У страха глаза велики

      Я чувствовала, как обливается потом моя спина. Чувствовала, как затряслись руки. Чувствовала, как меня прожигали взглядом. Проницательным, тяжёлым и каким-то по особенному насмешливым. Мне было страшно и неуютно. Я надеялась, что это было простое совпадение, неудачная шутка. Но Ян Лин, словно в издевке, не сводила с меня глаз и улыбалась. По-отечески, по-доброму, но слишком фальшиво и не натурально. В глотке появился ком.       Мне было стыдно, но я поспешила уйти из ресторана, чтобы переварить увиденное и расслабиться от напряжения, исходившего от меня и от Тарани. Я не видела, что у неё было в бумажке, но, кажется, она тоже не очень радовалась своему предсказанию. У меня мурашки ходили по всему телу. И они стали только больше в размерах, когда немолодая китаянка схватила меня за кисть руки перед самым выходом с кухни. Ноги словно приросли к полу. Тело закоченело от страха и жути. Одно дело, когда ты представляешь свое непосредственное участие в каноне под именем Корнелии. Другое дело, когда они знают, что Корнелия на самом деле не Корнелия. Я лишь понадеялась на то, что это был намёк на моё непосредственное участие, а не намек на иномирность души.       — Всё в порядке, девочка? — спрашивает она с улыбкой, поглаживая меня своей морщинистой ладонью по руке. — Чего ты так испугалась?       Я осторожно вытянула свою конечность из чужой хватки и настороженно обняла себя за предплечья. Экс-стражница точно что-то знала, точно кто-то ей что-то рассказал. Были подозрения на оракула, но, вообще-то, в каноне оракулом была Нерисса. И либо та дамочка действительно видела будущее и предсказала мой приход, либо она замешана в моем появлении здесь, поэтому и передала Ян Лин подобную информацию. И я искренне надеюсь, что никто в этом не причастен, потому что намеренно вытягивать меня из моего мира было бы просто верхом идиотизма. Они могли бы найти и кого-то со своего. Сомневаюсь, что из миллиардов людей они бы не нашли себе нормальную стражницу Земли.       — Всё в порядке. Просто... звучит странно. И жутко.       Ян Лин пожала плечами, растягивая губы в милой улыбке.       — Страшно. Сейчас везде страшно, Корнелия, не только здесь, — её прозрачный намёк на Меридиан? Губы скривились в недовольстве, но владелица ресторана даже не повела бровью. — Не переживай, что бы ты ни увидела. Ты всегда будешь подругой своим девочкам и они тебе всегда помогут, — я кожей ощущала, что она намекала на что-то, поддерживала своеобразно, и мне становилось легче. Или же это была попытка ввести меня в заблуждение и отвлечь от подозрений. По плечам зябко пробежал мороз. Я извинилась и ушла из ресторана, поблагодарив за вкусный обед и гостеприимство.       Мне почудилось, что за мной наблюдают. И то ли сие видение было игрой воображения, то ли старушка действительно решила поиграть в наблюдателя. Это не зоопарк, но такое ощущение, что мы все заперты в клетках и всех нас ждёт уже подготовленная судьба — играть роль стражниц во славу Кондракара. До тех пор, пока кто-то из нас не умрёт или не сдатся от страха быть убитым. Пробрало на смешок. Знала бы — ни за что бы не пошла в ресторан и предпочла бы поесть дома, на своей-чужой кухне.       Руки закололо от холода. Я шмыгнула носом. Хотелось в свой настоящий дом, где тебя ждали бы родители и любимые коты. Хотелось бы вернуться в свой мир, где были настоящие друзья, способные пожертвовать собой во благо моей жизни. Хотелось бы. Но я понимала, что теперь это не было возможным. А даже если бы и было, кто бы мне помог? Фобос? Нерисса? Элион? Смешно. Один был жестоким и принципиальным — помогать стражнице он бы не стал. Другая помогла бы только ради собственной выгоды и просила бы сделать невозможное. А Элион была ребёнком без знаний и умений. Она бы помогла, но тогда бы пришлось ждать много лет, до её полного восстановления и конца обучения магии. Но было бы слишком поздно. Этот мир стал бы таким же родным, как и прошлый. Я бы не захотела расставаться с тем, что получила здесь. Не потому, что я алчная, а потому, что там меня уже никто наверняка не ждёт. Я точно помню свою смерть. И точно знаю, что вернуться из мёртвых нельзя.       До слез губила жестокая правда, разрывая мою грудную клетку на части и убивая все живое в душе. Губило ещё и осознание своей полной бесполезности. Без умений — никто. Без сил — никто. А если знания канона окажутся бессмысленными, то и без знаний я тоже никто. Меня прорвало на смешок.       Домой я не пошла. Свернула на половине пути и пошла туда, куда глаза глядят. Бесцельно бродила, думала, рассуждала. Все то, что мне уже привычно за прошедшую неделю. Я приводила себя и свой разум в дзен, чтобы не потерять душевное равновесие, которое было и без того сильно шатким и хрупким. Конечно, спокойствие будет недолгим. Встреча с Фобосом и Седриком пошатнет все. Я не готова, но я обязана сделать все, что есть в моих силах. Я чувствовала себя избранной, но, вспоминая прошедшие книги о попаданцах, понимала, что скорее всего такой случай не единственный. Но верить в свою неожиданную удачу (или неудачу, это как посмотреть) очень даже хотелось. Иначе и жить не захочется, если я попала сюда случайно, по ошибке.       А ещё я пыталась вспомнить название того книжного магазина, в котором присутствовал Седрик. Я даже не помню его внутреннюю отделку, не говоря уже о внешней. Так как книги были моим любимым занятием, то в подобные заведения я ходила часто и оставляла там приличную сумму денег. В этой жизни ничего не изменилось и я все также отдавала несмешные суммы в кассы. Но не скажу, что жалею. Мне все нравится, а Элизабет одобряет мою тягу к книгам и не возражает. Тем более, траты от меня стали куда реже, чем раньше, что знатно удивило и маму и папу. Из груди вырвался вздох. Лилиан названивала мне, но брать трубку не хотелось. Пришлось сбросить звонок и отписаться, что занята и мне не до неё. Малая, однозначно, обиделась, но сейчас хотелось побыть одной. В компании самой себя и толстой интересной книги. Да, я не сдержалась и зашла в книжный, купив себе Стивена Кинга. Мой товар пробивала милая женщина немолодых лет, улыбающаяся мне и желающая хорошего дня. Может, это её работа, но все равно было приятно. Поблагодарив её, книга улетела в модную сумку. Почитаю в кафе или на улице, потом пойду домой уже.       Когда я пришла в кафе, то сразу уловила запах чудесной выпечки. Настроение ощутимо приподнялось. Персонал был добр, цены не кусались, а вид из окна радовал глаз и очаровывал моё ранимое сердце. Улицы американского городка вызывали какие-то смутные ощущения ностальгии и теплоты. Для человека, выросшего в суровой России в посёлке, такие аккуратные и чистые тратуары казались роскошью большого города. Но сейчас не было ничего, кроме влюблённости в общий вид переулков Хитерфилда. Может, это побочный эффект от переселения в тело Корни, а?

***

      День закончился на удивление спокойно. Придя домой, я набрала себе ванну, сделала пару масок и легла отдыхать на добрые полчаса. Ко мне периодически порывалась забежать мелкая, но я ее с громкой руганью и угрозами прогоняла обратно. Ну неприятно мне было, когда ко мне кто-то заходит, даже если это моя сестра или мама. Раньше, видимо, Корнелии было все равно (или нет, потому что Лилиан сразу же убегала, как только слышала мой начинающий рычать от злобы голос), но теперь придется переучивать девчонку к другим правилам. Я была жестче, строже и наверняка злобнее, потому что Лилиан постоянно мне мешала и отвлекала. Мама не обращала внимания до тех пор, пока малявка не начинала ей жаловаться и ныть о плохой старшей сестре. Попадало, к счастью, обеим. Одной за то, что ноет; мне за то, что рычу на мелочь и грубо с ней разговариваю. Пришли к разрешению проблемы только спустя четыре часа. Но итог порадовал: ко мне теперь никто не будет заходить в комнату и никто не будет трогать мои вещи, а я буду взамен сидеть с Лилиан и периодически чему-то ее учить или развлекать чем-то. Сестра подобному развороту событий рада не была, но пришлось согласиться под жутким взглядом Элизабет. Папа, как и всегда, приехал поздно вечером, жутко уставший, но по обычаю счастливый и заботливый. Сказал, что привез вкусняшки, угостил нас с Лилс и отправился спать. Такое поведение меня немного обеспокоило, но мама уверила, что отец просто устал. Гарольд частенько был уставшим по вечерам, но выходные ему давали хорошие и достаточно длинные для Америки, поэтому я успокоилась.       Сейчас занималась домашкой, к удивлению, интересной домашкой, и грызла леденец за щекой, наслаждаясь уединением и легкой музыкой в наушниках. Ужаснула меня и музыка — моих любых композиторов не было, а слушать треки двухтысячных — это что-то с чем-то. Но все же нашла что-то мне приевшееся еще с прошлой жизни. Без музыки, как без себя. Если бы не нашла то, что нравится, пришлось бы самой создавать треки и писать музыку без образования, став подобием Пако де Луссия. Я тихо посмеялась, рисуя человечка под законченной домашней работой, и закрыла тетрадь с тихим шелестом страниц. Удивительно, как меняет меня нынешний год. В две тысячи двадцать втором я буквально не вылезала из компьютера, предпочитая проводить время в Интернете и там же общаться. Со смартфоном было все то же самое. Здесь же, в две тысячи четвертом, я куда больше времени проводила на улице и с настоящими людьми. Перенос из мира в мир отлично показал мне весь спектр "улётности" прошлого и отсутствия современных технологий. Хотя я все еще скучаю по своему любимому телефону, который повидал много страшного.       У меня появился, также, дневник, в который я чисто на русском записала свои мысли и общие черты будущего канона. Память стала проваливаться и было смутное ощущение того, что прошлая жизнь потихоньку начала забываться. Радости мне это не принесло, только тревожности и паранойи больше. Возможно, слияние с настоящей Корни проходило куда быстрее, чем было на самом деле.       После перепроверки написанного текста и попытки соотнести все события по датам, я поняла, что большинство не помню или не знаю. Ну и черт с ним, буду действовать по ситуации. Позднее уж точно не станет. Одно попадание в мир, где канонные персонажи старше себя на несколько лет, говорило, что уже слишком поздно. Надеюсь, что Фобос и Седрик не заберут Элион раньше времени. И надеюсь, что Меридиан не в ужаснейшем состоянии. Мир было действительно жаль. Если бы Фобос был дальновиднее и умнее, то Меридиан процветал бы и жил дольше, чем есть. Ну и если бы Элион поделилась силой, то тогда бы о мире можно было не волноваться вообще.       Образ Седрика всплыл в голове ненавязчиво и нежданно. В сериале он мне запомнился хитрым и заумным, как и Фобос, в принципе, и в нем проскальзывала настоящая змеиная сущность и гадкость, несмотря на человеческий образ (на самом деле, тут нечему шокироваться. Он по факту является нагом, змеёй). Я зарисовала его у себя в блокноте по памяти, улыбнулась мыслям и стала закрашивать скетч цветом. Седрик был для меня эталоном красоты, пускай принц и выигрывал по многим параметрам в плане устрашения и величественности. Между ними двумя была заметна сильная разница во внешности (не удивительно!) и было понятно, что принц тут, все-таки, Фобос. Не спорю, на роли жестокого правителя он мне нравится куда больше, чем если бы был на роли приближенного к королевской знати лорда. Седрик красивый. Но будет ли красивой его змеиная часть?       Я передернула плечами. Ну нет, встречаться мне пока с ним рановато, особенно со стороной змеи. Иначе, чую, откачивать меня придется не один день после схваченного инфаркта в семнадцать лет. Без магических сил разговаривать с ним не о чем. И с другими магическими созданиями тоже.       — Корнелия, цветочек, помоги Лилиан с домашней работой, — папа зовет меня, как обычно, ласково и нежно. Мой взгляд обратился прямо к нему. — Она не понимает математику, а я уже слишком устал. Боюсь, что сделаю только хуже.       Ладно. Помочь Лилиан ради папы мне было не жалко. Он столько для нас делает. Отплатить простой помощью с домашкой было самым малым из того, что я могу сделать для Гарольда. Да и остудить пыл мелкой сейчас самое время. Слышу уже ее недовольное нытье и нежелание что-то делать через двери и своей, и её комнат.       — Только не переборщи, дочь! — уже вдогонку крикнула Элизабет, и я захихикала.       Я начинала привыкать к этой семье, казавшейся мне неуютной и ненастоящей по ту сторону экрана. Начинала их всех любить, прочувствовала их отношения с непосредственным участием.       Даже стражниц полюбила, которых изначально хотела сторониться.       Но предсказание на бумаге мне все ещё не давало покоя. Я пыталась уйти от мрачных мыслей, но они возвращались обратно и портили мне настроение. Стать главной частью великой истории. Это должна была быть Вилл! Вилл хранительница Сердца Кондракара, а не я. Я не хочу прочувствовать на своей шкуре все удары, похищения и разные мутные истории, которые происходили с Вилл в мультфильме. Надеюсь, что это мое эго взяло на себя слишком много, и главной частью являются еще и остальные стражницы.       — Ну, Корнелия! — взвыла Лилиан, отчего ей прилетело по затылку легким шлепком. — Я не понимаю!       — Значит перечитывай и заново начинай делать! Я не собираюсь делать за тебя всю работу, хитрюга малолетняя. Пиши, иначе заберу все твои куклы и сожгу на плите вместо завтрака, — прошипела я, ткнув её носом в тетрадку. Девочка мигом подобралась, почуяв, что угроза вполне себе реальна и старшая сестра не шутила.       Счастливая семейная идиллия, не иначе.