Расплата

      Эрик неподвижно лежал в постели и смотрел на потолок. По воле случая или же просто злодейка-судьба решила еще раз посмеяться над ним, но над кроватью висело ничто иное, как огромное зеркало, в котором отражались молодожены. Глаза мужчины, прожившего долгие годы в сумраке подвала, подобно глазам кошки, достаточно хорошо видели во тьме.       Несмотря на то, что ночь была темной и безлунной, Эрик мог видеть их с Кристиной отражение. Пару раз мужчина едва не соскочил с постели, чтобы поспешно нацепить на лицо маску и скрыть свое уродство, но, закрыв глаза и медленно досчитав до десяти, мужчина останавливал себя.       Наверно, большинство людей считало, что Призрак Оперы никогда не расставался с белым куском металла, скрывающим его лицо, но это было не так… Одиночество, царившее в Подвале, позволяло Эрику снимать маску, которая причиняла ему огромный дискомфорт и даже боль. Рубцы на щеке, растревоженные металлом, кровоточили. Сырой и холодный воздух подвала не способствовал их быстрому заживлению… И так изо дня в день, словно замкнутый круг, на протяжение недель, месяцев, лет…       Эрик, путешествуя по бесконечным коридорам Оперы, боялся, что встретит кого-нибудь на своем пути и, невзирая на неудобства и их последствия, надевал маску, которая день за днем лишь усугубляла его уродство.       Вторая причина, по которой кусок белого металла до сих пор покоился на столе, была в том, что у Призрака была мечта… Эта ночь, их первая с Кристиной брачная ночь, была для него особенной, и, как бы странно это не звучало, он хотел быть самим собой. В тайне Эрик надеялся, что со временем его единственная и столь любимая избранница примет его таким, какой он есть, со всеми его достоинствами и недостатками, и когда-нибудь она перестанет вздрагивать всякий раз, когда видит его лицо. Тогда он непременно расскажет своей супруге, как переживал в их первую брачную ночь, как разрывался между желанием надеть маску или остаться в своем обличии. Потом они вместе посмеются над тем, что в будущем не будет являться проблемой ни для кого из них…       Нет, конечно, если бы звезды ярко сверкали на небосводе, и луна следила за всем, что происходит на Земле, у мужчины даже не возникло бы мысли показаться Кристине без маски. Но, быть может, именно сегодня судьба наконец-то услышала мольбы своего нелюбимого сына и смилостивилась над ним, неожиданно решив преподнести ему подарки за все годы его никчемной жизни? В конце концов, кто Эрик такой, чтобы от них отказываться?!       Отведя взгляд от своего изуродованного лица, Призрак улыбнулся, взглянув на молодую супругу, неподвижно лежавшую в постели рядом с ним. Ее каштановые волосы, казавшиеся в темноте почти черными, разметались по подушке. Закрытые глаза, слегка приоткрытый рот, белая, без изъянов кожа…       Кристина была прекрасна, словно ангел… Какая разительная разница между ей и им… Красавица и чудовище… Господи, неужели такой ангел действительно снизошел до него?! Мужчине было трудно в это поверить. Но, если все, что сегодня с ним произошло, было не сном, значит это действительно так… ОН и ОНА… Мужчина и женщина, которые совсем скоро будут принадлежать друг другу не только душой, но и телом…       На первый взгляд казалось, будто Кристина спит, но Эрик знал, что это не так. Призрак прекрасно слышал ее учащённое дыхание любимой, с которым она была не в силах справиться.       Волнуется…       Новоиспеченный муж улыбнулся. Волна нежности разлилась по его телу. Мужчина, много лет оберегающий честь юной певицы, не сомневался в том, что она невинна. Эрик, в свою очередь, никогда прежде не знавший женщины, прекрасно понимал чувства Кристины. Неуверенность, страх и любопытство перед чем-то новым, доселе не испытанным… От осознания того, что та единственная, о которой он мечтал столько лет, добровольно согласилась стать его супругой, тело Призрака затрепетало. С каким-то детским изумлением он наблюдал, как участилось его дыхание, как легкая дрожь пробежала по телу и ожило мужское естество, никогда прежде не реагирующее на других женщин. Легкий стон вырвался из груди мужчины. Он больше не мог сдерживать себя… Прикоснуться, поцеловать ту, которая нужна ему также сильно, как воздух…       Медленно повернувшись, чтобы не испугать любимую, Призрак, распаленный желанием, нежно провел по волосам Кристины. Боже… Какие они мягкие, какие шелковистые… Не сдержавшись, Эрик зарылся в них лицом, вдыхая такой знакомый и горячо любимый аромат.

***

      Кристина, все еще не желая раскрыть глаза, почувствовала прикосновение к своим волосам. Горячее мужское дыхание опалило ее щеку… Боже, этот монстр совсем рядом!       Осознание столь ужасной реальности заставило девушку вздрогнуть и сильнее вцепиться в простыни. Ее сердце отчаянно колотилось. Казалось, будто оно готово было выпрыгнуть из груди. Боже, помоги! Сделай так, чтобы эта ночь закончилась как можно быстрее!       Эрик, из последних сил сдерживая свою рвущуюся наружу страсть, помедлил, вглядываясь в прекрасное лицо жены. Ее по-детски пухлые губы манили его. Странная дрожь прошла по телу Призрака, когда он коснулся уст Кристины. Боже, какие они мягкие, нежные и пьянящие! Закрыв глаза, мужчина полностью отдался своим чувствам, не в силах оторваться от губ супруги. Столько времени подавляемое желание и страсть наконец-то вырвались наружу. Поцелуи мужчины становились все более уверенными и требовательными. Губы, щека, ушко, подбородок и шея… Казалось, будто Эрик готов был осыпать поцелуями каждый сантиметр кожи любимой.       Едва холодные губы Призрака коснулись ее собственных, как Кристина напряглась. Презрение, смешанное с отвращением, охватило девушку. Его губы… Такие холодные, словно у мертвеца… Господи, как они не похожи на теплые и мягкие губы Рауля, заставляющие ее сердце трепетать в груди…       Первым желанием Кристины было оттолкнуть от себя человека, посмевшего занять место ее любимого, но какое-то новое чувство не позволило ей это сделать. Жалость? Или, быть может, те крупицы уважения и благодарности, которые она еще испытывала к своему Учителю, как к человеку, который помог познать ей тайны музыки и раскрыть ее талант? Или, возможно, это было любопытство, однажды уже сыгравшее с ней злую шутку?       Девушка слышала учащенное дыхание супруга, чувствовала, как его губы осыпают ее поцелуями. Щека, ухо, подбородок, шея… Новые ощущения, мысли о Рауле, стенания о своей несчастной судьбе — все перемешалось в голове Кристины. Губы, которые изначально показались певице холодными, как у мертвеца, больше не вызывали чувство отвращения. Наоборот, какие-то странно-приятные волны разливались по телу… Когда губы Призрака Оперы в очередной раз коснулись шеи Кристины, девушка вздрогнула и, не сдержавшись, застонала.       Стон любимой, показавшийся Эрику самой лучшей музыкой, которую он когда-либо слышал, едва не разрушил последние крупицы самоконтроля, которые он еще сохранял над своим телом. Мужской орган болезненно пульсировал и, словно кричал: «Овладей ей! Ну же, овладей! Быстрее!» Призрак и сам горячо желал этого, но медлил. Почему? Наверно, он сам не мог ответить на этот вопрос… Первобытные инстинкты, подкрепленные желанием и многолетним воздержанием, боролись с чувством любви, нежности и уважения. Рука, уже слабо контролируемая своим владельцем, потянулась к завязкам на рубашке девушки. Со стоном Эрик прильнул к ее оголенному плечу и груди… Боже… Она идеальна!       Опустив сорочку с другого плеча Кристины, новоиспечённый супруг больше не мог сдерживаться. Грудь, талия, бедра, ножки… Они сводили его с ума! Рука мужчины блуждала по телу супруги в то время, как губы целовали ее везде, где было можно и нельзя.       Неожиданно Эрик вскрикнул: боль в паху разлилась по телу, заставив его содрогнуться. Призрак больше не мог себя сдерживать. Если… если он не овладеет Кристиной немедленно, то просто умрет! Позволив инстинктам взять верх над собой, мужчина накрыл собой распростертое тело девушки и, крепко прижав ее к себе, замер. Казалось, маневр супруга не сильно встревожил молодую певицу.       Учащенное дыхание Кристины, ее по-прежнему закрытые глаза и манящий рот… Широко распахнутые глаза Призрака, плотно сжатые губы и напряженные мышцы во всем теле…       Боже, каких усилий Эрику стоит сдерживать себя… Простонав, мужчина прильнул к нежной щечке девушки, ее ушку и… одним мощным толчком вошел в нее. Господи… От нахлынувших ощущений Призрак Оперы не смог сдержать хриплый протяжный стон. На мгновение он замер: у него потемнело в глазах, казалось, ему стало нечем дышать. Мужчина, подобно рыбе, выброшенной на берег, отчаянно хватал ртом воздух. Плохо контролируя себя, он крепко сжал Кристину в объятиях, будто боясь, что она вот-вот исчезнет, оставив его ни с чем. Кровь набатом стучала в ушах Эрика, почти полностью оглушив его. Кажется, он слышал крик Кристины… Или это был его собственный крик?       Поцелуи и ласки Призрака, как ни странно, перестали быть противны Кристине. Наоборот, какое-то новое незнакомое чувство разлилось по всему ее телу, заставляя сердце отчаянно биться в груди. Дыхание девушки участилось, ее охватила странная истома и желание чего-то… большего. Если то, что в настоящий момент вытворял с ней Призрак Оперы называется «исполнением супружеского долга», то, пожалуй, она не будет противиться. В конце концов, даже с таким… человеком, это достаточно приятно… Эх, как бы ей было хорошо с Раулем…       Кристина чувствовала, как Эрик накрыл ее тело своим, как припал своими губами к ее щеке, как поцеловал ее ушко…       Интересно, что сейчас делает Рауль? Мог ли он оставить свои поиски, не обнаружив ее в подвале? Или посчитать ее мертвой? Господи, пусть Рауль догадается, что этот несносный Призрак силой увел ее из подвала! Тогда он неприменно поднимет на ноги всю жандармерию и ее совсем скоро найдут! Если это случится, тогда, возможно, еще не поздно признать ее брак с Эриком не действительным?       Острая всепоглощающая боль пронзила тело девушка. Прекрасные глаза Кристины широко распахнулись, и слезы, словно специально ожидавшие сего часа, брызнули из них. Чувство эйфории, вызванное ласками Эрика, разом улетучились. Боже, как больно…       Заерзав бедрами, девушка постаралась ослабить давление ТАМ. Единственным ее желанием было скинуть с себя мужчину, причинившего ей такую боль, но не тут-то было. Призрак, тяжело дыша и издавая звуки, похожие толи на всхлипы, то ли на стоны, еще крепче прижал к себе супругу и задвигался в ней. С каждым толчком боль все сильнее разливалась по телу бедняжки. Понимая бессмысленность сопротивления, Кристина отступила. Она, словно сломанная кукла, безучастно лежала, глядя в потолок широко распахнутыми глазами и ничего не видя кругом. Слезы градом катились из ее глаз. Боже, неужели это никогда не закончится?! Единственное, что осознавала девушка - это боль, вызванная движениями Призрака и странные звуки, издаваемые им. Его стоны и всхлипы, ее имя, срывающееся с его губ… Боже, как он ей противен… Если Кристина еще час назад думала, что ненавидит этого урода, то это было не так. Только сейчас она поняла, что в действительности значит ненавидеть. «Уж лучше бы я умерла!» — Пронеслось в голове бедняжки.       Между тем, движения мужчины становились все более рваными, а издаваемые им звуки все более громкими. Вот он весь задрожал и, судорожно сжав супругу в объятиях, обмяк, почти лишившись чувств. Имя любимой, словно молитва сорвалось в губ Призрака Оперы.       Войдя в Кристину одним мощным толчком, Эрик на некоторое время потерял контроль над собой. Эмоции настолько захлестнули его, что, казалось, будто он лишился слуха и зрения. Однако, стоило Кристина задвигаться под ним, как все его инстинкты разом пробудились, готовые к действовию. Толчок, еще один и еще… Боже… Разве он когда-либо раньше испытывал что-то подобное?! Стоны и имя любимой, словно молитва, слетали с его губ. Боже, спасибо тебе за все… Кристина, моя Кристина… Любимая, единственная… Спасибо, спасибо, родная… Люблю, люблю, люблю…       Движения Эрика, полностью поддавшемуся страсти и своим инстинктам, становились все более быстрыми и мощными. Почему-то мысли о том, что Кристине может быть больно и нужно быть более осторожным, напрочь вылетели из головы мужчины. Если бы сейчас кто-то заставил Призрака Оперы остановиться, он скорее убил бы этого наглеца, чем выполнил его просьбу. Широко распахнув глаза, Эрик на мгновение забыл, как дышать. Волна ни с чем не сравнимого удовольствия прошла по телу мужчины, устремившись к его естеству. Громкий крик сорвался с уст Призрака прежде, чем он задрожал и, излившись в девушку, лишился чувств, всем своим весом придавив распростертую под ним супругу.