Чудесная терапия.

      — Папа… Папа… ОТЕЦ!              От ее крика зазвенела посуда на полках. Не разбирая дороги, Хлоя неслась вперед. Несколько горничных не сумели удержаться на ногах, а мальчишка-консьерж, помогающий с багажом постояльцам, вовсе отлетел в сторону тележки с чемоданами.              Хлоя бежала так быстро, что весь мир казался большим размазанным пятном. Теряли очертания предметы, исчезали из поля зрения объекты декора. Тяжелая ваза на углу раскололась от одного резкого движения также легко, как скорлупа вареного яйца от удара ложкой, но Хлоя и этого не заметила. Она не слышала хруста глины под ногами и не замечала серый след, тянущийся с этого поворота.              — Мадемуазель Бурж…              Жан-Люк попытался ее остановить, но Хлоя отпихнула дворецкого, даже не глядя. Дверь в отцовский кабинет поддалась с первого пинка.              — Отец!              Весь ужас мира мелькнул в глазах Андре. Рука, держащая чайник, встрепенулась, из-за чего кипяток попал на брюки неизвестного гостя. Андре Буржуа побелел как мел.              — Отец!              — Хлоя… Ах, милостивая Дева, вы…              — Прием окончен.              Андре Буржуа не успел ни принести извинений, ни разозлиться на дочь. Пострадавший оказался в похожей ситуации. Рвущийся наружу визг застрял меж зубов просто потому, что происходящее отобрало возможность говорить. Тайный страх засел в сердце несчастного.              — Что происходит? Где война? Куда бежать?              Хлоя промолчала. Лишь вынудила человека подняться на ноги, а после потолкала того прямо в сторону дверей. В тот момент, когда двери с грохотом закрылись, Хлоя закричала опять.              — Папа!              — Ты… Ты хоть знаешь, кто это был?              Это немного сбавило пыл. Хлоя повернула ключ в двери и тяжело задышала. Холодный воздух обжог рот, а стук сердца эхом разнесся по голове. Было слышно, как кипит кровь. Тем не менее, «самая злая девушка» перекрывала собой все. Она эхом звучала в голове, смешиваясь с презрением Лорда Бага и разочарованием Марка Дюпэн-Чэна. В какой-то момент Хлое показалось, что она дошла до той точки безумия, когда чужие голоса хозяйничают в голове.              — Ты… Ты хоть понимаешь, кто это был?! — На тон выше спросил отец.              Хлоя отмахнулась. Она не знала гостя и, наверное, ничего бы не потеряла, не знай его дальше. Андре эту точку зрения не разделял. Бледное, немного блаженное лицо покраснело и исказилось в приступе ярости. Вены проступили около лба.              Машинально дыхание ускорилось. Хлоя всхлипнула один, два, три раза. Мысленно она прогнала самые грустные воспоминания. Безрадостное детство, материнская отрешенность, пропажа Адрианы… Глаза моментально увлажнились. Отцовские гнев сначала зашипел, а после испарился. Злость превратилась в тихий страх.              — Моя принцесса, ты чего? Кто тебя обидел?              Опасность миновала. Не стирая слез, Хлоя подлетела к отцовскому компьютеру. Свернув план по расширению дела в Тайланде, Буржуа полезла в ютуб. Пальцы дрожали до смешного нелепо. Допуская глупые ошибки, Хлоя все же нашла нужную трансляцию.              — Смотри! Смотри!              Передача продолжала идти. Противный нытик заливал про охрану животных, мир во всем мире и важность таких идиотско-идеалистических вещей, что Хлою едва не стошнило. Курсор упал на злополучный отрывок.              Андре все смотрел молча. Хлоя стояла рядом, вцепившись в отцовское плечо. Она продолжала механически всхлипывать. Мысленно Буржуа успела пройтись по наглецу катком для укладки асфальта. Один раз, два, три. Она почти слышала треск костей, бульканье мышц и сухожилий. Или нет.              Булькали ли вообще мышцы?              Перейти на эту тему не получилось. Самолюбие ныло, как подбитый зверь. Хлоя хотела крови. Когда злополучный отрывок подошел к концу, юная Буржуа нетерпеливо поставила шоу на паузу. Глаза жгло, дышать тоже приходилось с трудом. Хлоя не могла увидеть себя в зеркало, но все же она свято верила в визуальную убогость собственного состояния. Отец не мог ей отказать. Не смел ставить дело на тормоза, когда его дочь выглядела так.              — Ты… Ты это видел?              Андре нахмурился. Первые ростки опасения взошли в подсознании.              — Это все? — Голос родителя прозвучал неожиданно сухо.              Сердце тревожно ударилось о ребра. Намерение бросить под каток еще одного человека плотно вцепилось в сознание.              — Он назвал меня злом!              Андре взял руку Хлои в свои ладони. Его толстые коротковатые пальцы надавили на девичью ладонь. Невольно Хлоя встрепенулась. Ей показалось, что кто-то отмотал время назад и ей не шестнадцать, а шесть. Улыбка отца заиграла особыми красками. С одной стороны в ней чувствовалось глубокое родительское сочувствие, а с другой плохо скрываемое снисхождение.              — Моя принцесса, это еще не самое страшное слово, которое можно произнести.              Хлоя постаралась не смотреть на застывшие комментарии к трансляции. Там действительно были выражения, далекие от безобидных, но какое вообще было дело до них Хлое? На мгновение юная Буржуа ощутила стыд. Детская, нелогичная реакция, недостойная ее, взрослой и гордой девушки.              «Собаки лают, а караван идет. Верно?»              Андре ободряюще закивал головой.              — Вот-вот! Милая, это просто слова какого-то идиота. Зачем так на них зацикливаться?              — Но… Ладно, ты прав. Это не важно.              Вяло махнув рукой, Хлоя опять посмотрела на монитор. Трансляция стояла на паузе. Судя по полоске, которая только росла, эта мыльная опера грозилась идти бесконечно. Мысленно повторив всю ту же поговорку про собак и караван, Хлоя скупо поцеловала отца в щеку и понуро вернулась в номер. Выставленного человека она не нашла, да и если бы ей пришлось с ним встретиться, она бы вряд ли извинилась. Ей было не до этого.              Тело отяжелело и сделалось неповоротливым. Шлепнувшись о кровать, Хлоя бессильно посмотрела на потолок. Эмоции съели ее энергию. Высушили все имеющиеся силы. Даже эссе не хотелось продолжать. Лениво взяв телефон в руки, Буржуа быстро отпечатала смс для Сабрины.              «Жду с тебя эссе по истории»              «Отдам во вторник. В понедельник иду к стоматологу. Простипростипрости»              Будь Хлоя старостой, она бы поставила Сабрине «н» просто из вредности. Одиночество на уроках не пугало Хлою, но события этого дня ввели смуту в сердце.              Телефон в последний раз пикнул, и Хлоя поставила беззвучный режим. Отчасти в душе ее царила тоска. Нельзя было уснуть, чтобы убежать от суровой действительности. В голову, то и дело, приходили мысли разной степени мерзости. Хлоя ненавидела их. Она ненавидела приглашенного фрика. Ненавидела комментарии, которые неожиданно обзавелись голосами. Отголоски чужих недовольств раненой сиреной мучили уши.              Остро хотелось просмотреть странички злобных критиканов. Убедиться, что весь ворох негатива — это дело интернет-троллей, «счастливых» мамаш и таких страхолюдин, что на их страничках стоят абстрактные картинки или кадры из аниме. Мерзкая дрожь прошла вдоль тела. Адриана любила аниме. Она часами пролистывала «Красавицу-воина Сейлор Мун» и до визга восхищалась «Сакурой, повелительницей карт». Хлоя лично подарила все, что входило в коллекцию Агрест. Габриэль был против, а Андре охотно спонсировал чужие увлечения.              Горечь заклокотала в горле, и слезы прорезали глаза. После всего того, что между ними было! После стольких протащенных тайно томов манги и тонны вранья для домашних, Адриана посмела так уйти?! Хлоя вытерла хлюпающий нос. В голове зловещим эхом прозвучали бесконечные нравоучения и советы мадам Бюстье.              «Тебе стоит быть мягче»              «Знаешь, если ты будешь менее требовательна к окружающим, то они будут снисходительнее к тебе»              «Для создания здоровой атмосферы очень важно знать свои границы и не нарушать чужие рамки. Справишься, Хлоя?»              К Адриане Хлоя была мягка. Мягка так, что противная Агрест едва ли не веревки вила, продолжая невинно улыбаться. И что стало сейчас? Какой от всего прок?! Потолок запылился от слез. Хлоя всхлипнула.              — Не нужны мне такие друзья. Если надо — куплю.              Плюшевый медведь уткнулся в грудь.              Весь оставшийся день Хлоя только и делала, что вспоминала всякие странности Адрианы и безуспешно старалась понять, был ли тот момент, когда все покатилось под откос.              Возвращаться в лицей было странно. Хлоя помедлила перед тем, как выйти из машины. Тайный страх и необъяснимая робость заставили каменное сердце трепетать в неясном предчувствии чего-то неприятного. На небе светило солнце, трава зеленела во внутреннем дворе. Все было так, как и должно было быть. Первый, второй и третьи шаги Хлоя сделала без труда, но дальше возникли трудности.              — Смотри куда прешь!              От того, чтобы упасть, Хлою спасла собственная стойкость. Старшеклассник, врезавшийся в плечо, даже не обернулся. Хлоя оттряхнула кофту, после чего достаточно громко выпалила:              — Козел.              Но и на этого не последовало ответа. Человек даже не обернулся, что было странно. Хлоя поймала себя на мысли, что этот парень не мог не знать, что ругательство прилетело именно к нему. И он явно не мог не знать, кто она такая. В конце концов, на таких крутых машинах приезжала лишь она, и Адриана. Адриану не толкали.              Коридор встретил привычной духотой, суматохой и большой цветной лужей прямо рядом со шкафчиком. Хлоя не знала, что именно было разлито, но пятно четко и отвратительно преграждало дорогу к ее шкафчику. Сабрина еще могла забрать свои вещи, не испачкавшись, но вот у Хлои не было такой роскоши. С минуту она просто смотрела на лужу. Странное дело, — подумала Буржуа, не чувствуя ровным счетом ничего — это какой-то заговор?              Оживление стихло. В какой-то момент Хлое показалось, что звуки исчезли полностью. Не было ни шепота, ни крика, не обычного говора. Стояло тягостное молчание, прерываемое лишь дыханием и редким кашлем. С несколько десятков тяжелых взглядов ударили прямо в спину. Хлоя обернулась, и тут же волна энергии растеклась по коридору. Эти люди жили своей жизнью. Сплетничали, сидели в телефонах, спешно переписывали уроки.              Хотя, некоторые, все же наблюдали за ней. Их зоркий взгляд бил нечто, что покоилось внутри живота. Стая мурашек пробежала вдоль спины.              — Кто это сделал?              Молчание. От взглядов ничего не осталось. Хлоя покатала во рту невидимый ком. Раздражение вцепилось мерзким паразитом.              — Кто? Это? Сделал?              Манерная старшеклассница, чей шкафчик был поблизости, шумно стукнула дверцей и ушла прочь. Хлоя могла поклясться, что столкнулась с заговором. Прочие ученики начали отходить от Буржуа, точно от чумной.              Вспомнилась вереница комментариев и противный гость с жалобами. В запястьях неприятно закололо. Любой человек, бросивший свое «фи» на трансляции, мог быть здесь, среди людей Франсуа-Дюпон.              Хлою окружали предатели. Больше задерживаться не было смысла.              Когда она вошла, одноклассники сделали вид, что увлечены своими делами. Но это не было правдой. Хлоя чувствовала взгляды, бегущие по телу. Эти животные чувствовали трещину. Ощущали маленькую брешь в защите. Лишь Марк спокойно ковырялся в тетрадке, даже не слушая шепот Альи.              От того, чтобы схватить Сезер за затылок и сбросить ту на пол, Хлою сдерживало лишь паршивое настроение. Алья сплетничала слишком очевидно. Смотря на Буржуа, она все шептала-шептала Марку на ухо, пока тот водил карандашом по бумаге. Казалось, еще немного, и Сезер станет частью Дюпэна-Чэна.              Омерзение завязало желудок в узел. Хлоя показательно выставила средний палец, демонстрируя миру милый молочный маникюр с камешком у острого спила. Алья чуть вздрогнула. Хлое хотелось верить, что в жесте Сезер почувствовала намек.              «Еще одно слово и я выцарапаю твои глаза»              С Хлоей никто не разговаривал. Перед первым уроком часть одноклассников не спешила возвращаться на свои места. Когда прозвонил звонок, Хлоя удивленно отметила пустоту вокруг себя.              Калин Бюстье, вошедшая с журналом наперевес, удивленно округлила глаза. Пока парты на левой стороне класса угнетающе пустовали, на правой стороне яблоку негде было упасть. За одним столом умещалось, три или четыре человека.              — Что это значит? — Удивленно просила классная руководительница, опираясь на стол. Живот под блузкой стал виден как никогда.              — Переселение. — Макс, зажатый Айваном с одной стороны и Кимом с другой, попытался поправить очки. — От стены исходят позитивные вибрации, благотворно влияющие на мозговые клетки. Хотите попробовать?              Если он серьезно надеялся на веру Бюстье, то Хлоя была неприятно удивлена. Какими только идиотами не бывают круглые отличники! Сощурившись, Буржуа представила костюм зайца поверх этого гнусавого нерда.              — Эм… Макс, не стоит так серьезно воспринимать недоказанные гипотезы. — Бюстье сконфуженно улыбнулась и Хлоя искренне ее пожалела. С подобным животом стоило сидеть дома, читать книжники и заниматься всем тем, чем занимаются нормальные будущие матери, а не слушать жалкие трусливые оправдания. — Ребята, это, конечно, здорово, но вернитесь на свои места.              — Но тут действительно хорошо! — Пикнул Натаниэль, застрявший в самом углу. Его сильно потеснила компания Миллен и Аликс. — Такой свет приглушенный, такая аура хорошая…              И он посмотрел на Хлою.              Ничего внутри не колыхнулось. Хлоя криво усмехнулась. Жалкая, нелепая попытка травли не произвела на нее никакого впечатления. Лишь немного, совсем чуть-чуть задела гордость.              — Пусть сидят. — Хлоя поставила сумку на пустующий сзади стол. — Меньше народу — больше кислорода. И дышать стало намного легче.              — Ребята, это не смешно. Быстро по местам! — Бюстье захлопала в ладоши. — Быстро-быстро. Хлоя, убери вещи.              Потом начались уроки. Мучительные, скучные и пустые уроки. Без Сабрины и ее конспектов было туго. Одни слова влетали в ухо, пока другие со свистом вылетали прочь. Хлоя любила уроки мадам Бюстье. Она всегда старательно слушала (хоть и делала вид, что ей нет никакого дела), сама делала записи в тетради и сама готовила устные домашние задания. Так было всегда, до того рокового шоу на чертовом интернете.              Теперь все мысли свелись к гостю, ведущей и той странной атмосфере, повисшей в воздухе. Хлоя не смогла сконцентрироваться на теме. Одноклассники сели как обычно, но всем было очевидно — что-то поменялось. И Хлое не хотелось знать, что именно.              Когда настал обеденный перерыв, Буржуа поспешила вернуться к шкафчику. Ей хотелось увидеть стертое пятно.              Чистый пол радовал глаз, но зараза перебралась на металл. Хлое стало плохо, едва в поле зрения попали наскоро написанные оскорбления. Из всего этого вороха выделялось огромное черное «ЧУДОВИЩЕ», и собственная фотография с перечеркнутыми глазами.