It's Officially Christmas... Am I Officially Yours?

Time Skip

Дрим, по мнению Джорджа, превзошел сам себя с праздничной вечеринкой DSMP. Неограниченное количество еды и напитков, казалось, никогда не заканчивалось, Джордж просидел на диване у камина всю ночь, он мог с легкостью осмотреть всю вечеринку. Ему никогда не нравилось, когда Сапнап или Дрим выкрикивали его имя и заявляли, что ему нужно участвовать в чужих делах. Но вечеринка была не о продвижении в социальных сетях; Дрим ясно дал понять, что хочет, чтобы ночь была посвящена людям в доме. Большинство их друзей даже согласились оставить свои телефоны в другой комнате после того, как сделали несколько селфи и групповых фотографий для своих Твиттеров, чтобы люди сходили с ума. Некоторым потребовалось немного больше усилий, и Джордж поклялся, что Дрим дал деньги Томми и Таббо, прежде чем оба бросили свои телефоны к Филзе. Тот факт, что через два часа никто не ушел искать свои пропавшие устройства, означал, что Дрим действительно создал маленькую семью на сервере. Даже когда у них были свои личные проблемы и стресс от фанатов, Джордж не мог вспомнить человека в их компании, которого он сожалел о том, что привел на сервер. И хотя ему нравилось быть с Дримом и Сапнапом в их доме, было что-то освежающее в том, что группа британцев окружала его у костра. — Рождество — отстой, — громкая жалоба Томми прозвучала из-за чашки яичного гоголя, его верхняя губа была покрыта пенистым напитком, когда он закончил свой глоток, — это уже не то же самое. — Потому что ты взрослый? — спросил Таббо, который, казалось, не нес того же бремени, что его младший друг. Джордж послал Филзе смущенный взгляд из-за кислого лица Томми, хотя закатывание глаз в ответ доказывало, что он не в первый раз слышал жалобу. — Томми, мы говорили об этом. Она не имеет никакого отношения к Рождеству, — сказал Уилбур, хотя Томми выглядел так, будто только что предложил отрубить себе ногу ради забавы. — Лиззи была звездой Рождества! Она, наверное, даже рассказала Иисусу, как писать Библию. Пальцы Филзы потерли его виски, а ладонь прикрыла глаза: —Иисус не писал Библию. Таббо сунул несколько закусок в его щеки, как белка, Уилбур смеялся. — Сфасибо. Приглушенное слово Таббо обнажило пережеванное мясо во рту, Джордж рассмеялся синхронно, как Томми сморщил нос: — Таббо, перестань забывать свои манеры. Ты ведешь себя как американец. Лиззи не позволила бы тебе вернуться в свою страну, если бы была еще жива. — Это все, о чем он будет говорить, когда будет здесь? Потому что я заставлю Дрима отправить его обратно в Англию раньше остальных. — Гоги, не говори так, – Томми повернулся к Джорджу с фальшиво обиженным выражением лица, — я уже довольно давно не видел твое красивое лицо, и позволь мне сказать тебе, что твой ужасный флоридский Wi-Fi не передает тебе должное. — Теперь, когда ты с Дримом, ты стал настоящим путешественником, — сказал Уилбур, но Джордж слишком хорошо знал другого, чтобы не заметить хитрость, — Я не помню, чтобы ты так стремился покинуть свою маленькую квартирку, когда жил в Англии. — Я не просто хожу в эти места для развлечения: Мистер Бист хотел, чтобы мы сняли с ним пару видео, и ты не можешь ему отказать. Например, когда у меня когда-нибудь будет шанс снова бесплатно поехать в Антарктиду? Глаза Таббо сияли интересом, и он почти подпрыгивал на месте от его поспешных вопросов: — Ты видел там пингвинов? Ты раздевался, когда спал? Прежде чем сменить тему, Уилбур отпил свой напиток из красной чашки: — Как тебе, понравилось в Америке? Я был рад провести здесь несколько туров, но я думаю, что получение личного опыта от кого-то, кому я доверяю, поможет мне подготовиться к их более странным традициям. — Это не самое худшее место, — ответил Джордж, улыбаясь, несмотря на следующие слова, — Погода довольно отвратительная, а Сапнап любит, чтобы в доме было слишком холодно. Я все время беспокоюсь, что ураган снесет наш дом, когда мы будем за пределами штата. Дрим говорит, что наш район не сильно страдает от штормов, но сама Флорида кажется гигантской опасной зоной. Кроме того, многие люди здесь… странные. Например, когда вы думаете о странных американских страшилках, я думаю, что большинство из них родом из Флориды. — Как ты думаешь, ты когда-нибудь захочешь вернуться? Мы очень скучаем по тебе, — более мягкий тон Уилбура заставил Джорджа улыбнуться. Пожимая плечами он ответил: — Я имею в виду, у нас должна быть причина. Мне было так трудно получить визу сюда. И я не хочу проходить через это снова, если Дриму не понравится Англия. Он очень близок со своей семьей, так что я не уверен, захочет ли он оставить их. Мы никогда не говорили о получении визы, поэтому нам нужно посмотреть, как будет выглядеть этот процесс. О, и наша компания здесь, поэтому я думаю, что у нас слишком много хороших возможностей, чтобы уйти без веской причины. Он чувствовал себя комфортно в простом объяснении, указывая на несколько причин, по которым идея была менее привлекательной. Когда он оглянулся на устрашающе тихую группу, Джордж был застигнут врасплох разнообразием эмоций, охвативших англичан вокруг него. Замешательство Таббо не имело права занимать место на его нахмуренных бровях, в то время как насмешливая улыбка Томми соответствовала его недовольному сморщенному носу. Спокойная нежность Уилбура, когда он потягивал свой напиток, соответствовала улыбке Филзы. Ни один из них не имел смысла, когда Джордж обдумывал свой логичный ответ, стягивая хмурый взгляд. Раздраженный внутренней шуткой, которую он, казалось, не знал, он плюхнулся на диван и скрестил руки на груди: — Что? Почему вы все так смотрите? — Я просто не знал, что Дрим наконец начал с тобой встречаться, — сказал Таббо, и Джордж уставился на него, несмотря на его быструю улыбку, — Я имею в виду, не пойми меня неправильно. Я думал, что он сделает это в День святого Валентина, прежде чем ты заткнешь его и ввергнешь в депрессию. Но, силы вам двоим. — О чем ты говоришь? — Джордж спросил, взглянув на двух старших членов группы для ясности, — почему они сочиняют фанфики про меня и Дрима? — Мы спросили о твоем будущем, и ты без подсказки подумал о Дриме рядом с собой. Я люблю Томми как брата, но когда люди спрашивают о личных начинаниях, он не первый, о ком я думаю,— мягкая формулировка Уилбура оказала противоположный эффект на сердцебиение Джорджа, которое пыталось вырваться из его горла, несмотря на то, что он оставался неподвижным на диване, — обычно мои потребности стоят на первом месте, потому что в данный момент я не в отношениях. Единственный раз, когда я мог бы подумать о том, как мой выбор повлияет на будущее другого человека, был бы случай, если бы это была моя жена. Что-то не так, Гоги, ты только что сделал свои чувства немного очевидными. — Мы не… он не приглашал меня на свидание или что-то в этом роде, — наконец ответил Джордж после резкого удара наблюдения Уилбура, ненавидя растущий жар на затылке. — Я имею в виду, у меня было тоже самое с Кристин, — Филза усмехнулся при воспоминании, бросив Джорджу улыбку, которая обычно успокаивала его, — Мы сделали то же самое, что и ты с Дримом: какое-то время думали насчет этой идеи. Это не было так страшно, потому что она жила в Америке, а я все время был в Англии. Потом, когда я впервые встретил ее в Лос-Анджелесе… Я не мог усидеть на месте, мое лицо болело от того, что я так много улыбался, и увидев ее, я словно вернулся домой. Было несложно купить ей обручальное кольцо перед третьим свиданием, потому что когда ты знаешь… ты просто знаешь. Тогда действительно не нужно много думать после этого; когда люди спрашивают вас о вашем будущем, вы просто думаете о другом человеке как о части вас. — Это… Его желание разрушить свою защиту остановилось, когда он услышал знакомый смех, доносившийся сквозь рождественскую музыку и прочую болтовню. Глядя через комнату, он с легкостью увидел Дрима, глаза смягчились при первом же взгляде на его улыбку. Разговор Дрима с Фанди и Ники очаровал его, он выглядел энергичным, несмотря на недосып прошлой ночи. Тусклое сияние было похоже на ореол вокруг его головы, напоминая о том, как он впервые увидел Дрима, выходящего из дома, который он теперь называл своим домом. И точно так же, как в тот солнечный день, в животе Джорджа порхали знакомые бабочки, намекая на чувства, о которых он знал уже несколько месяцев. Какая еще причина могла бы объяснить горе и депрессию, которые последовали за его первым отказом в визе? Даже когда Сапнап пришел облегчить его одиночество, приведя с собой всех своих друзей, боль осталась. Он знал это еще до того, как ступил в самолет, но, увидев Дрима с распростертыми объятиями и его любящая улыбка подтвердила, что его сердце улетело в Америку задолго до того, как он коснулся сухой земли. — Мы действительно напоминаем тебе о твоих отношениях с Кристин? — спросил он, слишком уязвимый, чтобы смотреть на Филзу. — Я бы не стал лгать о чем-то настолько серьезном, приятель. Он так же без ума от тебя, как и я от нее, и он из тех парней, которые готовы что-то предпринять. Черт, я не удивлюсь, если он опустится на колено и сделает тебе предложение сегодня вечером. — О, гадость. Если он это сделает, я уйду, — Томми притворился, что его тошнит, что вызвало смех Таббо, но Джордж не обратил на это внимания. Вместо этого он провел большим пальцем по нижней губе, бормоча признание: — Это было бы не самое худшее, что случилось со мной в Америке. — Ты такой маленький скрытый романтик — рука Уилбура обвила его плечо. Он ничего не ответил, оглядываясь на Дрима с легкостью, которую, как он знал, значило больше, чем он думал до разговора. Дрим строил за них планы, а это означало, что если их брак был в их будущем, у него была идеальная сцена для предложения. Он хотел бы поработать над обстановкой, рассказать об этом их друзьям и сделать что-то слишком сентиментальное, чтобы Джордж мог думать о нем без боли в зубах. Если бы кто-то еще придумал такой нелепый план, Джордж, вероятно, рассмеялся бы им в лицо и стал бы отрицать их. Потому что Филза в своей мудрости был прав. Каким бы ни было будущее, Дрим был прямо рядом с ним, и Джордж не думал, что кто-то другой сможет занять его место.