюсь в гостиную, включаю ужастик, но увы и он кажется мне не интересным. Вот оно. Ненавижу это чувство. Потерянность. Опустошённость. Боль. Ярость. Все они смешиваются воедино и я хочу кричать. Кричать во всё горло, но не могу. Голос не слушается. Разум будто бы отключён. Мне трудно дышать. Трудно контролировать эмоцию. Ещё чуть-чуть и всё выльется наружу. Недолгие терзания сменяются тишиной. Тишиной в сердце, в голове, в ушах. Тишина... Прекрасное место. Слышу писклявый звук аппаратов, голоса, и главное слышу Роберта, чувствую его руку в своей. Он целует мои пальцы, шепчет что-то утешительно, но скорее для себя, чем для меня. Открываю глаза, вижу напротив его. Глаза цвета янтарь до ужаса напуганы. Не может быть. Нет, нет, нет... Я не хотела, не хотела. - Прости, - шепчу я. Вот оно. Я заговорила. Мой голос меня слушается, мой разум мне подчиняется. - Тебе не за что извиняться, Лорэл, - произносит он, слегка улыбаясь. Неужели он рад мне? Неужели действительно может помочь? А может ли? - Что со мной? – тихий вопрос застаёт парня врасплох. - Всё в порядке, милая, уже всё хорошо, – по его щеке катится слеза, он спешит её стереть. - О, мисс Дэниэлс, вы уже проснулись, это прекрасно. Ваши анализы в норме, так что можете собираться. Ваш молодой человек обещал присмотреть за вами, – говорит вошедший врач, мы оба отвечаем ему кивком, а он закатывает глаза и уходит. - Собирайся, только надень джинсы, съездим кое-куда, – советует мне Роберт, я соглашаюсь, а он выходит. Как и сказал Роберт, надеваю джинсы и чёрную футболку, к слову эта вещь парня, но он не против. Мы садимся в машину, он достаёт сигареты и затягивается. Ненавижу запах табака, раньше и папа курил, но бросил, как только я стала задыхаться от дыма, грудную клетку тогда жгло, будто бы я выпила кислоту. Противное, ужасное, ненавистное мне чувство. - Не знала, что ты куришь, – отчеканиваю шёпотом. - Курю. Помогает забыться.  Далее путь продолжается в молчании, и вот мы оказываемся у того самого берега, который я не так давно уступила Роберту. Он выходит и открывает мне дверь, накидывает мне на плече покрывало, ибо дует прохладный ветер, я вздрагиваю, но не отстраняюсь. Мне нравится, когда он рядом, я всё сильнее к нему привыкаю. Он садится рядом со мной на песок, поднимает голову к небу, смотрит на безоблачное пространство. Оно сегодня серое. Такое потухшее, спокойное, а море наоборот, сильные волны выкидывают на берег ракушки разной формы и разных цветов. Моё внимание привлекает самая обычная ракушка. Без каких-либо узоров или же жемчужин. Она одна, будто бы потерянная. Роберт видит к чему прикован мой взгляд. Интересно, а кем он был раньше? Таким же раскрепощённым и ничего не боялся? Тоже нянчился с такими, как я? Тоже курил после трудного дня? Не боялся ли он жизни? Не трепал ли нервы вопросами?