bound to you

Предсказуемо, как и подобает Чимину, омега спит большую часть утра. Тэхён должен выехать чуть позже восьми утра, чтобы успеть в альфа-комплекс до полудня, что даёт Юнги достаточно времени, чтобы придумать, как он хочет сообщить Чимину свои важные новости. После быстрой проверки погоды, которая предсказывает солнечное небо и тёплую температуру, он решает заняться делом. Он начинает готовить примерно через тридцать минут после того, как кудрявый омега прибывает на место, не экономя на ингредиентах. Всего через несколько недель им больше не придётся жалеть копейки или покупать продукты с тридцатипроцентной скидкой. Юнги готовит небольшое блюдо, удивляясь тому, что, несмотря на все его хлопоты, стук и грохот на кухне, Чимин продолжает спать. Уже начало двенадцатого, когда Юнги открывает дверь в спальню и раздвигает шторы. Чимин нахмуривает брови и переворачивается, натягивая одеяло на голову. — Просыпайся, — мягко говорит Юнги, откидывая одеяло и вдыхая запах младшего, а затем нежно целует его в щёку. — У меня для тебя сюрприз. Черноволосый стонет и так очаровательно вытягивает лицо, что Юнги хочется ворковать. Если с его губ и сорвался какой-то звук, Чимин не успел его уловить. — Нужно больше спать… — хнычет младший. — Тебе нужно вставать, — говорит Юнги, прижимаясь к щеке Чимина, чтобы как можно назойливее заставить омегу встать. — Еда остынет. Чимин прищуривается, пытаясь прочитать выражение лица старшего. — Еда? — Я приготовил для тебя, — сообщает Юнги. — Хорошо, — соглашается Чимин, резко откидывая одеяло. — Только потому, что я люблю твою еду. — Да, я думал, ты любишь меня, а не только мою еду, — отвечает Юнги. Чимин швыряет подушку в альфу. Проходит около тридцати минут, прежде чем Чимин приходит в себя. Он выходит из спальни и осматривает гостиную, а затем направляется на кухню. — Я думал, ты сказал, что готовишь, — говорит Чимин. — Я не вижу никакой еды. — Это потому, что всё уже упаковано в контейнеры, — сообщает Юнги, наблюдая, как Чимин вдыхает воздух и нюхает чеснок. — Мы собираемся на пикник. Взгляд Чимина падает на стоящие на столешнице герметичные сумки для ланча с блюдами Юнги. — Пикник? — Погода отличная, — говорит Юнги. — К тому же для Чонгука может оказаться слишком сложным, если мы все окажемся дома сразу после его приезда. Лучше дать ему и Тэхёну немного времени, чтобы освоиться. Чимин кивает, понимая план, совершенно не подозревая о скрытых мотивах Юнги. Без всяких споров Пак собирается и выходит на улицу. Парк находится всего в нескольких кварталах, но это довольно большая территория с множеством мест для отдыха на свежем воздухе и игровыми площадками для детей. Здесь также есть большая дорожка, по которой люди ходят или бегают трусцой, а также несколько тренажеров. Вдвоём они находят хороший столик на улице под традиционной крышей, которая даёт и тень, и чистое место для еды. Погода достаточно тёплая, чтобы им было комфортно, но не слишком жарко. Юнги достаёт одеяло, чтобы они сели на него, прежде чем начать распаковывать свой обед. — Ты приготовил столько всего? — спрашивает Чимин, открывая, должно быть, сороковой контейнер с едой. — Думаю, с таким количеством мы сможем прожить здесь всё лето. — Думаю, к концу лета всё заплесневеет, — комментирует Юнги, помогая закончить распаковку. Чимин кривит лицо и высовывает язык в сторону Юнги. Они молча едят, наблюдая вокруг за пейзажем. Они смотрят на людей, которые прогуливаются мимо, выполняют свои ежедневные упражнения. Они смотрят, как дети с такой скоростью несутся по игровой площадке, что Юнги замирает, когда они падают слишком сильно или громко ударяются коленками. Это приятный способ скоротать ранний полдень. — Хён, — спрашивает Чимин, откусывая кусочек жареной курицы, — ты хочешь детей? Юнги переводит взгляд с Чимина на маму на другой стороне парка, которая присматривает за своим сыном на детской площадке, покачивая младенца на руках. Кто она — альфа или омега, Юнги не знает. — Детей… слишком сложно. Чимин немного хмурится, но кивает в знак понимания. — Да, иногда они бывают просто ужасны. Юнги чувствует нерешительность Чимина, разочарование в ответе альфы. — Я имею в виду, что ты, вероятно, один из самых осведомлённых в этом вопросе, — Чимин кивает, но его взгляд всё ещё кажется немного приглушенным, тусклым. — Честно говоря, живя в учреждении, я никогда об этом особо не задумывался. Я просто ждал того дня, когда смогу уйти. Я и представить себе не мог, как повернётся жизнь, когда я окажусь на свободе. Я не представлял, как буду счастлив с тобой. И хотя я никогда об этом не задумывался, но думаю, что если бы у меня и были дети от кого-нибудь, то я бы хотел, чтобы они были от тебя. Кажется, это вызвало улыбку на губах омеги. — Может быть, когда-нибудь, — говорит Чимин, наблюдая за тем, как маленький мальчик со смехом скатывается с горки. — Но нам нужно будет что-то придумать с отпуском по беременности. На моей работе за декрет не заплатят столько, чтобы мы могли продержаться долго. Юнги тяжело сглатывает, глядя на черноволосого, который всё ещё наблюдает за мальчиком. — Чимин, есть ещё одна причина, по которой я захотел пригласить тебя сегодня на пикник, — начинает он, пытаясь придумать самый грандиозный способ сказать это, но у него быстро заканчивается время. Карие глаза Чимина смотрят на альфу, широко и с любопытством. — Я больше не буду так часто бывать дома. Омега слегка наклоняет голову в замешательстве, как потерявшийся щенок. — А где ты будешь? Юнги тяжело сглатывает и вытирает губы. — Я нашёл работу. Чимин трижды моргает, прежде чем расплыться в широкой улыбке. — Ты устроился? Видя, как младший в восторге от этой информации, Юнги сам улыбается. — Да, я только вчера подписал контракт, когда ты был на работе. Чимин бросается к альфе и обнимает его, едва не раскидывая половину еды. — Я даже не знал, что ты ищешь! Какую работу ты получил? — Я собираюсь начать работать младшим музыкальным продюсером в компании в Йонгсане, — сообщает альфа. — Я начинаю в понедельник. — Хён! — восклицает Чимин, слишком взволнованный, чтобы выразить эмоции. — Не могу поверить! Я так рад за тебя! — Итак, я хочу сказать, что тебе больше не нужно чувствовать, что ты должен обеспечивать нас обоих, — объясняет Юнги. — Если тебе по какой-то причине понадобится взять отпуск, то ты его более чем заслуживаешь. Нижняя губа Чимина на мгновение подрагивает от слов Юнги, а затем слёзы собираются в уголках его глаз. — Будь честен со мной прямо сейчас, ты идеален? — Что? — Юнги смеётся. — Конечно, нет. Никто не идеален. — Да, ты идеален. Ты приготовил нам замечательный обед, а теперь рассказываешь мне лучшую новость за весь год. А может, и всё десятилетие. — Я думаю, ты преувеличиваешь, — говорит Юнги, пока Чимин дуется рядом с ним. — Нет, ты идеален. — Я уверен, что ты не считал меня идеальным, когда кидался в меня подушкой сегодня утром, — возражает Юнги. Чимин закатывает глаза и затыкает его поцелуем.